О планах развития горнодобывающего сектора Алжира

В 2023 году алжирские власти намереваются запустить амбициозные проекты в горнодобывающем секторе. Благодаря этому в будущем они рассчитывают диверсифицировать свои углеводородные доходы.

2023 год станет годом запуска важных программ развития горнодобывающего сектора в Алжире. В результате эта страна должна получить еще один стабильный источник поступления ресурсов, второй по значимости после добычи и экспорта нефти и газа.

Напомним, что президент АНДР Абдельмаджид Теббун поставил задачу добиться диверсификации алжирских доходов и за три года своего управления страной он фиксирует, что она уверенно двигается в заданном направлении. Так, по итогам 2022 года общий объем неуглеводородных поступлений в ее казну может превысить 5 млрд долларов.

Значительная часть этого объема приходится на увеличение выпуска и экспорта стройматериалов, особенно цемента, а также сталелитейной промышленности.

Однако алжирские власти считают, что уже в ближайшие год – два они в состоянии удвоить показатели неуглеводородного экспорта и резко «изменить облик страны» прежде всего за счет до сих пор слабо развитого горнодобывающего сектора. Их представители утверждают, что в нем все готово к запуску новых важных программ по извлечению и переработке полезных ископаемых.

Этому должно поспособствовать принятие нового инвестиционного Кодекса, благодаря чему в большинстве неуглеводородных проектов отменяется действие прежде обязательного закона «51/49», согласно которому иностранные инвесторы могут работать на территории АНДР только совместно со своими алжирскими коллегами и при этом они не могли иметь в таких проектах более 49-процентной доли.

Действие подобных ограничений резко снижало привлекательность для них Алжира, почему большинство предпочитало воздерживаться от вложений в эту страну. Но теперь, после отмены ограничения  интерес к работе в местном горнодобывающем секторе заметно вырос.

Так, в конце 2022 года МИД АНДР с коллегами из целого ряда стран, в первую очередь, западных и Китая, начали соответствующие интенсивные переговоры.

В первую очередь речь идет о разработке крупных железнорудных, свинцово-цинковых, фосфатных и золотых месторождений. Так, только железа в месторождениях Уэнза, Бухадра и Гар-Джебиле имеется более 3 млрд тонн и 2,5 млрд тонн фосфатов в Бир-эль-Атере.

Также большие ожидания представители властей АНДР имеют на разработку других перспективных полезных ископаемых, особенно востребованных экономикой развитых стран – «редкоземельных элементов и редких металлов».

Так, по данным Мулуда Иссаада, доктора горнодобывающей геологии и старшего преподавателя кафедры геологии Университета науки и технологий Хуари-Бумедьена в Алжире, «в некоторых регионах Алжира, таких как Хоггар, находятся стратегические неразработанные природные материалы – олово, вольфрам, бериллий, тантал и ниобий».

Эти элементы имеют активное промышленное применение в электронике, передовых технологиях мировой электротехнической промышленности, их не хватает, Китай и западные страны конкурируют за них и, как следствие, стоимость их неуклонно повышается.

Не случайно, что сейчас Алжир поставил этот сектор в центр своей стратегии стимулирования экономического роста на ближайшую и среднесрочную перспективу.

В связи с этим алжирские специалисты горнодобывающей отрасли указывают, что на данный момент на их разработку фактически обладает Китай, имеющий соответствующую передовую технологическую отрасль.

Однако попытки добиться китайских вложений провалились – Пекин в силу разных причин не пожелал вкладываться в разработку алжирских редкоземов. В частности, Китай расценил непривлекательными предлагавшиеся ему условия работы в АНДР.

И вот, в августе, в ходе визита в Алжир высокопоставленной французской правительственной делегации во главе с президентом Эммануэлем Макроном, соответствующее предложение было сделано Парижу. И тот принял его весьма благосклонно. Хотя до сих пор договоров в данной области стороны так и не заключили, но, по их данным, они близки к этому. В частности, они сообщают о подписании первых «партнерских проектов» в данной области в августе 2022 года по итогам визита Макрона в Алжир.

Однако фактически – это лишь договоры о намерениях, ибо на сегодняшний момент неизвестно даже приблизительно, о каких объемах алжирских редкоземельных элементов может идти речь.

Между тем, алжирские источники сообщили о заключении соответствующих предварительных соглашений в сентябре 2022 года с Европейским союзом, заявившим о подготовке к созданию «стратегических резервов редкоземельных элементов на случай перебоев в поставках сырья», в том числе из Китая и африканских стран.

Впрочем, задача эта весьма непростая – так, председатель Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен в этой связи заявила, что для удовлетворения потребностей европейской промышленности в редкоземельных элементах к 2030 году их количество должно увеличиться в пять раз.

Соответственно, потому Алжир становится для Евросоюза вдвойне привлекательным.

Правда, сами алжирские специалисты в этой отрасли делают оговорку, что освоение редкоземельных элементов «требуют всестороннего изучения и дальнейших исследований».

К такому выводу пришли министр энергетики и горнорудной промышленности АНДР Мухаммед Аркаб на своей последней по времени декабрьской встрече с профильными учеными. Это профессор Рабаха Кечичеда с факультета углеводородов, возобновляемых источников энергии, наук о Земле и Вселенной Университета Касди Марбы Уаргла и профессор Сакера Абдеррауфа из Университета науки и техники им.Хуари Бумедьен, специализирующиеся на исследованиях фосфатов и редкоземельных элементов.

Впрочем, в открытую прессу попали их заверения министра, что последние по времени геологические исследования (в ходе которых особенно отметились российские геологи) доказали наличие в Алжире промышленных запасов «металлов со специфическими свойствами, встречающимися только в редких регионах мира».

Однако о проблемах в реализации подобных проектов они предпочитают «на публику» все же молчать. А они весьма серьезные. Соответственно, возникают глубокие сомнения относительно реализации замыслов руководства АНДР по их освоению не только в 2023 году, но и вообще в ближайшей перспективе.

Не случайно, что большинство из 100 проектов, уже начатых в 2022 году, от которых алжирское руководство рассчитывало получать доходы еще до начала 2023 года, так и не вступили в строй. Этому в первую очередь помешала алжирская бюрократия, требующая многочисленных согласований и подписаний различных документов, тормозящих их начало.

Среди них свинцово-цинковое месторождение Тала Хамза, расположенное недалеко от города Беджайя, которое планировали запустить 1 сентября 2022 года. Причины срыва начала его эксплуатации французские источники объясняют тем, что алжирские власти не согласовали это с местными жителями, противящимися этому, как и проблемами с определением собственников отчуждаемой для этого земли и получением от них соответствующих разрешений на работу.

Однако по неофициальным данным, изначально заявившая о своем участии в данном проекте австралийская горнодобывающая группа Terramin столкнулась со старой «алжирской болезнью» — рэкетом алжирских чиновников и в результате ей пришлось продать значительную часть акций в данном проекте (16%), чтобы сохранить свое участие в нем.

Однако и этого, судя по всему, оказалось мало, ибо проблемы с запуском месторождения Тала Хамза сохранились.

Данная ситуация наглядно показывает, что прежние проблемы в алжирском сырьевом секторе никуда не делись. И, судя по всему, именно их наличие и вынуждает осторожничать в развитии сотрудничества в АНДР многие китайские компании.

Соответствующее же положение вызывает скепсис относительно рисуемых алжирским руководством перспектив развития своего сырьевого сектора, и не только горнодобывающего.

62.38MB | MySQL:101 | 0,480sec