К вопросу об участии Турции в программе F-35. Часть 1

Соединенные Штаты Америки постепенно приступают к реализации своих угроз в адрес Турецкой Республики, в связи с настойчивостью последней в закупке российских систем ПВО С-400, несмотря на многочисленные и нарастающие по своему градусу предупреждения (уже можно говорить «угрозы») с Капитолийского холма в адрес официальной Анкары.

7 июня с.г. издание Foreign Policy опубликовало статью авторства Лары Селигман под заголовком «Глава Пентагона приостановит подготовку пилотов F-35 в Турции» и со следующей аннотацией «Турецкие пилоты, обучающиеся в США, должны покинуть (страну) к 31 июля, так как Анкара не отказывается от российской ракетной системы».

В публикации сообщается, что и.о. министра обороны США Патрик Шэнахан заявил своему турецкому коллеге – министру национальной обороны Турции Хулуси Акару – о необходимости для турецких пилотов, которые в настоящее время проходят подготовку в Соединенных Штатах по программе использования истребителей F-35, покинуть страну к 31 июля сего года и о прекращении программ обучения новых студентов из Турции.

В статье, в частности, говорится: «Турция все еще может передумать касательно своей покупки ракетной системы С-400, которая, как ожидается, появится на турецкой земле уже в этом месяце (то есть, в июне месяце; до сих пор, неофициально говорилось об июля месяце – В.К.). Тогда шаги в отношении подготовки по F-35 будут отменены, заявил высокопоставленный представитель министерства обороны США».

Как сообщает издание, Соединенные Штаты к настоящему времени уже приостановили поставки материалов F-35 и сопутствующего оборудования в Турцию. Соответственно, будучи лишенными необходимой подготовки, турецкие пилоты не смогут управлять истребителем F-35. Как отмечает издание, турки не будут располагать «реактивным самолетом, который обеспечит основную часть тактической авиации Соединенных Штатов и многих их союзных военных на десятилетия вперед».

Более того, как сообщается изданием, участие Турции в программе F-35 будет приостановлено с 31 июля этого года, о чем сообщил, по сведениям издания, и.о. министра обороны США Патрик Шэнахан в своем письме в адрес министра национальной обороны Турции Хулуси Акара, которое было направлено 6 июня.

В настоящее время 42 турецких студента участвуют в подготовке по программе F-35 на базе Люк (в районе Глендейл, в округе Марикопа, штат Аризона). Все турецкие военнослужащие к упомянутой дате должны будут покинуть расположение военных баз Люк и Эглин (район Вальпараисо, в округе Окалуса, штат Флорида). К упомянутой дате, то есть, к 31 июля с.г., все международные командировки турецких студентов будут аннулированы, а персоналу ВВС Турции будет закрыт доступ на указанные объекты. Также помимо высылки нынешних студентов обратно в Турцию, обучение ещё для 34 турецких студентов, которые должны были прибыть в Соединенные Штаты в течение этого года (20 человек – в июне месяце и ещё 14 человек – в период с июля по ноябрь этого года — В.К.) будет приостановлено.

Очевидно, что данное решение США является синхронизированным с отправкой Турцией своих военных в Россию для прохождения обучения использованию систем ПВО С-400.

Как пишет издание, сдвиг сроков поставки в Турцию систем С-400 на более ранний период приведет к тому, что этот «обдуманный и взвешенный» подход будет «значительно ускорен». Об этом заявила заместитель министра обороны США по закупкам и по тыловому обеспечению Эллен Лорд. Как указывается в материале издания Foreign Policy, отправке письма предшествовал телефонный разговор между двумя министрами обороны – Патриком Шанаханом и Хулуси Акаром. Помимо отправки письма своему турецкому коллеге, глава американского военного ведомства разослал текст письма и журналистскому пулу.

Помимо обещаний свернуть членство Турции в программе по созданию и производству истребителя F-35, письмо содержит в себе и угрозы по принятию всеобъемлющих санкций в отношении Анкары. Процитируем П.Шэнахана, вслед за изданием: «Существует решительное двухпартийное решение Конгресса США применить санкции CAATSA (Закон о противодействии противникам Америки посредством санкций) по отношению к Турции в случае, если Турция приобретет С-400».

Более того, как следует из материала Foreign Policy, к письму в адрес турецкого министра обороны было приложено подробное описание тех шагов, которые будут предприняты США по отношению к Турции в том случае, если Анкара не передумает и не откажется от закупки российских систем ПВО (которая, как не устает повторять издание, «представляет угрозу для F-35 и для противовоздушной обороны НАТО» — В.К.). Как сообщается в письме, на которое ссылается издание: «Эта подготовка (пилотов ВВС Турции — В.К.) не состоится, потому что мы отстраняем Турцию от программы F-35. Больше нет причин для получения навыков эксплуатации (истребителей — В.К.)». Также 12 июня официальные представители и представители предприятий — участниц программы по созданию истребителя F-35 из Турции не будут приглашены в США для участия в очередном совещании по программе. Турция будет замещена альтернативными поставщиками.

Говоря шире, введение санкций о Противодействии противникам Америки в отношении Турции будет означать отказ США от своих намерений, озвученных президентом США Д.Трампом, по увеличению товарооборота между США и Турцией с нынешних 20 до 75 млрд долларов. Иными словами в экономической сфере США откажется от восприятия Турции в качестве своего перспективного партнёра. Параллельно, следует ожидать понижения кредитных рейтингов и рейтингов инвестиционной привлекательности со стороны ведущих рейтинговых агентств.

Как отметил Патрик Шэнахан в своем письме Хулуси Акару «В дополнение к угрозе безопасности для платформ, таких как (истребители — В.К.) F-35, закупка Турцией С-400 будет препятствовать способности Вашей страны расширять или поддерживать сотрудничество с Соединенными Штатами и внутри НАТО, будет приводить к чрезмерной стратегической и экономической зависимости Турции от России, и будет подрывать имеющую большой потенциал оборонную промышленность Турции и амбициозные цели экономического развития».

Как же комментирует эту информацию турецкая сторона и каких шагов с её стороны следует ожидать?

Но перед тем, как рассуждать на эти темы, отметим первое и очень важное обстоятельство.

Речь идет о том, что в 2020 году в США состоятся президентские выборы и Дональду Трампу предстоит попытка переизбрания. Таким образом, «принуждение Турции к миру» становится для американского президента не только вопросом внешнеполитическим, но и, потенциально, важным вкладом во внутриполитическую копилку. В этой «копилке Трампа» в регионе Ближнего Востока уже «скопилось» следующее: перенос посольства США в Израиле из Тель-Авива в Иерусалим, признание Голанских высот территорией Государства Израиль, выход США из ядерной сделки с Ираном, выход США из Сирии «чтобы остаться».

Особенно последний шаг выглядит сырым и малоподготовленным, а посему вызывает к себе много вопросов. Также немало вопросов нынешняя американская администрация услышала и ещё, вероятно, услышит касательно своего продолжающегося стратегического сотрудничества с Королевством Саудовская Аравия и лично с наследным  принцем Мухаммедом бен Салманом Аль Саудом.

Впрочем, тут наблюдается как раз тот случай, что администрация США, выражаясь просто, решила «не чистоплюйствовать» и предпочла конкретные экономические выгоды от своего сотрудничества с КСА тому, чтобы углубляться в обстоятельства убийства в генеральном консульстве КСА в Стамбуле оппозиционного саудовского журналиста Дж.Хашогги.

Иными словами, перед администрацией Трампа возникла четкая дилемма — либо разбирательство и сворачивание отношений с КСА, либо «крышевание» и многомиллиардные сделки. Выбор американцев — вполне очевиден и этот выбор, с соблюдением необходимых приличий («расследование в КСА проведено, виновные понесли заслуженное наказание» — В.К.), легко Дональдом Трампом своим избирателям может быть объяснен. С показателями взаимной торговли с КСА, с объемом действующих и перспективных инфраструктурных и оружейных сделок. И с прямым положительным эффектом этого всего на американскую экономику.

То есть, в принципе Трамп попробовал удовлетворить всех: «евангелистов» (своим сближением с Израилем — В.К. «ястребов» (выходом из ядерной сделки с Ираном) — В.К., «экономистов» (наращиванием сотрудничества с одним из самых богатых государств региона, не говоря уже о торговых войнах США чуть ли не с половиной мира, начиная с КНР — В.К.).

На этом, в целом положительном для американского президента, фоне Турция для США выглядит очевидной «занозой».

Тема закупки Турцией российских систем ПВО С-400 далеко вышла за рамки отдельного оружейного контракта и даже за рамки турецко-американских отношений. Речь идет о том, что та страна, которую считали намертво привязанной к военно-техническому сотрудничеству с Западом (прежде всего, с США — В.К.) и к блоковой солидарности с НАТО, и, более того, та страна, которая, как считалось, находится в подчиненном внешнеполитическом положении и зависит экономически от «милости» западных рейтинговых агентств и инвесторов, начала делать независимые шаги. Пусть даже с «железобетонной» мотивировкой, что The Patriot Турции уже многие годы отказываются продавать, а посему Анкара – в своем моральном праве искать альтернативные источники поставок.

Хотя Турция предпринимает не просто независимые шаги, а независимые шаги, которые влекут за собой целый веер неприятных для США и, в целом для Запада, последствий.

В частности, речь идет о разрушении многолетней монополии на поставку вооружений и боеприпасов Турции, под предлогом чего Анкара на протяжении многих лет находилась от Запада в подчиненном и в уязвимом положении. Достигалось это просто: через регулирование состава поставок в Турцию тех или иных образцов военной техники. В результате, страна, со второй по численности армией в НАТО, не располагает собственной системой противовоздушной обороны. А характер современных войн все имели возможность наблюдать на примере войн этого столетия. Иными словами, не имея системы ПВО Турция, по сути, не имеет и системы обороны и является беззащитной.

Кстати, ночь с 15 на 16 июля 2016 года, когда состоялась попытка государственного переворота в Турции, много чего показала – самолеты над Турцией, включая столицу страны Анкару, свободно летали до тех пор, пока у них просто … не кончилось топливо (тот факт, что у них не было никакой задачи атаковать какие-то стратегические объекты с воздуха, за рамками сбросить учебную бомбу в сквере Великого национального собрания Турции или расстрелять пустую сторожку в президентской резиденции Аксарай – это совершенно отдельная тема, относящаяся к реальной подоплеке этого странного, во всех отношениях, переворота – В.К.).

Появление России на турецком оружейном рынке, кардинальным образом, способно изменить место и роль Турции в регионе. При этом, сделка по С-400 выглядит открытым вызовом гегемонии США, а, следовательно, она для американцев – неприемлема. И уже, тем более, для администрации Трампа, которая не может выглядеть слишком мягкотелой и слова которой не должны расходиться с делами. Особенно в преддверии президентских выборов 2020 года. И, особенно, в отношении Турции, которая, по старинке, воспринимается в США в качестве «страны третьего мира» и в качестве «марионетки» США на Ближнем Востоке.

С другой стороны, и для нынешнего руководства Турции ситуация также требует пристального внимания к своей внутриполитической обстановке.

Понятно, что, в значительной степени, турецкое руководство свои внутриполитические задачи решило через досрочные президентские и парламентские выборы 2018 года. Р.Т.Эрдоган переизбрался на пост президента, в принципе, с привычным для себя результатом (50%+). Партия справедливости и развития, вступив в коалицию с Партией националистического движения, получила в ВНСТ большинство – пусть не квалифицированное, но, всё же, простое. Времена, когда можно было получить квалифицированное большинство в Меджлисе с 35-40% голосов избирателей, давно в Турции прошли: сейчас в Турции – 5 парламентских движений, которые спокойно самостоятельно проходят 10%-й избирательный барьер: Партия справедливости и развития (ПСР), Партия националистического движения (ПНД), Хорошая партия (ХП), Народно-республиканская  партия (НРП), а также Партия демократии народов (ПДН).

Однако, парламентские выборы 31 марта с.г. были отмечены достаточно неприятными симптомами для действующей власти. На муниципальном уровне влияние правящей Партии справедливости и развития стало падать. Оппозиция взяла всю центральную Турцию, запад и юг страны, включая все крупнейшие города страны. Крупный капитал страны в лице Ассоциации промышленников и предпринимателей Турции (TUSIAD) поддержал оппозиционного кандидата на пост мэра Стамбула – Экрема Имамоглу – и выступил против объявления перевыборов в крупнейшем городе страны.

В воздухе отчетливо запахло переходом Партии справедливости и развития на нисходящую траекторию своего развития. А Турция – это такая страна, где все держат «нос по ветру» и четко реагируют на подобные сигналы. Считать все умеют и помнят, что нынешнее руководство страны пришло ко власти в далеком 2002-м году. А все, имеющее начало, имеет и свой конец. И у власти в Турции сейчас наблюдается альтернатива из двух вариантов: либо власти удастся обеспечить свое переформатирование – сменив лицо, команду, найдя балласт и избавившись от него, либо на смену власти придет оппозиционная коалиция.

Пока ситуация развивается медленно, но всё же в направлении второго сценария. Обновление Партии справедливости и развития не получается. На плаву партия держится за счет личного рейтинга президента Р.Т.Эрдогана. Он лично подставляет свою популярность под каждые выборы и под каждого кандидата от ПСР. Что есть – ошибка, потому что любая неудача и любой провал кандидата ПСР, при таком подходе, прямо бьет и по президентскому рейтингу. Но этот путь турецкой власти показался в прошлом оптимальным и по нему она идет все эти годы. Потихоньку подъедая и рейтинг президента Р.Т.Эрдогана. Потому как поражение Бинали Йылдырыма на мэрских выборах в Стамбуле становится личным поражением Реджепа Тайипа Эрдогана.

Вот на таком фоне, нынешней турецкой власти нужны громкие пункты повестки дня, которые бы работали на её популярность. Вот тема с С-400 таким пунктом для турецкой власти и стала. Турецкое общество – националистично по своей природе. А тут турецкая власть демонстрирует принципиальную и независимую позицию, что избирателям очень импонирует.

Неслучайно ведь чуть ли не каждый день в турецких СМИ звучат заявления от президента Р.Т.Эрдогана, от официальных лиц Партии справедливости и развития, от министров Кабинета (включая, министра национальной обороны, министра иностранных дел и даже от «непрофильных министров») и так далее. Все эти заявления делаются достаточно жестко. А С-400 преподносится чуть ли не в качестве последнего рубежа обороны «независимой Турции». В определенном смысле, С-400 заместило для турецкой власти курдскую повестку. В 2015 году курдская тема у власти «выстрелила», однако, к настоящему времени она себя исчерпала – власти нужен курдский электорат и особенно на выборах в Стамбуле. А для этого курдскую проблематику нужно ввести в мирное русло. А «силовой компонент» у власти сохраняется через Сирию, через Идлиб, через возможность трансграничной операции на турецко-сирийской границе, и, разумеется, через С-400.

51.51MB | MySQL:101 | 0,427sec