О последствиях для Израиля формирования ливанского правительства

После почти 9 месяцев напряженных дебатов ливанские политические силы, добившиеся успеха на последних по времени выборах, в четверг, наконец, пришли к компромиссу по поводу формирования правительства. Важной особенностью нового кабинета стало усиление влияния шиитской «Хизбаллы», ранее посчитавшей итоги майских выборов 2018 г. своей электоральной победой. Так, партии удалось добиться усиления влияния своих сторонников из числа суннитов, что ранее было одним из предметов разногласий. В руках союзников «Хизбаллы» оказалось Министерство финансов и Министерство здравоохранения. При этом в последнем случае не помогли даже предостережения С.Харири, что передача ведомства с одним из самых больших бюджетов чревата санкционным давлением на него из-за американской позиции в отношении «Хизбаллы».

Усиление «Хизбаллы» порождает очередную волну обсуждений риска ее столкновения с Израилем. В конце прошлого года страна инициировала операцию «Северный щит» против трансграничных террористических туннелей шиитской группировки, факт наличия которых нашел подтверждение и в ООН. Одновременно с этим с разных сторон звучат обращенные к «Хизбалле» заявления, в которых утверждается, что любая ее враждебная активность будет непременно отражена Израилем. К примеру, во время недавнего визита в Париж, приуроченного к 70-летию французско-израильских дипломатических отношений, президент страны Р.Ривлин отметил, что Израиль может атаковать «Хизбаллу» на основании её отношений с Ираном и производства ракет. По словам Р.Ривлина: «Если возникнет угроза со стороны Ливана, мы не будем бездействовать… Ливан несет суверенную ответственность за действия “Хизбаллы”». Примечательно, но в конце декабря было заявлено, что изготовление ракет в Бейруте, о котором глава израильского правительства говорил еще на сентябрьской сессии Генеральной Ассамблеи ООН, было остановлено, что стало одним из оснований ограничить операцию «Северный щит» борьбой с туннелями, хотя прежде не исключались и иные ее фазы, реализуемые уже за пределами израильской территории.

Особую опасность, как очевидно даже из приведенной цитаты Р.Ривлина, в этом случае представляет то, что ассиметричный конфликт вполне может перерасти в войну с Ливаном в целом. При этом далеко не все согласны с тем, что победа в любой из указанных форм противостояния окажется на стороне ЦАХАЛа. Лидер «Хизбаллы» Х.Насралла еще в минувшую субботу признал наличие у группировки возможности проникнуть на израильскую территорию. Впрочем, по его собственному утверждению, пока заинтересованности в этом нет, т.к. борьба с Израилем неизбежно втянет в себя весь Ливан. По этой причине Х.Насралла полагает, что вспышка насилия может стать лишь следствием  решений Б.Нетаньяху, продиктованных его положением перед досрочными выборами.

Впрочем, даже несмотря на формирование правительства, завершившееся в пользу «Хизбаллы», ее положение нельзя назвать крепким по нескольким причинам. Прежде всего, речь идет о ее восприятии внешним миром, где Израиль прилагает максимум усилий для того, чтобы усилить нажим на группировку со стороны ЕС. Помимо этого затянувшийся процесс создания правительства, виной которому во многом стало несогласие «Хизбаллы» с распределением портфелей, ухудшило социально-экономическую ситуацию, и если недовольство населения продолжит нарастать, то итоги выборов окажутся бесполезными. Наконец, сам Иран заинтересован в стабилизации Ливана и «Хизбаллы» как участницы его реального политического процесса, а не главной ударной силы против Израиля. Следовательно, Тегеран будет использовать эту прокси преимущественно как союзника в Сирии, а не в качестве повода для открытия еще одного фронта против Израиля, на обеспечение поддержки которого может не хватить финансов в условиях американских санкций.

Эксперты из США также склонны к тому, чтобы не считать эскалацию с этим иранским прокси в текущих реалиях наиболее вероятной конфронтацией с участием Израиля. Так, бывший директор ЦРУ Д.Петрэус заявил, что рассматривает указанную израильскую активность в качестве элементов стратегии сдерживания. С одной стороны, по мнению эксперта, «Хизбалла» преувеличивает уверенность в своих силах, поскольку, как отмечает Д.Петрэус, Ливан до сих пор занимается восстановлением инфраструктуры, разрушенной после войны 2006 г. С другой стороны, Израиль укрепил системы ПРО, что также позволяет ему снизить угрозу. К этим тезисам можно добавить и то, что сам факт устрашения противников путем заявлений о боевой мощи и осведомленности, уже является элементом израильского сдерживания, применяемым довольно часто в адрес всей враждебной иранской активности в регионе.

Вместе с тем определенные негативные последствия для Израиля от итогов формирования ливанского правительства все же будут. Коснуться они ситуации в арабском мире. Президент США Д.Трамп в начале своего срока задумал создать коалицию из региональных умеренных режимов и Израиля против Ирана, однако, последние по времени события создадут для решения этой задачи новые препятствия. Попытки вернуть Сирию в Лигу арабских государств (ЛАГ) будут способствовать дальнейшей эрозии ближневосточной мечты Д.Трампа, а также рискуют осложнить отношения Израиля с соседями, вовлеченными в процесс интеграции САР в ЛАГ. К примеру, о своей поддержке этой идеи заявляет Египет. Помимо этого важную роль здесь играет Россия, добивающаяся таким способом получения нового свидетельства легитимации сохранения у власти Б.Асада.

Дополнительные сложности на этом направлении вызваны фактором Саудовской Аравии. С одной стороны, Ливану для стабилизации необходимы финансовые вливания Эр-Рияда. В декабре прошлого года на бизнес-форуме в Лондоне С.Харири заявлял, что готовится серия соглашений между КСА и Ливаном, которые, после формирования правительства, будут способствовать притоку инвестицией и оказанию экономической поддержки Бейруту. Впрочем, саудовцы явно не хотели такого активного присутствия «Хизбаллы» во власти, и уж тем более его формализации путем включения в правительство. Теперь по истечении 9 месяцев этот сценарий стал реальностью. Более того, как считают некоторые эксперты, частично Израиль к этому причастен, т.к. внешнее давление, инициированное Иерусалимом на фоне операции «Северный щит», стало одной из причин, побудивших ливанские политические силы договориться.

Таким образом, сформированное в Ливане правительство, несмотря на противоречия Израиля и «Хизбаллы», будет стремиться к тому, чтобы воздерживаться от эскалации конфликта с южным соседом, предпочитая оставаться в роли иранского прокси в Сирии. Прямая ливано-израильская конфронтация связана с риском непродуманной оценки возможного приграничного инцидента, на который одна из сторон может ответить непропорционально, забыв о стратегических интересах. Гораздо важнее для Израиля сейчас то, как Ливан будет решать свои экономические проблемы и согласиться ли на нормализацию отношений с Сирией. От этого будет зависеть позиция арабских государств, которых ранее США планировали привлечь к альянсу с Израилем, а также дальнейшее укрепление России в регионе.

51.58MB | MySQL:101 | 0,381sec