США и Афганистан: двустороннее соглашение и безопасность

Администрации президента CША Барака Обамы выполнить одну из своих основных внешнеполитических задач 2013 года не удалось. Соглашение с Афганистаном по безопасности и обороне так и осталось не подписанным афганской стороной. Несмотря на неоднократные переносы сроков подписания,  американские угрозы прекратить помощь афганскому правительству и даже спровоцировать беспорядки в стране, президент Афганистана Хамид Карзай объявил о своем решении предоставить право подписи своему преемнику, имя которого станет известно лишь после выборов, запланированных на 5 апреля 2014 года. Вашингтон пребывает по этому поводу в явной растерянности, у Белого дома нет законных оснований для планирования дальнейшего военного присутствия в стране, так как срок действия мандата Совбеза ООН, дающего на это право,  заканчивается.

В этой связи Москва в последнее время настойчиво требует, чтобы Международные сил содействия безопасности в Афганистане (ISAF) прежде чем вывели свои контингенты, представили отчет Совбезу ООН, поскольку именно Совбез выдал мандат на осуществление военных операций в Афганистане [1]. Подобная процедура предусмотрена уставом ООН и регламентом работы Совбеза ООН. Сейчас США решили обойтись  без продления мандата Совбеза, заменив это двусторонними договоренностями с Кабулом. Но в этом случае международно-правовой формат меняется, и не является обязательным для поддержки международным сообществом. Тем не менее, в поддержку соглашения Кабула с Вашингтоном выступают все страны-соседи Афганистана, за исключением Ирана. Что касается России, то в МИД РФ опровергли исходящие от американской стороны сообщения о том, что президент Владимир Путин призвал Афганистан подписать соглашение с Соединёнными Штатами.  Москва предпочла не вмешиваться и предоставить свободу выбора афганскому руководству.

Распространенное мнение о том, что президенту Афганистана не нравятся лишь отдельные положения «Соглашения о сотрудничестве между Соединенными Штатами Америки и Исламской Республикой Афганистан по безопасности и обороне» (Security and defense cooperation agreement between the United States of America and the Islamic Republic of Afghanistan), не совсем соответствует действительности [2]. Хамид Карзай отвергает саму суть предлагаемого ему соглашения, обвиняя США в стремлении превратить Афганистан в американскую колонию [3]. Действительно, в находящемся на подписи варианте соглашения многое указывает на то, что американцы пытаются добиться одобрения статуса Афганистана в границах близких к параметрам своего федерального законодательства для входящих в состав США штатов. Большая часть соглашения посвящена обязательствам Афганистана по обеспечению многолетнего пребывания американских войск. Этому отведено две трети текста с потрясающими деталями от порядка ввоза американским персоналом валюты до разрешения на использование американских водительских прав. Можно согласиться с мнением, что это обычная практика американцев, но в отношении нестабильного и продолжающего находиться в состоянии гражданской войны Афганистана такой подход США выглядит неубедительным. Не только в Кабуле, но и в соседних странах хотели бы получить гарантии в том, что дальнейшее пребывание американских войск будет способно обеспечить безопасность. Ведь стране угрожают не внешние силы, а собственная внутренняя вооруженная борьба между различными религиозными и этническими группировками.

Предстоящие в апреле 2014 года выборы нового президента   будут для афганского общества и государства серьезной проверкой на прочность. Действующему президенту Хамиду Карзаю конституция запрещает баллотироваться на третий четырехлетний срок, но западные партнеры требуют от него завершить карьеру «проведением свободных и честных президентских выборов». Сейчас в стране сложился непредсказуемый баланс сил. Борьба за власть между официальным правительством, талибами, моджахедами и полевыми командирами продолжается по сценарию гражданской войны, но пока в не самой активной фазе. Легитимность, а тем более, безопасность выборов в условиях, когда национальная полиция и местные полицейские отряды самообороны Афганистана еженедельно теряют более 100 человек убитыми и около 300 человек ранеными, вряд ли, получится обеспечить. Ведь свободные выборы в Афганистане стали бы, вне всяких сомнений, событием исторического масштаба, но перспектива их честного проведения оценивается как крайне незначительная. Более того, сами афганцы допускают, что выборы могут вообще не состояться, так как многие районы фактически контролируются талибами. Режим талибов был демонтирован, но не был уничтожен.

Получается, что обеспечить стабильность в Афганистане без включения «Талибана» в существующую политическую систему нельзя. Многие прогнозируют, что если бы талибы выставили свою кандидатуру на выборах, то получили бы безоговорочную поддержку большинства населения. Однако талибы не намерены принимать участие в предстоящих в апреле 2014 года выборах президента страны, отдавая предпочтение использованию «права силы». Основатель и лидер «Талибан» Мохаммад Омар не пойдет на сотрудничество с официальным Кабулом, не откажется от вооруженной борьбы и попытается вернуть себе власть силой. Смогут ли помешать этому остающийся в Афганистане американский контингент?

В соглашении речь идёт лишь о помощи в организации,  оснащении, обучении и подготовке специалистов, офицеров и командного состава. Для решения подобных задач сохранять и тем более расширять девять крупных американских военных баз в Афганистане не нужно. Есть сомнения и в военной целесообразности сохранения контингента численностью 10-12 тысяч человек, дислоцированных в крупных городах и неспособных обеспечить контроль над основной частью территории страны. Американские эксперты высказывают опасения, что оставляемые войска могут стать «живым щитом» для защиты американской политики  в отношении будущего Афганистана. Оппоненты такого подхода считают, что основная тяжесть вооруженной борьбы будет перенесена на плечи самих афганцев, создавших за годы пребывания в стране ISAF достаточно сильные вооруженные силы (ВС). Так ли это?

В последнем докладе министра обороны США Чака Хейгела Конгрессу о ситуации в Афганистане [4] отмечалось, что афганские ВС отвечают за 95% плановых операций и 98% спецопераций, а местной полиции и армии переданы под ответственность 75% территории страны. В последние годы численность афганских сил безопасности доведена до запланированных 352 тысяч человек. Сейчас в армии примерно 185 тысяч, в полиции – почти 147 тысяч [5]. Однако афганские силы безопасности на 70% укомплектованы не пуштунами, что делает их представляющими лишь меньшинство населения Афганистана. В настоящее время самые уязвимые районы Афганистана – это юг, где проживают в основном пуштуны, но афганская армия воевать там вряд ли сможет. Кроме того, стремление к достижению заданной численности ВС привела в ряде районов страны к насильственной мобилизации, основная часть призывников обладает низким уровнем образования, имеет место массовое дезертирство. В целом, афганские войска и полиция остаются слабо обученными  и не отличаются высоким боевым настроем.  Не случайно, по мнению Чака Хейгела, после вывода войск из Афганистана афганские ВС «подвергнутся серьёзному риску», в связи с чем возникают опасения в способности американского правительства и в дальнейшем обеспечивать финансирование военной поддержки афганского режима.

До сих пор американцы на содержание своего контингента тратили в Афганистане до 12 млн долларов в день. Бывший посол США в Афганистане Рональд Нейман полагает, что дальнейшие расходы будут зависеть от размеров сохраненного военного присутствия и составят как минимум 5 млрд долларов в год, не включая расходы на содержание посольства. Что касается финансового содержания афганских национальных сил безопасности, то в следующем году Соединённым Штатам и их союзникам предстоит оплатить по афганским счетам 7,7 млрд долларов, расходы Кабула на эти же цели не превысят 2 млрд.

Между тем  правительство Карзая все глубже погружается в трясину коррупции и расточительства. В докладе ООН, опубликованном в феврале этого года, отмечается, что в 2012 году афганские граждане в виде взяток различным чиновникам заплатили 3,9 млрд долларов, даже помогающим в Афганистане западным компаниям пришлось отдать более 1 млрд долларов в качестве штрафов и оплаты за «помощь» в получении подрядов. В Вашингтоне преобладает точка зрения, согласно которой деньги в Афганистане потрачены впустую. Признание Карзая о наличии в стране коррупции только усиливает критику Обамы. В последнее десятилетие на войну в Ираке и Афганистане США израсходовали более триллиона долларов, с 2001 года американские налогоплательщики на оплату военных операций платили около 11 млн долларов в час. В Америке это вызывает массу вопросов к Пентагону и к администрации. Тем не менее, Министерство обороны США, несмотря на общее сокращение американских бюджетных расходов, планирует потратить на вывод войск из Афганистана в 2014 году около 80 млрд долларов. Такие данные содержатся в проекте дополнительных трат Пентагона, которые военные передали в Конгресс США. Есть еще и значительные расходы по другим статьям, в частности на борьбу с незаконным оборотом наркотиков предусматривается израсходовать почти 400 млн долларов, хотя эффективность американских мер в этой сфере остается чрезвычайно низкой.

За 12 лет пребывания в Афганистане войск ISAF страна произвела и экспортировала больше героина, чем любая другая страна мира. Американцы ступили на афганскую землю в тот момент, когда в 2001 году стране был произведен наименьший объем опиумного сырья с 1992 года, всего 185 тонн, под посевы которого было занято менее 8 тысяч га территории [6]. За годы иностранного вторжения производство наркотиков увеличилось почти в 40 раз, достигнув беспрецедентного масштаба, 80% всего мирового урожая опиумного мака снимается в Афганистане. На сегодняшний день, по данным Федеральной службы России по контролю за оборотом наркотиков, на территории ИРА нелегально хранится до 40 тысяч тонн опия. В 1995 г. руководитель операций ЦРУ в Афганистане Чарльз Коган признал, что в своё время ЦРУ «пожертвовало» войной против наркотиков в интересах достижения победы в холодной войне, превратив район афгано-пакистанской границы в самый крупный район в мире по производству героина. Холодная война давно завершилась, а львиная доля опиатов, по-прежнему, производится в афганских провинциях, граничащих с Пакистаном и находящихся в данный момент под контролем войск США.

Степень участия и мера ответственности ЦРУ за беспрецедентный наркобизнес в Афганистане остается в Белом доме закрытой темой, хотя очевидно то, что американцы не стремятся победить производство наркотиков опиумной группы, в первую очередь героина. С самого начала интервенции администрация Дж.Буша осталась равнодушна к стремительному росту производства героина, ведь для США это проблем не создавало, внутренний американский рынок наркотиков для афганского героина оставался недоступным, от него умирали в Центральной Азии, России, Западной Европе, но не в Соединенных Штатах. А бороться с плантациями растений для производства наркотиков американцы умеют достаточно эффективно. Так, в 2008 году примерно 75% посадок коки (229 тысяч гектаров) в Латинской Америке было уничтожено США путем распыления дефолиантов и механическим методом, тогда как в Афганистане в том же году было уничтожено немногим более 3% посевов опиумного мака [7].

Есть мнение, что военные варианты решения этой проблемы являются в лучшем случае неэффективными, а в худшем – контрпродуктивными. Предлагается восстановить афганское земледелие с тем, чтобы продовольственные культуры стали альтернативой опиуму, который сейчас часто является единственным существенным доходом местных крестьян. С этим гуманным предложением согласится абсолютное большинство сторонних зарубежных наблюдателей, но не сами афганцы. Дело в том, что в среднем один гектар пашни может приносить до 70 кг опиума-сырца, что по ценам «черного рынка» позволяет получить примерно 8 тыс. долларов, а продажа пшеницы с такой же площади принесет всего лишь 800 долларов.

Альтернативное земледелие, оказывается, невыгодно и правительству Афганистана, которое контролирует большую часть наркотического бизнеса. Афганская экономика при Карзае осталась нарко-экономикой. Доля талибов на рынке афганского опиума не превышает 5-10%. и оценивается в целом от 200 до 400 млн долларов. При такой расстановке сил в афганском наркобизнесе военный вариант решения этой проблемы является обоснованным и может оказаться вполне эффективным, но только в том случае, если есть политическая воля справиться с недовольством местного населения, а в культивацию опийного мака вовлечено свыше трех миллионов крестьян Афганистана. Администрация Обамы, похоже, накануне вывода своих войск не желает идти на обострение с афганскими крестьянами, а значит и в 2014 году мир станет свидетелем новых рекордов опиумной экономики Афганистана. В двустороннем соглашении по безопасности и обороне между Кабулом и Вашингтоном меры по борьбе с незаконным оборотом наркотиков не предусмотрены.

В заключение отметим, что у России и соседних с Афганистаном государств СНГ особую тревогу вызывает в будущем вероятное возвращение в Кабул талибов. Президент Карзай считает, что Афганистан — суверенное государство, которое должно само определять свою судьбу, в том числе и в вопросе участия в управлении движения «Талибан». То, что после вывода войск контингента ISAF талибы вновь могут вернуться на политическую сцену Афганистана и получить значительную долю власти в этой стране, его не пугает. Такой же самоуверенностью отличались и те, кто, находясь у власти, позволили талибам после вывода советских войск превратить Афганистан в плацдарм для международного терроризма. Политической воли у тогдашних руководителей страны распорядиться независимостью в интересах афганского народа не хватило.

Сейчас Карзай, повторяя ту же ошибку, продолжает настаивать на готовности его правительства самостоятельно взять на себя всю полноту ответственности за будущее Афганистана. Фактически нынешнее афганское руководство втягивает страну в непрогнозируемую ситуацию. При этом готовность США и НАТО к дальнейшему участию в делах Афганистана в рамках готовящейся операции «Надежная поддержка», смысл которой в передаче ответственности за исход вооруженной борьбы с талибами афганским армии и полиции, не должна вводить в заблуждение. Оценки руководства НАТО, согласно которым правительственные войска пользуются большой поддержкой населения страны, явно завышены.

 

1. Интервью специального представителя президента РФ по Афганистану Замира Кабулова. – Россия в глобальной политике, декабрь 11, 2012 (http://www.globalaffairs.ru/event/Intervyu-spetcialnogo-predstavitelya-prezidenta-RF-po-Afganistanu-Zamira-Kabulova-15771)

2. Security and defense cooperation agreement between the United States of America and the Islamic Republic of Afghanistan. – (http://msnbcmedia.msn.com)

3. Hamid Karzaï : «The United States behaves in Afghanistan like a colonial power». —  Le Monde, | 10.12.2013 (http://www.lemonde.fr)

4.  Jim Garamone. Afghan Forces Effective While Sustainment Remains a Problem, Nov. 8, 2013. — American Forces Press Service (http://www.defense.gov)

5. Afghan National Security Forces (ANSF). Public diplomacy division (PDD) — press and media section.  June 2013 (http:// www.isaf.nato.int)

6. William Maley. The Foreign Policy of the Taliban, The Council on Foreign Relations (CFR), October 11, 2013 (http://www.cfr.org/afghanistan)

7.  United Nations Office on Drugs and Crime, World Drug Report 2013, August 15, 2013 (http://www.unodc.org/unodc/secured/wdr/wdr2013)

42.7MB | MySQL:87 | 0,836sec