О «формуле победы» турецкой власти на предстоящих выборах. Часть 1

Турецкое руководство в лице президента Р.Т.Эрдогана и его Партии справедливости и развития продолжают активные поиски победной для себя формулы на всеобщих выборах, предстоящих в июне 2023 года.

Что касается выборов президентских, то здесь турецкое руководство работает над рейтингом действующего президента, опираясь на очевидную разобщенность оппонентов. Как можно судить, турецкая оппозиция продолжает пребывать в достаточно комфортной уверенности в том, что «любой оппозиционный кандидат» способен не просто навязать конкурентную борьбу Р.Т.Эрдогану, но и победить его. Это порождает продолжающиеся внутри оппозиции дебаты относительно того, кто должен быть этим кандидатом от оппозиции, при которых идет очевидная потеря «темпа».

Надо сказать, что эта самоуверенность может сыграть с оппозицией достаточно злую шутку. В то время, как оппозиционеры продолжают собираться на совещания, за которыми не следует выдвижение единого кандидата, Р.Т.Эрдоган продолжает в максимально возможном темпе работать «в поле» — как внутри страны, так и за её пределами. Это не может укрыться от тех колеблющихся избирателей, которые ищут стабильности и уверенности по итогам выборов 2023. Делясь сугубо личными наблюдениями и мнением, нижеподписавшемуся представляется, что исход президентских выборов к настоящему времени Р.Т.Эрдогану уже удается переломить. Теперь действующему турецкому лидеру надо лишь не допустить форс-мажоров и довести дело до победы.

Ситуация с парламентскими выборами продолжает оставаться настораживающей для турецкой власти. Партия справедливости и развития (ПСР), усиленные Партией националистического движения (ПНД) не дают власти гарантированной убедительной победы, которая позволила бы набрать даже простое большинство в Великом национальном собрании (Меджлисе) Турции. Да, невозможно спорить с тем, что альянс ПСР – ПНД продолжает оставаться самым сильным, но недостаточно сильным, чтобы доминировать единолично в парламенте. А это создает достаточно шаткую конструкцию под вершиной властной пирамиды, даже в условиях президентской республики, когда за президентом – полнота власти.

Мы не будем иллюстрировать этот тезис (о том, что ПСР-ПНД не так успешны в плане поддержки избирателей, как Р.Т.Эрдоган) результатами опросов – достаточно лишь наблюдать за теми действиями власти (очевидно, располагающей адекватной картиной предпочтений избирателей), которые указывают на интенсивный поиск той «формулы победы», которая позволит решить заявленные задачи.

Эта формула должна сложиться из двух аспектов.

Аспект первый, мы неоднократно затрагивали в своих предыдущих публикациях на сайте ИБВ. Речь идет о том, что турецкое руководство пытается одержать значимую для турецких избирателей внешнеполитическую победу. Заметим, что «миротворчество» между Россией и Украиной — это, конечно, победа. Однако, это – не та победа, которая способна всколыхнуть национальный дух и обеспечить национальное единение вокруг турецкого руководства.

Так что, речь мы вели о том, что операция (4-я по счету) турецких Вооруженных сил в турецко-сирийском приграничье является делом решенным. Говорили мы об этом и в начале этого года, указывая при том, что необходим правильный выбор «тайминга». Проводить операцию за 1 год до выборов – это фальстарт. Сейчас же неуклонно надвигается наилучшее с политической точки зрения время (заметим, что мы выводим за скобки такие категории, как наилучшее с военной точки зрения время и проч. – И.С.) для проведения операции. Опять же террористическая атака в Стамбуле – это серьезное обоснование того, что Турция намеревается предпринять в плане «окончательного решения вопроса РПК». Это обоснование дает возможность Турции не оглядываться «назад» на Запад, в плане «осуждений» и возможных санкций, и спокойно идти по своему плану.

Чуть позже мы скажем о том, как турецкое руководство, очевидно, собирается подступиться к 4-й по счету военной операции в Сирии. Потому что, подступиться надо с умом, имея в виду, что победа должна быть громкой и убедительной. Можно ли говорить об «окончательной победой» над РПК? — Вряд ли. Скорее, речь может идти о создании непрерывного «коридора безопасности» вдоль турецко-сирийской границы.

Полагаем, что подобного рода победа может стать достаточно серьезной «прибавкой» к рейтингам. Но вопрос заключается в том, для чьих рейтингов это будет прибавка?

Безусловно, президент Р.Т.Эрдоган упрочит свои позиции как лидер страны, готовый на решительные действия. Он, как президент, может собирать «очки» как с политического, так и с экономического поля. Однако, осмелимся предположить, что политические победы власти имеют заметно меньший эффект на рейтинги стоящей за Эрдоганом коалиции ПСР – ПНД.

От партийной коалиции, скорее, ожидают побед на поле экономики. А вот одержать такую победу в отведенные до выборов 7 месяцев будет крайне затруднительно, либо вовсе невозможно. Так что, задача «экономическими достижениями» не решается. Страна ещё до конца не адаптировалась к новой «экономической реальности», чтобы можно было бы говорить о том, чтобы демонстрировать экономические успехи.

А, следовательно, необходимо рассматривать альтернативные пути достижения цели. А именно решить задачу на «структурном уровне», то есть, укрепить альянс ПСР – ПНД серьезным третьим игроком. «Серьезным» — в том смысле, что игроком, располагающим 10% голосов избирателей, прибавление которого дает гарантированное большинство в Меджлисе. И таких игроков в Турции – ровно два: Хорошая партия и Партия демократии народов.

Вернемся немного назад к ожидаемой военной операции в Сирии. Очевидно, что Россия добивается от турецкого руководства вполне конкретного шага, который заключается в том, чтобы за переговорный стол между собой сели бы президенты Р.Т.Эрдоган и Б.Асад. Сигналы о возможности такой встречи, в частности, на московской площадке, начали поступать несколько месяцев назад и продолжают поступать на момент написания данного материала. Проблема заключается в том, что такие переговоры создают серьезную проблему в тех оппозиционных сирийских анклавах, которые контролируются со стороны Турции. Первые намеки на возможность подобной встречи привели к ряду инцидентов, включая сжигание турецкого флага, которое, в дальнейшем, было отнесено на сирийские Силы народной самообороны. Как бы то ни было, осадок остался даже после того, как турецкая власть дезавуировала намерения по прямым переговорам с Б.Асадом.

Надо сказать, что, в случае даже если подобные переговоры состоятся, турецкой власти предстоит столкнуться с обвинениями в «предательстве» со стороны наиболее непримиримо настроенной сирийской оппозиции. С другой стороны, и российской стороне это следует учитывать, Турции крайне важно получение от России «зеленого света» на проведение операции. Причем, что называется, «сроки горят». Заметим, что ситуация, когда у партнёра «горят сроки» является самой выгодной переговорной позицией. Россия уже продемонстрировала намерение договариваться тем, что, впервые за семь лет, открыло воздушное пространство Сирии для турецких ВВС. Однако, дальнейшие шаги, как полагают турецкие обозреватели, возможны только после переговоров Эрдоган – Асад. В этой ситуации, Турция наверняка будет предлагать России асимметричные «размены». Причем, у Турции есть что предложить России, включая, допустим, проход для нефтеналивных танкеров без «той самой страховки» через Черноморские проливы и многое другое.

Как бы то ни было, выразим убежденность в том, что операция, тем или иным способом, но Турцией проведена будет. И это позволит Р.Т.Эрдогану ещё больше укрепиться в положении кандидата №1 на предстоящих в июне месяце президентских выборах.

Теперь что касается двух упомянутых нами оппозиционных партий, которые турецкая власть пытается перетянуть на свою сторону: Партию демократии народов и Хорошую партию Турции. Изменив таким образом конфигурацию альянса и прибавив себе 10% электората. Тут, конечно, ключевой вопрос заключается в том, что, прибавив ту же ПДН в свои ряды, неизбежно будут и потери среди националистов из числа сторонники властного дуэта. В этом смысле, Хорошая партия Турции смотрится куда как более органично, а, следовательно, безубыточно для турецкой власти. Более того, это смотрится как возвращение к «истокам». Напомним, что Хорошая партия Турции откололась от Партии националистического движения и перешла на сторону оппозиции. Обратный процесс будет рассматриваться как «воссоединение» турецкой оппозиции.

Перейдем к тем размышлениям на эту тему, которые последние дни вслух ведет один из главных турецких политологов, генеральный координатор Фонда политических, экономических и социальных исследований Турции (SETAV) Бурханеттин Дуран. Материал от 13.11.222 озаглавлен как «Откроет ли визит в ПДН новое политическое пространство?». Цитируем турецкого автора:

«В преддверии выборов в следующем году на передний план политических дискуссий вышли темы, связанные с идентичностью, такие как инициатива правительства «Алавиты» и предлагаемая конституционная защита религиозного хиджаба».

Встреча между правящей Партией справедливости и развития (ПСР) и Партией демократии народов (ПДН) по поводу предлагаемой поправки к конституции привлекла все внимание к Партии националистического движения (ПНД). Председатель ПНД Девлет Бахчели в конце концов сказал, что посещение любой партии с парламентским собранием было «совершенно естественным и правильным», чтобы доказать, что в Народном альянсе существуют сильные механизмы консультаций по ключевым вопросам политики. Это заявление не только разрушило ожидания кризиса, но и открыло некоторые возможности для ПДН.

Прежде чем взглянуть на природу этого пространства, важно выделить главную причину, по которой Народный альянс не столкнулся с кризисом. Это потому, что президент Реджеп Тайип Эрдоган и Бахчели могут работать вместе во многих областях, включая внешнюю политику, экономическую политику и внутреннюю политику. Они доверяют друг другу и имеют общий подход к основным вопросам страны. Другими словами, они участвуют в здоровой дипломатии между лидерами.

В отличие от партийных лидеров, сидящих за «столом на шестерых» (оппозиционный шестипартийный альянс – И.С.), глава ПСР и председатель ПНД умудряются заниматься разными делами, не создавая друг другу проблем, что является огромным преимуществом перед выборами в следующем году. Действительно, сохранение гармонии между их риторикой и политикой в ​​отношении курдских избирателей будет достаточно значительным, чтобы повлиять на выработку оппозиционным блоком общей политики.

Оппозиция отреагировала на визит ПСР, заявив, что правящая партия «приравняла ПДН» к террористической организации РПК, и спросила, что изменилось. По иронии судьбы, эти комментарии вызвали у ПДН, которая надеется стать демаргинализованной и играть влиятельную роль в турецкой политике после 2023 года, чувство глубокого дискомфорта.

Неудивительно, что любое взаимодействие с ПДН становится проблемой в повседневной партийной политике. В конце концов, есть острая необходимость обсудить роль этой партии, как и ее предшественников, в политической жизни Турции. Сочетая в себе левую политику и этнонационализм, ПДН остается крайне проблематичным движением, по мнению многих избирательных блоков, из-за своей неспособности дистанцироваться от РПК. Действительно, дело о закрытии ПДН находится в Конституционном суде. Безусловно верно, что «демократическое давление» на эту партию должно продолжаться до тех пор, пока она несомненно не дистанцируется от терроризма.

Я считаю, что посещение ПДН группой официальных представителей партии ПСР не означает автоматически, что «демократическое давление» будет снято. Никто также не ожидает, что правительство начнет новый процесс примирения, в котором эта сторона будет рассматриваться как партнер.

Тем не менее, политические дебаты будут по-прежнему сосредоточены на том, как различные партии относятся к ПДН, что они говорят о политике друг друга и какой дискурс / политику примет сама ПДН.

Какие мнения будет озвучивать ПДН в ходе предвыборной кампании? Будет ли она и дальше воспринимать республику как «деструктивный проект»? Будет ли движение говорить о родных языках и местной автономии? Или сможет ПДН полностью пересмотреть свой дискурс?

Очевидно, исход дела о закрытии и возможность нового военного вторжения в северную Сирию будут определять эту повестку дня.

В преддверии выборов в следующем году на передний план политических дискуссий вышли темы, связанные с идентичностью, такие как инициатива правительства «Алавиты» и предлагаемая конституционная защита религиозного хиджаба.

Точно так же различные политические партии могут выступить со свежей риторикой и новыми шагами в отношении курдского вопроса. Сразу приходит на ум дискурс включения и единства, который нравится курдским избирателям, и предоставление большего места для курдских политиков в списках кандидатов.

Вопрос, однако, заключается в том, захотят ли политические партии Турции начать разговор, который мог бы демаргинализировать ПДН, несмотря на размер националистической базы. Будут ли они публично участвовать в этом движении во время предвыборных переговоров? Если бы они предприняли такие шаги, как бы отреагировала ПДН (которая якобы хочет дождаться следующих выборов, чтобы попытаться набрать новый импульс)?

Все эти вопросы имеют несколько аспектов и подчеркивают необходимость ожидания политической дискуссии в Турции, которая может спровоцировать неожиданные события».

Итак, попробуем развить мысль о том, какие «неожиданные события» в Турции могут возникнуть в результате упомянутой турецким автором «политической дискуссии»?

На самом деле, напрашивается следующее.

Во-первых, в чем несомненное преимущество ПДН с точки зрения турецкой власти, если говорит об этой партии, как о потенциальном партнёре? – Это уникальный сплав двух качеств. Стабильной электоральной базы в 10-12% избирателей. И, с другой стороны, маргинальности в глазах как провластного, так и оппозиционного электората. В нынешней ситуации, когда Конституционный суд рассматривает дело о закрытии ПДН, можно сказать, что этой партии и «терять нечего». В том смысле, что она может и дальше «упорствовать», а может пойти на диалог с турецкой властью. В частности, может публично размежеваться с РПК, сделав серию заявлений. И таким образом вернуться на внутриполитическую площадку, после снятия против неё обвинений в Конституционном суде.

Завоевать курдский электорат – значит выиграть выборы в парламент. Напомним, что именно благодаря курдском электорату, во многом, стала возможной победа оппозиции на выборах мэра Стамбула Экрема Имамоглу.

Есть что турецкой власти предложить ПДН? – Разумеется, есть, начиная со сворачивания судебного преследования. Более того, есть и упомянутая Бурханеттином Дураном тема идентичности в Турции. Заметим, что тема идентичности в Турции не может противоречить идеологии ПСР и ПНД просто потому, что и те, и другие – имперцы. А империя – это автоматически и многонациональность, и национальные права. Так что, дело заключается лишь в том, как обеспечить «безубыточность» с точки зрения электората ПСР и ПНД? Как его убедить в том, что подобный альянс не является отказом от национальной идеи? – Полагаем, что для этого у турецкой власти есть и инструменты, и возможности.

62.21MB | MySQL:101 | 0,450sec