О планах Алжира по развитию сталелитейной промышленности

Алжир намеревается стать международно-значимым экспортером стали и чугуна. Для этого у него есть необходимое сырье. Проблема состоит лишь в наличии необходимого объема инвестиций.

С 2026 года Алжир рассчитывает стать одним из ведущих экспортеров сталелитейной продукции. В том числе это должно обеспечить реализацию планов его руководства по диверсификации экономики и ее углеводородных доходов, что позволит ему меньше зависеть от колебаний цен на газ и нефть.

Не случайно, что на заседании Совета Министров АНДР 9 мая 2022 года, прошедшем под председательством президента страны Абдельмаджида Теббуна, было заявлено: «Гар Джебиль (провинция Тиндуф) станет важным источником дохода для страны и жизненно важным для ускорения темпов местного и национального развития».

Заметим, что по данным алжирских властей, оно располагает минимум 3 млрд тонн железной руды, «из которых 1,7 млрд тонн можно использовать в результате разработки открытым методом».

За его счет алжирские власти не только рассчитывают восполнить все свои потребности в стали и чугуне, но и с 2026 года начать их экспорт потребителям из других стран.

31 июля они заявили о запуске данного месторождения, разработка которого, находится на начальном этапе реализации.

Для его полноценного запуска требуются дополнительные инвестиции. Ранее стало известно, что в освоение месторождения Гар Джебиль готовы вложить 2 млрд  долларов три китайские компании. Однако пока уровень их вложений на порядок ниже заявленной суммы.

Кроме того, для полноценного запуска данного месторождения необходимо более 8 млрд долларов.

Пока требуемой суммы нет. Китайские инвесторы, видимо, помня достаточно противоречивый опыт своего участия в алжирских проектах, выжидают, желая оценить обстановку и посмотреть, как пойдет их нынешнее сотрудничество с властями АНДР и насколько оно будет им выгодным.

Под вопросом находится и участие в разработке Гар Джебиль австралийских компаний, например, той же Fortescue Metals Group.

Алжирское же руководство, рассчитывающее на гораздо более активное участие иностранных компаний в реализации его амбициозных планов, начинает волноваться. Не случайно, что 9 января министр промышленности АНДР Ахмед Зегдар совершил поездку «к стратегическому мега-проекту по разработке рудника Гар Джебилет в Тиндуфе», чтобы оценить ход работы.

В этой связи он подчеркнул, что это «станет рычагом развития сталелитейной промышленности в Алжире и будет способствовать реализации других мега-проектов по его развитию, таких как укрепление его железнодорожной сети, производство контейнеров, газопроводов и трубопроводов».

Одновременно это должно поспособствовать стратегии президента АНДР Абдельмаджида Теббуна по уменьшению оттока капиталов из страны путем ограничения ввоза на ее территорию импортной продукции. Иными словами, в ближайшие годы Алжир намерен отказаться благодаря разработке данного месторождения от ввозной стальной продукции.

Важно заметить, что объем ее ежегодных закупок Алжиром за рубежом составляет более 2 млрд долларов в год.

Ахмед Зегдар не скрывал, что расширение сталелитейного производства является первостепенной задачей его министерства, и полноценный запуск проекта в Гар-Джебиле станет основным средством достижения этих амбициозных задач на первом этапе, до 2026 года, с дальнейшим массовым выпуском продукции на экспорт, когда добычу железной руды здесь планируется вывести на 50 – 60 млн тонн в год.

Однако уже сейчас ясно, что данный мега-проект начинает буксовать и это рискует сорвать планы алжирского руководства стать мировой сталелитейной державой. Тем не менее, министр Зегдар уверяет, что «2023 год ознаменует собой взлет после усилий, предпринятых в 2022 году его министерством в координации с другими правительственными органами по устранению препятствий, мешавших запуску нескольких проектов».

Речь прежде всего идет о попытках алжирских властей снизить негативное влияние на их развитие своего же чиновничества. Так, ранее многие иностранные инвесторы жаловались не только на действие в АНДР ущемляющих их законов, но и наличие многочисленных бюрократических барьеров, тормозивших запуск их проектов.

Они касались получения для этого различных разрешительных документов – от землеотведения до финансового контроля. Порой на это уходили целые месяцы. Причем нередко такая волокита была обусловлена не только самой «природой» алжирской бюрократической машины, но и стремлением ее представителей поправить свое материальное положение за счет иностранцев.

Иными словами, речь идет о вымогательстве взяток, до недавнего времени бывшим довольно заурядным явлением практически на всех уровнях принятия решений в этой стране.

Но теперь, учитывая стратегическую значимость подобных проектов, алжирские власти на словах проявляют готовность покончить с данным явлением.

Впрочем, наблюдая волокиту и давление в отношении проекта австралийских инвесторов, пытающихся работать на цинковом месторождении в провинции Беджайя, относительно этого возникают сомнения.

Слишком сильна чиновничья партия в Алжире, чтобы отказываться от своего старого излюбленного способа заработка. Причем ее представителей не особо пугают кары, которыми стращает президент Теббун мешающих воплощению в жизнь его стратегии развития страны «взяточников и саботажников». Ведь они традиционно прикрываются в своих действиях самими алжирскими законами, делающими их обязанностью требовать от иностранцев выполнения тех или иных обязательных для их работы в Алжире положений.

Не случайно, что, несмотря на то, что с момента работ на Гар Джебиль прошло уже полгода, результаты работы на нем весьма скромные. По одним данным, с октября там добывается лишь тысяча тонн железной руды в месяц, тогда как по другим на эти показатели там еще даже не вышли и их ожидают с марта текущего года.

Таким образом, заявленные ранее заместителем генерального директора металлургической компании Feraal Редха Бельхаджем планы выйти уже в 2022 году на минимальные показатели добычи руды в 2 млн тонн провалились.

Явно буксует и реализация планов по созданию на данном месторождении в три этапа 6000 прямых рабочих мест к 2025 году.

Однако руководства Алжира все же рассчитывает на прорыв – у него есть определенное преимущество по сравнению с конкурентами – это близость к европейским рынкам. Но с другой стороны, он сильно уступает им наличием сложной обстановки для работы иностранных инвесторов, созданной его же властями.

К тому же важно понимать, что процент «полезного содержания металла» в породе алжирского сырья в основном не превышает 50%, тогда как по мировым меркам хорошим считается руда с содержанием 60% металла.

И в этом отношении Алжир сильно уступает странам вроде Гвинеи. В случае решения ими проблемы вывоза через свои порты железной руды и транзита власти привлекательность алжирского железнорудного проекта в мире может дополнительно снизиться.

В целом же планы его полноценного запуска будут сильно зависеть от ценовой конъюнктуры в мире на железную руду и продукцию сталелитейной отрасли. Заметим,что в последние годы колебания ее стоимости были серьезными, что влияет на окупаемость и привлекательность подобных проектов.

62.57MB | MySQL:101 | 0,546sec