Реакция в Турции на итоги переговоров в Москве по Идлибу. Часть 1

Переговоры в Москве между президентом РФ В.Путиным и президентом Турции Р.Т.Эрдоганом, в определенном смысле, закончились предсказуемо.

Это касается объявленного в последней сирийской зоне деэскалации режима прекращения огня. Кроме того, изначально было понятно, что Дамаск не отступит от отвоеванных территорий в Идлибе, на исходные позиции. То, что трасса М4, с  коридором безопасности в 12 км вдоль нее, теперь будет патрулироваться российскими и турецкими военными – это, своего рода, бонус, реализующий предусмотренное Сочинским соглашением от 17 сентября 2018 года. А именно – разблокирование жизненно важных автомобильных трасс для Сирии, М4 и М5.

С другой стороны, было очевидно ещё до встречи, что президент Р.Т.Эрдоган, так высоко поднявший ставки в Идлибском кризисе, не будет отступать назад. То есть, никто и не ожидал, что турецкое руководство заявит о прекращении операции «Весенний щит» и, развернув все флаги, выведет из Идлиба вооруженные силы страны. Напротив, турецкий лидер подчеркнул готовность немедленно и жестко реагировать на нарушение режима прекращения огня со стороны официального Дамаска.

Более того, ещё не остыли чернила подписей под дополнительным соглашением к Сочинскому меморандуму от 17.09.2018 года, как в Турции немедленно начали раздаваться комментарии относительно того, что Дамаск непременно будет нарушать режим прекращения огня и это – лишь вопрос не столь уж большого времени. А, следовательно, объявленное президентами двух стран перемирие является крайне шатким и недолговечным в самой своей основе.

Турция, на настоящее время, является легитимным в глазах мирового сообщества игроком в Сирии. Россия сама Турцию официально в Идлиб «запустила», пойдя на подписание Сочинского меморандума. И в том, что сегодня турецкие ВС находятся в Идлибе, не вызывая в международном сообществе протестов, есть и «заслуга» российской дипломатии. Разумеется, ВС Турции из Идлиба не выйдут, а, напротив, используют возникшую передышку для того, чтобы там укрепиться.

Фиксируем что, по сути, в Идлибе возник контролируемый Турцией анклав, ограниченный трассами М4 и М5, дальнейшее продвижение куда со стороны официального Дамаска приведет к повторению Идлибского кризиса 27 февраля 2020 года, причем на новом витке развития событий. В том смысле, что сейчас уже там развернута турецкая группировка, готовая немедленно вступить в очередной раунд схватки за Идлиб.

Заметим, что тот факт, что Россия и Турция договорились в Москве 5 марта, подписав дополнительное соглашение к Сочинскому меморандуму, означает, что и Сочинские договоренности никто не отменял.

Эти договоренности были, своего рода, «дорожной картой» по восстановлению контроля Дамаска над последней зоной деэскалации. Во всяком случае, такое понимание было у России.

Но, как показала практика, эти договоренности рассматривались Турцией иначе: Сочинское соглашение стало источником легитимности в глазах международного сообщества для нахождения турецких военнослужащих в Идлибе. А тут ещё и российская дипломатия предоставила Турции шанс ссылаться на Аданское соглашение, разрешающее Турции трансграничные антитеррористические операции.

Заметим, что на пресс-конференции двух президентом, по итогам встречи 5 марта, ни слова не было сказано про то, что будет сторонами – Россией и Турцией, в качестве гаранторов процесса мирного урегулирования в Сирии – делаться для решения вопроса Идлиба. Этот вопрос продолжает обсуждаться техническими делегациями сторон, но как видно, похвастаться, в этом смысле, им пока нечем. В то время, как условия подписанного 5 марта дополнительного соглашения следует рассматривать как «пожарную меру», направленную на то, чтобы избежать дальнейшей российско-турецкой эскалации.

Дальнейшие шаги сторон в Идлибе – это большой фактор неопределенности как для сирийского урегулирования, так и для российско-турецких отношений. Ситуация складывается так, что восстановление полного контроля над Идлибом Дамаском в обозримой перспективе не предвидится. Это дает возможность использовать Турции козырь Идлиба в дальнейшем переговорном процессе по послевоенному устройству в Сирии.

Это можно считать большим успехом турецкой дипломатии. Заметим, что до Астанинского процесса 2017 года и Сочинского соглашения 2018 года, Турция могла действовать в Сирии только «из-под полы». А сегодня в Сирии находятся Вооруженные силы Турции и ни у кого нет и тени сомнений в легитимности их нахождения в Идлибе. Причем сделала это Турция путем не прямой экспансии, а обставив это как приглашение в свой адрес, в рамках Астанинского процесса. Так что, когда президент Р.Т.Эрдоган говорит о том, что это «сирийский народ его пригласил в Сирию», то он лукавит, не желая выпячивать очевидный прокол России и Ирана, как партнёров по Астанинскому процессу, допустивших «стояние» вокруг Идлиба турецких наблюдательных пунктов.

Так что, итоги 5 марта 2020 года, невзирая на откровенно бледный вид турецкого президента, следует считать успешными для турецкой стороны.

Разумеется, политика – есть искусство возможного и выше головы не прыгнешь. Так вот, выразим свое мнение, что в Сирии Турции удалось прыгнуть даже выше головы и сыграть, хоть один период, но не в «ночной хоккейной лиге», а в НХЛ, обозначив себя как влиятельную региональную державу.

Вообще, этот кейс – настолько интересен, что подлежит и дальнейшему изучению в плане прогнозирования возможностей и действий Турции в Сирии, в регионе и на международной арене в целом (допустим, в той же Ливии – В.К.). Разумеется, нас должен интересовать весь периметр, где российские и турецкие интересы могут пересекаться, включая Кавказ и Центральную Азию.

Многие ли в Турции оценили такой итог московских переговоров на высшем уровне?

Беремся утверждать, что нет. Про то как отреагировали турецкие газеты мы скажем чуть ниже.

А в турецком телевизоре, все те часы, которые шла встреча на высшем уровне в Москве, наблюдалась атмосфера явно завышенных ожиданий. Крутились многочисленные сюжеты о том, какая тяжелая гуманитарная обстановка складывается в Идлибе. Демонстрировались кадры из больниц, по которым, якобы, были нанесены удары Дамаском и Москвой. Брались интервью у пострадавших гражданских лиц. Показывались раненые дети и т.д.

То есть, всеми сюжетами ответственность за обстановку в Идлибе возлагалась на Дамаск и на Москву. Причем, именно на последнюю – в первую очередь, с учетом того, что, по словам турецких обозревателей немыслимо, чтобы Дамаск мог себе позволить такое, не ощущая за своей спиной поддержку со стороны России и российского руководства. И, разумеется, никто и не думал соглашаться с тем фактом, что в гибели более чем 30 турецких военнослужащих в Идлибе виноват именно Дамаск (и Турция, которая не сообщила о нахождении своих военнослужащих – В.К.), а Россия тут – ни при чем.

В этом смысле, официальное заявление Министерство обороны РФ единодушно в Турции было признано и, до сих пор, признается неудовлетворительным. А заявление турецкого лидера, прибывшего в Москву на переговоры (а не наоборот: Путин ведь и шагу не ступил из Москвы; Москва – это даже не Сочи, и уж, тем более, не Стамбул или Анкара – В.К.) и возложившего ответственность на Дамаск, было рассмотрено, как минимум, в качестве слабости.

Хотя понятно, что большинство изданий в Турции находятся под контролем руководства страны. Однако, в турецких СМИ, сразу после прямого включения из Кремля, можно было наблюдать атмосферу некоторой растерянности. Готовились, очевидно, к какому-то другому результату. Уж больно много было в турецких СМИ «пропагандистской пены» на тему того, как ВС Турции бьют Дамаск и как турецкие БПЛА прервали российскую гегемонию в воздухе над Идлибом. То есть, подводка была такая, что Дамаску — самое время капитулировать, а Р.Т.Эрдоган едет в Москву чуть ли не принимать капитуляцию.

После этого, услышать зачитанный министрами иностранных дел России и Турции – С.Лавровым и М.Чавушоглу – на двух языках текст дополнительного соглашения к Сочинскому меморандуму – это, как можно было видеть, было большим разочарованием. Которое и скрыть-то особо не получалось. Видимо, ожидалось то, что турецкая делегация в Москве будет ставить условия России. А последняя, в итоге, заставит Дамаск уйти на исходные позиции  в зоне деэскалации Идлиб.

Заметим, что это – довольно странная позиция, с учетом того очевидного обстоятельства, что переговоры по Идлибу проходили в Москве и В.Путин пошел на них явно неохотно. России эти переговоры были, в принципе, не нужны и они случились под большим давлением турецкой стороны.

Свою уступчивость в плане места будущих переговоров турецкая сторона до приезда в Москву попыталась довольно неуклюже обыграть через заявление министра иностранных дел М.Чавушоглу о том, что «Турция выбирает всегда оставаться за переговорным столом со своими оппонентами». И если для этого и надо поехать в Москву, то ничего ни страшного, ни принципиального в этом нет.

Заметим, что это говорит министр иностранных дел страны, где уважают, чтут и понимают протокол в отношениях и где даже высота стула посла ниже его собеседника может стать веской причиной для нешуточного дипломатического скандала (памятный инцидент, случившийся в израильском МИДе несколько лет назад, куда был вызван турецкий посол, в разгар кризиса вокруг так называемой «Флотилии мира» – В.К.).

Так что, отольется ещё на рейтингах президента Р.Т.Эрдогана его поездка в Москву, даже невзирая на намеки провластных обозревателей, что была и «закрытая» часть российско-турецкая переговоров, итоги которой не стали достоянием широкой общественности, но на которой турецкому президенту было что-то обещано такое, что он пошел на уступки Москве. Сработает ли это – вопрос. Какой будет плата для рейтинга турецкого президента, и так пошатнувшегося в последнее время, — это покажет время. Но все эти моменты будут немедленно использованы оппозицией, что и сразу стало заметно на практике.

При том, что та же главная оппозиционная Народно-республиканская партия Турции выступала за восстановление дипломатических отношений с Дамаском, сегодня эта же партия первая обвинила правящую Партию справедливости и развития и лично президента Р.Т.Эрдогана в том, что он «потакает» Дамаску и Москве и, вообще, «проявил слабость» в ситуации, когда погибли десятки турецких военнослужащих.

Разумеется, ещё одним аспектом здесь является то, о чем мы не устаем повторять. Та же НРП является отчетливо прозападной, проамериканской партией, которая настроена на ревизионизм всей системы международных отношений Турции, созданных ПСР за время своего нахождения во власти с 2002 года.

Невзирая на то, что НРП является кемалистской партией и ей, даже исходя из личности её основателя М.К.Ататюрка, который довольно неплохо относился к России и даже строил с ней стратегические отношения, «положено» быть достаточно пророссийской.

Однако, на практике мы видим ярко выраженное западничество НРП, которое грозит проявиться тогда, когда эта партия, со всей неизбежностью очевидной уже в 2020 году, придет в турецкую власть. Про то, что наработанных связей между Россией и НРП нет, даже и не надо говорить. Мы о необходимости их установления пишем на страницах ИБВ постоянно.

Однако, перейдем к газетным заголовкам турецкой прессы 6 марта, то есть на следующий день после переговоров на высшем уровне в Москве.

Они, в общем и целом, были достаточно нейтральными.

Самое тиражное издание Турции – газета Hürriyet — 6 марта вышло под заголовком «Прекращение огня в Идлибе». На фото – улыбающиеся лица президентов Р.Т.Эрдогана и В.Путина, протягивающие друг другу руки для рукопожатия.

Кроме того, на передовице выделяются шрифтом и цветом следующие тезисы: «Сегодня с 00:01 часов оружие замолчало» и «Будет производится совместное патрулирование в созданном коридоре безопасности» (речь – о трассе М4 – В.К.). Кроме того, вот ещё какой заголовок обратил на себя внимание «Мы не сделали наши отношения (то есть между, Россией и Турцией — В.К.) жертвой режима (то есть, официального Дамаска – В.К.)».

Оппозиционная газета Sözcü вышла 6 марта под заголовком «Эрдоган и Путин договорились по вопросу Сирии. Результатом саммита по Идлибу стало прекращение огня». Однако, прямо под этим заголовком обращает на себя внимание другой подзаголовок «В ходе этой встречи из Идлиба поступили (новости) о гибели ещё 2 (турецких военнослужащих – В.К.)».

Кроме того, стоит обратить внимание на то, что издание под заголовком на передовице газеты разместило тезисы двух президентов (из речей, произнесенных до встречи – В.К.), которые указывают на то, что приоритеты и интересы у двух сторон, заметным образом, отличаются друг от друга.

Приведем их, начав с президента Турции Р.Т.Эрдогана:

  • В регионе (в Идлибе) – большие проблемы.
  • Те решения, которые будут здесь приняты, успокоят наши страны.
  • Мы переживаем период, когда российско-турецкие отношения – на пике.
  • Мы должны развивать оборонную промышленность и торговлю.
  • Нашей целью является их усилить и обсудить (по всей видимости, имелось в виду сотрудничество между Россией и Турцией в сфере ОПК, а также взаимной торговли – В.К.).

Теперь приведем те тезисы президента В.Путина, на которые обратило внимание турецкое оппозиционное издание (перевод с турецкого языка – авторский- В.К.).

  • Я передаю свою соболезнования в связи с вашими погибшими военнослужащими.
  • Было неизвестно о том, что там находятся турецкие военнослужащие.
  • В тот же самый день, сирийская армия понесла тяжелые потери (понятно от кого – В.К.).
  • Эти события не должны повториться вновь. Мы встречаемся для этого.
  • Не должен быть нанесен ущерб российско-турецким отношениям.

Кроме того, приводится ещё по одной цитате президентов Р.Т.Эрдогана и В.Путина.

Р.Т.Эрдоган: «Если режим (то есть, официальный Дамаск – В.К.) нападет, то мы ударим».

В. Путин: «Астанинский формат будет продолжен».

Резко оппозиционное издание Bir Gün вышло под заголовком «Те, кто, на самом деле, развязывают войну, в конце проиграют. Мы не замолчим».

Далее издание приводит данные опроса под заголовком «Невзирая на все давление, народ не хочет войны».

Здесь же приводится диаграмма, проливающая свет на отношение турецкого народа к войне (на передовице подробностей, связанных с опросом, не приводится – В.К.). Результаты выглядят следующим образом: «за» — 30,7%, «против» — 48,8% и затруднилось с ответом ещё 20,5%.

Под данными опроса также приводится заголовок «Неустойчивое перемирие». К нему дается пояснение: «В ходе прошедшей в Москве встречи между Эрдоганом и Путиным было принято решение о неустойчивом перемирии. Лидеры, подписали протокол, связанный с решением, но принятые решения не предлагают окончательного урегулирования».

Наконец, умеренно оппозиционная газета Cumhuriyet вышла под заголовком «Стоп войне». Рядом с ним расположены подзаголовки: «6-часовые переговоры», «Договоренность из 3 пунктов». И знак вопроса: «Был ли разговор с Асадом?».

50.44MB | MySQL:89 | 0,845sec