О турецкой реакции на новость о визите президента России В.В. Путина. Часть 2

Как 27 января сообщили сначала отечественные, а потом и турецкие СМИ, со ссылкой на пресс-секретаря Д. Пескова, визит президента России Владимира Путина в Турцию состоится, «когда позволит эпидемическая обстановка и графики президентов двух стран». Это объявление вызвало немалый интерес со стороны турецких СМИ, подогреваемый контекстом нынешнего противостояния между Россией и Западом и неутихающим кризисом на Украине.

Продолжаем делать обзор турецкой прессы на тему визита президента В.В. Путина в Турцию. Часть 1 нашей публикации доступна на сайте ИБВ по ссылке: http://www.iimes.ru/?p=83068.

Мы остановились на известном оппозиционном издании Cumhuriyet, которое 29 января опубликовало материал под заголовком «Украинская проблема и визит Путина в Турцию».

Статью написал колумнист издания Барыш Достер. В прошлой части нашего обзора, мы привели слова турецкого обозревателя о том, что Турция оказалась «зажата» между слишком многими странами и обстоятельствами, где у неё, получается, не слишком большая свобода для маневра.

Вот вопрос, которым задается автор:

«Москва громим голосом критикует политику Турции в вопросе Украины, в особенности, продажу это стране беспилотных летательных аппаратов, в том числе, несущих вооружения, позицию в связи Крымом. Если она не принимает Турцию в качестве посредника, то какую цель преследует визит Путина?».

На самом деле, как мы видим, турецкое оппозиционное издание демонстрирует подход к нынешней ситуации Турции, весьма отличающийся от подхода провластных средств массовой информации. Этот подход упоминает о российских озабоченностях, связанных с определенными действиями Турции в её отношениях с Украиной.

Кроме того, то что, провластными СМИ обозначается в качестве, если так можно выразиться, политики «360 градусов» — то есть работы «на всех фронтах», оппозицией указывается в качестве «зажатости» между различными международными игроками. При этом, оппозиционное издание не только указывает на экономические трудности Турции, которые прослеживаются из того, что страна ищет ресурсы в своем диалоге со странами Персидского залива, но и говорит о достаточно интересном — о том, что Россия в состоянии оказывать влияние на Турцию.

В отечественных СМИ немало можно слышать о том, что турецкая «мягкая сила» — весьма эффективна России и о том, что протюркское лобби является заметным в отечественном информационном пространстве. В особенности, это можно слышать в контексте недавно подписанного Шушинского соглашения между Турцией и Азербайджаном, а также с учетом Совместной декларации и «Видения – 2040» Организации тюркских государств, согласованных в Стамбуле в ноябре месяце 2021 года.

С другой, турецкой, стороны, как мы можем заметить, существует противоположное утверждение в Турции, которое основывается на том, что Россия поставляет в Турцию большой объем энергоносителей, прежде всего, природного газа и, за ним, нефти и нефтепродуктов, и прочих природных ресурсов.

Это – то, что называется «энергетическая карта» России, которую та, «разыгрывает» в отношениях с Турцией. На самом деле, нельзя себе вспомнить или представить случая, чтобы Россия, при каких-то обстоятельствах, ставила во главу угла свои поставки в Турцию в качестве фактора, влияющего на действия турецкой стороны. Даже в разгар тяжелейшего для двусторонних отношений, так называемого «самолетного кризиса», в 2015 – 2016 годах никаких перебоев с российскими поставками не наблюдалось.

Здесь, скорее, впору говорить о том перманентном страхе, который существует перед самой возможностью использования Россией так называемого «энергетического оружия», которое весьма распространено в турецком аналитическом сообществе. Не исключено, что эти самые настроения активно подогреваются западными странами, которым не нравится столь плотная энергетическая связка между Россией и Турцией.

Не будем отрицать того, что, когда и если зайдет вопрос о том, что Россия перейдет к разрыву своих отношений, допустим, с Западом – в ответ на применение к ней «невиданных санкций», то разрыв будет означать полный разрыв, как подчеркнуло российское руководство, с аннулированием всех текущих сделок, совершенных от имени российского государства.

Вплоть до того самого разрыва, российские поставки энергоносителей в Турцию, насколько известно нижеподписавшемуся, никогда не становились предметами политического торга. И, как можно заметить, Россия не слишком «прижимает» Турцию в её внешней политике, в том числе, в наиболее чувствительной для России локации – Украине. Если бы Россия, и правда, так влияла бы на политику Турции, как пишет турецкий автор, то сделки по поставке Украине турецких БПЛА были бы если не невозможными, то уж крайне затрудненными во всяком случае. Могла получиться и такая история, что получилась между Турцией и США по вопросу покупки российских С-400.

Если говорить шире, то и не было бы широкого сотрудничества между Турцией и Украиной в сфере оборонно-промышленного комплекса. Тем не менее, все это наблюдается на практике, встречая достаточно сдержанные реплики (во всяком случае, на публике) от российского руководства.

И нельзя сказать и того, чтобы Россия была бы равнодушна к подобным действиям Турции. Как было замечено в одном из эфиров программы «Час Турции» на радиостанции «Вести ФМ» Е.Я.Сатановским, зачем России так вкладываться в Турцию, если на выходе – турецкая «равноудаленность» и «одинаково хорошие отношения» как с Россией, так и с Украиной?

Такая двойственность Россию, действительно, «напрягает». Однако, можно видеть, что российское руководство явно придает особое значение своим отношениям с Турцией, не прибегая ни к каким реальным шагам и инструментам в попытках изменить турецкую политику по отношению к Украине. При всей чувствительности данного вопроса для российской стороны. Так что, турецкая дилемма в этой связи смотрится скорее с той стороны, насколько сама Турция придает значение своим отношениям с Россией? – Вот в чем заключается важный вопрос.

Обратимся, в этой связи к статье Мехмета Али Гюллера, опубликованной в той же самой оппозиционной газете Cumhuriyet под заголовком «Цель США в украинском кризисе – Черное море».

Цитируем автора:

«Украина не член НАТО. Следовательно, в случае нападения на Украину, члены НАТО не обязаны воевать на стороне США, согласно статье 5.

Таким образом, заявление президента Эрдогана относительно украинского кризиса «Турция будет продолжать выполнять свои обязательства в качестве союзника НАТО, как она это делала до сих пор» (26.01.2022) означает «открытое обещание» США. И это «открытое обещание» отражает проблемную позицию правительства в условиях кризиса с самого начала.

Собственно, на такое неправильное позиционирование и указывает сообщение Совета национальной безопасности (СНБ), созванного под председательством Эрдогана. В заявлении МГК, в котором говорится, что «обсуждается нарастание напряженности между Российской Федерацией и Украиной», указано, что «стороны призываются к снижению напряженности со здравым смыслом» (27.1.2022). Однако сторонами этого кризиса являются не Украина и Россия, а США и Россия.

ЧЕРНОМОРЬЕ

Политика, которая остановит усилия США по созданию украинского фронта против России, состоит не в том, чтобы призывать Россию и Украину к деэскалации. Она заключается (точнее могла бы заключаться – прим.) в прямом возражении против попыток США использовать НАТО в качестве инструмента в этой стратегии.

Крайне важно, чтобы Анкара заняла позицию, выходящую за рамки усилий Берлина и Парижа по обузданию Вашингтона. (В этом контексте очень важно заявление президента Хорватии Зорана Милановича «Если будет конфликт между Украиной и Россией, мы выведем наших солдат из НАТО» (25.01.2022)).

Потому что Турция является одной из стран, на которых негативно повлияет кризис, переходящий в горячую войну. Черное море будет одним из важнейших фронтов войны. Более того, одной из целей американского проекта по украинскому кризису является изменение статуса Черного моря.

Вашингтон хочет превратить Черное море из «субъекта стран, граничащих с Черным морем», в озеро НАТО и сделать военно-морское присутствие НАТО в Черном море постоянным. Это, естественно, нацелено на статус наших Проливов (Босфор и Дарданеллы – И.С.).

«НОВЫЕ ПРАВИЛА ПРОХОДА СУДОВ» (через Черноморские Проливы – И.С.)

На самом деле в прессе США утверждалось, что Администрация Байдена хотела ввести новые правила прохода и движения военных кораблей в Черном море (WSJ, 26.1.2022).

Российский эксперт Олег Фаличев заявил (изданию) Sputnik, что это невозможно: «США хотят изменить правила прохода и управления военными кораблями в Черном море в соответствии со своими интересами. Но это не так просто сделать. В первую очередь Россия, Турция и другие причерноморские страны ценят Соглашение Монтрё. Во-вторых, соглашение имеет международное значение. Для того, чтобы оно (соглашение) было бы прекращено, вопрос должен быть вынесен на повестку дня в ООН или Совбезе ООН. Конечно, Россия, Турция и многие другие страны, причастные к подготовке этого Соглашения, будут против этого» (Sputnik, 27.1.2022).

План США по Черному морю не является неожиданностью. Москва давно и внимательно следит за обсуждением Черного моря, Монтрё и, в этом контексте, Стамбульского канала.

Собственно говоря, в тот день, когда США и НАТО письменно ответили на предложения России по безопасности, посол России в Анкаре Алексей Ерхов сообщил, что «Турция играет решающую роль в поддержании мира в Черном море» (Исмет Озчелик, Айдынлык, 27.01.2022).

ЧТО ДЕЛАТЬ АНКАРЕ?

Этот вопрос и черноморский план США не стали неожиданностью не только для россиян, но и для отставных адмиралов, защищавших интересы Турции в Черном море. На самом деле, 104 адмирала увидели эти риски и проинформировали общественность заявлением от 4 апреля 2021 года. (Однако, правительство нацелилось на адмиралов, и адмиралы были быстро задержаны и привлечены к ответственности.)

Потому что некоторые заявления Эрдогана были полезны для плана США. Эрдоган открыл этот вопрос для обсуждения 19 декабря 2019 года, сказав: «Нам не предоставлено никаких прав в Монтрё». Он дал зеленый свет возможности перемен, сказав: «Мы остаемся приверженными Монтрё, пока не найдем возможность для лучшего».

Картина — ясна. Украинский кризис оказывает негативное влияние на Турцию через Черное море. По этой причине, Анкара должна открыто заявить, что не поддержит агрессию США против России из-за Украины, вместо политики «призыва сторон к здравому смыслу»».

На самом деле, мы видим перед собой далеко не регулярный пример той турецкой журналистики, когда автор в своем материале приводит полные цитаты выступающих и ссылается на дату / контекст выступления.

Обращает на себя внимание на интервью чрезвычайного и полномочного посла Российской Федерации в Турции А.В.Ерхова, которое тот дал самому, пожалуй, пророссийскому турецкому изданию – газете Aydınlık 24 января с.г., и на которое ссылается автор публикации. Поэтому, прежде чем, её комментировать и имея в виду, что это интервью не попало в широкую российскую прессу, имеет смысл обратиться к заявлениям российского посла. Приведенный ниже перевод – неофициальный, авторский:

«Посол России Алексей Ерхов заявил, что НАТО пытается увеличить свое присутствие в Черном море, и говоря о (Конвенции – прим.) Монтрё, отметил, что Турция играет решающую роль.

Посол Российской Федерации в Анкаре Алексей Ерхов заявил, что НАТО прилагает усилия для увеличения своего присутствия в Черноморском регионе, и сказал:

«Большая и критическая роль возложена на Турцию, которая является государством-контролером за выполнением требований Конвенции Монтрё — одного из важнейших международно-правовых документов, направленных на поддержание мира в Черноморском регионе».

Заявив, что украинского кризиса нет, Алексей Ерхов констатировал системный кризис доверия между Россией, НАТО и США. Отметив, что (в России – прим.) больше не верят словам Вашингтона и Брюсселя, Ерхов заявил, что Киев саботировал Минские соглашения.

Посол Ерхов ответил на вопросы «Aydınlık» относительно напряженности на Украине и на Черном море. Ерхов дал следующие оценки проблемам нашего региона:

ЧЕРНОМОРСКИЙ ПЛАН НАТО

«Его (НАТО – прим.) цели ясны. Обеспечить постоянное военно-морское присутствие НАТО в Черном море и расширить этот блок за счет новых членов, таких как Украина и Грузия. В результате, этот регион станет постоянным источником опасности для национальной безопасности России.

«В этом месте я хотел бы обратить ваше внимание на несколько фактов. По сравнению с 2020 годом, интенсивность использования разведывательной авиации НАТО в Черном море в прошлом году увеличилась более чем на 60 процентов. Количество вылетов увеличилось с 436 до 710. Стратегические бомбардировщики США совершили 92 полета (78 раз в 2020 году) в воздушном пространстве Черного моря и продвинулись до предела, где предусматривался пуск крылатых ракет. Руководство объединенных сил НАТО провело 15 учений (8 в 2020 г.) в акватории Черного моря. С января по декабрь 2021 г. в Черное море зашли 30 военных кораблей НАТО (23 в 2020 г.). Их общая продолжительность присутствия увеличилась до более чем 400 дней (358 в 2020 году). Эти цифры очень наглядно демонстрируют ситуацию».

КОНВЕНЦИЯ МОНТРЁ О ПРОЛИВАХ

«Некоторые имеют намерение установить военное превосходство в Черном море. Они постараются добиться этого всеми силами. В этом вопросе большую и решающую роль возлагает на Турцию, которая является контролирующим государством в части выполнения требований Конвенции Монтрё о Проливах, являющейся одним из важнейших международно-правовых документов, направленных на поддержание мира в Черноморском регионе, который находится в запутанном состоянии и в состоянии «риска взрыва».

ЧТО ПРОИСХОДИТ НА УКРАИНЕ

«Это — не украинский кризис. В настоящее время, США и НАТО пытаются вывести на первый план проблемы на российско-украинской границе. И они, и их партнеры повторяют эту мантру везде и всегда. Действительно, в настоящий момент, наблюдается системный кризис доверия между Россией и так называемым «коллективным Западом», точнее, между Россией и США, Россией и НАТО».

«НАТО было создано против СССР с целью «окружения» нашей страны. Тем временем СССР пытался вступить в Альянс в 1954 году, но ему было отказано в членстве. Перед лицом этих условий ему пришлось приступить к созданию Варшавского договора. Мы уверены, что в настоящее время НАТО «работает против России». Особенно нас беспокоит то, что блок и его военная инфраструктура постепенно приближаются к нашим границам. За последние годы границы Североатлантического альянса расширились более чем на 1000 километров на восток. Это дает НАТО возможность поражать цели на территории России своим нестратегическим оружием.

ОНИ ОБМАНУЛИ НАС

«Они слишком долго нас обманывали, усыпляли колыбельными, что расширение НАТО не представляет угрозы для нашей безопасности. В результате, военная инфраструктура блока была развернута в Восточной Европе и бывшей советской зоне. Это сократило подлетное время ракет НАТО в сердце нашей страны, в европейскую часть».

62.42MB | MySQL:101 | 0,497sec