Принц Аль-Валид бин Талаль Аль Сауд: взгляд на саудовский путь модернизации

Нельзя не признать, что за последние годы на политическую и экономическую жизнь Саудовской Аравии все более оказывают влияние представители третьего поколения династии Аль Сауд – внуки короля-основателя Абдель Азиза. Среди них особо стоит отметить принца Аль-Валида бин Талаля бин Абдель Азиз Аль Сауд (Al-Waleed bin Talal bin Abdulaziz Al Saud) (1955 г. р.) – бизнесмена и инвестора, миллиардера, основателя и владельца 95 % акций крупнейшей саудовской холдинговой компании «The Kingdom Holding Company» (KHC). За последние пятнадцать лет по данным журнала «Forbes» он постоянно входит в первую тридцатку самых богатых людей мира, что в 2007 г. позволило «The Time magazine» в 2007 г называть «аравийским Уорреном Баффетом». Однако в своем ежегодном рейтинге самых богатых людей планеты на 2013 год журнал «Форбс» (Forbes) поместил его «всего лишь» на 26-е место, оценив его состояние в 20 млрд долл. США. Это вызвало недовольство принца Аль-Валида, который посчитал, что эксперты «значительно принизили его реальный капитал», который по его оценкам составляет около 45 млрд долл. США. По мнению принца, составители не учли принадлежащие ему активы, котирующиеся на фондовой бирже Саудовской Аравии, что позволило бы ему войти в первую десятку самых богатых людей мира. Однако «Форбс» отказался пересматривать составленный список, заявив, что журнал «использует разные критерии оценки богатства в зависимости от личностей миллиардеров», что привело к разрыву дальнейшего сотрудничества КНС с этим журналом. Тем не менее, в 2013 г. арабский деловой еженедельник «Араб Бизнес» (Arab Business) назвал принца Аль-Валида самым влиятельным человеком арабского мира.

В КСА он также известен многими амбициозными проектами. Например, в августе 2011 г. им было объявлено, что его компания подписала контракт с известной строительной саудовской строительной компанией «Saudi Binladen Group» (SBG) о строительстве самого высокого здания в мире – «Kingdom Tower» в г.Джидда высотой около 1000 метров, стоимость проекта оценивается приблизительно в 1,2 млрд долл. США. Кроме того, им реализуется медиа-проект по созданию нового независимого арабского телеканала «Аль-Араб» (Al-Arab) со штаб-квартирой в Манаме. Генеральным директором этого канала в июле 2010 г. был назначен либеральный саудовский журналист Джамаль Хашоги — бывший главный редактор саудовской газеты «Аль-Ватан», вынужденный покинуть этот пост после конфликта со светскими и религиозными властями из-за его критики в местной прессе некоторых идей салафизма. По планам принца Аль-Валида создаваемый «Аль-Араб»  должен успешно конкурировать с «Аль-Джазирой» — телеканалом «арабской улицы», а также с «Аль-Арабией» — телеканалом для политических элит и отражать точку зрения всех слоев общества.

Однако не только инвестиционная деятельность, масштабные бизнес-проекты и благотворительность сделали принца Аль-Валида широко известным как в арабском мире, так и на Западе. Помимо этого, он активно поддерживает контакты с политическими и деловыми кругами во многих странах. По его словам одной из своих задач он видит в «наведении мостов» между Западом и Востоком. Тем более, для этого у него есть соответствующий бэкграунд, т.к. помимо свободного владения английским языком, высшее образование он получил в США, окончив в 1979 г. колледж Менло (Menlo College) со степенью бакалавра, а затем школу Максвелла по связям с общественностью в Сиракузском Университете (Syracuse University) в 1985 г. со степенью магистра. Стоит отметить, что его офис в самом высотном здании Эр-Рияда – «Kingdom Centre» регулярно посещаются представителями зарубежных политических элит, королевских династий, находящихся в КСА с официальными визитами. Например, в марте с. г. состоялась его очередная встреча с принцем Уэльским Чарльзом, во время которой, как было заявлено, помимо инвестиций в британскую экономику, совместных гуманитарных и филантропических проектов, оба принца обсуждали состояние двусторонних отношений, а также местные региональные проблемы.

Однако, несмотря на весь имеющийся потенциал, опыт политика и успешного бизнесмена, популярность в собственной стране и за рубежом, он не занимает в настоящее время официальных политических постов во властных саудовских структурах. И этому имеются свои объяснения. Как полагают, это отражает стремление некоторых консервативных кругов не допускать непосредственного вхождения во власть сына «красного принца» Талаля бин Абдель Азиза (Talal bin Abdulaziz), который еще 60-х годах выступал за демократические реформы в Саудовской Аравии, организовав в 1962 г. «Движение свободных принцев» (Free Princes Movement). В настоящее время принц Талаль проживает за рубежом в политической эмиграции, но не изменил своим либеральным убеждениям, периодически выступая в западных СМИ с интервью, в которых говорит о необходимости более существенных реформ, включая создание политических партий, выборного парламента, а также преобразования саудовской монархии с абсолютной на конституционную. Одной из постоянных тем в его заявлениях — критика «группы принцев», которые, по его словам, стоят на пути преобразований, «создавая всяческие препятствия». Тем не менее, как считают некоторые аналитики, многие его высказывания встречают сочувствие и понимание у некоторых представителей саудовского истеблишмента, в самых верхних эшелонах власти королевства.

Можно быть уверенным, что принц Аль-Валид разделяет политические идеи своего отца. В последнее время он стал активно высказываться, как правило, в западных СМИ по многим актуальным внутренним и региональным проблемам. Особо стоит отметить его точку зрения по сирийскому вопросу, т.к. он хорошо знает эту страну, с руководством которой поддерживал прочные деловые отношения. Принц Аль-Валид неоднократно посещал Дамаск в рамках своей инвестиционной деятельности и был принимаем на самом высшем уровне. Однако после начала военных действий, согласно его заявлению, он прервал все контакты с сирийским президентом Башаром Асадом. Тем не менее, ситуации в Сирии он по-прежнему уделяет значительное внимание, а его оценки и прогнозы, несмотря на следование официальной линии Эр-Рияда, все же отличаются самостоятельностью. Например, еще в феврале 2012 г. он заявил, что ситуация в Сирии возможно достигла «точки невозврата» и «кровопролитие должно быть остановлено, так или иначе». А в своем интервью журналисту телеканала «Ай Ти Ви Ньюс» (ITV News) Джону Ирвайну (John Irvine) в феврале с.г., основываясь на личном впечатлении о сирийском президенте, предположил, что Асад не покинет страну, а конфликт может затянуться на годы. Высказался он весьма недвусмысленно относительно и вооруженной антиасадовской оппозиции: «Кто эти повстанцы? Объединены ли они? Может быть, их идеология основана на идеях «Аль-Каиды»? Может быть, они фанатики? На самом деле, мы не знаем, кто они». Тем самым, озвучив опасения не только Запада, но и определенных кругов стран Залива, поддерживающих анти-асадовскую оппозицию: «Везде у них свои группы. Именно поэтому Запад и даже Саудовская Аравия не пытаются их агрессивно поддерживать». В этом же интервью он также прояснил свою позицию о политическом будущем всего Ближнего Востока в свете «арабской весны»: «Я хотел бы, чтобы все арабские страны, в которых нет нестабильности или революции, пробудились и немедленно приступили бы к реформам и переменам, прежде чем эта волна настигнет их». На вопрос включает ли это Саудовскую Аравию, принц Аль-Валид ответил: «Все страны – ни одна страна не застрахована».

Аналогичную точку зрения, он продолжал отстаивать и в своем телеинтервью, состоявшееся на спутниковом канале «Ротана Халиджия ТВ» (Rotana Khalijiya TV) 2 апреля с. г., которое затем транслировалось и на других арабских телеканалах. Заметим, что предстоящий эфир этой передачи был широко анонсирован и поэтому собрал большую зрительскую аудиторию. Принц Аль-Валид снова продемонстрировал свое негативное отношение к последствиям «арабской весны» и даже сделал небольшой экскурс в историю по этому поводу, приведя в качестве примера, в том числе, и российскую революцию 1917 г., которая «не закончилась после правления Ленина, и миллионы русских погибли в ней». Принц подчеркнул: «Начинать не так уж трудно, но никогда не бывает легко положить ей конец». На «неудобный вопрос» корреспондента — почему до сих пор революция не произошла в Саудовской Аравии, принц Аль-Валид ответил, что королевство продолжает оставаться стабильной страной, и хотя «мы не являемся конституционной монархией, но мы монархия легитимная». «Кроме того, экономическая ситуация в Саудовской Аравии не так уж плоха, хотя и не (так) прекрасна. Но это самая важная причина, почему революции вспыхнули в трех арабских государствах…» — заметил принц.

Традиционно не обошел он вопрос о женской эмансипации в королевстве, конечно в рамках исламской модели, сославшись на проштудированную лично многотомную богословскую литературу по этой теме: «Мы должны следовать пророку Мухаммеду, который сказал: «Женщины являются сестрами мужчин». Относительно ношения хиджаба, он отметил: «Если женщина хочет, чтобы носить его, это ее право, и если она этого не делает, это тоже ее право. Она отвечает перед Аллахом, и нас это не должно касаться». Не изменилась его позиция относительно снятия запрета на вождение женщинам машины. Тем более, по его мнению, это имеет экономические выгоды, т.к. позволит сэкономить около 1 млн рабочих мест. Напомним, что одним из пилотов его частного самолета стала Ханади Закария аль-Хинди (Hanadi Zakaria al-Hindi) — первая саудовская женщина, окончившая Ближневосточную Академию коммерческой авиации (the Middle East Academy for Commercial Aviation) в Амане в 2005 г., причем принц профинансировал ее обучение. Все это дало повод для шуток в прессе – «В Саудовской Аравии запрещено женщинам водить машину, но зато разрешается водить самолет».

Особо позитивно он оценил ряд новаций, которые произошли в политической жизни королевства, в первую очередь это касалось обновленного состава Шуры, когда в ее состав королевским указом впервые за всю историю страны были введены женщины. Однако, по его мнению, это только первый этап, на котором не стоит останавливаться, т.к. при благоприятных условиях в Саудовской Аравии возможен переход к конституционной монархии с выборным парламентом. Если судить по его заявлению, он является сторонником введение западной политической системы «трех властей» в КСА: «В каждом обществе должна быть исполнительная власть, законодательная власть — в нашем случае, это Совет Шуры — и судебная ветвь власти. Они должны быть полностью независимы и должны иметь власть». По его мнению «пока члены Шуры не имеют полномочий, им будет не хватать какого-либо значительного влияния». Однако он считает, что «учитывая проницательный реформистский подход короля Абдаллы, что такое наделение полномочиями (Шуры-авт.) обязательно наступит».

Тем не менее, несмотря на продекларированную приверженность к исламским ценностям, он подчеркнул, что отрицательно относится к радикальным исламским движениям. В частности, отвечая на вопрос о «Братьях-мусульманах», особых симпатий к которым официальный Эр-Рияд никогда не испытывал, принц не изменил официальной линии. Он не отрицал, что имеет место проникновение в КСА их идеологии, которая имеет влияние на некоторые слои саудовского общества: «Действительно, от нескольких саудовских шейхов «отдает душком» братьев-мусульман. Это всем известно. Я не буду назвать имен, но это и так ясно». При этом он подчеркнул, что большинство в стране не поддерживает подобные революционные и анти-монархические идеи: «Мы не хотим Мурси в этой стране. У нас есть хороший монарх, который любим народом. Мы не хотим, чтобы кто-либо еще думал, что он является нашим ориентиром». По его мнению, один из способов избежать роста популярности радикальных идей в саудовском обществе – проведение продуманной социальной политики: «Мы должны пойти еще больше навстречу требованиям народа, чтобы не дать («Братьям-мусульманам-авт.) возможность воспользоваться бедностью, жилищными проблемами и стоимость жизни». Главным политическим противником КСА в регионе он видит Иран, выразив свою озабоченность относительно наличия агрессивных, экспансионистских планов у ИРИ в отношении своих арабских соседей и вмешательства его в дела арабских государств, таких как Бахрейн, Ливан, Сирия, Ирак, а также Мавритании и Марокко. На вопрос о сближении Египта и Ирана, он ответил, что «египетско-иранские связи являются вопросом суверенитета», тем не менее, заметив, что «не доверяет Ирану, но доверяет Египту, независимо от того, кто им правит».

Кроме этого, он еще раз заявил, что является сторонником большей открытости саудовского общества, раскритиковав попытки властей в лице «The Saudi Telecommunication Authority» ограничить пользование «Twitter», «Skype», «WhatsApp» в КСА. По его мнению, это «проигрышное сражение», т.к. «в наш век наш век высокоскоростного интернета, (СМИ-авт.) будут служить в качестве средства для неизбежной победы свободы слова и мысли». Заметим, что принц Аль-Валид уделяет большое внимание развитию средств электронной коммуникации, когда еще в 2011 г. приобрел 3.5% акций «Twitter» на сумму 300 млн долл. США. Однако его позиция по этому вопросу не нашла понимания у некоторых представителей салафитского истеблишмента. Например, в мае с.г. глава религиозной саудовской полиции шейх Абдель Латыф аш-Шейх, несмотря на репутацию «умеренного» и реформатора своего ведомства, не поддержал идею открытого интернет-пространства для саудовских граждан, предупредив, что пользование социальными сетями, особенно «Твиттером» «пагубно скажется как на земной жизни саудовцев, так и на загробной.

Тем не менее, сам принц Аль-Валид является активным пользователем «Twitter», разместив в начале мая с.г. на своем аккаунте пост, в котором выразил мнение, что главными проблемами, угрожающими стабильности королевства – «бомбами с часовым механизмом» являются: 1) высокий уровень безработицы; 2)бедность 3) рост населения, 4) нецелевое использование нефтяных ресурсов, 5) отсутствие иных источников дохода». С его опасениями можно согласиться. Например, по данным, представленным в «Сауди Газет» (Saudi Gazette) в декабре 2012 г., по меньшей мере, 3500 саудовских выпускников университетов Европы и США не могли найти работу по специальности в КСА. Между тем, эксперты полагают, что если такая тенденция сохранится, то количество безработных в Саудовской Аравии в ближайшее время может возрасти в три раза. По мнению принца Аль-Валида, которое он уже ранее высказывал, необходимо принимать срочные меры по исправлению положения, прежде всего используя потенциал саудовских граждан, вместо привлечения мигрантов, даже с высокой квалификацией. Эта достаточно «больная» тема, т.к. политика «саудизации» была заявлена уже около десяти лет назад, но пока ситуацию не удалось переломить коренным образом. По его словам сам он всегда отдает предпочтение саудовским гражданам при занятии вакантных должностей в своей компании. Заметим, что получить место в его компании с перспективами дальнейшего карьерного роста считается очень престижно для саудовских молодых специалистов с дипломами как иностранных, так и местных вузов.

Последнее интервью Аль-Валида на канале «Ротна Халиджия ТВ», а также его другая активность на медийном пространстве вызвали широкий отклик. Некоторые аналитики, например из «Аль-Кудс Аль-Араби» (Al-Quds Al-Arabi), даже задались вопросом – можно ли рассматривать это интервью в качестве своеобразного «политического дебюта» принца Аль-Валида? Не являются ли все эти высказывания проявлением его растущих политических амбиций? Однако, по мнению других, это не стоит выделять в качестве чего-то особенного по сравнению с предыдущими его интервью, которые он дает время от времени.

Тем не менее, несмотря на некоторые критические замечания, многие его оценки ситуации и предложения, если судить по комментариям, вызвали одобрительную реакцию у многих пользователей саудовского интернета. Принц Аль-Валид как успешный бизнесмен, и действительно незаурядная личность из династии Аль Сауд, который органично сочетает как приверженность к традициям, так и современный взгляд к решению большинства внутренних проблем страны, несомненно, пользуется поддержкой и симпатией в определенных кругах саудовского общества. В этой связи заметим, что, несмотря на неоднозначность, половинчатость и трудность протекания реформ короля Абдаллы, а также их критику некоторыми «саудовскими диссидентами» как «потемкинской демократии», все же этот процесс был небезуспешен. Можно констатировать, что за прошедшее десятилетие в саудовском обществе сформировалась группа населения (бизнесмены, представители интеллигенции, образованная молодежь и др.), которая решительно настроена на дальнейшие либеральные преобразования в Саудовской Аравии. Ранее, еще в начале 2000-х, об этом принц Аль-Валид говорил в своем интервью для «Нью-Йорк таймс» (New-York Times), что для противодействия «крикливым» радикалам внутри страны «нам нужно создать другую часть уравнения» — «умеренных» в качестве баланса для достижения равновесия. Можно считать, что эта цель была частично достигнута, несмотря на все сложности, такие «умеренные» в стране реально существуют. Кроме того, вероятно именно эта часть общества желала бы видеть более активное участие принца Аль-Валида в политической жизни королевства.

Однако далеко не все представители элиты КСА разделяют подобную точку зрения, поэтому, если принц Аль-Валид действительно имеет реальные политические намерения, то ему придется преодолеть неприятие некоторых консервативных и реакционных кругов, которые, несомненно, будут препятствовать этому. Насколько возможно будет либералам подобным принцу Аль-Валиду договориться с «консерваторами» и «силовиками», особенно «кланом принца Найефа», который заметно усилился в последнее время? Хотя его ни в коей мере нельзя назвать «красным принцем-2», т.к. он не является, как уже говорилось выше, сторонником преобразований в стране по примеру «арабской весны», и тем более далек от романтических революционных идеалов арабского национализма 60-х годов ХХ века. Новое время рождает новый подход. Прежде всего, он рассматривает себя как «государственника», члена династии Аль Сауд, что всегда им подчеркивается. Все его предложения укладываются в программу постепенной либерализации — укрепление связи правящей династии с обществом, создание прочной базы в лице «среднего класса», который бы обеспечивал внутреннюю стабильность страны, формирование открытого саудовского общества при снижении уровня его радикализации, но при сохранении «здорового консерватизма». Он сам однажды так выразил свое кредо: «Вестернизированная Саудовская Аравия – никогда! Модернизированная – несомненно!».

44.02MB | MySQL:92 | 1,389sec