Сирийско-иранский альянс накануне краха?

Недавний дипломатический десант Ирана в сопредельные государства Ближнего Востока показал всю остроту обеспокоенности и, одновременно, некоторой растерянности руководителей Тегерана, перед лицом происходящих в Сирии событий и их возможных последствий для Исламской Республики, где менее чем через год должны пройти президентские выборы, и ее внешнеполитических позиций в регионе.

Подобные настроения достаточно явно проявились 7 августа 2012 г. во время встречи с президентом Башаром Асадом главы Высшего совета национальной безопасности ИРИ С. Джалили, прибывшего в Дамаск в качестве представителя духовного лидера Ирана А. Хаменеи и краткого визита министра иностранных дел Ирана А. Салехи в Анкару и его беседы со своим турецким коллегой. По результатам встречи с Асадом в Дамаске С. Джалили, если верить правительственному информационному агентству САНА и ряду других арабских СМИ, сделал ряд важных заявлений. Во-первых, он сказал, что происходящее в Сирии не является только ее внутренним делом. Во-вторых, С. Джалили подчеркнул, что Исламская Республика не позволит разрушить ось сопротивления (надо полагать исламского), где Сирия (читай, режим Асада) играет роль основного звена. Со своей стороны Асад поклялся до конца очистить Сирию от «террористов». Таким образом, Тегеран дал ясно понять, что в своей борьбе за Сирию, он, прежде всего, руководствуется не соображениями судьбы Сирии, ее народа, территориальной целостности, а идеей сохранения режима Асада (не исключено, что и виде «алавитского анклава») как важного звена в деле исламского сопротивления. Асад же борется с «террористами», среди которых, по уверениям официального Дамаска, полным полно исламских радикалов, которые в глазах многих в регионе и за его пределами как раз и ассоциируются (на наш взгляд, не достаточно корректно) с исламским сопротивлением. С другой стороны, посыл С. Джалили о том, что сирийский кризис не является только внутренним делом Сирии, очевидно, противоречит позиции официальных сирийских властей и их союзников в Москве и Пекине, которые именно на этом основании выступают против внешнего вмешательства в сирийские дела. Со своей стороны, А. Салехи, который накануне визита в Турцию был вынужден обращаться за помощью к своим главным оппонентам в сирийском вопросе (А. Давутоглу и Х. бен Джасему) в деле освобождения захваченных отрядами ССА 48 иранских «паломников», среди которых, как позднее был вынужден признать Тегеран, находятся «отставники» из КСИР, мало чего сумел добиться в Анкаре. В конечном итоге, иранская дипломатия обвинила Турцию во всем, что происходит в Сирии.

Слова С. Джалили о Сирии, как «главном звене» (на наш взгляд, слабом звене) далеко не оговорка и имеют под собой серьезные основания. Так, ранее в интервью «Джихан ньюз» А.А. Велаяти советник А. Хаменеи и возможный будущий кандидат в президенты на выборах 2013 года дал ясно понять, что в Сирии Иран сражается за себя и свое будущее. По его словам, после свержения режима Асада, «революционеры» возьмутся за правительство Н. аль- Малики в Ираке. Тогда будет разбит фронт поддержки ИРИ в регионе. А. Велаяти заявил, что Сирия (режим Асада) это «золотое кольцо» этого фронта, и ИРИ отдаст все силы на спасение сирийского режима.

Действительно, упомянутые выше официальные лица ИРИ, представляющие интересы военно-клерикальной части иранского руководства, во многом правы в выражении своих озабоченностей. Несомненно, после падения режима Асада в Сирии ближневосточная политическая география от Ливана и Палестины до Ирака и региональный баланс сил изменятся явно не в пользу официального Тегерана. В этом случае Исламская Республика столкнется с большими трудностями в деле экспорта в регион своей модели государственного устройства (вместо исламской революции, как прежде). Таким образом, создастся реальная угроза интересам ИРИ на Ближнем Востоке, что ослабит позиции Ирана в деле продвижения ядерной программы, которая служит одним из краеугольных камней мобилизации масс на поддержку курса правящей военно-клерикальной элиты, в том числе в деле обеспечения внутриполитической стабильности в стране.

С этой точки зрения, сохранение режима Асада в Сирии (в любом виде) много значит для обеспечения интересов национальной безопасности ИРИ в самом широком смысле этого понятия. Напомним, что еще за несколько месяцев до исламской революции в Иране сирийский режим установил очень тесные отношения с будущим духовным лидером ИРИ аятоллой Хомейни, а в дальнейшем официальный Дамаск поддержал Исламскую Республику. В отличие от многих других арабских стран Сирия выступила на стороне Ирана в войне с Ираком 1980-1988 гг. С 1982 года в ходе и после израильской агрессии в Ливан Дамаск предоставил свою территорию для транзита иранских военных и вооружений в Ливан и во многом способствовал созданию ливанской «Хизбаллы». В 1990 году состоялся первый после 1979 года визит Хафеза Асада в Тегеран. В 1997 году во время визита в Дамаск министра обороны ИРИ было заявлено, что Иран примет участие в модернизации сирийских вооруженных сил. В 2001 году Башар Асад совершил свой первый визит в Тегеран, в ходе которого было принято решение о придании стратегического характера сотрудничеству двух стран. В декабре 2006 года через несколько месяцев после войны в Ливане во время визита М. Ахмадинежада в Дамаск и его встреч с руководителями САР, отрядов палестинского сопротивления, ливанской «Хизбаллы» было решено образовать общий фронт борьбы с Израилем и его западными союзниками в регионе. Однако в отличие от Хафеза Асада, который стремился выстраивать отношения с Тегераном на равноправной основе и ревностно следил за соблюдением главенствующей роли Сирии в Ливане, в том числе и в контроле над «Хизбаллой», сирийско-иранские отношения при его преемнике Башаре Асаде заметно изменились и отнюдь не в пользу региональной роли Сирии и в ущерб ее отношениям с арабским окружением. А Иран за последние десять лет сумел существенно укрепить свои позиции не только в САР, но и в Ираке, Ливане, Палестине и получил возможность диктовать свои правила игры другим странам региона.

С этой точки зрения, понятны озабоченности ИРИ в связи с происходящим в Сирии и та военно-дипломатическая активность иранского руководства в сохранении режима Асада. Складывается впечатление (возможно ошибочное), что после провала плана К. Аннана Россия (очевидно, на время) отдала инициативу в сирийском вопросе Ирану, который по-настоящему борется за сохранение своих интересов в Сирии. Однако, несмотря на победные реляции официального сирийского телевидения и вторящих ему некоторых российских каналов, об успехах правительственных войск в Дамаске и Халебе (Алеппо), перспективы развития ситуации в Сирии и сохранения у власти режима Асада внушают сегодня все меньше оптимизма. Можно ли серьезно говорить об Асаде как лидере Сирии, который сознательно уничтожает свой собственный народ и разрушает сирийские города с применением авиации и артиллерии. Кем в будущем планирует управлять Башар Асад? На кого он реально может опереться в управлении страной, которую сам же и разорил, поставив на грань полномасштабной гражданской войны и гуманитарной катастрофы? Не стоит ли внимательней прислушаться к недавним высказываниям короля Иордании Абдаллы II «лучшего арабского друга» Москвы, который на днях заявил об опасности раскола Сирии и образовании «алавитского государства» в случае продолжения вооруженной борьбы в стране, одновременно посоветовав Асаду серьезно подумать об отставке, чтобы спасти свою страну. Не могут не понимать этого и в Тегеране даже при всем желании сохранить режим Асада. В конечном счете, лучше потерять часть (даже большую) целого, чем все и сразу. В оправдание вышеприведенной позиции ИРИ могут, отчасти, служит резко антииранские заявления части политической и военной сирийской оппозиции, которая претендует на власть в будущей Сирии. Однако, в целом, как представляется, сегодня в Иране и арабских странах больше задумываются о месте ИРИ в регионе после ухода Асада. Об этом в частности может косвенно свидетельствовать беспрецедентное с учетом складывающей вокруг Сирии обстановки приглашение короля КСА М. Ахмадинежада, который уже поспешил сделать ряд заявлений по Сирии, призванных несколько сгладить впечатление от вышеупомянутых жестких выступлений своих «соратников», принять участие в предстоящей встрече ОИС в Саудовской Аравии. Напомним, что последний раз М. Ахмадинежад находился с официальным визитом в КСА в 2007 году. Тогда «заливники» так хотели нормализовать отношения с Ираном, что Катар выдвинул инициативу участия ИРИ в качестве наблюдателя в ежегодных встречах ССАГПЗ. В свою очередь Иран ответил в духе своей прагматичной позиции. Во время визита в 2008 году М. Ахмадинежада на Бахрейн было подписано соглашение о поставках природного газа из Ирана в эту страну. Правда на практике это соглашение так и не было реализовано. А события «арабской весны» сначала на Бахрейне, а потом и в Сирии окончательно испортили отношения между ССАГПЗ и ИРИ. Сегодня КСА и ИРИ поддерживают соперничающие силы в Ираке, Ливане, Йемене, Палестине, на Бахрейне, не говоря уже о Сирии. После отставки К. Аннана в политике ССАГПЗ в отношении сирийского конфликта произошел заметный крен в сторону поддержки вооруженной сирийской оппозиции. За последнее время в КСА побывали представители руководства сирийских «Братьев-мусульман», Рифаат Асад (дядя Башара), Манаф Тлас. И хотя последний в ходе своих многочисленных зарубежных турне по некоторым данным пока не произвел нужное впечатление как будущий лидер Сирии, сам факт визита указанных лиц говорит о многом. И КСА, и ИРИ мастерски используют подконтрольные им арабские и международные СМИ и религиозные организации для проецирования «мягкой силы» в их борьбе за Сирию. Однако, в конечном счете, и та и другая сторона могут получить больше проблем, чем бонусов. Многие ближневосточные СМИ в последнее время все глубже втягиваются в межконфессиональный конфликт, раздирающий регион, что отражается на публикуемых ими материалах, в которые все чаще звучать религиозные мотивы. Рост влияния «Братьев-мусульман» в регионе представляет проблему как для КСА, так и ИРИ. На фоне победного марша «братьев» в странах победившей революции Саудовская Аравия все больше опасается за сохранность и «чистоту» проецируемой ими в регион через своих подданных модели правления, где строго соблюдается баланс власти наследственной и духовенства. Это особенно актуально на фоне преклонного возраста власть предержащих королевства, участившиеся сообщения о кончине которых, заставляют на короткое время вздрагивать особо тревожных нефтяных трейдеров.

С учетом выше сказанного, возобновление диалога КСА и ИРИ, двух стран, которые, на наш взгляд, были абсолютно незаслуженно выведены за рамки Женевской встречи (30.06.12), может способствовать постепенному выведению ситуации в Сирии из опасного тупика и предотвращению ее развития по опасному для всего региона сценарию.

50.04MB | MySQL:110 | 0,777sec