Российско-турецкое энергетическое сотрудничество по состоянию на 2020 год. Часть 3

Перспективы российско-турецкого сотрудничества в сфере поставок природного газа, в последние месяцы, вызывают заметные вопросы. Речь идет о физическом снижении закупок природного газа Турцией у России и сложностями с получением российской стороной платежей за невыбранный российский газ, предусмотренных условием «take or pay» («бери или плати») ранее подписанных соглашений.

Впрочем, представляется, что это — лишь одно из проявлений системных проблем в «российско-турецком многоплановом энергетическом партнёрстве», которое было провозглашено на рубеже первого – второго десятилетий 21-го века.

Объявление президента Турции Р.Т.Эрдогана о найденных в Черном море месторождениях газа (насколько нова эта «находка» — это отдельный вопрос – И.С.) вызвали в Турции к жизни разговоры о том, что в Черноморском регионе начинает складываться новая геополитическая ситуация. Появляется новая Турция, как «энергетическая держава», которая оказывается более независимой от России, ранее занимавшей на рынке её энергоносителей чуть ли не монопольное положение.

Итак, как это изменение ситуации было охарактеризовано турецкими аналитиками?

В частности, 17 октября 2020 г. в проправительственной газете «Sabah» вышла статья под заголовком «Новые запасы природного газа и геополитика в Черном море» авторства одного из самых влиятельных политологов, генерального координатора главного мозгового центра страны Фонда политических, экономических и социальных исследований Турции (SETAV) Бурханеттина Дурана. Статья также была перепечатана и на веб-сайте самого Фонда.

Напомним, что мы остановились в Части 2 публикации (ссылка на странице ИБВ: http://www.iimes.ru/?p=73820) на следующей мысли автора, процитируем: «По мере того, как соперничество за власть в Восточном Средиземноморье продолжает то нарастать, то снижаться, Черное море все чаще становится кандидатом на новую геополитическую напряженность».

Сопровождая эти строки, автор статьи отметил то беспокойство, которое вызывают в Турции перспективы Нагорно-Карабахского конфликта. При этом, автор статьи указал на расширение Москвой, при президенте В. Путине, своего влияния на Восточное Средиземноморье, Северную Африку и на Персидский залив.

При этом, по словам Б.Дурана «Черное море имеет решающее значение в стратегических оценках Москвы. Это — так с точки зрения контроля над Восточной Европой (Румыния, Болгария и Молдова), Украиной и Кавказом. Москва придает большое значение Черному морю с точки зрения обороны страны, военного потенциала и регионального соперничества за власть — от Восточного Средиземноморья до Ближнего Востока».

Относительно планов Запада на Черноморский бассейн, турецкий обозреватель выражает следующее мнение:

«С точки зрения Западного альянса, Черное море имеет огромное значение, и его нельзя оставлять России. Как подчеркивается в докладе американского аналитического центра RAND «Россия, НАТО и безопасность Черного моря», будущее Европы будет определяться борьбой между Западом и Россией. Стратеги, которые уже пытаются переопределить глобальную роль США, не ожидают, что Вашингтон откажется от Европы, даже если он осуществит частичный уход (из регионов своего влияния – И.С.). Даже Трамп оказывает давление на Германию из-за энергетической зависимости от России. Ожидается, что, в случае переизбрания Трампа, приоритетом станет Китай и он будет проводить в отношении России ту же политику, что и сейчас. В этом случае, Москва последовательными шагами сможет обеспечить себе нынешний баланс в Черное море. Однако динамизм в Беларуси, Нагорном Карабахе и Кыргызстане показывает, что поддерживать статус-кво будет непросто».

Итак, как мы видим, приход Д. Трампа рассматривается в Турции в качестве «послабления» для России, поскольку главной мишенью действующего американского президента является все же не Россия, а Китай. И, будучи «предоставлена сама себе», как отмечается турецким автором, Россия может балансировать в непростой региональной ситуации.

Здесь отметим, что Турция, своими действиями в 2008 году, в ходе грузинского конфликта, наглядно показала, что она не хочет усиления присутствия США / НАТО в Черном море.

Отдельными аналитиками, как в России, так и в Турции, это было истолковано как шаг в сторону России. На самом же деле, этот шаг следует считать наглядным свидетельством того, что Турция хочет сама заполнять образующиеся вакуумы силы в регионе и сама определять в них правила игры, или, по крайней мере, принимать активное участие в их определении. В этом смысле, излишнее укрепление США и НАТО в Черном море Турции будет только мешать. Поскольку заметим, что у Запада и у Америки – своя повестка дня, а у Турции – своя. Не стоит забывать о том, что свое влияние на Украину пытаются проецировать не только США, ЕС, Россия, но и Турция. Причем, она умело использует свои рычаги мягкой силы, инструменты продвижения своих экономических интересов (строительные подряды, приватизация и инвестиции – И.С.), а также культурную дипломатию для того, чтобы нарастить свое влияние на Украину. Сюда же следует добавить и религиозный фактор (КПЦ – УПЦ), а также фактор крымско-татарской диаспоры, с которой турки строят особые отношения.

Это выводит российско-турецкую конкуренцию за влияние в постсоветском пространстве на принципиально новый уровень. Причем, происходит это уже не на отдаленных рубежах постсоветского пространства, а в точке уязвимости России – в Черном море и на Кавказе.

Собственно, об этом далее и говорит Б.Дуран:

«Если кандидат от демократов Байден будет избран президентом, то ожидается, что Вашингтон поставит Россию в центр своей внешней политики. Байден должен будет ослабить давление России на Европу, попытавшись укрепить трансатлантический альянс. Это означает прекращение расширения влияния России».

На самом деле, в определенной степени для турок Байден – президент США является желаемым вариантом. Именно исходя из точки зрения его на приоритеты внешней политики США – не Китай, а именно Россия должны сдерживаться. В этом смысле, такой сценарий для Турции является желаемым. Вот только не стоит забывать и того, как настроен Д.Байден в адрес самой Турции. Напомним, что он – это тот самый кандидат в президенты США, который подвергал активной критике Д.Трампа за его «мягкотелость» по отношению к Турции и к её лидеру. И обещал немедленно ввести против Турции санкции за её политику в регионе и за сотрудничество с Россией. Впрочем, как можно понять, турки рассчитывают себя «продать» США в качестве страны, которая является важным подспорьем в вопросе сдерживания России.

Цитируем далее:

«Каким бы ни был исход президентских выборов 3 ноября, геополитическая борьба вокруг нас будет накаляться. В зависимости от того, кто будет выбран, не только отношения между США и Турцией перейдут в новую эру. В то же время, отношения между Россией и Турцией в треугольнике «конкуренция – сотрудничество –напряженность» пойдут по новому маршруту. Этому маршруту очень сложно будет выйти за рамки «партнерства», на которое указал глава МИД России Лавров. Ливия, Восточное Средиземноморье, Сирия, Черное море и Кавказ, все это – сферы соперничества двух столиц. Я считаю, что Ливия и Нагорный Карабах — это кризисные зоны, в которых действия Анкары обеспокоили Москву. Укрепление Турции потребует жесткого стиля отношений не только с Западным альянсом, но и с Россией. Черное море является кандидатом на роль геополитической зоны, где они проходят проверку».

Как представляется, ключевыми словами в статье Б.Дурана в его статье является отсылка к «жесткому стилю» отношений между Турцией и Россией, который, как он указывает, потребуется из-за укреплений позиций Турции. Причем, заметим, довольно любопытную подробность, что Бурханеттин Дуран говорит не о регионе Южного Кавказа сейчас, а именно о Черном море как о кандидате на зону проверки такой модели отношений между Россией и Турцией.

Это позволяет сделать вывод о том, что, так или иначе, шаг в Азербайджане и на Южном Кавказе, если говорить шире, Турцией уже сделан. Далее события в Нагорном Карабахе развиваются по своей собственной траектории и по своей собственной логике. Эта траектория – достаточно сложна и будет определяться многими исходными данными. Включая и позицию самой России по Нагорному Карабаху, которая остается до конца непонятной не только в самой стране, но и за её пределами.

Однако, как представляется, главный шаг Турция уже сделала и добилась для себя главного результата – она укрепляется в Азербайджане и входит на территорию, которая считается зоной российского влияния. Причем, она это делает вопреки и мнению глобальных игроков. И в этой ситуации не нашлось пока ответа на турецкие действия. А это уже указывает не просто на удачные шаги Турции, а на то, что в регионе изменился баланс сил в пользу Турции, которая сейчас привела ситуацию в Нагорном Карабахе в неравновесное состояние с тем, чтобы привести новый баланс сил в согласие с реальностью.

Как можно понять, сегодня Турция уже готовится к следующим шага в Черном море. Причем, заметим, что они самым тесным образом связаны с объявлениями президента Р.Т.Эрдогана о месторождениях природного газа, обнаруженных в Черноморском бассейне.

Почему же эти объявления турецкого лидера привели к тому, что Турция вновь заговорила о геополитике в Черном море?

После того, как Крым вернулся в состав России, можно заметить, что последовало состояние в турецком руководстве, которое можно охарактеризовать как близкое к шоковому. Тот факт, что Россия вернула себе Крым и порт Севастополь, принципиальным образом изменил баланс сил в Черноморском регионе, начавший было склоняться в пользу Турции. Тем более, что Россия являлась (и пока продолжает оставаться) для Турции крупным поставщиком природного газа, от которого, в значительное степени, зависит функционирование турецкой экономики.

Появление собственной ресурсной базы, которая в состоянии, хоть в определенной степени, заместить российские поставки, причем уже в обозримой перспективе (после 2025 года), приводит к тому, что ослабевает «энергетическое оружие» (как его именуют на Западе и в Турции – И.С.) в отношении турецкой стороны и она может себе позволить больше чем раньше в регионе, не опасаясь «российского удара возмездия» по своей экономике.

Собственно, одной из целей нынешних «географических открытий» Турции, с громким их озвучиванием турецким руководством является направить соответствующий сигнал России о том, что турецкая зависимость от России, в обозримой перспективе, в значительной степени снизится. А, следовательно, Турция становится более независимым игроком. Впрочем, как показал самолетный кризис 2015 – 2016 года Россия не использует энергетическое оружие с целю «возмездия», даже в условиях острого политического кризиса. Тем не менее, как можно понять действия турецкой стороны, вариант применения его Россией Турцией до настоящего времени не исключается.

9 июня вопросами будущего российско-турецкого энергетического сотрудничества задался главный мозговой центр Турции, который профессионально занимается Россией и русистикой – анкарский центр RUSEN.

Мы не раз, на страницах ИБВ, говорили о том, что, если в России процветает тюркология и в нашей стране выпускается ежегодно множество тюркологов, то в Турции с русскоязычными исследованиями дело обстоит на порядок хуже. Роль страноведов и переводчиков выполняют бывшие граждане тюркских республик Советского Союза, перешедшие в турецкое гражданство. В последние годы в Турцией темой исследований России заинтересовались, причем, практики российско-турецких отношений. И это стало заметно по тому, насколько эффективнее начинает в последнее время действовать Турция на российском направлении. Можно ожидать, что в обозримой перспективе в Турции начнут выпускаться уже не только представители индустрии гостеприимства со знанием русского языка, но и международники – специалисты по России.

Но уже сейчас следует отметить, что работы и оценки анкарского центра RUSEN, даже становящиеся достоянием широкой публики, отличаются глубоким пониманием реалий современной Российской Федерации.

Итак, 9 июня с.г. центром RUSEN была опубликована статья под заголовком «Турция отказывается от российского газа? Провал «Турецкого потока» и господство TANAP, или краткосрочная флуктуация?» (имея в виду резкий спад закупок Турцией природного газа у России в начале 2020 года – И.С.). Имеет смысл обратиться к этой публикации.

Приведем перевод вступления к этой статье:

«На фоне экономического кризиса и охлаждения отношений (Турции – прим.) с Москвой, которые привели к конфликтам с Россией в Сирии и, соответственно, в Ливии, Турция резко сократила закупки российского газа.

По данным Федеральной таможенной службы России, в конце марта поставки газа «Газпромом» турецкой государственной энергетической компании BOTAŞ и независимым турецким энергетическим операторам упали в 7 раз, до 210 млн куб. м. Доля импорта российского газа в Турцию в марте снизилась с 33% до 9%, а по сравнению с 2018 годом — снижение было более чем в 14 раз: тогда в первом квартале Турция приобрела 8,8 млрд куб. м (2,93 млрд в среднем в месяц).

Анкара постепенно переходит на сжиженный природный газ (СПГ), покупая его в таких странах, как Алжир, Катар, Нигерия и США. В 2019 году компания BOTAŞ импортировала 9,1 млн тонн СПГ. Поставки СПГ в Турцию уже запланированы до 2023 года. Тем не менее, Турция и Россия договорились о соглашении (на условиях) «бери или плати» на поставки через «Турецкий поток», открывшийся в начале января, который имеет две трубы каждая мощностью по 15,75 млрд куб. м газа. Эта ситуация, несомненно, поставила Турцию в затруднительное положение в долгосрочной перспективе.

С другой стороны, когда мы смотрим на картину со стороны Кремля, Россия также испытала стратегический провал в украинском вопросе, потому что, даже с «Турецким потоком», Россия не смогла исключить газовый транзит с Украиной, а Москве пришлось заключить новый долгосрочный договор с Киевом, гарантировать ему в течение пяти лет очень высокие объемы прокачки и хорошее вознаграждение за услуги и даже выплатить украинской стороне почти 3 млрд долларов по старым долгам. В краткосрочной перспективе, Россия может снова зависеть от украинской транзитной роли, поскольку Турция будет удовлетворена, купив более дешевый СПГ на спотовых рынках за 40-75 долларов по сравнению с российским природным газом за 228 долларов.

Однако для российского гиганта «Газпром» с коммерческой точки зрения есть и хорошие новости. Компания получила возможность и юридические гарантии для дальнейшей работы своего самого важного и проверенного десятилетиями экспортного канала и набрала силу на Балканах, снова используя регион в качестве альтернативного хаба, чтобы развивать новые маршруты и продолжать заставлять страны Балтии быть независимым от России в долгосрочной перспективе. Однако после заключения нового российско-украинского транзитного соглашения вновь возник вопрос: является ли «Турецкий поток» исключительно стратегическим и политическим проектом Кремля?».

51.64MB | MySQL:101 | 0,333sec