Дания борется с «параллельными обществами»: переселение иммигрантов, запрет зарубежного финансирования мечетей и другие меры на повестке правительства

Волна насилия, совершенного летом 2019 г. этническими недатчанами, а также гражданами Швеции ближневосточного происхождения, а кроме того растущий год к году индекс насилия, основанный на статистических показателях преступлений, совершаемых в стране (лидируют в этом индексе ливанцы, сомалийцы, марокканцы и сирийцы), похоже окончательно укрепили власти Дании в мысли о необходимости внедрения на государственном уровне систематизированной и целенаправленной политики выстраивания отношений с «религиозными и культурными параллельными обществами», целью которой должна быть максимально возможная интеграция представителей таких обществ в датский социум с превалирующими датскими ценностями. Предложения по такой политике были 17 марта 2021 г. озвучены министром внутренних дел и жилищного строительства Кааре Дибвад Беком (Kaare Dybvad Bek).

Предложения и меры по исправлению ситуации сформулированы и объединены в правительственном 15-страничном докладе «Смешанные жилые районы: следующий шаг в борьбе с параллельными обществами» (Blandede boligområder-næste skridt i kampen mod parallelsamfund). Датчане не отличаются самыми либеральными взглядами в Европе, однако едва ли кто-то мог ожидать, что эта скандинавская страна решится, пусть и в локальном масштабе, предложить применение практик, куда более характерных не для демократических государств, а для тоталитарных вроде советского. Речь идёт о переселении жителей незападного происхождения с таким расчетом, чтобы в течение следующих 10 лет ни в одном жилом районе страны доля таких людей не превышала 30%.

Впрочем, над темой параллельных обществ в Дании задумались не впервые. В частности, ещё в 2010 г. был издан отчёт под названием «Возвращение гетто в общество: столкновение с параллельными обществами в Дании». Именно в этом отчёте впервые на официальном уровне в стране был использован термин «гетто», обозначавший районы и области с высокой концентрацией иммигрантов, высоким уровнем безработицы и преступности (от 1 000 жителей и долей незападных иммигрантов и их потомков более 50%). Отказ от этого термина как дискредитированного и ставшего уничижительным, также является одним из предложений недавно изданного правительственного доклада. В качестве более политкорректных предлагаются термины типа «зоны трансформации» или «зоны предотвращения». Цель – ликвидация всех гетто в Дании к 2030 г.

В докладе и других правительственных документах по теме подробно раскрываются причины, побудившие детские власти активно действовать: «Иммигранты обязаны выучить датский язык, найти работу, стать частью местного сообщества и интегрироваться в свою новую родину. Однако слишком немногие (за последние 40 лет) воспользовались возможностями, которые предлагает Дания, хотя Дания – это общество с безопасностью, свободой, бесплатным образованием и хорошими возможностями для трудоустройства. Как общество мы слишком много лет не предъявляли требований к вновь прибывающим. У нас были слишком низкие ожидания от беженцев и иммигрантов, прибывших в Данию… Слишком много беженцев и воссоединившихся семей не интегрировались в датское общество. Им разрешили собираться вместе в районах гетто, не контактируя с окружающим сообществом даже после многих лет в Дании, потому что мы не сформулировали четкие требования к ним о том, как стать частью датского общества… Параллельные общества должны быть разрушены, и мы должны следить, чтобы не появлялись новые. Большая задача по интеграции должна быть решена раз и навсегда и каждый раз, когда иммигранты и их потомки не принимают датские ценности и изолируют себя в параллельных обществах».

В дополнение к озвученным выше мерам премьер-министр страны Метте Фредриксен объявила, что возглавляемое ею правительство намерено значительно ограничить количество людей, ищущих убежища в Дании с целью сохранить «социальную сплочённость» в стране: «Как общество, мы должны больше проявлять свой характер и придерживаться датских ценностей. Мы не должны мириться с тем, что демократия заменяется пропагандой ненависти в параллельных обществах. Радикализацию нельзя защищать. Это должно быть очевидно всем». Между тем, пропаганда ненависти – это именно то, что происходит сегодня во многих сегрегированных районах и общинах Дании и других европейских стран. За последние 5 лет Дания получила десятки тысяч ходатайств о предоставлении убежища, преимущественно от выходцев из Азии или из регионов Ближнего Востока, охваченных конфликтами: Сирии, Ирака, Афганистана и других стран. Зачастую не представляется возможным проследить связи тех, кто получает убежище, с какими-либо радикальными и экстремистскими группировками на старой родине, а потому на новой родине такие люди продолжают свою деструктивную пропагандистскую деятельность.

Время покажет, получится ли у датских властей проект с переселением, и к каким результатам он приведет, а пока гораздо более эффективной мерой по решению проблемы параллельных обществ и радикализации в них в среднесрочной перспективе представляется законопроект о запрете на зарубежное финансирование отдельных лиц, организаций и в том числе религиозных учреждений в стране, который был принят и вступил в силу незадолго до публикации упомянутого выше доклада, 9 и 15 марта 2021 г. соответственно. Закон, инициированный министерством иностранных дел и интеграции, не содержит прямых упоминаний ислама, мечетей и исламизма, однако направлен в первую очередь именно против финансирования мечетей иностранными физическими и юридическими лицами, что прямо подтвердил министр иностранных дел Матиас Тесфайе.

«Сегодня за рубежом действуют экстремистские силы, которые пытаются настроить наших граждан-мусульман против Дании и тем самым разделить наше общество. Неоднократно в последние годы СМИ сообщали о датских мечетях, получающих миллионы с Ближнего Востока. Правительство намерено этому противостоять. Этот законопроект является важным шагом в борьбе с попытками исламских экстремистов закрепиться в Дании», – прокомментировал законодательную инициативу политик. Говоря о сообщениях в СМИ, Тесфайе прежде всего имел в виду вполне конкретные случаи с мечетью Таиба, расположенной в мультикультурном районе Норебро, также именуемом «маленькая Арабия», и Соборной мечетью Копенгагена. Первая известна тем, что в разное время была базой нескольких исламистов, обвиненных в террористической деятельности, а также тем, что получала пожертвования от Саудовской Аравии. В январе 2020 г. датское издание Berlingske писало о пожертвования из Саудовской Аравии на сумму порядка 780 тыс. долларов, что стало первым официально задокументированным случаем пожертвования от этой страны какой-либо датской мечети. Впоследствии Berlingske писала о саудовской поддержке и других мечетей страны.

Что касается Соборной мечети Копенгагена, то это ещё более показательный случай. Это первый в стране проект целенаправленно построенной мечети, также известный как Цивилизационный центр Хамада бен Халифа. Мечеть, вмещающая порядка 3 тыс. верующих, открылась в июне 2014 г., получив персональное пожертвование в размере 30 млн евро от предыдущего эмира Катара Хамада бен Халифа Аль Тани. При этом на этапе строительства мечети любая связь с Катаром отрицалась. Конечно, не осталась в стороне от финансирования датских мечетей и Турция, наряду с Катаром и Саудовской Аравией входящая в «большую тройку» стран мусульманского мира, не первое десятилетие делящую между собой влияние на исламские общины Европы. По данным Института Гейтстоуна, Турция профинансировала строительство как минимум 27 мечетей, впрочем, не в крупных городах страны вроде Орхуса, Рингстеда и Роскилле.

Хотя все вышеперечисленные меры призваны максимально сузить для представителей этно-религиозных меньшинств поле для радикализации и побудить их отказаться от практики на новой родине таких варварских традиций родины старой, как убийства чести, браки по принуждению, женское обрезание и другие, именно запрет на иностранное финансирование мечетей в настоящее время представляется самой эффективной. Что же касается новой попытки интеграции иммигрантов и их потомков в западное общество и принятия ими ценностей и культуры этого общества, то здесь скрыто довольно много подводных камней, с некоторыми из которых европейским правительствам придется столкнуться уже в самое ближайшее время.

Так, например, необходимо отметить, что те, кто запятнал себя сотрудничеством с террористическими группировками вроде «Исламского государства» (запрещена в РФ), уже разгадали тактику по приобщению общин иммигрантов к национальным ценностям и культуре, которую взяло на вооружение детское правительство и, вероятно, в ближайшем будущем используют власти и ряда других европейских стран. Любопытным примером в этом отношении является случай Шамимы Бегум, британки бангладешского происхождения, в середине прошлого десятилетия, ещё будучи старшеклассницей, уехавшей в Сирию воевать на стороне джихадистов и вышедшей замуж за одного из них.

В начале 2019 г., когда глава Хоум офиса Саджид Джавид отозвал у Бегум британское гражданство, беременная джихадистка заявляла тогда в интервью изданию Times, что «не сожалеет о своем решении присоединиться к террористам» и что ее не смущает вид отрезанной головы в урне, но очень хотела бы родить своего ребенка в Великобритании и начать там новую жизнь. Спустя 2 года, журналисты британского издания The Telegraph нашли Бегум в сирийском лагере для беженцев Родж. На этот раз от интервью бывшая британка отказалась (по совету адвокатов, которые у нее есть, несмотря на отсутствие какого-либо гражданства и джихадистское прошлое), видимо, чтобы не сболтнуть лишнего про свои отношения с ИГ.

В то же время Шамима согласилась попозировать для фотокорреспондентов, и получившиеся снимки разительно контрастируют с теми, что делались 2 года назад. Сегодня Бегум выглядит как одетая достаточно модно европейка, в солнечных очках и, конечно, без паранджи и хиджаба. Вербальный посыл очевиден – девушка без гражданства, когда-то не раздумывая уехавшая к террористам в Сирию и беспрекословно принявшая экстремистскую идеологию и образ жизни, сегодня якобы оставила все это позади и вновь разделяет все ценности Запада, и готова с лёгкостью интегрироваться в британское общество. Даже если и так, старания Шамимы Бегум не впечатлили британские власти и в феврале 2021 г. Верховный суд Соединённого Королевства постановил, что она не сможет вернуться из Сирии в Великобританию, чтобы оспорить решение о лишении ее гражданства. Этот вердикт, ставший важным судебным прецедентом, по сути поставил точку в конкретной истории Шамимы Бегум, однако повлияет ли он на схожие случаи в других европейских странах, а также на новый подход некоторых европейских правительств к интеграции этно-религиозных меньшинств в западное общество, покажет уже самое ближайшее будущее.

51.37MB | MySQL:101 | 0,297sec