Сирийские войны 2011-2020 гг. Что дальше? Часть 11

Конец войны?

 Захват Ракки и Пальмиры в конце 2017 года был началом заключительного этапа войны против ИГ, которое не смогло оправится от этих поражений и к концу 2019 года. Ликвидация Абу Бакра аль-Багдади 27 октября 2019 года в Идлибе было заключительным аккордом ознаменовавшим исчезновение ИГ.

Окончание войны с ИГ не означало прекращение остальных войн. Практически одновременно с поражением ИГ, бойцы YPG заняли оставленный в 2012 году правительственными войсками Африн, включив его в состав курдской автономии Рожава. Это не могло не вызвать ответной реакции президента Эрдогана. После неуверенной победы на конституционном референдуме 2017 года и на фоне растущих внутренних проблем Эрдогану было необходим быстрый и очевидный успех.

Операция «Оливковая ветвь» по задумке Анкары должна была и перекрыть один из основных каналов связи и общения между разными частями Рожавы и YPD/PYD с РПК и укрепить внутренние позиции Эрдогана. Для ее проведения ССА (Турция) была реорганизована вместе с туркоманскими бригадами во вспомогательные части турецкой армии. Основная цель – захват кантона Африн и создание там зоны безопасности (по образу и подобию «Независимого Южного Ливана» майора Хаддада) под формальным контролем реорганизованной ССА.

В результате ожесточенных боев Турция захватила Африн. Более 200 тысяч курдов, армян, христиан и алавитов были вынуждены покинуть кантон. Турция начала переселять в Африн туркоманов и сочувствующее ей арабское население из Идлиба, что может быть подтверждением долгосрочных планов Турции на присоединение Африна.

К концу 2019 года ситуация в Африне и вокруг него стабилизировалась.

Одновременно с Африном, Дамаск организовал наступление на ИФ окопавшийся в Восточной Гуте. Это наступление было более успешным, чем битва за Африн. К началу мая 2018 года Восточная Гута перешла под полный контроль правительства. Побочным результатом падения Восточной Гуты был разгром сил ССА (КСА), «Аль-Каиды» и ИФ в кантоне Растан. Эти две победы позволили правительственным силам и подразделениям КСИР взять под контроль кантон Бадия на юге страны, что было ещё одним ударом по группировкам поддерживаемым КСА. Возврат граничащей с Израилем Бадии стал возможным благодаря сложным и неоднозначным договорённостям между Израилем, Сирией, Россией, Иорданией и США.

Асад, будучи в первую очередь сирийских патриотом, не хотел допускать ни создания протурецкого анклава на северо-западе страны, ни тем более аннексии одного из самых  плодородных и развитых районов Сирии Турцией. Понимая, что собственными силами Дамаск не сможет отвоевать Африн, президент Асад впервые в послевоенной истории пошёл не только на переговоры но и на сделку с АСВС и КНК в результате контрой и силы YPG, и курдские подразделения СДС[138] были пропущены через территорию подконтрольную правительственным силам на усиление сил YPG сражавшихся в Африне. Как часть сделки, YPG оставили район Шейха Масуда  в Восточном Алеппо, перешедший под контроль правительственных сил.

К концу 2018 года, сирийский государственный флаг был поднят в Дейр-эз-Зоре, Аль-Букамале, Готе, Растане, Нассибе, Кунейтре и Дераа. Основная заслуга в разгроме ИГ принадлежит Ирану, однако все остальные победы режима Башара Асада состоялись только благодаря массированной воздушной кампании России и ее помощи в подготовке и снабжении сирийской армии. Определенную роль сыграла и коалиция возглавляемая США. Не желая ввязываться в прямое противостояние с Россией и Ираном Турция, КСА, Катар и, в меньшей степени, Израиль были вынуждены смириться с кампанией правительственной армии по возврату контроля над Восточной и Южной  Сирией.

На протяжении 2019 года остатки оппозиционных сил продолжали выяснять отношения между собой самыми разными способами. Такие столкновения никак не влияли на восстановление местных органов власти и укрепление контроля центрального правительства в освобождённых территориях.

Прекращение полномасштабных военных действий в 2018-2019 гг. не означает прекращения этих конфликтов. На самом деле это не так или не совсем так. Действительно, центральное правительство в Дамаске вело и продолжает вести (при поддержке ВКС РФ[139]) боевые действия с различными оппозиционными силами.

В результате сирийский войн основная общая цель оппозиции – смена режима – достигнута не была. Это объясняется разобщённостью оппозиции, борьбой с ИГ, которая отвлекла внимание от основной первоначальной цели, противоречиями и борьбой оппозиционных сил и их спонсоров  между собой, отсутствием у внешних игроков опыта и навыков веления прокси-войн и переоценкой значения традиционных племенных и религиозных связей.

Катар, Саудовская Аравия и США не сумели достигнуть ни одной из своих целей. К началу 2020 года государственная поддержка оппозиционных сил была свёрнута, а частные пожертвования и помощь были сведены до минимума. Катару не удалось пробить проект своего газопровода в Европу, а КСА не сумели разгромить «Хизбаллу» и «Братьев-мусульман».

Позиции США в регионе значительно ослабли. Американский контингент оказался фактически запертым на базе Эт-Танф, а клубок проблем возникших вокруг компании Delta Crescent LLC и ее деятельности в провинции Хасеке после прихода команды Байдена в Белый дом поставили вопрос  о целесообразности сохранения американского присутствия в Рожаве.

Турции удалось реализовать две из первоначально поставленных задач: создать несплошную зону безопасности отбросив силы курдской самообороны за ее пределы и фактически присоединить к Турции один из основных сельскохозяйственных регионов Сирии — кантон Африн. Побочным результатом открытого вмешательства Турции в сирийские войны стала нормализация отношений с Израилем и многоплановое сближение с Россией на фоне деградирующих отношений с США.  Турция также получила хорошо обученные и мотивированные вспомогательные силы в лице ССА и туркоманских подразделений.

Иран сумел достигнуть почти всех поставленных задач. Во первых, он сохранил и укрепил маршруты снабжения «Хизбаллы», во-вторых не допустил возникновения радикального суннитского квази-государства и перехода Сирии под контроль КСА и/или Турции, в-третьих значительно укрепил экономические связи с Сирией и своё влияние не только в Сирии, но и в регионе. Прямое и активное участие в сирийских войнах привели к улучшению отношений с Турцией и восстановлению прагматичных ситуационных отношений с Россией.  В результате усилий Ирана 15 сентября 2022 ХАМАС объявил о нормализации отношений с Сирией спустя 10 лет, похвалив страну за ее позицию в отношении палестинского народа и поддержку «сопротивления». ХАМАС также осудил израильские авиаудары по Сирии, которые нарушают ее территориальную целостность.

Россия помогла своему союзнику выжить, получила и расширила своё присутствие в стране (получив два дополнительных пункта базирования ВКС в Камышлы и Шайрате), значительно улучшила отношения с КСА, Турцией, Катаром и Ираном, создала и эффективно поддерживает имидж регионального миротворца и арбитра. При этом России удалось сохранить хорошие отношения с Израилем. В качестве побочного бонуса, российские ВКС получили реальный боевой опыт. Весь летный состав ВКС участвовал в боевых действиях в Сирии на ротационной основе. Сирийская кампания также послужила хорошей рекламой продукции российского ВПК.

Сирийские войны изменили не только Сирию но и общую ситуацию на Ближнем Востоке. Отношения между рядом участников были пересмотрены. Так Иран и Россия наладили хоть и осторожные, но прагматические рабочие отношения, Турция сблизилась с Ираном настолько, что разрешила возобновить деятельность «Хизбаллы» в стране[140]. Катар находится в затяжном конфликте с Саудовской Аравией, а отношения Эр-Рияда и Вашингтона находятся на самой низкой отметке с конца 40-х годов прошлого века. В противовес этому конфликту КСА наладило рабочие отношения с Турцией. А турецко-американские отношения также как и турецко-европейские становятся все более сложными и натянутыми.  В нарушение американского «Закона Цезаря» Египет, Израиль и Ливан подписали договор об экспорте газа на ливанскую ТЭС через Сирию с правом отбора части газа Сирией в счёт оплаты за транзит[141]. Ещё 3-6 лет назад такое соглашение было бы невозможно не только вследствие союзнических отношений с США, но и из-за прямого или косвенного участия в сирийских войнах.

 Что дальше?

 Еще в 2017 году спецпосланник ООН по Сирии, Стаффан ди Мистура говоря о будущем Сирии отметил: «Восстановление страны будет стоить не менее 250 миллиардов долларов. На пути достижения результата был миллиард препятствий: созвездие участников, несколько меняющихся повесток дня, и реальная опасность мягкого сползания страны в фрагментацию сирийской территориальной целостности, суверинитета и независимости»[142]

На протяжении активной фазы сирийских войн президент Асад очень осторожно выбирал характеристики конфликта. Он ни разу не назвал основной конфликт «гражданской войной», он никогда не определял ни Турцию, ни КСА, ни Катар как врагов Сирии, а Россию и Иран как ее друзей. Вместо этого он использовал расплывчатый термин «партнёры» для врагов и «надёжные партнёры» для союзников. Вместо этого он определял оппозицию как предателей и изменников и избегал употреблять слово «война». Он приветствовал победы в отдельных битвах, но не объявил об окончании войн. Более того, когда к началу  2020 года основные битвы правительственной армии были выиграны, ИГ разгромлен, а оппозиция если и продолжала воевать то только между собой, Президент Асад не обьявил об окончании войн, в лучших традициях баасисткого режима он объявил о продолжении борьбы и необходимости объединиться для восстановления страны[143]. Такая осторожность позволяет с одной стороны взаимодействовать без потери лица со вчерашними врагами и мобилизовывать общество на продолжение борьбы и восстановление страны.

Это также закономерно, поскольку значительные регионы страны (например Идлиб и Африн) остаются вне контроля правительства. Попытки восстановить контроль над Идлибом окончились столкновениями с турецкими войсками охраняющими регион и расквартированных там протурецких боевиков, переселённых из других районов страны. Эти столкновения напомнили о том, что конфликты не закончились и любой из них может вспыхнуть с новой силой в любой момент.  Ситуация на северо-востоке также остаётся напряженной, где сирийская армия и силы курдской самообороны находятся в фактическом противостоянии с ограниченным американским контингентом остающимся на базе Эт-Танф и занятым на охране нефтяных месторождений в провинции Хасеке.

Процесс национального примирения проходящей в нескольких форматах не привёл к достижению каких либо устойчивых и долгосрочных договоренностей между конфликтующими сторонами, а перспективы его весьма туманны.

Остатки вооруженной оппозиции продолжают партизанскую войну убивая как сирийских чиновников и военных так и иранских офицеров и советников. Так 22 августа 2022 года  в Сирии был убит иранский генерал Абу аль-Фадл Алиджани. Точное место смерти не разглашается. Он был служил в Сухопутных войск КСИР и являлся военным советником. Это первый задокументированный иранский генерал, убитый в Сирии за более чем 2 года.

Возобновление военных действий в Идлибе в 2020 году вызвало ещё один гуманитарный кризис, усилило расслоение населения и увеличило уровень бедности. Количество сирийцев живущих за порогом бедности пересекло отметку в 80% по оценкам ООН. По самым консервативным оценкам в ходе боевых действий погибло 400 000 человек и не менее половины населения страны оказались внутренне перемещенными лицами. Управление по делам беженцев ООН оценило поток беженцев из Сирии в 5,5 млн человек[144]. Даже полное прекращение  боевых действий не создаст условий для возвращения их в страну. Фактическая аннексия Турцией ряда территорий[145], где проводится политика турксификации, и продолжающееся противостояние с курдской автономией создают дополнительные трудности как для возврата беженцев так и для возврата внутренне перемещённых лиц к местам обычного проживания. На этом фоне приблизительно 10% населения, в основном связанные с кланом Асада, значительно увеличили своё благосостояние. Так в 2019 году в Дамаске был сдан в эксплуатацию торговый центр премиум класса стоимостью более $310 млн, рестораны и кафе премиум класса появились в Алеппо, Думе, Хомсе и других городах, где контроль правительственных войск стал устойчивым[146]. И это на фоне увеличивающегося обнищания населения в условиях жесточайшего затяжного экономического кризиса, причинами которого являются и ошибочные решения правительства и внешние обстоятельства.

Признав свою неспособность сместить баасисткий режим в открытом противостоянии, США с середины 2018 года усилили давление на Иран, в надежде вынудить его отказаться от экономической помощи Сирии[147]. На какое-то время Иран сократил поставки нефти и прямую финансовую помощь, этот вакуум заполнила Россия. Благодаря ее помощи правительству удалось быстро успокоить акции протеста. Это дало Ирану возможность реорганизовать маршруты поставок и увеличить их до требуемого Дамаску уровня.

Окончание горячей фазы большинства сирийских войн не означает возврата к нормальному экономическому взаимодействию с Дамаском. В 2019 году КЕСП ООН оценил стоимость восстановления Сирии в $400 млрд[148]. Вопрос о том, кто и как будет финансировать восстановление страны остаётся открытым. Сирия не имеет возможности размещать суверенный долг на финансовых рынках, шансы получения кредитов МВФ/ВБ приближаются к нулю, ни США, ни ЕС не будут участвовать в  восстановление страны, особенно с учётом их противостояния с Россией на Украине[149]. Ситуацию может несколько улучшить возврат нефтяных месторождений в провинции Хасеке под контроль Дамаска (при условии, что будет достигнут рабочий компромисс между АСВС и правительством). Разговоры о полном уходе США из Сирии идут практически с первого дня президентства Джо Байдена, однако на дату написания данной статьи ни президент Байден лично, ни Белый Дом не сформулировали своего подхода к сирийским проблемам, кроме подтверждения неучастия в восстановлении сирийской экономики и государства.

Место США и ЕС в восстановлении Сирии может занять КСА[150].  Не достигнув в Сирии своих основных целей, и на фоне усиления регионального влияния Ирана и Катара, королевство рассматривает восстановление Сирии как средство укрепления своего влияния и сдерживания Ирана. К тому же участие в этом проекте даёт КСА хороший шанс на лидерство в регионе и демонстрацию независимости своей внешней политики от США. Кроме того, КСА не хочет видеть усиление влияния Китая в Сирии. Министр иностранных дел Саудовской Аравии Фейсал бен Фархан отвечая на вопрос о восстановлении Сирии 25 сентября 2022 года заявил, что в сирийском вопросе необходимо соблюдать резолюции ООН[151] особо отметив инициативы королевства в организации помощи Сирии.

Государства члены ССАГПЗ постепенно нормализуют отношения с Дамаском, но их возможности участвовать в восстановлении Сирии ограничены американскими санкциями. Их участие в помощи Сирии во многом зависит от развития отношений и политики США в регионе.

Несмотря на продолжающееся удержание значительной части сирийской территории, Турция также начала пересмотр своих отношений с САР. В сентябре 2022 года президент Эрдоган публично выразил желание встретится с президентом Асадом[152]. Почти одновременно в качестве сигнала Ирану Турция разрешила деятельность «Хизбаллы» в стране[153]. Однако выльется ли такое желание в желание поучаствовать в восстановлении страны остаётся неясным. Кроме того, экономическое положение в Турции затруднит оказание крупномасштабной помощи, а неясные перспективы партии АКР и президента Эрдогана на предстоящих президентских выборах и продолжающаяся радикализация АКР делают перспективы турецкого вклада в восстановление Сирии ещё более туманными.

Финансовые возможности России и Ирана не безграничны. Российская СВО на Украине, и несколько тысяч санкций наложенных на Иран и Россию являются дополнительным сдерживающим фактором. Китай, несмотря на поддержку Асада в горячей стадии сирийских конфликтов не рассматривает Сирию как привлекательную инвестицию и несмотря на поток многообещающих заявлений и участия более 200 китайских компаний в сирийских торговых ярмарках, каких-то ощутимых результатов или перспектив пока не наблюдается.

В условиях продолжающейся партизанской войны всех против всех и весьма ограниченных возможностей для развёртывания крупномасштабной кампании по восстановлению страны у союзников Сирии, сроки и перспективы полномасштабного восстановления страны остаются туманными.

В сирийских войнах победивших нет. Наибольший отрицательный результат получили США, Турция и Катар. Амбиции Турции на региональное лидерство потерпели неудачу, развились конфликты со странами Ближнего Востока, отношения с США и НАТО достигли дна. Региональным амбициям Катара также пришёл конец не фоне глубокого конфликта с КСА. В результате противоречивой политики США в регионе, отношения с ключевыми союзниками приобрели все признаки конфликтного противостояния, столь важная роль посредника в региональных конфликтах была утрачена вместе со значительной долей влияния на ценообразование нефти и нефтепродуктов.

Региональные соперники, КСА и Иран померившись силами в Сирии кажется пришли в состояние хрупкого равновесия и есть признаки того, что стороны ищут пути нормализации отношений без потери лица, репутации и религиозной чистоты, что так важно на Ближнем Востоке. За сохранив влияние в Сирии и обеспечение безопасности «Хизбаллы» Иран заплатил очень высокую цену, которая усугубила весьма шаткое экономическое положение страны.

Россия и, в меньшей степени, Израиль являются наиболее очевидными выгодоприобретателями сирийских конфликтов. Израиль, избежавший прямого участия в сирийских конфликтах получил дополнительные гарантии безопасности своих границ и достиг временного перемирия с «Хизбаллой». Россия уничтожила большинство радикальных бойцов пришедших в Сирию из бывшего СССР, расширила свою торговлю и укрепила политические отношения со странами Ближнего Востока и Персидского залива, наладила отношения с Турцией и Ираном и вернула своё военное присутствие в Средиземноморье. Кроме того, запустив процессы национального примирения, Россия показала более приемлемый и перспективный подход к решению региональных проблем, чем предлагаемый США. Однако насколько эти достижения долгосрочны и какое влияние они окажут на будущее России остаётся неясным.

Таким образом, говорить о завершении сирийских войн и регионального кризиса ими вызванного представляется преждевременным. Инвестиции внешних участников в сирийские войны пока не списаны, и каждый из участников все ещё надеется на дивиденды. Такая позиция скорее всего приведёт к ещё одному раунду или широкомасштабных военных действий всех против всех, или объединения оппозиции вокруг одного лидера, который развернёт активную террористическую  войну по образцу операций ОУН/УПА на Украине в 1944-1951 гг., «Боко харам» в Нигерии или Армии освобождения Южного Вьетнама в 1967-1971 гг..

[138] К этому времени арабские подразделения покинули СДС и присоединились к ССА (Турция).

[139] Последний по времени авиаудар по целям в Идлибе ВКС РФ нанесли 16 октября 2022 года

[140] «Хизбалла» была запрещена в Турции с 2012 года. В октябре 2022 г. запрет был снят см: https://www.meforum.org/63665/erdogan-allows-iran-ally-hizbullah-to-operate-in?goal=0_086cfd423c-eeac89e0fe-33678645&mc_cid=eeac89e0fe&mc_eid=eb32eddb7b

[141] https://www.jpost.com/breaking-news/article-709972

[142] https://dppa.un.org/ru/27-november-2017-security-council-briefing-situation-syria-special-envoy-staffan-de-mistura

[143] Речь президента Асада 17 февраля 2020 года, цит. по тексту опубликованному в газете «Аль-Манар».

[144] https://www.unhcr.org/uk/syria-emergency.html

[145] О чем, в частности свидетельствует начало строительства стены на границе Идлиба с Сирией в октябре 2022 года в дополнение к практически законченной стене на сирийско-турецкой границе.

[146] https://www.nytimes.com/2019/08/20/world/middleeast/syria-recovery-aleppo-douma.html

[147] https://www.aljazeera.com/opinions/2019/5/30/us-maximum-pressure-on-iran-is-empowering-russia-in-syria/

[148] https://english.alaraby.co.uk/news/cost-syria-war-destruction-almost-400-billion-un

[149] https://www.mei.edu/publications/reimagining-syria-rebuild-north-now

[150] https://themedialine.org/top-stories/saudi-arabia-re-evaluates-its-policy-toward-syria/

[151] https://gadebate.un.org/en/77/saudi-arabia

[152] https://www.voanews.com/a/turkey-signals-possible-rapprochement-with-syria-/6763615.html

[153] https://nordicmonitor.com/2022/10/outlawed-hizbullah-entity-resumed-operations-in-turkey-with-erdogan-govt-approval/

62.44MB | MySQL:101 | 0,527sec