О роли иракского рынка для иранского экспорта

Каковы роль и влияние Ирана в сегодняшнем Ираке? Является ли нынешний статус их отношений союзническим настолько, что Иран может рассматриваться в качестве основного партнера Ирака, и может ли это обстоятельство измениться? Очевидно, что это вопрос является комплексным и должен рассматриваться с точки зрения экономической, политической, религиозной и геополитической.

Экономический аспект является наиболее «лежащим на поверхности» и очевидным. Две соседние страны, имеющие протяженную сухопутную границу, смежные энергетические системы, общий водный путь в Персидский залив в виде реки Шатт эль-Араб, где расположены экспортные порты, обречены на экономическое сотрудничество. Обе они густо населенны и представляют самые различные варианты для выгодного товарообмена. При этом, с учетом структуры товарного производства, Ирак является более важным рынком сбыта для Ирана, чем сам он для Ирака. Если не брать в расчет нефтеэкспортные операции и энергетику, можно сказать, что основной группой иранского экспорта в Ирак являются автотранспортные средства и продукция сельского хозяйства и продовольствие. И то, и другое, существенно, так, например, 70% парка тяжелых грузовиков в Ираке представляют собранные в Иране по немецкой лицензии, «Мерседесы», семейства 24-26. А 40% таксомоторного парка – иранские копии легковых «Рено». Особенное значение для иранской экономики Ирак приобретает в свете введенных против Тегерана санкций.

Глава совместной ирано-иракской торговой палаты Яхья аль-Исхак сообщил, что в течение первых шести месяцев текущего иранского года (с 21 марта по 22 сентября), экспорт Ирана в Ирак «хорошо растет». При этом падение показателей иранского экспорта в Европу составило 75%.

В прошлом году объем торговли между Ираном и Ираком достиг 13 млрд долларов, сообщил агентству «Фарс» Я.аль-Исхак. Он добавил, что за первые шесть месяцев этого года «объем торгового обмена составил 4 миллиарда 600 миллионов долларов, и ожидается, что он достигнет того же показателя после окончания второй половины года».

Он подчеркнул, что в долгосрочной перспективе, две страны планируют достичь объема двусторонней торговли в 20 млрд долларов, пояснив, что условия, в которых находится Ирак, «пока не оказывает негативного влияния на торговлю с ним, и они продолжают оставаться прежними», но в то же время указал, что «в случае развития таких условий, наш экспорт в Ирак может пострадать».  Я.аль-Исхак отметил, что его страна придает большое значение торговле с Ираком, по сравнению с торговлей с Европой, и пояснил, что «наш экспорт во все страны ЕС, в первой половине года, составил 477 миллионов долларов, тогда как этот показатель с Ираком составил более 4 миллиардов долларов, и это подчеркивает важность торговли с иракским соседом».

Он также сообщил, что, по сравнению с прошлым годом, торговля с Европой «упала на 75%», добавив, что «несмотря на давление со стороны заговорщиков, торговля между Ираком и Ираном выросла за тот же период».

Иранский чиновник не назвал причины упадка торговли между его страной и Европой, но очевидно, что это связано с всеобъемлющими санкциями, которые Вашингтон, в несколько этапов, вновь наложил на Тегеран после выхода из ядерной сделки 8 мая 2018 года.

Снижение торговых показателей также показывает европейскую лояльность этим санкциям, несмотря все усилия ЕС по поддержанию ядерной сделки. При этом Тегеран утверждает, что, если Европа не выполнит свои экономические обещания помочь Ирану обойти санкции США,  ядерное соглашение не может быть сохранено.

29 сентября статистическое управление Евросоюза, Евростат объявило о резком сокращении торговли между Ираном и ЕС: на 73% за первые семь месяцев этого года. По данным Евростата, товарооборот между Ираном и 28 государствами-членами ЕС с января по конец июля составил 3,087 млрд евро по сравнению с 11,514 млрд евро за аналогичный период прошлого года.

«Великобритания, Франция и Германия должны быть готовы ответить на нарушения Ираном ядерной сделки 2015 года», что может означать возобновление международных санкций против Тегерана», — заявил министр иностранных дел Германии 11 ноября.

На прошлой неделе Иран заявил, что возобновил обогащение урана на подземной атомном предприятии в Фордо, а, в выходные дни, заявил, что он способен обогащать уран до 60%, что намного превышает уровень, необходимый для большинства гражданских применений, но не до 90%.

Иран заявляет, что его действия вызваны выходом США из соглашения в прошлом году и возобновлением Вашингтоном санкций, которые ограничивают его экспорт нефти, но вернется к соглашению, если Вашингтон пойдет на попятный.

Три европейские страны, подписавшие соглашение 2015 года, нацеленное на то, чтобы сузить любой шанс для Ирана создать атомную бомбу, выразили обеспокоенность по поводу возобновления Тегераном обогащения урана, опасаясь, что это может затруднить спасение договоренностей.

Министр иностранных дел Германии Хейко Маас заявил по прибытии на встречу министров иностранных дел ЕС в Брюсселе, что «в конечном итоге Иран должен вернуться к своим обязательствам. В противном случае мы оставляем за собой право использовать все механизмы, предусмотренные в соглашении».

В соответствии с условиями соглашения, если кто-либо из европейских стран, подписавших его, считает, что Иран нарушил соглашение, он может инициировать процесс разрешения спора, который за период, не превышающий 65 дней, может инициировать в Совете Безопасности так называемое быстрое возвращение санкций ООН против Ирана.

До недавних пор европейская позиция заключалась в том, что МАГАТЭ и его инспекторам следует сначала проверить недавние заявления Ирана об обогащении урана. Но позиция ЕС меняется. «Необходимо рассмотреть все варианты. Мы должны продолжать оказывать давление, потому что мы не видим прогресса (с Тегераном)», — заявил Reuters министр иностранных дел Литвы Линас Линкявичюс.

Таким образом, одной из немногих возможностей для Тегерана компенсировать потери от сокращения экспорта в ЕС, является поддержание на прежнем уровне, или даже наращивание торговли с Багдадом. И здесь, ему приходится сталкиваться с определенными проблемами, из которых мы бы хотели выделить три основных, по нашему мнению.

Во-первых, проблемы с качеством ряда иранских товаров, особенно продовольствия, например, овощей и молочной продукции уже не раз вызывало нарекания со стороны представителей санитарно-гигиенического контроля Ирака. Несколько товарных партий йогуртов и томатов были конфискованы и уничтожены, это же имело место с соками и консервированными продуктами. Власти Ирака уже сообщали об ужесточении контроля над иранским продовольственным экспортом.

Во-вторых, в последние два года Багдад активно продвигает идею о поддержке местного, прежде всего сельскохозяйственного производителя. Целый ряд позиций сельскохозяйственной продукции из Ирана рискует оказаться замещенным местной продукцией.

И, в- третьих, на иракский рынок приходят конкуренты из арабских стран Персидского залива, Саудовской Аравии, прежде всего.

Мощные и хорошо оснащенные пищевые и сельскохозяйственные предприятия этой страны способны составить конкуренцию иранским товарам, поскольку их продукция является более современной и качественной, выпускается в соответствии с новейшими технологиями по лицензиям ведущих мировых производителей.

С учетом этих обстоятельств и особенностей организации государственного управления в Ираке расчет Ирана будет состоять в поддержке своего политического и административного лобби, которое будет на законодательном и аппаратном уровне отстаивать интересы иранского бизнеса. При этом, где начинается бизнес и заканчивается политика, и наоборот, зачастую определить невозможно, поскольку те же проиранские военно-политические группировки в Ираке представляют собой своеобразные финансово-промышленные группы, опирающиеся на помощь из Ирана, занимающиеся производством и продажей тех же машин, инструментов, бытового оборудования из иранских комплектующих, являются дилерами и торговыми представителями иранских компаний.

Нынешний политический кризис в Ираке, по нашей оценке, стал самым серьезным испытанием для иранских позиций в стране, и не в последнюю очередь, позиций экономических. Так, в провинции Басра отмечены случаи, когда протестующие покушались даже на «святая святых», нефтяные операции: несколько колонн наливного транспорта с иракской нефтью, следовавших в Иран были остановлены, а часть груза уничтожена, под предлогом того, что он был контрабандный. При этом, многочисленные подразделения силовиков, сосредоточенные в этой местности, в происходящее не вмешивались. Не исключено, что многие позиции иранских экспортеров в Ираке будут подвергнуты серьезным испытаниям в самое ближайшее время, так как в случае ослабления «иранской партии» в иракской политике, та лишатся своих покровителей.

52.5MB | MySQL:104 | 0,356sec