К итогам визита в Турцию главы МИД Великобритании Доминика Рааба

Во вторник 3 марта 2020 г., с однодневным визитом в столице Турции Анкаре побывал британский министр иностранных дел Доминик Рааб, что стало для него первым посещением этой страны в таком качестве. Доминик Рааб провел переговоры со своим турецким коллегой Мевлютом Чавушоглу, центральными темами которых стали ситуация в сирийской провинции Идлиб и противостояние правительственных войск Сирии с вооруженной оппозицией и террористическими группировками вроде «Хайят Тахрир аш-Шам» (запрещена в РФ), а также иммиграционный кризис и ситуация с беженцами.

Само собой, все, что касалось действующих в Сирии террористических группировок и их роли в эскалации кризиса, обсуждалось исключительно за закрытыми дверями и в итоговом коммюнике британского МИД не было упомянуто и словом, как будто это не действия той же «Хайят Тахрир аш-Шам» привели к стремительному росту напряженности в Идлибе в конце февраля. В итоговом же протоколе нашли отражение лишь соболезнования турецкой стороне в связи с гибелью 36 военнослужащих, которые почему-то оказались на позициях террористов, когда правительственная армия Сирии ответила на атаку.

Вполне конкретно описывается и совместная британо-турецкая позиция по текущей ситуации в Идлибе, суть которой сводится к возложению всей ответственности за кризис исключительно на правительство Сирии, якобы стремящееся эскалировать ситуацию на фоне безуспешных и многократных попыток Турции добиться прекращения огня и долгосрочного перемирия. При этом, полностью игнорируя действия террористических группировок на территории Сирии, Рааб в обращении по итогам переговоров неоднократно изображает единственным настоящим источником обострения ситуации в регионе Россию: «Мы серьезно обеспокоены значительным обострением военных действий со стороны России и сирийского режима в северо-западном регионе. Мы осудили эти действия как вопиющие нарушения международного права… …Ещё раз подчеркнем, главной причиной (кризиса) является деспотичный и жестокий характер сирийского режима и российская агрессия в Идлибе».

Кроме того, представляя Россию в качестве главного агрессора в Сирии и неоднократно упоминая о важной роли Турции в рамках НАТО, британский дипломат по сути открыто позиционирует эскалацию внутрисирийского противостояния как скрытый конфликт формата Россия-НАТО, подготавливая таким образом почву под любые инициативы по наращиванию вооружения Североатлантического альянса и активности организации во всех регионах, где главной целью НАТО декларируется или подразумевается «сдерживание России».

Что же касается иммиграционного конфликта и ситуации с беженцами в контексте гражданской войны в Сирии, то здесь Соединённое Королевство в лице своего министра иностранных дел вынуждено очень натужно делать хорошую мину при плохой игре. С одной стороны, горделиво заявлять, что «Великобритания сыграла ведущую роль в поддержке реализации иммиграционного соглашения ЕС-Турция от 2016 г. и продолжит это делать», а с другой – стыдливо умалчивать о том, что в настоящее время это соглашение фактически не работает после того, как президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган 28 февраля открыл границу страны с Евросоюзом для всех, кто хочет ее пересечь. Сколько именно человек из этих желающих действительно являются беженцами, а сколько преследует иные цели, от терроризма до элементарного шпионажа – вопрос открытый.

Тем не менее, Рааб не забыл упомянуть о британском вкладе в гуманитарный аспект сирийского криза, назвав Соединённое Королевство одним из крупнейших доноров гуманитарных проектов: «На текущий момент, мы выделили 3.1 млрд фунтов стерлингов, это наш самый крупный вклад в какой бы то ни было гуманитарный кризис. С 2019 г. на проекты в Сирии было выделено более 220 млн фунтов, в том числе на экстренное питание, чистую воду, палатки, аптечки, образование и поддержку материнства». Само собой, глава британского МИД не упомянул при этом, что подобную помощь в лагерях беженцев в последние годы получали в том числе и прикинувшиеся жертвами кризиса британские граждане, в начале прошлого десятилетия уехавшие из Великобритании воевать на стороне джихадистских группировок вроде «Исламского государства» (запрещена в РФ), как, например, сделала Шамима Бегум, родившая в таком лагере в 2019 г. ребенка от одного из террористов ИГ.

Тем временем, пока в руках турецкого президента Р.Т.Эрдогана находятся практически все рычаги влияния как на гражданский кризис в Сирии, так и на иммиграционный кризис в Европе, тысячи беженцев и иммигрантов, прошедших турецкую границу, штурмуют границу с Грецией, которая, кажется, больше не готова иметь со всем этим дело вообще. Ситуация сложилась настолько острая, что правительства ЕС, в другое время осудившие бы Грецию за такую жесткую позицию, на этот раз открыто ее поддержали. Меры по предотвращению усугубления иммиграционного кризиса и будущие отношения с Турцией министры иностранных дел ЕС должны обсудить в Греции в самое ближайшее время.

«Ситуация очень серьезная, и Греция нуждается в поддержке Евросоюза. Как со стороны Комиссии, так и других государств-членов ЕС», – цитирует канал Euronews Илву Йоханнсон, еврокомиссара по внутренним делам. Политикой Турции недовольна и председательница Еврокомиссии Урсула фон Дер Ляйен: «Я признаю, что Турция находится в сложной ситуации с беженцами и мигрантами, но то, что мы видим сейчас — это не решение проблемы».

Что же касается Великобритании, то заявление Доминика Рааба по итогам двусторонних переговоров, кажется, вполне ясно даёт понять, что после Брекзита проблемы Евросоюза, еще недавно бывшие общими, уже не слишком волнуют британское правительство: «Мы намерены продолжить и сделать ещё более тесным взаимодействие (с Турцией) в области обороны, безопасности и торгового сотрудничества. Выход Великобритании из ЕС открывает множество возможностей для этого». На повестке дня в британо-турецких отношениях заключение нового договора о свободной торговле в 2020 г. А с наплывом миграционных потоков из Турции континентальная Европа, видимо, как-нибудь разберётся сама.

52.77MB | MySQL:104 | 0,347sec