Ситуация в Марокко: март 2020 г.

2 марта марокканские власти объявили о нейтрализации в г.Сиди-Слиман террористической ячейки, в которую входили 4 «сторонника» «Исламского государства» (ИГ, запрещено в РФ). По данным следствия, участники группы планировали теракты на территории королевства. Операцию по их задержанию выполнили сотрудники Центрального бюро криминальных расследований (ЦБКР).

5 марта с целью недопущения распространения коронавируса марокканские власти временно запретили присутствие зрителей на спортивных и культурных мероприятиях, а также мероприятия с участием «лиц, прибывших из-за границ» и с числом участников больше 1 тысячи человек. Ранее Марокканская королевская федерация футбола предписала проводить все матчи за закрытыми дверями, т.е. без присутствия зрителей.

К этому дню в Марокко были выявлены два случая заболевания коронавирусом, оба – «привозные». Один из них «привезла» 89-летняя марокканка, прибывшая в конце февраля из Италии, где она проживала постоянно. 10 марта было объявлено об ее кончине в одной из больниц Касабланки.

13 марта Марокко приостановило «до новых распоряжений» воздушное и морское сообщение с Францией, Испанией и Алжиром, а также закрыло наземные границы с испанскими анклавами Сеута и Мелилья. Об этом скоординировано сообщили Рабат и Мадрид. Эта мера вынудила испанцев, находившихся в Марокко, в экстренном порядке выехать из страны. В обратном направлении устремились марокканские сезонные работники. Для вывоза французов, находившихся в Марокко, были организованы дополнительные авиарейсы. Таких было несколько десятков тысяч человек. Одновременно были «временно закрыты» все марокканские морские порты для судов маломерного флота и паромов. Исключение было сделано только для грузовиков категории TIR. Затем последовало закрытие воздушного сообщения со всеми европейскими и прочими странами. Тем не менее на тот момент продолжало работать паромное сообщение между анклавами Сеута и Мелилья и портами континентальной Испании. Прекратились занятия в марокканских школах и университетах.

В марокканских официальных коммюнике подчеркивалось, что перечисленные выше меры были предприняты после консультаций, проведенных королем Мухаммедом VI, с королем Испании Фелипе VI и президентом Франции Эммануэлем Макроном. Что касается Алжира, то он был уведомлен «заранее». 14 марта по возвращении из Европы был диагностирован как заболевший коронавирусом министр транспорта Марокко Абделькадер Амара.

16 марта «вплоть до новых распоряжений» в Марокко закрылись кафе, рестораны, кинотеатры, спортзалы, спортивные площадки, бани. Эти меры не коснулись рынков, магазинов торговли продуктами первой необходимости, ресторанов с услугой доставки на дом.

18 марта министерства внутренних дел и здравоохранения призвали марокканцев «ограничить их перемещения» и оставаться в их жилищах в режиме «санитарной самоизоляции».

Со своей стороны министр экономики Мухаммед Беншаабун в выступлении перед депутатами парламента заявил, что страна оказалась в ситуации «экономической зимней спячки». Он объявил ряд мер, призванных предупредить появление «серьезных социальных проблем».

По состоянию на 18 марта в Марокко по официальным данным насчитывалось 49 заболевших коронавирусом, 2 из них скончались. В стране действовали два центра диагностики, был объявлен специальный телефон для сообщения о возможных случаях заболевания коронавирусом.

Главным «пострадавшим» от пандемии и связанной с ней отменой резерваций отелей стала туристическая отрасль.

19 марта стало известно, что марокканские власти арестовали до 10 человек, обвиненных в распространении через социальные сети «ложных слухов», связанных с коронавирусом, а также в призывах к гражданскому неповиновению. Среди арестованных был, в частности, некий Абу Наим – известный в Марокко салафит радикального толка. Он распространил в сети видеозапись с призывами к «ненависти и насилию», а также фетвой (религиозным предписанием) против марокканского государства и его институтов.

Также 19 марта марокканские власти с целью минимизации перемещений людей ввели до 20 апреля режим «санитарного чрезвычайного положения», назвав его «единственным путем сохранения коронавируса под контролем». Как отмечалось в официальном коммюнике, «санитарное чрезвычайное положение не означает остановки работы экономики, но оно предусматривает исключительные меры», направленные на ограничения перемещений. С этого момента марокканцы для совершения таких перемещений были обязаны иметь разрешающий «официальный документ». На тот момент Марокко при населении в 35 млн человек имело 1642 койки в реанимационных отделениях государственных и частных медицинских учреждений.

22 марта власти вывели на улицы основных городов страны бронетехнику Королевских вооруженных сил с тем, чтобы пресечь выходки недовольных режимом «чрезвычайного санитарного положения», вылившиеся в массовые молитвы и акции протеста на улицах. «Аллах велик, и только он может нам помочь!», скандировали участники таких акций в Танжере, Фесе и Тетуане. Служба национальной безопасности DGSN объявила в тот день об аресте в Танжере двух лиц по обвинению в «побуждении к коллективному неповиновению». Одновременно было объявлено о введении наказания за нарушение режима «чрезвычайного санитарного положения» в виде 3-х месяцев тюрьмы и/или штрафа в 1300 дирхамов (примерно 120 евро).

По состоянию на 22 марта в стране насчитывалось 115 заболевших, 4 умерших, 3 выздоровевших.

12 марта стало понятно, что перед Марокко вырисовывается еще одна напасть в виде засухи, что всегда было опасно с учетом большой зависимости страны от экспорта сельскохозяйственной продукции. По данным министра сельского хозяйства Азиза Аханнуша, если в последние 30 лет за зимний сезон дождей выпадало в среднем 254 мм осадков, прошедшей зимой этот показатель составил всего 141 мм, то есть дефицит воды оказался в 44%, а это повлекло за собой низкие уровни наполняемости водохранилищ. Последнее неизбежно скажется на итогах будущего сельскохозяйственного сезона. Сельское хозяйство обеспечивает 14% ВВП, это больше, чем дают туризм и промышленность. От итогов сельскохозяйственной отрасли напрямую зависят показатели экономического роста. Так, если в 2015 г. этот показатель составил 4,5%, то в засушливый 2016 г. он снизился до 1,6%. На 2020 г. Марокканский центр конъюнктуры планирует показатель экономического роста в 1,5% против 2,7% годом ранее.

Как заявил глава Верховного комиссариата по планированию (HCP, занимается, в частности, официальной статистикой) Ахмед Лахлими, «в настоящее время с такой сильной засухой, сопряженной с истощением водных ресурсов, нас ожидает очень сложный год, это касается сельскохозяйственной отрасли и всей экономики». «Его последствия будут более тяжелыми, чем предыдущего года, хотя тот также был относительно засушливым с урожаем зерновых ниже среднего», — сказал он.

К засухе добавилось связанное с коронавирусом снижение внешнего спроса на марокканскую сельскохозяйственную продукцию.

В целом, марокканские власти жестко, но адекватно отреагировали на попытки определенных групп использовать «чрезвычайное санитарное положение» для канализации недовольства некоторых слоев населения и его выплескивания на улицы. Как представляется, они не дадут шансов инициаторам подобных акций и в дальнейшем.

51.99MB | MySQL:101 | 0,310sec