Перспективы вступления Турции в ЕС

29 июня 2005 года Еврокомиссия обнародовала официальное предложение начать переговоры с Турцией по вопросу ее вступления в Европейский союз 3 октября с.г. Комиссар Еврокомиссии по вопросам расширения Олли Рен заявил, что решение принято после «долгих и ожесточенных дебатов», отражающих нежелание ряда ее членов видеть в своих рядах эту страну. По его словам, официальное назначение даты переговоров не является гарантией положительного исхода переговоров для Турции. В случае, если судьба Турции останется неопределенной, ей должен быть предоставлен «особый статус, закрепляющий ее в европейских структурах», — отметил Рен. Наряду с этим, комиссар Еврокомиссии по вопросам расширения констатировал, что «Европе нужна стабильная демократическая Турция. Это в стратегических интересах ЕС – дать Турции возможность доказать, что она готова стать членом европейской семьи». Он также выразил свое личное мнение, подчеркнув, что Турция сможет вступить в ЕС не ранее 2014 года.

Оглашение графика переговоров Турции с ЕС дает повод вновь поднять тему перспектив вступления этой страны в европейский клуб. Еврокомиссия обнародовала этот график без особого энтузиазма, констатировав, что его еще должны единогласно одобрить 25 членов ЕС. Впервые переговоры о вступлении в союз официально не ограничены во времени и, по мнению ведущих функционеров ЕС, нет никаких гарантий, что они будут когда-либо успешно завершены.

Результаты последних референдумов в Европе показали все возрастающую тенденцию сопротивления расширению ЕС в целом, а Турция – наиболее спорный кандидат. «Файнэншл таймс» заметила в связи с этим: «Бедная Турция. После 42 лет в зале ожидания время для начала переговоров едва ли могло быть менее благоприятным».

Действительно, в течение многих лет приоритетным направлением турецкой внешней политики является вступление страны в Европейское сообщество. Сама по себе эта идея полностью соответствует официальной идеологии Турецкой республики – ататюркизму (по имени основателя республики Кемаля Ататюрка), становым хребтом которого является светский характер турецкого государства, последовательная политика недопущения возрождения любой формы воинствующего ислама.

Турецкая Республика впервые обратилась с заявкой на ассоциированное членство в ЕС (в то время это было Европейское экономическое сообщество — ЕЭС) 31 июля 1959 года при правительстве Б. Мендереса. Однако после переворота 1960 года этот процесс приостановился. Только 12 сентября 1963 года в столице Турции Анкаре был подписан Договор об ассоциации, который вступил в силу с 1 декабря 1964 года. В соответствии с этим договором были определены цели сторон и три этапа интеграции Турции в структуры Сообщества.

На первом этапе Турция не предоставляла странам ЕЭС никаких торговых преференций. На втором этапе, осуществление которого началось после подписания 23 ноября 1970 года Дополнительного протокола и Конвенции об ассоциации, вступившей в силу с 1 января 1973 года, начались поэтапное снижение пошлин, налогов и сборов, отмена ограничений в отношении товаров из ЕЭС. Кроме того, Турция в течение 22 лет, на которые был рассчитан этот этап, должна была адаптироваться к сельскохозяйственной политике ЕЭС и принять Единый внешний тариф, а ЕЭС — поэтапно снять тарифы и ограничения на турецкий промышленный импорт и установить преференции на импорт 90% сельскохозяйственного импорта из Турции.

На третьем этапе предусматривались завершение создания таможенного союза, принятие регламентов миграции турецкой рабочей силы и капитала. Реализация всех предусмотренных Конвенцией мер планировалась к 1995 году. Турция сумела реализовать все мероприятия, предусмотренные вышеупомянутыми документами, и с 1 января 1996 года Соглашение о режиме таможенного союза по торговле промышленными товарами вступило в силу.

При этом заявка на полноправное членство в ЕС была официально подана еще в 1987 году. Однако этот шаг фактически остался без последствий. Более того, Турция так и не получила от Евросоюза финансовой помощи в объеме 3,2 млрд долл. на реструктуризацию (предоставление помощи было блокировано Грецией).

Таким образом, отношения Турции и ЕС складывались весьма непросто. С одной стороны, ЕС был заинтересован в интеграции Турции. Со стратегической точки зрения, Турцию как восточный форпост НАТО и единственную светскую страну мусульманского мира было необходимо удерживать в рамках западноевропейских структур. С другой, она не соответствовала целому ряду требований как экономического, так и политического характера, предъявляемых Евросоюзом к своим членам.

Внутриполитическое положение Турции отличалось нестабильностью, особенно в 70-е годы, когда страну захлестнул массовый террор как со стороны ультраправых, так и со стороны ультралевых организаций. Однако военный переворот 1980 года позволил обуздать и правых, и левых, а начатые правительством Тургута Озала экономические реформы в промышленности, финансах, сельском хозяйстве дали возможность демонополизировать и приватизировать значительную часть государственного сектора, отличавшегося крайней неэффективностью, произвести революцию в сельском хозяйстве, поставив его на капиталистические рельсы. Реализация новой экономической программы Т. Озала позволила начать необратимый процесс перевода турецкой экономики на рыночные условия.

Вместе с тем и на нынешнем этапе вступления Турции в ЕС сохраняются серьезные препятствия. Условно их можно разделить на две группы: проблемы внутри Турции и за ее пределами.

К внутренним проблемам следует отнести недостаточный, по меркам ЕС, уровень экономического развития. Турецкая экономика все еще отстает от стран ЕС, и уровень ее развития только приближается к испанскому или португальскому. Если в крупных городах турецкого Запада — Стамбуле, Анкаре, Измире и некоторых других — развиваются современное промышленное производство и сфера услуг, а на юге страны функционируют современные туристические центры, то огромные восточные районы все еще далеки от уровня западного побережья, а в общественных отношениях здесь сохранились пережитки патриархального и феодального укладов.

Существенным фактором, препятствующим вступлению в ЕС, остаются некоторые неблагоприятные финансово-экономические показатели страны. Структура турецкого экспорта, на первый взгляд изменившаяся в пользу увеличения экспорта готовой продукции, базируется на трудозатратной продукции легкой промышленности, по ряду позиций более близкой к «традиционному экспорту», а сохраняющийся дефицит новых технологий в турец­кой промышленности не позволяет в необходимом объеме интенсифицировать производственные процессы.

Несмотря на определенные успехи в экономическом развитии, страна во многом зависит от сельскохозяйственного сектора, половина ее жителей проживают в деревне и связаны с сельскохозяйственным производством. При этом, хотя 47% рабочей силы и приходится на аграрный сектор, он производил в первой половине 90-х годов только 14% ВВП. Сравнение же основных показателей сельскохозяйственных отраслей также не в пользу Турции. Так, член Европейской комиссии по сельскому хозяйству Франц Фишлер высказался против приема Турции в ЕС. В качестве аргумента на заседании комиссии он привел следующие факты. Внутренние цены на зерно в Турции на треть выше, чем в ЕС. Турецкие фитосанитарные и ветеринарные нормы не соответствуют европейским. В Турции, указал он, существует также огромная проблема развития сельских районов, которую нужно решать. По подсчетам экспертов ЕС, потенциальные издержки включения турецкого агрокомплекса в рамки европейских стандартов составят 11,3 млрд евро. Это больше, чем потребуется для интеграции в ЕС сельского хозяйства десяти стран, вступивших в ЕС в мае 2004 года.

Сохраняются различия и в финансовой сфере. «В течение почти всего периода 90-х годов прошлого века инфляция оставалась на уровне от 49% (1991 г.) до 149,6% (1994 г.), опустившись лишь к началу третьего тысячелетия. Такой уровень инфляции не позволял делать стабильные крупные капиталовложения в турецкую промышленность. В ЕС средний уровень роста цен в середине 90-х годов составлял 2,6% в год».

После очередного экономического кризиса 2000-2001 гг. существенное снижение инфляции (до 9,5%) было достигнуто лишь к октябрю 2004 года. К этому времени золотовалютные резервы страны выросли до 53 млрд долл., улучшилось и экономическое положение в целом. Это позволило турецкому правительству ввести в обращение с 1 января 2005 года новую турецкую лиру.

Тем не менее в последнем докладе ОЭСР (осень 2004 г.) отмечается, что турецкое правительство столкнулось с рядом препятствий в решении вопросов развития экономики. Среди них низкое доверие к перспективам макроэкономической и политической стабильности наряду с высоким дефицитом бюджета и большим внешним и внутренним долгом привели к высокому ссудному проценту и инфляции. Недостатки в секторе общественных служб и управления подорвали эффективность и качество его работы. Было также указано на переход значительной части бизнеса «в тень» из-за неблагоприятного делового климата. Это привело к увеличению налогового бремени на фирмы и работников «белого» сектора экономики.

В докладе была подвергнута критике идея перевода ряда бюджетных расходов в муниципалитеты и провинции, так как это неизбежно приведет к падению эффективности использования средств и их распылению. Рекомендовано «улучшить условия существования бизнеса, около 50% которого остается в тени, что снижает налоговую базу государства».

Все эти проблемы сформировали сегодня главный фактор сомнения – способен ли ЕС впитать финансово и политически такую огромную мусульманскую нацию. Критики утверждают, что нынешний бюджет ЕС в 100 млрд евро не справится с нуждами столь многочисленного и сравнительно небогатого народа. Именно поэтому в ЕС все чаще звучат предложения заменить членство Турции в организации на так называемое привилегированное партнерство, с чем Анкара категорически несогласна.

Определенными препятствиями на пути к интеграции с ЕС является нерешенность и ряда внешнеполитических проблем, таких как кипрская, сохраняющиеся турецко-греческие разногласия, неурегулированность турецко-армянских отношений, прежде всего по позиции трагических событий 1915-1923 годов, курдский вопрос.

В качестве примера серьезности этих препятствий приведем динамику развития событий последнего года, касающихся курдского вопроса. Как известно, 1 июня 2004 года было прекращено объявленное Рабочей партией Курдистана (РПК) перемирие. После этого количество жертв в результате террористических акций возросло в пять раз и достигло на сегодняшний день 100 человек убитыми и более 230 ранеными. С каждым днем увеличивается число боевиков, которые проникают на турецкую территорию из Северного Ирака. Много жертв среди мирного населения, представители которого подрываются на минах, установленных боевиками на дорогах. Боевики развернули на юго-востоке «рельсовую войну», в результате которой осуществляются подрывы пассажирских и грузовых поездов военного назначения. Меры по содействию Анкаре в пресечении их деятельности в Северном Ираке, обещанные Вашингтоном, так и не были приняты.

С целью нейтрализовать деятельность террористических групп в этом районе в мае 2005 года турецкие вооруженные силы начали широкомасштабную операцию, в результате которой уничтожены более 100 боевиков и погибли около 40 военнослужащих.

В такой ситуации решение Европейского суда по правам человека, принявшего 12 мая 2005 года решение о том, что лидер Рабочей партии Курдистана Абдуллах Оджалан был осужден несправедливо, вызвало в Турции резко негативную реакцию, в том числе в военных кругах страны. Их особо беспокоит то, что в ходе возможного пересмотра дела по всей стране могут возникнуть массовые беспорядки. И эта обеспокоенность вполне обоснована. Ведь в результате боевых действий на юго-востоке погибли более 35 тысяч турецких военнослужащих и сотрудников спецслужб. «Решение Европейского суда по правам человека является политически мотивированным и свидетельствует о том, что в Европе не признают ни турецкую правовую систему, ни конституцию страны. Мы не можем забыть матерей солдат, погибших в столкновениях с курдскими сепаратистами, тех, кто стал инвалидами. Это общее мнение всех военнослужащих турецкой армии», — заявил командующий первой армией армейский генерал Хуршит Толон.

В подтверждение слов генерала влиятельная в стране Ассоциация турецких офицеров-отставников сделала заявление для прессы, осудив решение Европейского суда. Ее члены провели также демонстрацию протеста. Многие из них несли лозунги с призывом к правительству отказаться от вступления в Европейский союз. Офицеры заявили также, что «решение Европейского суда – это заговор с целью спровоцировать в стране беспорядки».

Очень сильны позиции противников вступления Турции в ЕС и среди сторонников Партии националистического действия (ПНД), которая классифицируется как одна из самых массовых и организованных политических организаций в стране. ПНД на предстоящих парламентских выборах может войти в парламент и принять непосредственное участие в формировании правительства, а это значит, что партия будет оказывать непосредственное влияние и на политику страны в отношении ЕС, в частности, на переговорный процесс по вопросу членства Турции в этой организации. А ведь партия придерживается крайне жесткой и бескомпромиссной позиции по вопросам курдского и кипрского урегулирования.

Из внешних факторов, препятствующих вступлению мусульманской Турции в христианский союз, выделим также страх европейцев перед исламом. При этом необходимо подчеркнуть, что эта боязнь неизмеримо выросла после трагических событий 11 сентября 2001 года. Жители Европы опасаются к тому же, что неравномерное экономическое развитие и свободный оборот товаров, услуг, капиталов и рабочей силы в совокупности окажут негативное воздействие на экономику их стран. Эксперты из Лондонской школы экономики подсчитали, в частности, что в первые годы после принятия Турции придется тратить до 11 процентов союзного бюджета в целях адаптации турецкой экономики и общества к принятым в ЕС стандартам. В их докладе утверждается, что Турция – это страна с большим и быстро растущим населением, уже сегодня превышающим 70 млн человек, что позволит ей получить самое большое представительство в Европейском парламенте. Кроме того, крупномасштабная иммиграция турок в страны ЕС после присоединения, считают противники членства Турции в ЕС, будет способствовать как возникновению серьезных проблем на европейском рынке труда, так и существенному изменению этнического баланса в ряде стран – членов ЕС.

Все эти опасения, по мнению западных политических деятелей и политологов, сыграли существенную роль в том, что в ходе состоявшихся в мае-июне с.г. референдумов во Франции и Нидерландах по проекту Конституции ЕС большинство стран высказались против этого документа. Так, по мнению министра иностранных дел Финляндии Эркки Туомиоя, «отрицательным результатом голосования по вопросу принятия Конституции ЕС французы и голландцы в первую очередь отвергли Турцию». В свою очередь, председатель Христианско-демократической партии Германии Ангела Меркель заявила, что результаты референдумов во Франции и Нидерландах свидетельствуют о том, что негативное мнение партии относительно членства Турции в ЕС было правильным. Как известно, эта влиятельная в Германии партия считает, что ЕС после последнего расширения должен «отдохнуть» и необходимо пересмотреть вопросы членства в этой организации Турции, Румынии и Болгарии.

В настоящий момент проект Евроконституции ратифицировали восемь стран. Литва, Венгрия, Словения, Греция, Австрия, Италия и Германия приняли его путем парламентского голосования, а Испания — в ходе референдума. После провала проекта Основного закона ЕС на референдумах во Франции и Нидерландах более половины оставшихся членов Евросоюза сохраняют намерение вынести Конституцию на всенародное голосование. Такая перспектива говорит о том, что процесс расширения ЕС действительно может быть временно прекращен после вступления в союз в 2007 году Румынии и Болгарии.

Вместе с тем, несмотря на все вышеперечисленные проблемы и препятствия, на наш взгляд, необходимо признать, что Турция за последние три года под руководством правительства Реджепа Тайипа Эрдогана провела радикальные реформы, которые в значительной степени приблизили страну к ЕС. Турция видит свои проблемы и активно работает над их решением.

В качестве предварительного условия для начала переговоров о вступлении в ЕС Турция приняла шесть законодательных актов, которые укрепляют права человека и принципы правового государства, приближают страну к европейским стандартам. Однако сегодня ЕС настаивает, по словам своего пресс-секретаря Кристины Наги, уже на том, что законы должны не только быть приняты, но и выполняться на практике. Контроль практического воплощения в жизнь принятых законов предусматривает проведение регулярных открытых проверок на местах.

Так, наиболее значительным изменениям подверглась судебная система страны. Постепенно были ликвидированы суды государственной безопасности, приговоры которых не подлежали обжалованию. Была отменена 143-я статья Конституции, регламентирующая их работу. Введена процедура обжалования судебного приговора в Европейском суде по правам человека, если его положения противоречат европейским правовым конвенциям. В 90-й статье закреплен их приоритет над местным законодательством. Парламент Турции отменил чрезвычайное положение в ряде вилайетов на юго-востоке страны, исключил из Закона о борьбе с терроризмом статью 8, предусматривавшую тюремное заключение за пропаганду, наносящую ущерб целостности государства. Демократические реформы сделали возможным изменения в законах об общественных организациях, фондах, а также средствах массовой информации. Важным аспектом закона о СМИ является положение об их праве не оглашать источники своей информации. Частным и государственным каналам разрешено вещание на языках этнических меньшинств. Частные учебные заведения могут включать в свои учебные программы курсы по изучению этих языков. Анкара придерживается моратория на смертную казнь, значительно расширила гражданский контроль над вооруженными силами, которые на протяжении последних десятилетий были главной политической силой страны. Турция в соответствии с критериями ЕС провела демократическую ревизию более 30 законодательных актов.

Отрадными выглядят и обнародованные в июне некоторые показатели развития турецкой экономики. ВВП Турции составляет 300 млрд долларов. Ежегодный рост по этому показателю равен в среднем 7-10 процентам. Страна имеет на сегодняшний день самую быстро растущую в Европе экономику. Важным направлением ее торгово-экономических связей стал Ближний Восток, со странами которого товарооборот увеличился на 53 процента. По темпам роста объема экспорта – 33 процента в год – Турция в настоящее время занимает пятое место в мире. Для сравнения: Россия на сегодняшний день по этому показателю находится на четвертом месте. Доля Турции в мировой торговле впервые превысила 1 процент. Что же касается фактических суммарных показателей экспорта, то Турция в прошлом году заняла 22-е место в мире, тогда как в 2003 году она находилась на 24-м месте. Вот только один пример экспортных возможностей Турции: компания «Хонда», находящаяся в Японии на третьем месте по числу произведенных автомобилей, до конца текущего года начнет выпускать в Турции еще одну из своих моделей – «Сити». В прошлом году на заводах «Хонды» в Турции было произведено 16 тысяч автомобилей. Именно из Турции автомобили модели «Хонда-Сити» будут отправляться в Польшу, Чехию, Словакию и Венгрию. К началу 2006 года «Хонда» собирается повысить объем производства в Турции с 20 тысяч автомобилей в год до 30 тысяч. Все это говорит о росте доверия к турецкому рынку, а значит, о его движении к стабильности.

Наряду с этим Анкара целенаправленно работает над решением внешнеполитических вопросов. Турецкая община Кипра сказала «да» плану генерального секретаря ООН по объединению острова. Анкара предприняла ряд существенных шагов и по урегулированию своих отношений с Грецией и Арменией. В мае 2004 года турецкий премьер впервые за последние десять лет с официальным визитом посетил Грецию по приглашению премьер-министра страны. За последние четыре года в результате переговоров в Анкаре и Афинах было подписано девять двусторонних соглашений о сотрудничестве в области туризма, охраны окружающей среды, поощрения и охраны взаимных капиталовложений, совместной борьбы против терроризма, организованной преступности и контрабанды наркотиков.

Показательным является тот факт, что тогда впервые в истории турецко-греческих отношений совместное заявление сделали лидеры лоббистских организаций двух стран в США, которые оказывают существенное влияние на общую атмосферу турецко-греческих отношений. Они приветствовали результаты переговоров Турции и Греции на различных уровнях, назвав их фундаментом мирных отношений двух стран, важным вкладом в укрепление стабильности и безопасности в Восточном Средиземноморье. Процесс потепления в двусторонних отношениях 3 июля 2005 года был отмечен еще одним заявлением. В ходе торжественных мероприятий, посвященных закладке газопровода, который свяжет Турцию и Грецию, было объявлено о предстоящем визите главы греческого правительства в Турцию. Это будет первый визит за последние 45 лет.

Впервые в истории межгосударственных турецко-армянских отношений состоялся обмен посланиями между премьер-министром Турции Р.Т. Эрдоганом и президентом Армении Р. Кочаряном. Анкара предложила всем заинтересованным странам открыть свои архивы для установления истинной картины трагических событий 1915-1923 гг. Все это позволило премьер-министру Армении Андранику Маргаряну в мае с.г. на пресс-конференции в Ереване, посвященной пятилетию его деятельности на посту главы правительства, констатировать прогресс в процессе урегулирования турецко-армянских отношений в контексте переписки премьер-министра Турции и президента Армении. «До осени нынешнего года возможно проведение армяно-турецких встреч на различных уровнях. Лед тронулся», — констатировал глава правительства Армении. Среди этих контактов возможна и встреча на самом высоком уровне.

Эти достижения правительства Р.Т. Эрдогана в деле демократизации страны, экономике, а также в области внешней политики успешно подрывают широко распространенный миф о том, что ислам и демократия западного типа – вещи несовместимые. Думается, что эти успехи и сыграли главную роль в том, что 17 декабря 2004 года на саммите европейских лидеров было принято решение и подписано Соглашение, предусматривающее начало официальных переговоров о приеме Турции в ЕС 3 октября 2005 года. Эта дата была вновь официально подтверждена 29 июня с.г. после доклада комиссара Еврокомиссии по расширению Олли Рена по вопросу о ходе реформ в Турции. По заявлению главы турецкой делегации на этих переговорах государственного министра Али Бабаджана (назначен на эту должность по личному указанию главы правительства), Анкара к этим переговорам готова.

Несомненно, в ходе предстоящих переговоров будут укрепляться аргументы в пользу принятия Турции в ЕС. Турция – член НАТО и стратегический партнер США, которые будут поддерживать процесс ее вступления в ЕС. Показательно в этом плане заявление госсекретаря США Кондолизы Райс, сделанное 28 мая 2005 года. «Отказ принять Турцию в ЕС может повлечь за собой крайне негативные последствия. Мы не можем допустить раскола между Турцией и остальной Европой. Такую ситуацию можно будет охарактеризовать как столкновение цивилизаций — мусульманской Турции и христианской Европы. Это будет ужасно», — констатировала госсекретарь США. Райс, поддержав Турцию, отметила, что для интеграции в Евросоюз Анкара должна выполнить все требования, предъявляемые к кандидатам на членство в ЕС. При этом необходимо учитывать, что Турция обладает второй по численности армией в НАТО и занимает уникальную стратегическую позицию между Балканами, Восточным Средиземноморьем, Кавказом, Ближним и Средним Востоком. Именно на Турцию США возлагают особые надежды в процессе реализации своего плана по реформированию Большого Ближнего Востока. Эти факторы помогут Анкаре не только сыграть важную роль в укреплении амбиций ЕС как серьезного игрока на региональной и мировой арене, но и стать самым верным союзником Вашингтона на европейском континенте.

Влиятельную группу сторонников вступления Турции в ЕС составляют также транснациональные компании, которые заинтересованы в стабильных поставках энергоресурсов, прежде всего нефти и газа. Турция же после ввода в эксплуатацию «Голубого потока» и трубопровода Баку-Тбилиси-Джейхан, а также в результате весомого участия в других региональных проектах становится важнейшей транзитной страной для их поставок в страны региона, Европу и США. Значимым для Анкары, по мнению турецких экспертов, является и то, что с 1 июля председательство в ЕС перешло от Люксембурга к Англии, которая поддерживает Турцию по ряду аспектов процесса ее вступления в союз.

В этой связи, думается, важным является вопрос о позиции России по вопросу вступления Турции в ЕС. По мнению российских экспертов, Москва поддерживает это стремление Анкары. Так, президент Торгово-промышленной палаты России Евгений Примаков в ходе учредительного заседания российско-турецкого Делового совета в конце октября 2004 года отметил, что Москва и Анкара сделают все возможное, чтобы, учитывая предыдущий опыт расширения ЕС, заранее обойти все «острые углы» в двусторонних отношениях в случае вступления Турции в эту организацию. Кроме того, он добавил, что «хотя это дело Турции и Евросоюза, но если это будет осуществлено, то все друзья Анкары будут рады». Такую позицию разделяет и известный тюрколог, доктор исторических наук, профессор, директор Института стран Азии и Африки при МГУ им. М.В. Ломоносова Михаил Мейер. Он уверен, что Москве даже выгодно присоединение Анкары к ЕС, так как партнерство в треугольнике Россия — Турция – ЕС, по мнению ученого, неизбежно.

Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод о том, что вступление Турции в ЕС является одним из ключевых вопросов, стоящих на геополитической повестке дня грядущих десятилетий. К выбору путей его решения все заинтересованные страны и международные организации должны подойти очень ответственно. Ведь от этого зависит, сможет ли Турция стать моделью демократических преобразований для всего мусульманского мира, своеобразным мостом между двумя мировыми цивилизациями, ключом к налаживанию и укреплению их мирного сосуществования и сотрудничества.

42.61MB | MySQL:92 | 1,097sec