Израиль – Таджикистан: отношения в тени Ирана

Республика Таджикистан является одним из шести (наряду с Азербайджаном, Казахстаном, Киргизией, Туркменистаном и Казахстаном) государств «исламского» ареала бывшего СССР, установившим в начале 1990 – х гг. дипломатические отношения с Государством Израиль. Именно здесь, отчетливей, чем в других странах, проявляется противодействие внешних и внутренних факторов нормальному развитию диалога между страной с доминирующим мусульманским населением и еврейским государством. Установление дипломатических отношений между Государством Израиль и Республикой Таджикистан проходило в условиях начавшейся там на рубеже 1980-1990 гг. гражданской войны. Двадцать лет назад там уже было неспокойно, набирала силу исламская оппозиция, основу которой составляли сторонники Исламской партии возрождения и либерально-националистического общественного движения «Растохез» (Пробуждение). В сентябре 1991 г., то есть немедленно после провозглашения государственной независимости Республики Таджикистан, новое государство признала Исламская

Республика Иран, вскоре открыв там посольство – первую дипломатическую миссию иностранного государства в Душанбе. Через несколько месяцев, в начале 1992 г. была достигнута договоренность об установлении дипломатических отношений между Израилем и Таджикистаном. С самого начала двустороннего диалога его реализация осложнялась тем, что в отличие от других молодых государств центральноазиатского региона Таджикистан являлся объектом особого внимания со стороны ИРИ, находившейся с конца 1970-х гг., то есть после победы там исламской революции, в предельно конфронтационных отношениях с Израилем. Взаимное влечение Ирана и Таджикистана друг к другу было обусловлено многими веками общей истории и культурно-цивилизационной близостью.

Учитывая сложную ситуацию в молодом государстве, в Израиле посчитали разумным провести официальную церемонию подписания документов об установлении дипломатических отношений в начале апреля 1992 г. в Москве, в расположенных там официальных учреждениях Республики Таджикистан. С этой целью в российскую столицу прибыл первый вице-премьер правительства Таджикистана Джамшед Каримов. С израильской стороны документы подписал посол в Москве Арье Левин. В последующих переговорах было решено не ограничиться этим, а направить все же в столицу Таджикистана израильскую делегацию.

Поездка состоялась летом того же года. К сожалению, об улучшении внутренней ситуации говорить не приходилось.

Было видно, что президент Рахмон Набиев не в состоянии ее контролировать или прекратить растущую анархию. Как писал в своих мемуарах А. Левин: «Когда я встретился с Набиевым, он выглядел потерянным и измученным и умер спустя несколько месяцев, оставив страну в состоянии усиливавшейся гражданской войны». А. Левина принял симпатизировавший исламистам глава МИДа Таджикистана Худайберды Халикназаров. В советское время он работал переводчиком фарси в посольстве СССР в Тегеране и потому владел фарси, который хорошо знал и Левин. Оба в течение часа говорили на фарси. Халикназаров высказал свои горячие комплименты по поводу владения Левиным тегеранского диалекта фарси. По окончании беседы министр попросил Левина дать интервью телевидению Таджикистана. На следующий день израильтяне были на торжественном приеме, устроенном в их честь первым вице-премьером правительства Таджикистана Д. Каримовым, который проинформировал гостей о том, что интервью израильского посла по таджикскому

телевидению вызвало официальный протест посла Ирана в Душанбе. Иранский дипломат заявил, что правительство Таджикистана не должно позволять израильскому представителю «распространять свою пропаганду на фарси на официальном телеканале». Тогда, летом 1992 г., когда Израиль и Таджикистан официально установили дипломатические отношения, не сопровождавшиеся обменом посольствами, столкновения между правительственными войсками и оппозицией переросли в полномасштабную гражданскую войну. В годы войны проявился ранее скрытый социально-консолидирующий потенциал исламского духовенства, которое получило стимулы к широкому участию в возрождении в Таджикистане ислама. В те годы всерьез выросли авторитет и популярность Исламской партии возрождения, которая стала ядром оппозиционного движения. В качестве одного из важнейших финансовых спонсоров и идеологических наставников ИПВ выступал Иран. На таком фоне ни о каком серьезном сотрудничестве между Таджикистаном и Израилем в годы гражданской войны говорить не приходится. Да и на иранском направлении связи ограничивались в тот период в основном проектами культурной интеграции, происходившими достаточно динамично. Сотрудничества в сфере экономики и торговли практически отсутствовало или было очень слабым.

Сразу же после окончания в 1997 г. гражданской войны, между Ираном и Таджикистаном началось динамичное сотрудничество. Если в 1999 г. взаимный товарооборот составил 23,9 млн долларов, то в 2010 г. он поднялся до 220 млн долларов. Приоритетными сферами двустороннего взаимодействия стали энергетика, транспорт, водоснабжение, дорожное строительство, промышленность, торговля и культура. Перспективные проекты реализуются и в строительстве гидротехнических сооружений, железных дорог. Символом сотрудничества является функционирование в настоящее время в Таджикистане 150 иранских компаний. Сформирована солидная договорно-правовая база двусторонних отношения, включающая в себя примерно 180 документов сотрудничества в политической, парламентской, военной, культурной, научно-технической, спортивной, экономической и торговой областях. По иному выглядит ситуация с Израилем. За все два десятилетия его отношений с Таджикистаном ни о каком реальном прогрессе в налаживании диалога речи не идет. В израильском МИДе этому направлению сотрудничества не придавали сколько-нибудь существенного внимания, считая его неперспективным, особенно в свете интенсивных и неуклонно возраставших контактов Таджикистана с Ираном. Весь этот период можно говорить только о попытках реализации тех или иных проектов, взвешивании и оценке потенциала сторон, редких контактах. Отсутствуют и контакты на уровне руководства: Таджикистан – единственная страна центральноазиатского региона, лидер которой не совершил официального визита в Израиль. Состоявшаяся в кулуарах годичной сессии Генеральной Ассамблеи ООН в октябре 1995 г встреча лидеров двух стран — Эмомали Рахмона и Ицхака Рабина – не носила официального характера, а потому не сопровождалась подписанием каких-либо двусторонних документов.

Однако начало сотрудничеству двух стран в сфере экономических контактов еще в 1992 г. положила деятельность крупного израильского бизнесмена Шауля Айзенберга, «коммерческого посла Израиля в Центральной Азии». Его группа компаний имела широкий спектр интересов, включая производство хлопка на базе капельного орошения, нефтепереработку, телекоммуникации, энергетику. Начав в 1992 г. реализацию ряда проектов в Таджикистане и открыв там свое представительство, Айзенберг сосредоточил свои планы на производстве ценных сортов хлопчатника на базе израильских технологий капельного орошения, а продукцию планировал переправлять в Израиль. Уже в 1993 году он смог отправить в Израиль 800 тонн хлопка, выращенного в Дангаринском районе Кулябской области на юге Таджикистана по израильской технологии. В этом регионе Таджикистана его компанией были орошены первые 150 гектаров хлопковых полей. Гражданская война внесла свои «коррективы» — половина поставленного фирмой Айзенберга оборудования была уничтожена. Но неугомонный Айзенберг занялся деятельностью по ознакомлению общественности Таджикистана с экономическим потенциалом Израиля, его инвестиционными возможностями. На свои средства он командировал в Израиль группу ответственных государственных работников Таджикистана, организовал визит туда министра сельского хозяйства. Но гражданская война все же вынудила Айзенберга свернуть свои планы.

После войны Израиль вновь предпринял попытки реализации двустороннего диалога. В частности, они касались поставок производимого в Таджикистане алюминия как сырья для израильского военно-промышленного комплекса, однако, не имели успеха. Так же обстояло дело со следующим крупным проектом, которым могло стать участие израильской компании Gilad в прокладке Трансазиатской волоконно-оптической связи на направлении Таджикистан и Афганистан в 2003 г. Здесь инициативу перехватил Иран, имевший позитивный опыт такого сотрудничества в Туркменистане. Отметим и неоднократные и неуспешные попытки крупнейшей израильской компании капельного орошения «Нетафим» внедриться в аграрный сектор Таджикистана. Все это сопровождалось декларативными заявлениями президента Таджикистана Эмомали Рахмонова о готовности к развитию сотрудничества с Израилем, который, например, «…мог бы взять в концессию несколько рудников, и обучить в своих заведениях таджикских специалистов из различных сфер промышленности. Со своей стороны, Таджикистан готов установить для израильской стороны значительные налоговые послабления».

Следующим значительным шагом в деле интенсификации двусторонних отношений и их вывода в практическую плоскость могла стать встреча президента Таджикистана с израильским миллиардером бухарско-еврейского происхождения Львом Леваевым в июне 2008 г. На ней, среди прочего, обсуждались вопросы экономического взаимодействия двух стран. «Со мной как бизнесменом Эмомали Рахмон говорил о возможности вложения инвестиций в экономику Таджикистана, и я выразил готовность рассмотреть этот вопрос». В других беседах в столице Таджикистана Л.Леваев касался совместных проектов по разработке и добыче золота, серебра и нефти в стране. Как сообщали израильские СМИ, инвестиции Леваева в экономику Таджикистана могли превысить 1 миллиард. Такой вывод можно было сделать по предварительной оценке проектов, которые представляют потенциальный интерес для Леваева. «Проникновение Леваева в Таджикистан лишь усилит давно сложившуюся тенденцию: при почти полном безразличии официального Иерусалима к Центральной Азии, пионерами израильского присутствия в этом регионе стали крупные частные компании, такие, как корпорация Merhav –Group Йоси Меймана, и холдинг Бени Штейнмеца». Однако встреча Леваева с президентом Таджикистана явилась лишь декларацией намерений, не имея практического продолжения. Мировой финансово-экономический кризис 2008 г. вынудил таджикское руководство попытаться привлечь в страну израильские инвестиции. В качестве предварительного акта доброй воли правительство Таджикистана весной 2009 г. передало в дар еврейской общине столицы Таджикистана для нужд синагоги особняк в центре города. После этого, в Израиль через одного из руководителей общины бухарских евреев США было передано послание таджикского руководства, где говорилось о готовности идти на развитие полномасштабных отношений, «вплоть до открытия посольства в Тель-Авиве, взамен на инвестиции в основные отрасли экономики (хлопковое производство и алюминиевая промышленность)».

Как отмечал израильский аналитический сайт, «официальный Иерусалим не стал отвечать на это послание…израильское руководство предпочло сконцентрировать усилия на более перспективных направлениях региональной политики – Азербайджане, Казахстане и Туркменистане. Израиль не имеет прямых политических интересов в Таджикистане, подобно Китаю, России и США. Поэтому ему нет смысла, да и возможностей, на государственном уровне оказывать финансовую помощь этой республике…Завлекать же туда частных бизнесменов бессмысленно, с учетом таджикских реалий, они вряд ли когда-либо смогут извлечь доходы от своих инвестиций. Кроме того, любая деятельность официальных представителей Израиля в Душанбе была бы сопряжена с массой усилий по обеспечению их безопасности, и цель явно не оправдывает средства». Определенный импульс контактам двух стран на государственном уровне мог дать намечавшийся на начало 2010 г. визит в Израиль министра культуры Таджикистана Мирзошохруха Асрори. Организаторами и инициаторами визита явилось руководство Всемирного конгресса бухарских евреев. Асрори должен был участвовать в юбилее популярного в советскую эпоху в Таджикистане актера, певца, режиссера и драматурга Бориса Наматиева. Министр культуры Таджикистана дал заранее согласие посетить Израиль. Как заявил тогда руководитель форума Всемирного конгресса бухарских евреев Авраам Пинхасов, «Думаю, это будет еще одним маленьким, но важным шагом на пути сближения между странами» . Хотя государственные структуры Израиля никакого отношения к реализации визита не имели, на уровне правительства к нему был заранее проявлен интерес. Действительно, визит в Израиль члена правительства Таджикистана в условиях, когда двусторонние отношения пребывают в эмбриональном состоянии, было трудно переоценить. Однако он не состоялся, в очередной раз доказав, что Душанбе не хочет рисковать стратегическим характером своего сотрудничества с Ираном из-за активизации отношений с Израилем. Как выяснилось, визит Асрори в Израиль совпадал с приездом в Таджикистан президента ИРИ М.Ахмадинежада. В силу этого высокопоставленный таджикский чиновник в последние дни декабря отменил свой приезд. По всей видимости, он не смог позволить себе приехать в Тель-Авив в то время, как иранский президент находится с официальным визитом в Душанбе.

Вместе с тем, обе стороны не отказывались от официальных контактов, в том числе – на уровне МИДа. Определенную активность в этом проявлял посол Израиля в Узбекистане и по совместительству в Таджикистане Цви Коэн-Литант. За период каденции в 2002-2004 гг. он 5 раз посетил Душанбе, пытаясь вызвать интерес к своей стране у президента страны и членов правительства. Ц.Коэн-Литант встречался с президентом Эмомали Рахмоновым, вел переговоры с министром сельского хозяйства Борисом Мадаминовым, министром здравоохранения Нусратулло Файзуллоевым, первым заместителем главы МИД Сироджиддином Аслоновым, руководителями различных областей Таджикистана. Эта активность способствовала определенному оживлению израильско-таджикских связей в сфере экономики». Эту же линию продолжил и другой посол – Эхуд Голь. Отметим его встречу в Душанбе с министром сельского хозяйства Таджикистан Косимджоном Косимовым. Она состоялась 26 ноября 2008 г. В ходе беседы министр «подчеркнул особую роль Израиля в становлении и развитии аграрного сектора нашей страны». Также министр поблагодарил посла за многолетнюю поддержку в организации учебных курсов по линии Центра международного сотрудничества МАШАВ МИДа Израиля. Кроме того, К. Косимов пригласил Израиль развивать сотрудничество в выращивании хлопка, зерна, цитрусовых, а также семеноводстве. Израильский дипломат заявил о готовности своей страны командировать специалистов из Израиля в Таджикистан, а также отправлять на учёбу специалистов из Таджикистана в Израиль. «В целом, стороны согласились с тем, что перспектива развития двусторонних взаимовыгодных отношений в аграрном секторе очень широка». Такая же констатация была сделана и по итогам встречи 24 ноября 2011 г. между министром иностранных дел Таджикистана Хамрохоном Зарифи и нынешним послом Государства Израиль в Узбекистане, исполняющим по совместительству функции посла в Таджикистане — Хилелем Ньюманом. В духе протокольных требований была дана « оценка нынешнему состоянию двусторонних отношений и подчеркнута заинтересованность сторон в развитии

экономических и торговых связей». Беседа касалась реалий взаимодействия двух стран. Глава МИДа Таджикистана выделил в качестве приоритетных сфер сотрудничества такие как аграрный сектор, здравоохранение, возобновляемая энергия и новые технологии. Более конкретной была состоявшаяся двумя неделями позднее беседа Ньюмана с министром сельского хозяйства Таджикистана К.Косимовым. Она затрагивала вопросы сотрудничества исключительно в аграрной сфере, в частности — вопросы использования высококачественных семян в сельском хозяйстве, взаимодействие в сферах растениеводства и животноводства, создании совместных предприятий, привлечении специалистов на краткосрочные и среднесрочные курсы. Посол Израиля пригласил министра на ближайшую сельскохозяйственную выставку в Израиль, где будет представлена самая новая сельскохозяйственная техника и наиболее продвинутые технологии. Однако, маловероятно, что эти декларации могут иметь реальное наполнение, ибо они остаются лишь фактом дипломатического протокола, не имея никаких шансов на осуществление.

В затронутой выше аграрной сфере значительная часть эффективного сотрудничества приходится на Центр международного сотрудничества МАШАВ при МИДе Израиля, организующий различные курсы профессионального обучения в Израиле. Специалисты из Таджикистана неоднократно учились на такого рода курсах. Один из них, зампредседателя комитета по аграрным вопросам и экологии Маджлеси Намояндегон (нижней палаты парламента Таджикистана) Талбек Салимов убежден, что его стране насущно необходим израильский опыт использования водных ресурсов. В Центральной Азии, в том числе на его родине, можно говорить об «абсолютно устаревшей, неэффективной системе водопользования». Опираясь на израильский опыт, Таджикистан может решить «большинство своих наиболее острых проблем… На одну и ту же сельскохозяйственную культуру мы тратим в пять (!) раз больше воды, чем в Израиле». Другой учившийся в Израиле специалист из Таджикистана Исматулло Рахматов уверен в применимости израильского опыта в условиях отечественного сельского хозяйства: «Надеюсь, мы сможем внедрить ваши разработки в Таджикистане. Не скрою, вряд ли у нас это получится раньше, чем через десять лет, но хотелось бы надеяться, что и мы сможем когда-то использовать эти уникальные системы».

При отсутствии внимания государственных структур как Израиля, так и Таджикистана к налаживанию сотрудничества, ряд выходцев из Таджикистана, занимающих заметные позиции в израильском бизнесе, пытаются самостоятельно налаживать связи с партнерами из страны исхода. К их числу, например, относится израильский бизнесмен Семен Шойхетброд, обладающий деловыми связями в этой стране. В своем интервью израильскому интернет-ресурсу Izrus он высказал мнение, что с недавних пор наблюдается постепенное, хоть и медленное продвижение в налаживании контактов и осторожный курс на сближение. Это связано с тем, считает Шойхетброд, что в Таджикистане укрепляется стабильность, среди бизнесменов ощущается растущий интерес к выходу на внешние рынки. Израиль представляет для них интерес, потому что это страна с развитой экономикой и высоким научно-техническим потенциалом. «Поэтому очень важно именно сейчас налаживать контакты, укрепить экономические и культурные связи». Этому совсем не мешает то, что Таджикистан является мусульманской страной, тяготеющей к Ирану. Там понимают, говорит Шойхетброд, что для развития необходим диалог как с мусульманскими, так и западными странами. Налаживанию экономических и культурных связей между Иерусалимом и Душанбе, на его взгляд, нет никаких препятствий. Начинать нужно с совместных предприятий, поиска общих интересов. Стоит строить мосты доверия, развивать деловые отношения. В Израиле есть многое, что может заинтересовать таджиков. Это и капельное орошение, и солнечные батареи, и бойлерные системы. Таджики нуждаются в израильских достижениях в сфере сельского хозяйства. Можно, считает Шойхетброд, развивать совместные проекты в области науки, техники, медицины, связи, производства, переработки отходов. Не меньшее значение может иметь создание научно-технического парка на базе имеющихся институтов и предприятий в Таджикистане. Высокие технологии и квалифицированные кадры позволят производить качественные товары, конкурентоспособные на мировом рынке. Тогда со временем израильские бизнесмены смогут делать инвестиции в Таджикистан и уверенно работать там. При этом, отмечает Шойхенброд, есть важное обстоятельство, помогающее налаживать контакты с Таджикистаном, будь на то государственная воля. Это – опора на бухарских евреев. «Бухарские евреи веками жили бок о бок с таджикским народом и имеют с ним много общего в культурных традициях — язык, театральное искусство, музыка, кулинария. Во время Второй мировой войны тысячи ашкеназских евреев были тепло приняты таджиками. Так что бухарские евреи и ашкеназы — выходцы из этой республики — могут служить мостом между Израилем и Таджикистаном, которым нельзя пренебрегать».

23.01MB | MySQL:57 | 0,572sec