Соглашение по примирению противоборствующих сторон в Йемене, как пример для урегулирования других региональных конфликтов, в том числе сирийского

Военнослужащие Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ) покинули йеменский Аден, передав контроль над городом вооруженным силам Саудовской Аравии и Йемена. Об этом сообщило в среду 30 октября эмиратское информационное агентство ВАМ. По его данным, эмиратские войска, которые были дислоцированы в провинции Аден и одноименном портовом городе, вернулись в ОАЭ «после успешного завершения миссии по освобождению и стабилизации Адена и передачи контроля саудовским и йеменским силам».  7 августа во временной столице Йемена Адене, куда несколько лет назад из захваченной мятежниками-хоуситами Саны перебралось руководство страны, начались вооруженные столкновения между проправительственными силами и сторонниками Южного переходного совета (ЮПС), в финансовой и военной поддержке которого власти обвиняли ОАЭ. Сепаратистам, требовавшим отстранить президента Йемена Абд Раббо Мансура Хади, удалось взять под контроль госучреждения, армейские базы и президентский дворец. Через несколько дней после саудовского вмешательства сторонники ЮПС формально согласились оставить занятые позиции и пойти на переговоры с властями. В середине октября поступала информация, что саудовским посредникам во время непрямых переговоров враждующих сторон удалось добиться определенного прогресса. Согласно сделке, как передавали СМИ, ЮПС может получить ряд министерских портфелей в обмен на передачу командования своими военизированными отрядами легитимным властям. Сообщалось, что подписание соглашения должно было пройти в Эр-Рияде, однако официальный представитель кабмина Раджех Бади опроверг эту информацию. В рамках усилий по прекращению обострившегося противостояния ОАЭ еще в начале текущего месяца начали отвод своих войск из Адена, постепенно передавая контроль там саудовцам, которые сейчас наращивают контингент в этом портовом городе. В этой связи отметим, что синхронно с ОАЭ Судан начинает вывод своего воинского контингента из Йемена. Об этом сообщил в среду 30 октября заместитель главы Суверенного совета (руководящий орган) страны Мухаммед Хамдан Дагало (Хамидти). С сегодняшнего дня «начался отсчет времени по выводу суданских войск из Йемена», передал его слова телеканал «Аль-Маядин». До настоящего времени Дагало, который является командующим Сил быстрого развертывания, неоднократно выступал за вывод суданского контингента из Йемена, полагая, что пребывание суданских военных на йеменской территории наносит серьезный удар по престижу страны. В Йемене с августа 2014 года продолжается противостояние между правительственными силами и мятежниками-хоуситами из движения «Ансар Аллах». В наиболее активную фазу оно перешло с вторжением в марте 2015 года коалиции, возглавляемой Саудовской Аравией. К ней присоединились Бахрейн, Катар, Кувейт, ОАЭ, Египет, Иордания, Марокко, Пакистан и Судан. Уже в 2015 году Судан по просьбе Саудовской Аравии направил в Йемен первые части сухопутных войск для участия в военной кампании, проводимой аравийской коалицией. Численность суданского контингента, находящегося на йеменской территории, составляет несколько тысяч военнослужащих. Если точнее, то на сегодня в Феццан на юге Ливии из Йемена уже переброшено, по ряду данных, 4000 из 15 000 суданских джанджавидов, дислоцированных на западном побережье Красного моря. Они в настоящее время обеспечивают физическую защиту богатых нефтью районов юга Ливии, что дает возможность эмиратской и египетской креатуре Х.Хафтару передислоцировать дополнительные силы под Триполи. Но из этого следует другой важный вывод — суданцы работают в полной координации именно с ОАЭ, а не с КСА, которые теперь остаются фактически один на один со всеми внутриполитическими рисками в Йемене.
Ряд источников во французских спецслужбах указывает на то, что основным бенефициаром соглашения в Джидде между правительством Йемена и ЮПС, что стало возможным после долгих интенсивных переговоров, стали ОАЭ. Вывод эмиратских и суданских сил с одновременным наращиванием саудовского военного присутствия в южных провинциях Йемена взамен войск из ОАЭ, которые уже уступили ряд стратегических позиций, таких как аэропорт и Порт аль-Зайт в Адене и военная база Аль-Анад, стал логичным завершением этого процесса. Таким образом, Саудовская Аравия и ОАЭ нашли компромисс во взаимоотношениях между теми вооруженными отрядами, которые они поддерживали на местном уровне. То есть теми вооруженными отрядами, которые лояльны правительству Абдо Раббо Мансура Хади, поддерживаемому Саудовской Аравией, и проэмиратским сепаратистским Южным переходным советом (ЮПС), возглавляемым Айдарусом аз-Зубейди. В рамках этого компромисса Абу-Даби получил согласие Эр-Рияда на создание национального правительства, включающего министров с обеих сторон. Абу-Даби также добился исключения видных членов партии «Аль-Ислах», которую ОАЭ считают близкой к «Братьям-мусульманам», из числа будущих министров. Несмотря на сдержанность Хади, тема дальнейшего нахождения на своей должности вице-президента йеменского правительства Али Мохсен аль-Ахмар, который возглавляет военное крыло партии «Аль-Ислах» и которому принципиально не доверяет Абу-Даби, по существу осталась вне обсуждений. Еще одной победой ОАЭ рамках этого соглашения стало обязательство Саудовской Аравии взять на себя финансовые субсидии ЮПС, который до сих пор полностью финансировался ОАЭ. Они включают в себя зарплату бойцов этой структуры. Таким образом, Абу-Даби дистанцировался от Эр-Рияда в рамках его военных усилий на йеменском направлении и теперь сосредотачивает свою энергию на предоставлении финансовой, технической и материальной поддержки южным сепаратистским повстанцам, которых Абу-Даби по-прежнему полагают главными проводниками своих интересов в Адене прежде всего.
Отметим также, что эта сделка стала результатом очень сложных переговоров в течение двух месяцев, и по крайней мере три проекта заключительной декларации были во время этих переговоров отклонены. Переговоры с саудовской стороны вели заместитель министра обороны Халед бен Сальман, брат наследного принца Мухаммеда бен Сальмана, и Фахд бен Турки Аль Сауд, главнокомандующий саудовскими войсками в Йемене. Со стороны ОАЭ ход переговоров курировал советник по национальной безопасности Тахнун бен Заид Аль Нахайян, который находится в тесном контакте со своим братом, наследным принцем Мухаммедом бен Заидом Аль Нахайяном. При этом соглашение между противоборствующими группировками в Йемене в рамках попыток создать единый фронт борьбы против проиранских хоуситов было заключено при содействии ряда международных посредников. Если брать еще глобальнее, то на примере йеменского конфликта эти посредники стараются отработать алгоритм достижения компромиссов и по другим региональным кризисам, и прежде всего в Сирии. По просьбе Эр-Рияда премьер-министр Ирака Адель Абдель Махди, его пакистанский коллега Имран Хан и министр иностранных дел Омана Юсуф бен Алави бен Абдалла в последние недели вели секретные консультации с иранскими коллегами именно по вопросу йеменского досье. ОАЭ, которые с августа пытаются убедить Саудовскую Аравию смягчить свою позицию по отношению к Тегерану, также недавно направили делегацию в Иран. Одновременно ОАЭ, в качестве жеста доброй воли,  разблокировали иранские денежные активы на сумму 700 млн долларов, которые хранились в их банках и открыли свое посольство в Сирии. В свою очередь Соединенные Штаты продолжают вести прямые переговоры с саудовцами и хоуситами в рамках попытки выработать единый подход к решению йеменского кризиса в Маскате при посредничестве султана Кабуса бен Саида. При этом подходы США и КСА в рамках выбора посредников серьезно различаются. Эр-Рияд все больше недоволен традиционным посредником в Персидском заливе в лице Омана. Это личная позиция наследного принца Саудовской Аравии Мухаммеда бен Сальмана, который послал осторожные неофициальные сигналы о готовности к компромиссу в адрес Тегерана во время Генеральной Ассамблеи ООН, через посредничество Пакистана и Ирака, но не Омана, как это было в прошлом. Хотя с 20 сентября между хоуситами и правительством президента Абд Раббо Мансура Хади при участии иранцев, катарцев и американцев в Маскате ведутся консультации о мирном урегулировании, Саудовская Аравия отрицают пока роль Омана как главного посредника. Наследный принц КСА считает, что Маскат нарушил свой традиционный нейтралитет, встав на сторону иранских интересов. Он также взбешен тем фактом, что Маскат предоставил убежище лидеру племени Таиз Хамуду аль-Мехлафи. Мехлафи, которого коалиция считает исламистом, по мнению Эр-Рияда, участвует в координации организации антисаудовских демонстраций в йеменской провинции Аль-Махра с местным племенным шейхом Салемом аль-Хизри. Заместитель министра обороны Саудовской Аравии Халед бен Салбман недавно встретился с представителями племен в Аль-Гайде, столице провинции Аль-Махра, чтобы призвать их не поддаваться влиянию Омана. Одновременно оманский коридор контрабанды оружия продолжает функционировать, несмотря на все заверения в обратном со стороны Маската. Эксперты полагают, что такая позиция наследного принца во многом обусловлена в первую очередь сложными межличностными отношениями между ним и главой канцелярии султана Кабуса генералом Султаном бен Мухаммедом аль-Наамани.
Со своей стороны Москва также пытается заставить Эр-Рияд и Дамаск начать диалог в надежде, что это ослабит в конечном счете напряженность между Эр-Риядом и Тегераном. В рамках последних по времени переговоров во время визита в КСА президента РФ В.В.Путина, по данным французских экспертов, Кремль выразил готовность предоставить саудовским компаниям существенную роль в восстановлении Сирии, если Эр-Рияд смягчит свою позицию по отношению к президенту Башару Асаду и предпримет конкретные шаги по возвращению Сирии в ряды ЛАГ.
В этой связи выразим в отношении реализации этих планов Кремля осторожный пессимизм. Прежде всего, исходя из развития ситуации в самой Сирии с точки зрения последней по времени турецкой операции «Источник мира» и утерю перспектив контроля территории со стороны сил правительства в Дамаске не только в Идлибе, но и на значительной части Северной Сирии, в том числе и нефтяных полей в Заевфратье. Вопрос в том, что в этой ситуации отсутствует мотивация для Эр-Рияда для того, чтобы смягчить свою позицию по признанию правительства Асада. Он имеет свой плацдарм, как минимум, в Идлибе, а после отхода курдов с их позиций на севере страны их займут арабы с высокой степенью, даже если не исламистской радикализации, то, по крайней мере, то с сильным оппозиционным настроем по отношению к Дамаску. Заставить в этой связи Эр-Рияд сдвинуться со своей нынешней точки зрения по вопросу будущего Сирии может только прямое военное поражение лояльных им групп в Идлибе, чего, судя по всему, ожидать не приходится. Отсюда позиция по затягиванию внятных шагов с их стороны. Собственно такую позицию мы воочию наблюдаем на примере работы Конституционного комитета, который снова занялся, судя по всему, выяснением политических и идеологических установок друг друга. Редакционная группа сирийского Конституционного комитета из 45 человек, которая должна непосредственно заняться разработкой положений конституции, по итогам заседания в четверг не сформирована. Об этом сообщила на брифинге Дженифер Фентон — представитель офиса спецпосланника генерального секретаря ООН по Сирии Гейра Педерсена. «Вчера десятки участников изложили свои представления о конституции и относительно формирования редакционной группы», — сказала она. «Когда это произойдет (создание редакционной группы — прим. ТАСС), мы сообщим журналистам», — добавила она, отвечая на вопрос о том, создана ли уже эта группа. Участники сирийского Конституционного комитета пока не достигли каких-то решений по реформе основного закона, но определили кандидатов для малой группы для работы над ее конкретными положениями. Об этом сообщил ТАСС в четверг 31 октября представитель списка Конституционного комитета от оппозиции Фирас аль-Халиди. «Мы определили представителей для работы в малой группе, которая займется непосредственно разработкой конституционной реформы, — сказал он. — Пока других решений не достигнуто». Аль-Халиди добавил, что Конституционный комитет продолжит работу в пятницу и, возможно, в субботу, после чего большинство участников покинут Женеву. «Со следующей недели работа будет вестись в малой группе, — продолжил он. — Что касается сроков следующей встречи комитета в полном составе, то они еще не согласованы». По словам аль-Халиди, работа над конституционной реформой на заседании в четверг еще не началась, хотя, по его мнению, у участников есть определенные представления о принципах, которые должны быть в ней отражены. «Это — права человека, разделение полномочий между президентом и парламентом, — отметил он. — Здесь есть сложности». При этом аль-Халиди указал, что оппозиция, несмотря на противоречия с правительством, намерена продолжать работу в Конституционном комитете и не планирует покидать его. «Мы продолжим работу ради будущего Сирии, несмотря на попытки делегации правительства поднимать шум и выдвигать обвинения в наш адрес», — сказал он. Другой представитель списка оппозиции Муханнад Длейкан сообщил, что не видит ничего плохого в том, что на заседании Конституционного комитета в четверг обсуждались преимущественно политические вопросы, а не собственно конституционная реформа. «Да, на первом заседании мы затронули политические вопросы. Нет никакой проблемы в обсуждении политических вопросов с тем, чтобы скорее закончилась эта напряженность в нашей стране.  И мы еще поговорим о конституционных проблемах», — добавил он. Если называть вещи своими именами, то в активе пока только политические дискуссии «пикейных жилетов», а не движение вперед. Тем более, что в составе участников отсутствуют официальные представители Дамаска.

55.9MB | MySQL:105 | 0,544sec