О переговорах по иранской ядерной программе после избрания президентом ИРИ Э.Раиси

Франция и Германия настаивают на том, чтобы Иран «немедленно» вернулся к переговорам по ядерной программе, после того как новый высокопоставленный дипломат страны заявил, что зашедшие в тупик переговоры могут не возобновиться еще в течение двух-трех месяцев. Под руководством Европейского союза переговоры по ядерной программе начались в апреле и направлены на то, чтобы вернуть США к соглашению, подписанному в 2015 году (СВПД). Бывший президент США Дональд Трамп отказался от соглашения в 2018 году и начал вводить жесткие санкции в отношении Ирана. Переговоры были прерваны 20 июня, через два дня после победы ультраконсерватора Ибрагима Раиси на президентских выборах в Иране, и дата возобновления диалога пока не назначена. «Мы не стремимся сбежать из-за стола переговоров и … .. правительство считает, что реальные переговоры-это переговоры, которые дают ощутимые результаты, позволяющие гарантировать права иранской нации», — заявил министр иностранных дел ИРИ Хоссейн Амир-Абдоллахиян во время интервью, транслируемого во вторник вечером государственным телевидением. По его словам, переговоры в Вене являются «одним из вопросов внешней политики и повестки дня правительства». Но, добавил он, «другая сторона прекрасно знает, что для того, чтобы новое правительство утвердилось и начало принимать решения, требуется процесс продолжительностью от двух до трех месяцев». Франция и Германия 1 августа призвали Иран быстро вернуться к переговорам по ядерной программе, а Париж потребовал «немедленного» перезапуска на фоне опасений Запада по поводу расширения ядерной деятельности Тегерана. Министр иностранных дел Франции Жан-Ив Ле Дриан заявил своему недавно назначенному иранскому коллеге по телефону, что Тегерану необходимо срочно вернуться к переговорам, говорится в заявлении министерства. «Министр подчеркнул важность и срочность немедленного возобновления переговоров», — заявили в МИД Франции после беседы Ле Дриана и Амира-Абдоллахияна. Ле Дриан повторил свою озабоченность в связи со всей ядерной деятельностью, осуществляемой Ираном в нарушение СВПД 2015 года с мировыми державами. Иран постепенно выходит за рамки соглашения с тех пор, как Вашингтон отказался от него в 2018 году. Германия также усилила давление на Тегеран после того, как в докладе МАГАТЭ говорилось, что Иран ускорил обогащение урана почти до оружейного уровня. «Мы настоятельно просим Иран вернуться за стол переговоров конструктивно и как можно скорее. Мы готовы сделать это, но временное окно не будет открыто бесконечно», — заявил представитель министерства на брифинге. В прошлом месяце Франция, Германия и Великобритания выразили серьезную озабоченность в связи с сообщениями от Организации Объединенных Наций по наблюдению за ядерным процессом, подтверждающими, что Иран впервые произвел металлический уран, обогащенный до 20% чистоты и увеличил производственные мощности по производству урана, обогащенного до 60%. Иран отрицает, что стремится получить ядерное оружие. Сделка 2015 года предложила Ирану смягчение санкций Запада и ООН в обмен на жесткий контроль над его ядерной программой, контролируемой МАГАТЭ. В отместку за выход США из СВПД при президенте Д.Трампе три года назад и последующее введение им новых санкций Иран фактически отказался от большинства своих обязательств по сделке. Но преемник Трампа президент Джо Байден хочет вернуть Вашингтон в соглашение. В переговорах в Вене участвуют Иран и пять других оставшихся участников сделки — Великобритания, Китай, Франция, Германия и Россия. Соединенные Штаты также принимают участие в переговорах, но у них нет прямых контактов с Ираном. Э.Раиси стал президентом в начале августа, сменив умеренного Хасана Роухани, главного архитектора иранской стороны соглашения 2015 года. Правительство Раиси было приведено к присяге 26 августа после получения одобрения парламента. Ранее в июле два высокопоставленных иранских чиновника сообщили агентству Рейтер, что Раиси планирует занять «более жесткую линию» на переговорах. Означает ли это, что Тегеран блокирует переговоры окончательно, как говорят некоторые аналитики?  Рискнем предположить, что нет: иранцы просто поднимают ставки на переговорах. В то время как ожидалось, что новый президент Ирана откажется от дальнейших переговоров с Западом, Раиси выразил надежду на окончательное решение по ядерному противостоянию во время своей инаугурационной речи, в которой он заявил, что примет «любую инициативу», которая приведет к отмене санкций США. Главный вопрос здесь – санкции.  «Санкции против Ирана должны быть сняты, и мы поддержим любую дипломатическую инициативу, которая поможет достичь этой цели», — сказал Раиси в своем выступлении 5 августа. Однако вскоре стало ясно — благодаря его назначениям на ключевые должности и замечаниям, сделанным будущими членами его кабинета, — что новое правительство будет проводить жесткую линию на переговорах в Вене. Раиси назначил Хоссейна Амира-Абдоллахияна, убежденного антизападника, имеющего тесные связи с Корпусом стражей исламской революции (КСИР), ливанской «Хизбаллой» и другими силами, лояльными Исламской Республике в регионе, министром иностранных дел. Во время администрации Роухани Амир-Абдоллахиян занимал должность заместителя министра иностранных дел, но позже был уволен бывшим министром иностранных дел Мохаммадом  Джавадом Зарифом из-за его радикальных взглядов. «Даже если будут подписаны сотни СВПД, они не принесут пользы иранскому народу, если американские политики не прекратят свою больную тоталитарную привычку (стремиться к чрезмерным требованиям)»,- сказал Амир-Абдоллахиян в интервью 2020 года информационному агентству Tasnim, аффилированному с КСИР, назвав СВПД «большим уроком для современного мира». Ожидается, что такой же подход будет доминировать во внешней политике Ирана, по крайней мере, в ближайшие четыре года. Хуман Абеди, политический обозреватель и корреспондент государственного телеканала Press TV, заявил, что администрация Раиси «не проявит снисхождения в своем подходе к ядерной сделке и может даже принять некоторые более радикальные решения». Другими словами, Тегеран хочет выжать из ситуации (и Афганистан к этому их неожиданно простимулировал: на Востоке очень чутки к проявлению чужой слабости – авт.) максимум и в данном случае, чем дольше пауза, тем талантливей артист; главное не перебрать: а то подумают, что артист просто забыл текст.   Представитель иранских ядерных переговорщиков недавно сообщил агентству Рейтер, что администрация Раиси и новый министр иностранных дел страны «займут очень жесткую линию на переговорах [в Вене]», если Министерство иностранных дел останется ответственным за ядерное досье Ирана. В любом случае, политика страны в основном определяется аятоллой Али Хаменеи, и правительство практически не имеют права голоса, когда речь заходит о внешней политике Исламской Республики и ядерной повестке дня. «В то время как и нынешнее, и предыдущее правительства в Иране вооружены полной поддержкой верховного лидера [Хаменеи] в переговорах, правительство Раиси пользуется поддержкой парламента и [пользуется] хорошими отношениями с КСИР. Это означает, что любая достигнутая сделка будет иметь необходимые основания для предотвращения любых споров вокруг нее»,- сказал  Али Хашем, научный сотрудник проекта «Сектантство, доверенные лица и борьба с сектантством» (Sepad), базирующийся в Институте Ричардсона Университета Ланкастера. Между тем, первый вице-президент Ирана Мохаммад Мохбер 14 августа заявил, что он не надеется на следующий раунд переговоров. «Верховный лидер и президент делают большой акцент на [необходимости] снятия санкций, но маловероятно, что мы сможем достичь чего-либо [в ходе переговоров] с гегемонистскими державами», — сказал Мохбер на церемонии в Тегеране. Он подчеркнул, что Иран не будет строить планы по управлению страной в зависимости от снятия санкций, предполагая, что США не собираются отменять санкционные меры. Сина Тоосси, политический комментатор и научный сотрудник Национального ирано-американского совета (НИАС), сказала, что Раиси потребуется «по крайней мере, представление о том, что он получил от Америки больше уступок», чем Иран первоначально получил в июне, чтобы продвигаться вперед в переговорах. Это может быть в форме расширения ядерной программы и сокращения времени перехода Ирана к ядерному оружию, как способ усилить давление на переговорные рычаги США и Ирана. Собственно это ровно то, что мы и сейчас и наблюдаем.  Независимо от того, как администрация Раиси будет вести переговоры, Хаменеи ясно дал понять, что никакая сделка не состоится без отмены США всех санкций и подтверждения этого Ираном. Уходящий министр иностранных дел Мохаммад Джавад Зариф заявил ранее в этом году, что решение Вашингтона о повторном введении санкций в отношении Тегерана нанесло экономике ущерб в размере около 1 трлн долларов. Таким образом, этот вопрос приоритетный для Тегерана. Санкции, которые не были ослаблены во время пандемии коронавируса, повысили стоимость жизни для обычных людей, подняв цены на товары повседневного спроса, включая продукты питания и лекарства. Тоосси сказала, что у Ирана также было «разумное требование», чтобы США дали какие-то гарантии не выходить из сделки снова, как это было при Трампе. «Неясно, как далеко зайдет администрация Байдена, чтобы гарантировать, что Иран получит долгосрочные экономические выгоды от этой сделки. Но если Иран продолжит эскалацию на данном этапе, это рискует развиться по опасной спирали, которая ослабит дипломатическую позицию Байдена по отношению к ястребам в Конгрессе и сделает [возможность] военного конфликта более вероятной»,- добавила она. При этом никакие закулисные переговоры между Вашингтоном и Тегераном, как это предполагали некоторые аналитики, в настоящее время не идут.

 

52.53MB | MySQL:104 | 0,255sec