Турция-Франция: на пути к разрыву дипломатических отношений?

22 декабря в Национальном собрании Франции был принят закон, который вводит уголовную ответственность (1 год тюремного заключения или штраф в размере 45 тысяч евро) за отрицание геноцида армян, имевшем место в Османской империи в 1915-1917 гг. В ответ на это турецкий премьер-министр Реджеп Тайип Эрдоган назвал происходящее «политическими играми», отозвал посла, и заявил о прекращении военного сотрудничества с Парижем. А до этого депутаты от оппозиционных партий Турции внесли в турецкий парламент законопроект, согласно которому действия Франции в Алжире в 1950-1958 гг. и Руанде в 1994 г. расцениваются в качестве преступления против человечества и признаются геноцидом. В тексте турецкого законопроекта также предусмотрено и наказание для лиц, отрицающих этот факт – штраф в размере 90 тысяч евро или 2 года лишения свободы.

Все попытки турецкой стороны, предпринятые ранее с целью воспрепятствовать принятию закона во французском парламенте, оказались тщетными. Известно, что незадолго до рассмотрения закона из Турции в Париж были направлены две делегации. Первая из них состояла из интеллектуалов и предпринимателей, имеющих партнерские экономические и инвестиционные отношения с Францией. Вторая делегация состояла из парламентариев и представителей гражданского общества. Каждая из этих групп пыталась убедить Францию. Однако, судя по заявлениям политиков, сделанным после визита в Париж, нельзя сказать, что визит политической делегации оказался успешным. Тем не менее, представители торгово-экономической делегации укрепили свои партнерские связи с французскими коллегами. И, по мнению некоторых турецких экспертов, это должно оказать позитивное воздействие на результаты голосования в Сенате французского парламента в феврале 2012года. Известно, что у Франции имеются большие материальные интересы, большие денежные и технологические инвестиции в Турции. И, по мнению турецких экспертов, французские предприниматели стали испытывать опасения по поводу того, что под риском оказались торгово-экономические направления двустороннего взаимодействия.

Во время своего выступления на стамбульской конференции, посвященной вопросам перемен и роли женщины в мусульманских обществах, проведенной Организацией исламского сотрудничества (ОИС) и Парламентским союзом государств-участников ОИС 23 декабря с.г., Р.Т. Эрдоган напомнил о голосовании и принятии закона в Национальном собрании Франции. «Я поднял этот вопрос, поскольку считаю эту проблему общей. Я считаю своим долгом открыто указать на источник возникновения и сохранения расизма… Результаты голосования четко показали, насколько сегодня уровень расизма, дискриминации и антимусульманства во Франции и Европе стал опасным… К сожалению, президент Франции пытается выиграть выборы через свое враждебное отношение к туркам и мусульманам, играя в опасные игры. С 1945 г. примерно 15 % населения Алжира было убито Францией. Это геноцид. Алжирцы были жестоко сожжены в крематориях. Если президент Франции уважаемый Саркози не знает об этом геноциде, то пусть пойдет и спросит у своего отца – Поля Саркози, который служил в 1940-е гг. во французском легионе в Алжире», — заявил турецкий премьер. Эрдоган напомнил французскому лидеру и о том, что дед Н. Саркози, Бенедикт Маллар, получил убежище в Османской империи во времена инквизиции в Испании». На такие высказывания Р.Т. Эрдогана Н. Саркози ответил: «Я уважаю мнения наших турецких друзей. Турция крупная страна, великая цивилизация. Но они тоже должны уважать наше мнение… Франция никому не пытается преподносить урок, и сама не нуждается в уроках».

Однако не все турецкие эксперты считают реакцию Анкары правильной. Вот что по этому поводу думает Вице-председатель Турецкого центра стратегических исследований (ТАSAM), посол в отставке, также занимавший пост советника Посольства Турции в СССР (в 1977-1981 гг.), председатель международной платформы Стамбульского университета культуры Мурат Бильхан: «Я не считаю, что наше руководство правильно реагирует на эти события. Иногда в порыве гнева принимаются не очень правильные, на мой взгляд, решения. Например, такие, как замораживание экономических отношений, введение эмбарго на некоторые виды товаров, бойкотирование французских товаров. Я не считаю это правильным, потому что это наносит вред обеим сторонам. Мы наказываем не только Францию, но и себя тоже. Проблема заключается в том, что Турция не смогла провести адекватную общественную дипломатию, а предоставила все политикам».

Заявления турецких политиков о разрыве военного сотрудничества с французской стороной не воспринимаются всерьез, поскольку Вашингтон уже проявил озабоченность по поводу недопустимости того, что союзники по НАТО предпринимают подобные демарши в отношении друг друга. То же самое можно сказать и по поводу угроз Турции ввести экономические санкции в отношении французских компаний, поскольку в рамках Таможенного союза с ЕС осуществить сказанное практически невозможно.

Резкая реакция турецкого руководства по поводу принятия законопроекта в нижней палате французского парламента обусловлена тем, что данное решение может стать прецедентом и примером для государств Евросоюза, за которым последует цепная реакция по приему подобных законов в ряде других стран. Более того, другие страны на примере Франции могут убедиться в несерьезности турецких угроз, и это станет решающим фактором для принятия аналогичных законов. Мотивацией подобных действий может стать Рамочное решение Европейского союза от 28 ноября 2008 г. о борьбе с проявлениями расизма и ксенофобии с помощью уголовного права, на которое при обсуждении в нижней палате парламента Франции ссылались депутаты. К тому же, министр европейских дел Франции Жан Леонетти уже назвал заявления Анкары о возможности введения санкций «пустыми угрозами», добавив, что Франция призывает Турцию к «спокойному диалогу». А представитель кабинета министров Франции Валери Пекресс озвучила позицию страны по данному вопросу, заявив, что «французское правительство придерживается взгляда, что случаи геноцида нельзя отрицать». «Власти Франции рассматривают документ исключительно как подтверждение повсеместно применяющегося принципа, который заключается в том, что каждая страна должна считаться со своим историческим наследием, проявлять мужество, когда речь заходит о событиях минувших лет, и трезво оценивать свою историю», – заявила она.

Турецкие эксперты полагают, что отсутствие судебного решения по вопросу о признании армянского геноцида лишает законопроект, принятый французским парламентом, основания. Турция, по мнению турецких политологов, должна занимать более уверенную позицию и не чувствовать себя виновной за события 1915 г. «Нельзя действовать так, словно оправдываешься за содеянное. Обвинения необходимо обосновывать судебным решением. Нюрнбергский суд обвинил Германию, обосновывая свои обвинения и претензии, и наказал ее. Но в отношении Турции нет подобного судебного решения. Таким образом, обвинения, сделанные в адрес Турции, ничто иное, как клевета. Более того, события, наблюдаемые в Османской империи в 1915 г., не соответствуют определению геноцида, включенному в Договор о геноциде 1948 г. Турции приходилось очень тяжело во времена Первой мировой войны. События, произошедшие в те времена, имели тяжелые последствия для обеих сторон. Тогда был принят закон о выселении армян из Турции. С позиций сегодняшнего дня это конечно неправильно. И может рассматриваться в качестве преступления против человечества. Мы признаем и не отрицаем этого, признаем, что погибли сотни тысяч армян и разделяем это горе. Но это вовсе не означает, что турки действовали осознанно с намерением полностью уничтожить определенную этническую группу как таковую».

По мнению турецких экспертов, заявления турецких лидеров не являются угрозами, а представляют собой естественную ответную реакцию на «неправомерные действия» Франции. Поскольку с точки зрения соблюдения прав человека недопустимо принятие закона, ограничивающего свободу слова и самовыражения, так как эти свободы являются основными. Однако, по мнению обозревателей газеты «Le Monde», отрицание геноцида 1915 г. не является свободой выражения мнения, поскольку «систематическое оспаривание преступлений, совершенных лидерами Комитета единения и прогресса (Ittihat ve Terakki Cemiyeti) в 1915 г., не может квалифицироваться как «мнение» или «идея». Оно приравнивается в европейском праве к пропаганде ненависти».

Турецкие политологи убеждены в том, что инициатива рассмотреть законопроект в парламенте исходила лично от самого Н. Саркози, позиции которого в последнее время находятся в подвешенном состоянии. В турецкой прессе максимальный акцент делается на личные интересы самого президента Франции, который накануне очередных президентских выборов, стремится заручиться поддержкой армян, проживающих во Франции и имеющих французское гражданство. По мнению турецких экспертов, это ни что иное, как «абсолютно политическая игра». Именно этим в турецкой прессе объясняется, почему Франция именно сейчас вплотную занялась армянским вопросом. Однако необходимо учитывать тот факт, что общее население турок и азербайджанцев, проживающих во Франции, примерно равно числу представителей армянской общины Франции. Таким образом, преследуя интересы одних, можно лишиться поддержки других. На этот счет в турецких СМИ отмечается, что турки, проживающие во Франции, не политизированы как армяне. «Во Франции действуют определенные ассоциации, объединяющие турок, однако они не занимаются политической деятельностью, а потому и не организованны для подобных случаев. Турецкая община занимается в основном торгово-экономическими делами и не задумывается над политическими выгодами. Армянская община во Франции существует с давних времен. Если турецкой общине примерно 50 лет, то армянской – уже более 100 лет. Армянская община во Франции более организованна и имеет определенное влияние на лиц принимающих решения, что дает ей существенные преимущества, несмотря на то, что число представителей армянской диаспоры примерно равно общему числу турок и азербайджанцев, проживающих в настоящее время во Франции».

Исходя из вышесказанного можно предположить, что мнения о том, что в настоящее время Турция и Франция находятся на грани разрыва дипломатических отношений, не отражает полную картину реальности. Безусловно, турецкие лидеры обеспокоены таким развитием событий и считают, что вопрос о признании геноцида армян Францией выходит за пределы двусторонних отношений. Турецкие власти полагают также, что признание геноцида в «сердце Европы» может породить негативное отношение к туркам, проживающим на территории стран Европейского союза, и это создаст дополнительные трудности на пути евроинтеграции Турецкой Республики. Однако, учитывая экономические взаимоотношения между двумя странами в рамках Таможенного союза, военное сотрудничество двух стран в пределах Североатлантического альянса, влияние Франции в Европейском союзе и в Средиземноморском бассейне, делать выводы о том, что дипломатические отношения между двумя странами на пути к разрыву, не приходится. И, тем не менее, такой риск, связанный с непредсказуемостью самих лидеров обеих стран, Р.Т. Эрдогана и Н. Саркози, хоть и незначительный, но все-таки имеется.

31.28MB | MySQL:67 | 0,767sec