Израиль: оценки ситуации с безопасностью на внутренней, региональной и международной арене. Часть 6

Израиль в последнее время пережил эскалацию напряженности сразу на нескольких «фронтах» – не только волнения в Восточном Иерусалиме и ракетные обстрелы из сектора Газа, но атаки с территории Южного Ливана (т. н. «северный фронт») и Сирии, а также беспрецедентные массовые протесты внутри самой страны, вызванные намерением правительства Биньямина Нетаньяху провести реформу судебной системы. Это способствовало ухудшению отношений с США – ключевым союзником Израиля.

Предложенная правительством реформа судебной системы привела к продолжающимся общенациональным протестам сотен тысяч израильтян, которые считают, что планируемое изменение законов разрушит израильскую демократию, лишив ее критически важного механизма сдержек и противовесов в пользу исполнительной ветви власти. Месяц назад премьер-министр Биньямин Нетаньяху приостановил принятие соответствующего закона, объяснив это намерением провести переговоры с оппозицией. Тем не менее протесты не прекратились, хотя сторонники правительства также провели массовый митинг в Иерусалиме. Они настаивают на том, что закон необходим, чтобы обуздать то, что они считают чрезмерно навязчивой судебной системой[i].

Наиболее резонансным событием стало присоединение к оппозиции офицеров резервистской службы ЦАХАЛа. Среди наиболее заметных голосов, протестовавших против предложенной правительством судебной реформы, оказались офицеры, добровольно входящие в резерв ВВС Израиля и специальные подразделения разведки. Предполагается, что их дальнейшая служба в добровольческом резерве зависит от того, останется ли Израиль демократическим государством. Поскольку предлагаемую правительством реформу судебной системы многие в Израиле считают способом государственного переворота, угрожающим демократическому характеру страны, под угрозой продолжение их службы.

Эту ситуацию рассматривает в своей публикации на сайте Института исследований национальной безопасности (INSS) Аса Кашер, почетный профессор профессиональной этики и практической философии Тель-Авивского университета, влиятельный в израильском обществе деятель; представитель левой израильской интеллигенции, выступающей за мир между Израилем и палестинцами. В еврейской электронной энциклопедии отмечается, что он отдалился от той части интеллигенции, которая солидаризируется с позицией палестинцев в начавшейся в 2000 г. «интифаде» и обвиняет Израиль в срыве мирного процесса. В 2000 г. ему присуждена Государственная премия Израиля. А.Кашер входил в ряд комиссий, вырабатывавших этические нормы в различных сферах общественной жизни страны, к тому же он основной автор этического кодекса ЦАХАЛа «Дух Армии обороны Израиля, ценности и основные правила» (1994)[ii].

А.Кашер считает участие резервистов в акциях протеста законным и отражающим верность ценностям ЦАХАЛа. Для него «критическое и фундаментальное различие между демократическим и недемократическим режимом проявляется в ценности человеческого достоинства и непоколебимом обязательстве защищать это достоинство. Функционирующее демократическое государство основывает свое поведение на этой фундаментальной ценности в соответствии с кодексом прав человека и гражданина,  посредством чего любые возникающие общие разногласия разрешаются с помощью справедливых процессов «правления большинства»».

Профессор исходит из того, что «офицер или солдат, выполняющий задание, в котором ему предстоит столкнуться с врагом, должен знать, что цель задания и используемые средства способствуют выполнению обязательства защищать человеческое достоинство всех людей. Это является одной из моральных и этических обязанностей, возложенных на солдата в рамках этического кодекса ЦАХАЛа. Демократический режим должен гарантировать осознание каждым солдатом того, что осуществляемая им оперативная деятельность соответствует ценности «человеческого достоинства», являющейся частью армейского этического кодекса, согласно которому должны действовать военнослужащие. Другой тип режима не гарантирует, что военные операции будут ему соответствовать».

В качестве примера он приводит пилота, который собирается выполнить задание в районе, где есть террористы и гражданские лица, в рамках военной операции демократической страны. «Такой пилот будет исходить из того, что выполнение задания не приведет к сопутствующим потерям, т. е. гибели гражданских лиц, которые не участвуют в боевых действиях или терроризме. Или же он будет исходить из того, что, если миссия действительно сопряжена с таким риском, то он будет соразмерным, т. е. военное значение будет настолько велико, что перевесит вероятные жертвы среди мирного населения».

А.Кашер полагает, что «соображения, лежащие в основе усилий по предотвращению нанесения вреда гражданским лицам, не причастным к боевым действиям или террору, проистекают из желания придерживаться ценностям «человеческого достоинства» и «чистоты оружия», которые являются важными элементами этического кодекса ЦАХАЛа и не должны нарушаться в демократическом государстве. Так, например, в недемократическом государстве вполне возможно, что кто-то задумал бы «стереть Хувару [палестинскую деревню недалеко от Наблуса, в которой еврейские поселенцы устроили погром – авт.] с лица земли». Такая миссия не соотносится с этическим кодексом ЦАХАЛа и считалась бы немыслимой в государстве, которое придерживается демократической морали и принципам».

 

«В демократическом государстве летчик может быть уверен, что поставленная задача отвечает ценностям «человеческого достоинства» и «чистоты оружия» (а также моральным требованиям международного права). В демократическом государстве пилота не отправят на задание убивать террористов и находящихся с ними поблизости людей без разбора ради мести или сдерживания, без обязательных моральных ограничений. Демократическое государство ограничивает использование имеющейся в его распоряжении силы по мере необходимости. Государство Израиль делает это, среди прочего, обязывая своих солдат соблюдать этический кодекс ЦАХАЛа», – пишет А.Кашер. Таким образом, «демократический режим проявляется в ценностях, которые должны воплощаться во всем, что делает государство, в том числе во всех военных операциях, проводимых теми, кто служит в его вооруженных силах».

Демократию А.Кашер считает режимом, при котором «военные не являются инструментами, используемыми командованием для достижения политических, экономических или иных целей. В демократическом государстве жизнь солдата бесценна, и государство должно сделать все, что в его силах, чтобы ее защитить. Конечно, могут быть некоторые обстоятельства, при которых нет другого выбора, кроме как рисковать жизнями офицеров и солдат». К ним он относит «нападение противника на страну или ее граждан и жителей, при этом их защита влечет за собой операцию, сопряженную с риском для жизни солдат и их командиров. Однако даже в этих обстоятельствах командование, военные и государство должны действовать таким образом, чтобы защитить государство и его граждан и в то же время максимально сохранить жизни солдат. Жизнь солдата никогда не становится менее ценной: такова военная мораль, вдохновленная моралью демократического государства. Недемократическое государство будет озабочено трофеями военной операции. Демократическое государство будет заботиться об исходе операции, но не в меньшей степени о своих усилиях по минимизации риска для своих солдат».

Разницу между демократическим и недемократическим государством А.Кашер видит в готовности рисковать жизнями солдат. По его мнению, это допустимо только тогда, когда «агрессивный противник атакует и страна, ее граждане и жители нуждаются в защите от агрессии, причем армия является наиболее подходящим инструментом для обороны».

Таким способом он обосновывает правильность действий протестующих офицеров, т. к. они выступили против скатывания страны к диктатуре. Ведь «замена демократического режима диктаторским игнорирует обязанность охранять человеческое достоинство всех людей и тем самым игнорирует все связанные с этим обязанности, такие как «чистота оружия» и «человеческая жизнь», и делает недействительными моральные элементы этих руководящих принципов, лежащих в основе военной операции. Короче говоря, если Государство Израиль не является демократическим режимом, большая часть «духа ЦАХАЛа» недействительна». Поэтому примкнувшие к оппозиции военные, несмотря на то, что аполитичный характер ЦАХАЛа исключает политические акуии внутри своих рядов, отстаивают свою «фундаментальную идентичность в рамках демократического государства».

По мнению А.Кашера, «офицеры или солдаты, которые связывают свое согласие добровольно служить в резерве с защитой демократического характера страны, выражают глубокую и решительную верность ценностям ЦАХАЛа. Они указывают, что судебный переворот изменит статус этического кодекса израильской армии и превратит любого военного в человека, действующего в соответствии с неясной, возможно, даже неизвестной этической структурой, единственным известным элементом которой является то, что она не основана на ценностях и принципах демократического режима. Деятельность в вооруженных силах такого рода стала бы службой диктатору, а не обществу или государству в его первоначальном демократическом формате, которое является национальной родиной еврейского народа», – заключает А.Кашер[iii].

[i] Gantz: No progress in talks with government on judicial reform compromise // Times of Israel. 01.05.2023. https://www.timesofisrael.com/gantz-no-progress-in-talks-with-government-on-judicial-reform-compromise/?utm_source=article_hpsidebar&utm_medium=desktop_site

[ii] Кашер Аса — https://eleven.co.il/state-of-israel/science/12035/

[iii] Democratic Values and Military Activity / INSS. 30.04.2023. https://www.inss.org.il/publication/protest-soldiers/

52.52MB | MySQL:102 | 0,637sec