Об алжиро-мароккано-французском шпионским скандале

20 июля начался новый виток алжиро-марокканского конфликта, но уже далеко выходящий за привычные магрибские рамки. В этот день ряд ведущий французский СМИ, включая газеты Le Mond и Figaro, разместили на своих полосах информацию о том, что около 50 тысяч высокопоставленных политических и военных деятелей, руководителей спецслужб, министров, дипломатов, журналистов и правозащитников по всему миру стали жертвами полномасштабной слежки со стороны Марокко и некоторых других пользователей «израильского шпионского программного оборудования».

Часть из них приходится на Францию, причем среди пострадавших выделяются премьер-министр Эммануэль Макрон и 15 членов его кабинета, французские дипломаты и военные атташе в разных странах, и даже якобы представители Европейского союза в Алжире.

Но еще большее число пострадавших – а именно 6000 – на Алжир. Ключевым моментом является использование в этом «программного обеспечения израильского производства Pegasus».

Алжирские источники, ссылаясь, в свою очередь на источники французские, указывают, что в числе потенциальных жертв оказались практически все заметные военно-политические и бизнес-деятели, бывшие и действующие.

Среди них бывший и нынешний министр иностранных дел Абделькадер Мессахель и Рамтан Ламамра, нынешний и бывший начальники штаба Вооруженных сил АНДР Саид Шенгриха и Ахмед Гаид Салах, умерший в 2019 году, его адъютант и личный секретарь Герми Бунуйра, бежавший в Турцию после смерти своего начальника, а затем экстрадированный в Алжир и заключенный в военную тюрьму Блида за государственную измену, братья и сестра бывшего свергнутого президента Абдельазиза Бутефлики, включая теневого правителя страны Саида Бутефлику, посол Алжира в Париже Абделькадер Месдуа, Карим Хадж Садок, полковник, военный атташе в том же посольстве, бывший премьер-министр Нуреддин Бедуи, Нуреддин Аяди, бывший директор канцелярии президента АНДР, один из ведущих олигархов Али Хаддад и многие другие.

Особое внимание якобы Рабат в приписываемом ему шпионаже уделил алжирским послам, работающим в Анголе, Бельгии, Буркина-Фасо, Египте, Зимбабве, Индонезии, Иране, Испании, Канаде, Кении, Кот-Д’Ивуаре, Мавритании, Марокко, Намибии, Нигере, Нигерии, Объединенных Арабских Эмиратах, Руанде, Сенегале, Сирии, Тунисе, Турции, Уганде, Финляндии, Чехии, Швейцарии, Швеции, Эфиопии и ЮАР.

Не дожидаясь на это официальной реакции государственных алжирских органов, Генеральная прокуратура АНДР распорядилась 22 июля начать предварительное следствие относительно «существования системы компьютерной разведки для прослушивания и шпионажа, нацеленной против интересов Алжира, а также алжирских граждан и деятелей», «порученное особым отделам судебной полиции, специализирующимся на расследовании преступлений в сферах киберпреступности и информационных технологий».

В ее заявлении говорится: «Если факты (…) будут доказаны, они будут представлять собой преступления, наказуемые алжирским законодательством за сбор информации, предметов и документов в пользу иностранной державы с целью нанести ущерб национальной обороне и «получение мошеннического доступа к автоматизированной системе обработки данных и нарушения тайны связи».

В свою очередь, МИД АНДР отреагировал на этот информационный и еще непроверенный вброс весьма красноречиво, 22 июля «выразив свою глубокую озабоченность в связи с разоблачениями о широкомасштабном использовании властями Королевства Марокко шпионского программного обеспечения против алжирских должностных лиц и граждан, а также журналистов и правозащитников во всем мире. Алжир решительно осуждает это недопустимое систематическое нарушение прав человека и основных свобод, которое также является грубым нарушением принципов и норм, регулирующих международные отношения. Эта незаконная, недобросовестная и опасная практика ставит под угрозу атмосферу доверия, которая должна руководить обменами и взаимодействиями между должностными лицами и представителями государств», — говорится в коммюнике алжирского внешнеполитического ведомства.

Вместе с тем, МИД уверяет, что это «посягательство не останется безнаказанным» и Алжир оставляет за собой право осуществлять свою «стратегию реагирования», поскольку «Любая безнаказанность явилась бы крайне пагубным прецедентом для мирных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с международным правом».

Наряду с этим АНДР выражает «готовность принять участие в любых международных усилиях, направленных на коллективное установление фактов и пролить свет на уровень и масштабы этих преступлений, которые угрожают международному миру и безопасности, а также безопасности человека».

На что же реально так резко вдруг возбудился алжирский МИД? На вброс со стороны «независимого общественного» объединения – Консорциума Forbidden Stories и правозащитной организации Amnesty International, согласно которому, по меньшей мере 6000 алжирских телефонных номеров, принадлежащих публичным персонам, включая членов политического и военного руководства, были определены как потенциальные цели программного обеспечения Pegasus, продаваемого израильской компанией NSO в период с 2017 по 2019 годы.

Во всяком случае, на них ссылаются растиражировавшие данное обвинение крупные французские газеты вроде Le Мond и Figaro.

Что же представляет собой «Консорциум Forbidden Stories»? Действительно достоверной информации известно о нем немного. По общеизвестным данным, он основан французскими журналистами с помощью прочих своих коллег, преимущественно западных, и существует на спонсорские пожертвования тех, кто будто бы заинтересован в получении самых «открытых данных».

А по неофициальным – служит «сливочной» для вброса французскими (а возможно и прочими) спецслужбами компромата на конкурентов и вообще на представителей нелояльных им сил.

Между тем, с точки зрения технических специалистов, крайне слабым остается доказательство непосредственного внедрения шпионских программ. Фактически журналисты приводят многочисленные байки о том, как после контактов с теми или иными марокканскими деятелями или действий, угрожающих интересам Рабата, телефоны тех или иных жертв оказывались заражены специальными вирусами.

О том, как технически работает вредоносное израильское программное обеспечение, пострадавшие распространяют страшные легенды. Дескать, коварный Pegasus позволяет проникнуть с телефона даже в ноутбук потенциальной жертвы, получая доступ ко всем находящимся там данным, позволяя даже подслушивать ее разговоры и постоянно шпионить за ней, удаленно активировав микрофон и камеру на его iPhone.

Реальных же доказательств того, что именно спецслужбы Марокко установили подобные программы своим жертвам на телефоны, не приводится.

Иными словами, речь идет о непроверенных обвинениях, которые могут оказаться «газетными утками» и вместо того, чтобы дождаться завершения начатого в этой связи во Франции расследования и не проведя соответствующие следственные действия у себя, алжирское руководство бросается громкими обвинениями по адресу влиятельного соседа.

Между тем, не все ясно в данной истории и с самим Алжиром. Так, 23 июля посол Алжира во Франции Мухаммед Антар Дауд подал иск во французские судебные органы на журналистское объединение «Репортеры без границ (RSF) «за клеветнические и ложные обвинения» как организации, «известной своим ненавистническим отношением к Алжиру», поскольку его представители упомянули 19 июля на своем официальном веб-сайте АНДР среди стран, владеющих программным обеспечением Pegasus, и использующих его для шпионажа против других стран».

По данным официального представителя АНДР в Париже «Алжир не обладает этим программным обеспечением и никоим образом и никогда не использовал его, а также не имел дело и не сотрудничал каким-либо образом со сторонами, владеющими этой технологией, в целях шпионажа, направленного на подрыв чести и репутации страны, уважающей международную законность».

По данным алжирских источников, RSF уже убрал соответствующее упоминание как ошибочное, хотя все это вызывает дополнительные вопросы относительно такой странной ошибки, равно как и истинных обстоятельств ее устранения.

Что же ожидать за этим дальнейшим витком обострения в двусторонних отношениях между государствами, которые уже воевали в современной истории? По мнению большинства алжирских военных и политических деятелей, тем самым Марокко сделало новый шаг в своей исторической враждебности к Алжиру, который, фактически, служит проявлением пока еще необъявленной официально войны.

Во всяком случае, с учетом укоренившейся среди алжирских лидеров национальной идеологии, сводящейся к тому, что «вокруг – враги», во что они явно верят сами, произошедшее вызвало у них приступ ярости.

Заметим, что произошло это буквально неделю спустя после того, как постоянный представитель Марокко при ООН распространил среди стран-членов Движения неприсоединения ноту с призывом поддержать «самоопределение кабильского народа», что вызвало негодование лидеров АНДР, охарактеризовавших это как «наивысшее проявление враждебности».

Соответственно, последний сигнал из Парижа должен не просто закрепить всплеск враждебных чувств в Алжире по отношению к Марокко, а подвигнуть его на нечто более серьезное.

С учетом того, что поведение Рабата квалифицируется в АНДР как выход «на поле дипломатического противостояния и де-факто объявления акта войны», ответ со стороны региональной сверхдержавы, которой себя считает Алжир, должен быть соответствующим.

Ведь в современном понимании произошедшее служит «кибервойной», ставшей сегодня 4-й ареной противостояния держав после суши, воздуха и моря. Эта война заключается не в уничтожении вражеских сил, а в навязывании своей воли врагу, и именно к этому, по мнению алжирской военно-политической элиты, и стремится Марокко, используя передовые технологии, продаваемые Израилем.

Заметим, что к этому королевство действительно могли подвигнуть недружественные алжирские действия в частности, по Западной Сахаре. Ведь «разморозка» этого конфликта произошла отнюдь не в ноябре 2020 года, когда там возобновились боевые действия.

Алжир, на содержании которого находятся западносахарские силы, готовился к этому все последние годы.

Впрочем, это является лишь одним из фронтов противостояния двух держав, претендующих на лидерство в регионе.

Показательно, что французские газеты, подхватившие эстафету шпиономании от указанных выше организаций, при этом подчеркивают все большую заинтересованность Марокко в дестабилизации Алжира.

В частности, они утверждают в его стремлении вернуть последний в политическую атмосферу, царившую в АНДР в начале 2019 года, когда в стране начались массовые протесты против выдвижения Абдельазиза Бутефлики на пятый президентский срок.

Из всего вышеописанного может сложиться вывод о возможности нового, более серьезного конфликта в регионе, выгодного третьим силам.

Но и это еще не все. Возникает вопрос, каким образом произошедшее отразится на дальнейших отношениях двух союзников, Марокко и Франции. Так, известно о намерении французских журналистов обратиться в суд с жалобами на действия Марокко, словно кто-то извне подталкивает их к тому, чтобы вбить клин между двумя союзниками.

Однако во французском случае, вероятно, вообще следовало бы «замять» весь негатив. Ведь если «копнуть» глубже те персоналии, телефоны которых якобы оказались заражены вредоносными израильскими программами, то они и сами на поверку оказываются отнюдь не невинными овечками по отношению к самому Марокко.

Возьмем одного из пострадавших, журналиста Эдви Пленеля, который в 2019 году прибыл по официальной легенде для участия «в культурном фестивале в Эс-Сувейре», а на деле, по данным алжирских же источников, занимался разведывательной и подрывной деятельностью в отношении королевства, отправившись в берберские районы страны и в частности, в Риф на севере страны, охваченные антиправительственными протестами, чтобы продемонстрировать им поддержку Парижа.

Или другие пострадавшие от «прослушки», супруги Клод Мангин и Наама Асфари. Последняя – известная сахарская сторонница независимости Западной Сахары.

Но и это еще не все. Например, члены руководства города Иври-сюр-Сен. Казалось бы, какой интерес могут представлять представители этого городишки для Марокко далекие от международной политики? Ан нет. Все они, видимо, решив все свои проблемы, решили установить связи с палестинскими организациями…

Неудивительно, что таких деятелей марокканские спецслужбы и их союзники действительно могли «взять на карандаш», как, впрочем, вероятно, действовали бы в такой ситуации и прочие их зарубежные коллеги.

Впрочем, очередное алжиро-марокканское обострение не является единственным относительно данного скандала. Центральным здесь все же служит наличие израильского «Пегаса». Которым, надо сказать, по версии французских газет, пользовались не только марокканцы (по их версии, благодаря израильтянам, они контролировали пятую часть «скомпрометированных телефонных номеров»), а еще 10 держав, среди которых заметно выделяется Саудовская Аравия.

Соответственно, при подобном раскладе негатив Парижа по отношению к своему союзнику Рабату может быть заметно смазан и перенесен на другие государства, включая Эр-Рияд. Но возможно, данный негатив в итоге будет обращен и против Израиля, откуда, по мнению ряда якобы пострадавших от «Пегаса», и исходила им основная угроза, а кто ее направлял из его нынешних союзников – Марокко, Саудовская Аравия или кто-то еще – не столь принципиально.

51.52MB | MySQL:101 | 0,329sec