О планах перехода стран-членов ССАГПЗ к водородной экономике

На фоне последних по времени разногласий между КСА и ОАЭ по вопросу параметров сделки ОПЕК+ появился ряд аналитических докладов, посвященных теме усилий трех основных углеводородных держав Персидского залива по диверсификации своей экономики и смещения баланса экспорта на продукцию т.н. «зеленой энергетики». Об этом много говорят эксперты  и власти этих стран, а как обстоит дело в реальности и каковы собственно перспективы такой диверсификации? Не сегодня    Катар является вторым по величине производителем гелия в мире и традиционно экспортирует большую часть своей продукции по суше через Саудовскую Аравию. Но в июле 2017 года Эр-Рияд и другие страны Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) ввели блокаду на фоне предполагаемых связей Дохи с терроризмом. Вынужденная перейти в режим кризиса, Доха закрыла два своих завода по производству гелия и вернулась к альтернативным  планам на случай непредвиденных обстоятельств, чтобы компенсировать ожидаемый экономический удар. «Первой альтернативной энергетической отраслью, которая возникла, был водород, поэтому они заключили контракты, чтобы вывести его на рынок», — вспоминает Теодор Карасик, старший советник консалтинговой компании Gulf State Analytics в Вашингтоне, округ Колумбия. В этой связи Катар перенастроил свой экспортный рынок, переключив 25% экспорта в ОАЭ и другие страны-члены ССАГПЗ в Восточную Азию, включая Китай, Сингапур и Южную Корею. Таким образом, он стал пятым по величине экспортером водорода в мире, объем продаж которого к 2019 году превысил 520 млн долларов. В настоящее время водород рассматривается в качестве экономического спасителя для других стран-членов ССАГПЗ, поскольку глобальный энергетический рынок трансформируется после пандемии коронавирса и во всем мире движется к декарбонизации. «Вся отрасль смотрит в будущее зеленой энергетики, и где находятся потенциальные зоны роста», — говорит Карасик. — Один из них, очевидно, водород». Саудовская Аравия, второй по величине производитель нефти в мире, также взяла на себя большие обязательства по водороду. В феврале 2020 года Sаudi Aramco, энергетический консорциум королевства, объявил, что инвестирует 110 млрд долларов в крупнейшую разработку сланцевого газа за пределами США, чтобы извлечь потенциальное топливо из земли путем гидроразрыва пласта. Но Эр-Рияд не собирается следовать привычным маршрутом и экспортировать продукт в виде сжиженного природного газа (СПГ), что поставило бы его в прямую конкуренцию Катару, крупнейшему в мире экспортеру СПГ. Вместо этого Эр-Рияд будет использовать добытый газ для производства водорода. План Sаudi Aramco последовал в июле 2020 года синхронно с новостями о том, что Neom, футуристический саудовский мегаполис с нулевым углеродным выбросом стоимостью 500 млрд долларов, будет иметь «самый большой зеленый водородный завод в мире». Стоимость этого предприятия составляет  5 млрд долларов , а еще 2 млрд выделяются на распределительную инфраструктуру. «Саудовская Аравия рассматривает свое будущее как лидера в области производства возобновляемой энергии и очень озабочена интересом инвесторов к  водороду, надеясь занять на этом рынке одно из лидирующих положений», — говорит Джастин Даргин, эксперт по энергетике Оксфордского университета. Переход стран Персидского залива на водород является частью более широкой глобальной реакции на декарбонизацию в связи с климатическим кризисом. ЕС также запустил «Зеленую сделку», обязав Европу стать «первым в мире континентом с нулевым уровнем выбросов углерода к 2050 году». Вашингтон при новой администрации президента Джо Байдена имеет аналогичные амбиции. Министр энергетики США Дженнифер М. Гранхольм объявила подробности программы «Водородный выстрел», которая направлена на снижение стоимости чистого водорода на 80% до 1 доллара за килограмм в течение десятилетия. «Чистый водород меняет правила игры. Это поможет декарбонизировать высоко загрязняющие тяжелые и промышленные секторы, обеспечивая при этом хорошо оплачиваемые рабочие места в области чистой энергетики и реализуя нулевую экономику к 2050 году», — сказала Гранхольм. В этой связи прогнозируется, что спрос на нефть в Персидском заливе будет снижаться по мере увеличения доли возобновляемых источников энергии на рынке. В телевизионном интервью в апреле 2021 года наследный принц КСА Мухаммед бен Сальман говорил о «риске» для саудовской экономики нефтяной зависимости и «проблемах, с которыми нефтяная промышленность столкнется в ближайшие 40 или 50 лет». Страны Персидского залива, вероятно, будут последними игроками, стоящими на нефтяном рынке из-за низкой стоимости в регионе добычи нефти, сохраняющейся глобальной потребности в углеводородах и своей принципиальной зависимости от нефтяных долларов для финансирования своих социальных контрактов. Но они также должны сохранить долю на общем энергетическом рынке, производя возобновляемые источники энергии, включая водород. На данный момент эта ставка ничтожна. В то время как Эр-Рияд экспортировал в 2019 году на 145 млрд долларов  сырой нефти, что сделало его номером один в мире на этом рынке, он управлял только 6,12 млн долларов экспорта водорода. «Саудовская Аравия и страны Персидского залива хотят продолжать быть экспортером энергии, и при этом добиться того, чтобы вся социальная модель их стран не подвергалась стрессу из-за энергетического перехода. Я думаю, что они чувствуют угрозу от возобновляемых источников энергии и электрификации в целом», — говорит Даниэль Шолтен, доцент факультета технологии, политики и управления Делфтского технологического университета в Нидерландах.

Водород — идеальное топливо для 21-го века. Он не выделяет при сжигании парниковых газов, таких как углекислый газ, и идеально подходит для производства электроэнергии, электромобилей и будущего авиации. Но у него есть одна фундаментальная проблема: водород редко встречается естественным образом в подземных залежах, поэтому должен быть преобразован из других соединений, таких как ископаемое топливо, в газ, процесс, называемый «газификацией». Водород в настоящее время выпускается в нескольких разновидностях: черный / коричневый.  Наиболее вредная для окружающей среды форма водорода, его получают из черного или бурого угля. Серый  водород, полученный из природного газа или угля, составляет 98% производимого водорода. Но это чревато выбросами углекислого газа почти равный выбросам глобальной авиации. Более экологически чистый голубой водород, производимый из природного газа, с 90% выбросов углерода, улавливаемых технологией хранения углерода (CCS). Персидский залив вкладывает именно в этот подвид большие средства: в прошлом году Саудовская Аравия экспортировала первую в мире партию голубого водорода в Японию. Зеленый водород получают возобновляемых источников энергии — но в настоящее время только 1% производства водорода является зеленым. По оценкам, 24 страны в настоящее время имеют стратегии или работают над его производством, включая все страны G7, Китай, Индию, Саудовскую Аравию, ОАЭ и Марокко. Розовый водород, который получают в результате электролиза, работающего на ядерной энергии, он также иногда называется фиолетовым водородом или красным водородом. Желтый  водород все еще находится в зачаточном состоянии, это водород, полученный путем электролиза с помощью солнечной энергии. Бирюзовый водород  использует процесс, называемый пиролизом метана, для получения водорода и твердого углерода. Он может иметь ценность как низкоэмиссионный водород, но еще не был произведен в промышленном масштабе. Для достижения глобального чистого нулевого уровня выбросов углекислого газа в течение следующих 30 лет необходимо увеличить глобальные инвестиции в производство чистой электроэнергии с 380 млрд долларов до 3,6 трлн. Точно так же, по данным Международного энергетического агентства (МЭА), к 2030 году мировое количество электромобилей должно вырасти с нынешних 2,5 млн до 50 млн. По данным МЭА, для удовлетворения этого спроса производство зеленого водорода должно вырасти с 90 млн тонн в 2020 году до более чем 200 млн тонн в 2030 году. Пока инвестировано только 80 млрд из необходимых 200 млрд долларов. Есть разрыв в 120 млрд долларов между сегодняшним днем и планами 2030 года.  Поэтому для того, чтобы водород имел большую долю рынка, необходимы серьезные государственные стимулы, нормативная база и инвестиции в инфраструктуру. Саудовская Аравия и ОАЭ делают ставку на рост спроса на водород. ОАЭ в первую очередь ориентируются на голубой водород, а планы по зеленому водороду предназначены только для авиационной промышленности. В этом контексте Германия становится главным региональным партнером арабских стран: она подписала соглашения о разработке водорода с Марокко и Neom в июне 2020 года и марте 2021 года соответственно в рамках своего ухода от ядерной энергетики после катастрофы на АЭС в Фукусиме в 2011 году. Но в ближайшей перспективе зеленый водород может оказаться не вполне жизнеспособным. В то время как возможности возобновляемых источников энергии сильно расширились с начала 2000-х годов, они столкнулись с проблемой перебоев. В этой связи эксперты уверены, что  Страны Персидского залив будут переходить от серого к голубому и зеленому водороду. Производство серого водород  не проблема, они могут сделать это сразу, а синий почти не имеет выбросов (85-90 % углерода захватывается). Но что касается зеленого водорода, то они не ожидают слишком больших инвестиций в него до 2030 года. В течение десятилетия арабы будут  сосредоточены на солнечной энергии, ветре и электрификации, но влияние водорода станет более заметным к середине и концу энергетического перехода.  Как только уголь и нефть будут в значительной степени исчерпаны, а затем и природный газ, водород станет важным фактором в энергетическом балансе. Саудовская Аравия и ОАЭ хеджируют крупные технологические разработки, чтобы зеленый водород был коммерчески  и экологически  жизнеспособным. Даргин говорит: «Затраты на зеленый водород потенциально могут снизиться с примерно  5 долларов  за кг сейчас до 1,50 долларов за кг». Часть его привлекательности заключается в том, что он делает возможным хранение возобновляемой энергии, что является проблемой для солнечной и ветровой энергетику, для которых требуются аккумуляторные батареи. В отличие от этого, водород может быть превращен в аммиак для транспортировки, который затем преобразуется в энергию на конечном рынке назначения. То есть, необходимо иметь  большое количество возобновляемых источников энергии, чтобы подпитывать водородную экономику. Производители стран Персидского залива в данном случае имеют ряд конкурентных преимуществ. Во-первых, они могут легко производить водород. Во-вторых, они могут похвастаться самыми низкими в мире затратами на производство солнечной энергии из-за обилия солнечного света, необходимого для ее получения. Но даже здесь производство зеленого водорода сопряжено с четырьмя фундаментальными проблемами:

  1. Земля: Солнечная энергия нуждается в энергетических парках для захвата солнечного света. Если зеленый водород будет соответствовать текущим доходам от нефти и газа, то это повлечет за собой эксплуатацию огромных объемов территории, согласно отчету The Dawn of Green Hydrogen, опубликованному Strategy&. Для ОАЭ и Саудовской Аравии это может означать выделение до 20% их неиспользуемых земель, таких как пустыня, если они хотят удовлетворить экспортный спрос на зеленый водород к 2050 году.
  2. Использование воды: Создание зеленого водорода зависит от электролиза воды, с помощью которого электричество разлагает воду на водородный газ и кислород. Но в то время как Strategy& утверждают, что «страны ССАГПЗ имеют свободный доступ к морской воде», которая может быть использована для электролиза, эта вода должна быть опреснена, а затем деионизирована, когда она очищается путем удаления минералов и загрязняющих веществ. Для производства 1 кг зеленого водорода требуется девять литров очищенной или деионизированной воды. Эти операции крайне энергоемки.
  3. Токсичность: Процесс опреснения не только энергоемкий, но и производит 1,5 литра рассола на каждый литр пресной воды, согласно отчету 2019 года в журнале Science of the Total Environment. Полученный побочный продукт на основе соли токсичен из-за химических веществ, используемых при опреснении. Рассол, который не может быть использован повторно, затем обычно сбрасывается в море, что повышает температуру прибрежных вод и снижает уровень кислорода, создавая экологические «мертвые зоны», говорится в докладе. Каждый год в результате процесса опреснения во всем мире производится 50 млрд куб. м рассола — этого достаточно, чтобы покрыть все ОАЭ и треть соседнего Омана слоем ила глубиной 30 сантиметров. Вместе на Саудовскую Аравию, ОАЭ, Кувейт и Катар приходится 55% мирового производства опреснения. Дальнейшее опреснение воды для достижения целей производства водорода в Персидском заливе приведет к обострению кислородного голодания Аравийского моря, крупнейшей морской мертвой зоны в мире, если технологии не улучшатся.
  4. Зависимость от устаревших видов топлива: Опреснение в настоящее время зависит от углеводородов. Саудовская Аравия использует от 20 до 25% своей добычи нефти для опреснения. Предпринимаются усилия по сокращению необходимого энергопотребления. В марте компания Saudi Arabia’s Saline Water Conversion Corporation (SWCC) была удостоена Книги рекордов Гиннесса за «установление мирового рекорда по снижению потребления энергии для опреснения». А опреснительная установка Neom «солнечный купол», созданная в январе, направлена на производство воды по более низкой цене, чем обычные установки, а также на создание меньшего количества рассола. Существуют новые разработки в технологии электролиза, которые, возможно, не требуют очищенной воды, но ни одна из них еще не достигла коммерческой готовности. В долгосрочной перспективе такие решения могут позволить странам пустыни не использовать очищенную воду.

Очень важно, чтобы технология, необходимая для производства зеленого водорода, набирала обороты. Но после этого производители стран Персидского залива столкнутся с еще одним ключевым вопросом: будут ли они использовать полученную энергию для собственного производства электроэнергии, сокращая счета за электроэнергию и высвобождая углеводороды для экспорта; или же они сконцентрируются на  экспорте водорода и оставят все как есть. Пока власти Саудовской Аравии намереваются использовать зеленый водород внутри страны, а затем экспортировать его сначала по морю, а затем по выделенному трубопроводу. Но ряд серьезных экспертов полагают, что основное внимание будет уделено экспорту. Саудовская Аравия будет стремиться укрепить свои позиции в качестве глобального поставщика зеленого водорода. Если Эр-Рияд пойдет по  второму пути, то ему нужно будет решить несколько вопросов, включая инвестиции в глобальную распределительную сеть для удовлетворения спроса и достижение экономии масштаба, чтобы цена на зеленый водород могла стать конкурентоспособной с другими видами энергии. Но если саудовские политики не смогут точно реализовать свои стратегии в области возобновляемых источников энергии в соответствии со своим «Видением 2030 года», то они не смогут достичь своих широких целей макроэкономической реформы, что может иметь непреднамеренные последствия для будущей социально-экономической стабильности. Существует гораздо более фундаментальная проблема, стоящая перед производством энергии в регионе. Страны Персидского залива, особенно КСА, часто казались «вялыми» в своей приверженности к разработке возобновляемых источников энергии: в 2018 году, например, Эр-Рияд объявил, что вложит 200 млрд долларов  в солнечную энергетику, но через полгода отказался от проекта. Если смотреть на прошлое как на план будущего, то у них не было большого успеха в реализации многих амбициозных планов. В Эр-Рияде говорят, что будут генерировать некоторое количество возобновляемой энергии, а затем откажутся от нее, или отменят или отложат проекты. Тем не менее, правительство четко заявило о своей поддержке энергетического перехода и производству  зеленого водорода в рамках проекта Neom. Проект Neom green hydrogen рекламируется как самый крупный в своем роде, хотя партнеры еще не продвинулись вперед по проекту стоимостью 5 млрд долларов. Аналитики считают, что на этом фоне саудовской нерешительности ОАЭ с большей вероятностью продвинутся вперед с возобновляемыми проектами, не в последнюю очередь потому, что в настоящее время они владеют 70% мощностей возобновляемых источников энергии залива. ОАЭ были далеко впереди в области возобновляемых источников энергии и ядерной энергетики. Из запланированных водородных проектов в регионе ССАГПЗ ОАЭ, вероятно, продолжат свои голубые и зеленые водородные проекты, и у них обычно есть отчеты о реализации проектов, которые они объявляют.

52.51MB | MySQL:104 | 0,308sec