О политических последствиях для США и некоторых арабских государств из-за решения КСА нарастить объемы добычи нефти

Министерство энергетики Саудовской Аравии не обсуждало с российскими коллегами привлечение новых стран в соглашение ОПЕК+ и вопросы о возобновлении совместных действий на рынке нефти. Об этом ТАСС сообщил 27 марта представитель министерства королевства. «Между министрами энергетики Саудовской Аравии и России не было никаких контактов ни по поводу увеличения числа стран ОПЕК+, ни по вопросу о совместной работе по ребалансировке рынка», — сказал он.  Ранее замглавы Минэнерго РФ Павел Сорокин сообщил, что Минэнерго РФ находится в постоянном контакте с коллегами из ОПЕК как на уровне министерств, так и на уровне министров. Он также сказал, что ОПЕК+ в одиночку не справится с ребалансировкой рынка, в альянс нужно привлечь новые страны, которые играют значительную роль на рынке нефти.  Это сообщение как нельзя лучше демонстрирует нам простой факт того, что обе стороны остаются пока на своих прежних позициях и на компромисс идти не желают. Почему — ниже.  При этом администрация президента США Дональда Трампа настаивает на том, чтобы Саудовская Аравия отказалась от планов по наращиванию добычи нефти в связи с падением цен на нефть до минимального уровня за последние двадцать лет. Об этом пишет агентство Блумберг со ссылкой на свои источники. США хотят вернуть цены на нефть на уровень, который наблюдался до провала встречи по сокращению добычи странами ОПЕК+ в Вене. Для этого они просят Саудовскую Аравию воздержаться от плана по наращиванию добычи до 12,3 млн баррелей в сутки в апреле, говорят источники агентства, знакомые с ситуацией. Обвал рынка после падения цены нефти может привести к банкротству 70% американских сланцевых добытчиков. США считают, что избыток нефти на рынке усугубляет и без того непростые экономические перспективы, и они хотят, чтобы все страны работали сообща для преодоления текущего кризиса. По данным Блумберг, уже состоялось несколько дискуссий с высокопоставленными саудовскими чиновниками. Так накануне госсекретарь США Майкл Помпео беседовал с наследным принцем Саудовской Аравии Мухаммедом бен Салманом Аль Саудом и подчеркнул, что «как важный энергетический лидер Саудовская Аравия имеет реальную возможность отреагировать на ситуацию и успокоить глобальные энергетические и финансовые рынки». По сообщениям источников агентства, Саудовская Аравия пока что не намерена менять выбранный курс, несмотря на оказываемое на нее давление. Агентство отмечает, что США аналогичным образом пытались убедить Саудовскую Аравию отказаться от ценовой войны в 1986 году. Однако их призывы не сработали тогда и «еще менее вероятно, что они сработают сейчас», считают эксперты. Добавим от себя, что позиция Эр-Рияда не претерпит серьезной трансформации по этому вопросу, как минимум, до начала нового финансового года в королевстве, который начнется весной следующего года. То есть, ровно до того момента, когда станет очевидными издержки для бюджета нынешней политики Эр-Рияда, а если быть точнее — наследного принца Мухаммеда бен Сальмана.  Нефтетейдер Vitol оценивает переизбыток нефти на рынке сейчас примерно в 20 млн баррелей в сутки. Масштабы избытка предложения таковы, что Россия и Саудовская Аравия должны были бы полностью остановить всю свою добычу, чтобы сбалансировать рынок, подчеркивает Блумберг. Напомним, что  цены на нефть резко упали после того, как Россия и Саудовская Аравия не смогли договориться о сокращении добычи нефти после марта, когда истекают текущие договоренности. Более того, бывшие союзники намереваются в апреле активно наращивать добычу.
В этой связи попытки Белого дома выйти на какую-то сделку с КСА по нефтяному компромиссу, утечки о чем регулярно появляются в американских СМИ, надо признать неудачными. Вернее, эта опция признана неудачной в самой администрации и там упор делают исключительно на «выкручивание рук» Эр-Рияду, пока в довольно мягкой форме. При этом отметим, что предложения о сделке в администрацию США вбрасывались, Так, в своем выступлении 20 марта в Bloomberg техасский миллиардер Райан Ситтон предложил сократить добычу нефти на 10% с участием Техаса, России и Саудовской Аравии, чтобы справиться с падением мирового спроса на нефть, связанным с коронавирусом. Уэйн Кристиан, председатель Государственной комиссии, которая регулирует нефтяной сектор Техаса, однако выразил тогда сомнения по поводу такого вмешательства, заявив, что у него есть «ряд оговорок». Президент Дональд Трамп также заявил 19 марта, что хочет найти «золотую середину» с Москвой и Эр-Риядом, которые были вовлечены в нынешнюю ценовую войну после того, как они не смогли договориться о сокращении добычи нефти 6 марта. Однако в заявлении Трампа не было упомянуто, когда именно состоятся такие переговоры и будет ли обсуждаться вопрос о сокращении добычи в США. В этой связи надо отметить несколько моментов, которые принципиально делают такой саудовско-американский альянс труднореализуемой задачей. Прежде всего в рамках нежелания самих США сокращать добываемый ими объем нефти.
Несмотря на то, что цены на нефть продолжают оставаться ниже 30 долларов за баррель, соглашение о сокращении добычи в США, независимо от того, будет ли оно инициировано через Белый дом или крупнейшее нефтедобывающее государство страны, остается маловероятным из-за следующих факторов:
1.Разделенная нефтяная промышленность США.  Несмотря на значительные проблемы от вызванного коронавирусом снижения цен и спроса, американские нефтяные компании разделены по своим пороговым значениям финансовой состоятельности и их подверженности банкротству. Узкопрофильные нефтяные компании, такие как Petroley Energy и Pioneer Natural Resources, и особенно мелкие независимые компании могут столкнуться с экзистенциальным кризисом из-за шоков рынка в связи с COVID-19 и ценовой войны между Саудовской Аравией и Россией. Более крупные компании по разведке и добыче (E&P), такие как ExxonMobil и Chevron, также наблюдают падение стоимости своих акций, но они лучше подготовлены к тому, чтобы пережить нынешний кризис. Массовая волна банкротств и дефолтов в сланцевой зоне, по сути, фактически предоставляет этим компаниям долгосрочную возможность расширить свою долю рынка, скупая обанкротившиеся компании и их активы. Крупные нефтеперерабатывающие компании США, практически не связанные с добычей нефти и газа, такие как Valero, также, вероятно, выступят против сокращения добычи или импорта иностранной нефти, чтобы поддержать цены. Кроме того, эти компании будут обеспокоены тем, что вмешательство регуляторов на рынок для ограничения объема производства будет скользким путем, и что возможно будущая демократическая администрация Белого дома может попытаться использовать его в будущем, если будет объявлено чрезвычайное положение в стране в связи с угрозой изменения климата. Удивительно, но американский углеводородный бизнес такие сценарии рассматривает вполне серьезно. Иными словами, Трампу надо получить в рамках своей перевыборной кампании поддержку со стороны нефтяных «крупняков» или «сланцевиков», и в данном случае — выбор очевиден, что делает перспективу сделки с КСА по совместным шагам на нефтяном рынке проблематичной, мягко говоря.
2.Политические реалии США.
Политические разногласия в Вашингтоне также будут представлять значительные препятствия для организации сокращения производства в США. В преддверии ноябрьских выборов тема Трампа, заключающего соглашение с Саудовской Аравией и Россией в рамках поддержки нефтяной промышленности, станет прекрасным поводом для демократов в рамках обвинений. Но в решающих предвыборных сражениях такие штаты, как Мичиган, Висконсин и Флорида — ни один из которых не производит значительного количества нефти — на самом деле для перспектив переизбрания Трампа являются приоритетными. Таким образом, поддержка более крупных отраслей промышленности в этих штатах, таких как автомобильный сектор в Мичигане, даст более высокую отдачу для его политического капитала, чем радикальные меры по поддержке нефтяной промышленности страны.
3.Ограниченные возможности Техаса.
У Техаса есть правовая архитектура на уровне местного законодательства для того, чтобы ограничить добычу нефти, но реальное правовое унифицированное управление производством в остальной части Соединенных Штатов, которая в совокупности производит 7,4 млн баррелей в день (bpd) по сравнению с 5,4 млн баррелей в день в Техасе, не существует. Другие нефтедобывающие штаты, такие как Северная Дакота, возможно, смогут быстро законодательно закрепить правила для организации скоординированной политики по управлению нефтедобычей. Но для подавляющего других штатов администрации Трампа надо в таком случае прибегать к чрезвычайным полномочиям в рамках национальной декларации о чрезвычайном положении. А эта опция сейчас как в бизнес-кругах, так и среди населения полагается крайне непопулярной.
4.Различные мотивы США, Саудовской Аравии и России.
Но, пожалуй, самое главное заключается в том, что соглашение между Саудовской Аравией, Россией и США возможно только при наихудшем сценарии развития событий, при котором цены на нефть упадут и останутся ниже 15 долларов за баррель как минимум на три месяца, что маловероятно. Будучи суверенными государствами со значительными запасами в своем распоряжении, как Саудовская Аравия, так и Россия могут переждать бурю, если цены на нефть останутся там, где они есть сегодня, зная, что добыча в США в конечном итоге упадет, несмотря ни на что, вместе с купированием пандемии COVID-19.
Таким образом, основной вывод — несмотря на признаки того, что интересам США проведение переговоров по сокращению добычи нефти с Россией и/или Саудовской Аравией в принципе отвечает, такое соглашение, скорее всего, состоится только в самом худшем случае развития экономической ситуации.
Наличие мировых цен на нефть нынешнего уровня отвечает долгосрочной стратегии Кремля, направленной на то, чтобы заставить американских нефтедобытчиков обанкротиться, ускорив максимально этот процесс с выходом в конечном счете на потенциальное восстановление мировых цен на нефть в диапазоне 40 долларов. Это делает крайне маловероятным, что Россия будет заинтересована в каком-либо соглашении, если только нефтяной рынок не окажется в значительно худшем положении, чем сейчас. Это маловерный сценарий с учетом начала восстановления производства в КНР. Двусторонняя сделка только между Соединенными Штатами и Саудовской Аравией может оказаться более реальной, но она будет иметь свою политическую цену. Саудовская Аравия может использовать сделку с Соединенными Штатами, в рамках которой она может даже пойти на некоторое сокращение добычи, в качестве последнего козыря в рамках минимизации рисков продолжающейся ценовой войны с Россией, которая в конечном итоге рискует критически сократить жизненно важные нефтяные доходы Эр-Рияда. Но даже в этом случае сделка с Саудовской Аравией была бы политически рискованным шагом для Трампа, из-за спорного статуса Саудовской Аравии в области соблюдения прав человека и низкого мнения значительного количества серьезных фигур в американском истеблишменте и простых американцев о наследном принце Саудовской Аравии Мухаммеде бен Сальмане. Но главное — это не отвечает долгосрочным интересам американских нефтяных тяжеловесов.
Каковы же перспективы?
Низкие цены на энергоносители негативно скажутся на и без того шатких экономиках зависящих от нефти и газа стран Ближнего Востока и Северной Африки. Некоторые из наиболее богатых нефтью и газом арабских государств Персидского залива в ССАГПЗ, включая Объединенные Арабские Эмираты, Катар и Кувейт, смогут сохранить большую часть социальных расходов и тем самым предотвратить большинство негативных политических последствий в этом квартале, полагаясь на сочетание задержки капиталоемких инвестиций, добычи и экспорта большего количества нефти и газа, где это возможно, и снятия внешнего долга, если это необходимо. Учитывая необычайно активный парламент и приближающиеся выборы, Кувейт мог бы скорректировать сроки своих выборов из-за недовольства оппозиции тем, как правительство справляется с экономикой на фоне более низких энергетических доходов. Арабские государства Персидского залива с меньшими энергетическими и финансовыми резервами на душу населения, включая Оман, Бахрейн и даже Саудовскую Аравию, будут вынуждены корректировать расходы на социальные программы быстрее, чем их более богатые соседи. Но этого все равно будет недостаточно, чтобы вызвать какие-либо существенные социальные волнения в этих все еще богатых и политически стабильных королевствах до конца года, как минимум. И это объясняет в том числе нынешнюю «упертость» Эр-Рияда. Саудовская Аравия подтвердила планы нарастить добычу нефти с 1 апреля, когда истекает соглашение ОПЕК+ о сокращении добычи нефти. Об этом ТАСС сообщил 30 марта источник среди трейдеров, знакомый с планами Saudi Aramco.  «Да, у них все в силе. Обещают довести до 12,3 млн баррелей», — сказал он. В Минэнерго королевства эту информацию пока не прокомментировали. Но ранее Saudi Aramco заявила о том, что получила указание от министерства увеличить добычу с апреля до максимальных уровней, 12,3 млн б/с. Для достижения этого объема часть сырья будет даже изъята с внутреннего рынка.
За пределами стран ССАГПЗ и Северной Африки наибольший непосредственный негативный экономический и политический эффект будет иметь Ирак, который исключительно зависит от экспорта энергоносителей для государственных доходов и страдает от политической нестабильности. Дефицит бюджета Ирака будет быстро расти, что вынудит Багдад сократить социальные и государственные расходы, даже если антиправительственные протесты, скорее всего, продолжатся по мере усиления сезонной нехватки ресурсов. Страх перед распространением COVID-19 будет препятствовать некоторой протестной активности на протяжении всего нынешнего квартала, но негативные экономические последствия COVID-19 в конечном счете приведут к более экономически мотивированным беспорядкам в Ираке, как только острая стадия пандемии утихнет к лету.

47.76MB | MySQL:107 | 0,808sec