Социальная защита в Мавритании на фоне борьбы с бедностью и сохраняющихся рисков

Вопросы актуальной мавританской экономики – в первую очередь, состояние борьбы с бедностью и международное содействие хозяйственным преобразованиям в Мавритании – были обсуждены в Нуакшоте, где в начале декабря 2009 года побывала миссия МВФ. Эти темы рассматривались в рамках новой трехлетней стратегии, предусматривающей резкие позитивные изменения в жизни мавританского общества. Участники миссии провели переговоры с членами кабмина страны во главе с премьер-министром Мулайе ульд Мохамедом Лагдафом (Moulaye Ould Mohamed Laghdhaf). Шефы финансового сектора (министр финансов и управляющий Центральным банком), а также главы ведомств, отвечающие за решение экономических вопросов, развития, члены парламента, представители дипломатических и деловых кругов имели возможность обменяться мнениями относительно актуальных тенденций и вызовов.

Члены миссии МВФ разделили озабоченность мавританских политиков и бизнесменов по поводу падения цен на железной руды, основной экспортный товар Мавритании, что особенно проблематично для состояния ВВП беднейшей страны Северной Африки в период кризиса. Эта тенденция в сочетании с замедлением объемов добычи нефти привела к снижению доходов и относительно высокому дефициту бюджета. Данный процесс отрицательно сказался на валютных резервах Центрального банка Мавритании. Миссия и власти разделяют мнение, что эти проблемы следует решать в рамках финансовой консолидации усилий, разумной денежно-кредитной политики, ускоряя процесс структурных реформ, особенно в управлении государственными финансами. Мавританское правительства и миссии МВФ подписали пакет соглашений о предстоящих в 2010-2012 годах макроэкономических и структурных программах. Согласно этим документам в среднесрочной перспективе рост ВВП в ненефтяном секторе экономики должен составлять 5%, причем в 2010-м – уже 5,2%, а удерживаемый уровень инфляции не будет превышать 4%.

Приезд миссии МВФ в Мавританию обозначает тревогу мирового сообщества по поводу реформирования общественно-хозяйственного облика Мавритании. Известно, что в числе основных проблем на этом непростом пути остаются такие препятствия, как нехватка человеческих и финансовых ресурсов, низкий образовательный уровень руководства общин, отсутствие четкого разделения ответственности между государством и муниципалитетами, недостаточный административный и технический потенциал. Это особенно ощущается на фоне быстрой урбанизации и возрастающего спроса на основные социальные услуги. Поэтому стратегические программы в Мавритании, в том числе и децентрализация, носят характер лишь весьма ограниченных достижений, отмечают исследователи гамбургского центра GIGA, занимающиеся в том числе проблемами Ближнего Востока и Северной Африки.

Достижения далеко не полностью коснулись главных проблем Мавритании — экономического развития и сокращения уровня бедности. Мавритания является одной из беднейших стран в мире. На душу населения здесь приходится 755 евро в год (2008, данные приведены в сентябре 2009 года на сайте МИДа ФРГ). Это выше, чем у южного и восточного соседей:в Сенегале 700 евро, в Мали 462, но вдвое ниже, чем у собратьев по Магрибу в Марокко 1470 евро и почти в пять раз ниже, чем в Алжире 5097 долларов). Однако неофициальный показатель мавританской нищеты – голод, ставший стабильной гуманитарной катастрофой.

Именно голодом объяснили свое участие в наркотрафике захваченные в плен 28 февраля с.г. 20 граждан Мавритании. Они сдались армейцам после ожесточенного боя близ деревни Лемверба, когда перевозили 5 тонн кокаина. В группе – члены террористических формирований, вооруженные пулеметами калибра 14,5 мм. и 12,7 мм. и автоматами Калашникова и сопровождавшие ценный груз на шести автомобилях «Тойота». Первый же допрос пленных показал, что мавританцы занимались смертельным промыслом исключительно для того, чтобы спасти свои семьи от голода.

Безысходность особенно ощущается в медицинском центре Дар-Наим, расположенном в окрестностях Нуакшота. Его сложно назвать исключительно лечебным учреждением, поскольку подавляющее большинство его юных пациентов – дети, регулярно страдающие от голода. В сельских регионах, где есть сезонность возделывания зерновых культур, их значительно меньше. В сельской местности при обилии различных причин недоедания хотя бы есть домашний скот и сопутствующие продукты, объясняет Мохамед Мустафа Кане, глава службы питания министерства здравоохранения Мавритании. В столице голод — явление практически круглогодичное.

Это отмечалось в докладе ЮНИСЕФ, специалисты которого провели последнее обследование в июле 2009 года. Оно показало, что три региона страны (юго-восток, юг и центр) имели самые высокие темпы глобального острого недоедания. Причем, в центральных районах этот показатель составлял 19,2 процента, что намного превышает критический порог в 15 процентов, установленный Всемирной организации здравоохранения. У мавританцев одна надежда – в столице должно быть лучше. Поэтому в медицинский центр Дар-Наим прибывают целыми семьями, и врачи вынуждены вести отбор наиболее нуждающихся в питании. Как правило, это крайне истощенные малыши и матери, кормящие грудью. В стране сохраняется высокая смертность среди младенцев. Прежде всего, в результате отсутствия пищи у матерей. Центр, сам испытывающий дефицит финансов, констатирует ухудшение проблемы: в 2008 году была обозначена тенденция повышения мировых цен на продовольствие. Оно коснулось , прежде всего, беднейших стран, к которым относится Мавритания: стоимость литра молока за последние пять лет, начиная с 2004 года, поднялась в Мавритании в 2-2,5 раза. Сегодня среднемесячная заработная плата в стране равносильна покупке 25 литров молока, в стране где традиционно высокое его потребление, как среди детей, так среди взрослых.

Отсутствие доступа к элементарным продуктам – один из показателей социально-психологического положения в мавританском обществе, указывает эксперт Мохамед Салек ульд Брахим (Mohamed Saleck Ould Brahim). Мавританское правительство по мере возможностей старается поддерживать такие социальные группы, как молодежь, женщины, кочевое и оседлое сельское население, рабы и бывшие в рабстве, мавританские беженцы из числа африканцев. Особенности поддержки основаны, таким образом, на различных факторах: возраст, пол, социальное происхождение, образ жизни и мышления.

К примеру, что касается молодежи, принимается во внимание факт наличия в стране 40-процентной доли населения до 18 лет и 70-процентной доли – в возрасте до 30 лет. Отсюда напряженная ситуация с предоставлением ей возможности учиться, неустойчивое положение на рынке труда, где господствует режим временной занятости. Хотя в стране принята «Стратегия государственной молодежной политики (2004-2010)», изменения в этой сфере пока незначительны. По мнению экспертов, положение способно нормализоваться лишь тогда, когда произойдут существенные изменения в землепользовании.

Следующая группа — женщины, составляющие на протяжении последних десяти лет от 50 до 54% мавританского населения. Они получили в последние годы больше возможностей обрести начальное образование. Так, в 2009 году девочки составляли уже 51% учащихся начальной школы (в 2000-м – 48%), а процент грамотности в этой социальной группе составлял уже 54% (в 2000-м -52%, тогда как в 1988-м — 31%). Таким образом, гендерный разрыв значительно сократился. Это обусловило больший доступ к средствам массовой информации, простимулировало мотивацию к продолжению образования.

Важная роль отводится в социальных программах положению сельских тружеников – скотоводов и земледельцев. Сельские труженики содержат крупный рогатый скот, верблюдов, овец и коз, ослов и лошадей. Главными культурами являются просо, сорго, рис, бобовые, сладкий картофель и кукуруза. Благодаря производству таких продуктов, как ячмень, финики, овощи, относительно небольшое число мелких фермеров продолжают существовать в оазисных регионах Адрар и Тагант. Однако большая часть крестьян работают в экстремальных условиях, поскольку их ежедневный быт – непрекращающаяся борьба с последствиями засухи, прежде всего, с опустыниванием земель. Природные катаклизмы ведут к отсутствию прогнозирования в краткой и среднесрочной перспективе, однако и существующее положение достаточно красноречиво свидетельствует о том, что процесс обнищания сельского населения идет более быстрыми темпами, чем ранее предполагалось. Состояние пахотных и орошаемых земель, как и пастбищных угодий стремительно ухудшается. В феврале 2007 года был принят еще один документ – национальный план действий в защиту окружающей среды и устойчивого развития (Plan d’Action National pour l’Environnement et le Developpement Durable, сокр.PANE), основными направлениями которого являются подготовка экологов-профессионалов и передача ответственности за состояние окружающей среды и природные ресурсы сельским общинам.

Есть еще одна, кроме маловодья, сохраняющаяся угроза для развития сельского хозяйства. Нередко нашествие саранчи уничтожает основную часть выращенного урожая. В условиях опустынивания, вызванного периодами жестоких засух, поразившими Мавританию в последние годы, исключительно важное значение придается сохранению плодородных земель, где хотя и выращивается лишь четверть требуемой продукции, однако стремительно сокращающихся и истощающихся. Именно эти пригодные для хозяйствования пространства выбирает для обитания и размножения главный враг и без того довольно скудных оазисов Мавритании – саранча. Напомним, что она не только уничтожает урожаи, но и является переносчиком чумы и других смертельных болезней. В 2008-2009 гг. от 15 до 17 специальных команд из центра по борьбе с саранчей (National Locust Centre) принимали участие в операциях по обследованию сельхозугодий и уничтожению потомства саранчи. Только в течение пяти недель в начале осени 2009 года (операции проводят до наступления проливных дождей, обычно до декабря) были освобождены от сельхозвредителей 2,1 тыс. гектаров на западе страны. Эта часть страны была выбрана не случайно. Отследив передвижение стай, местные экологи и эпидемиологи установили, что трагедии обычно начинаются на западе, где традиционно обитает саранча и откуда она передвигается в течение зимы на север и юг страны. Дальнейшие недели осени-зимы 2009-2010 гг. были не менее продуктивны. В результате ареал обитания саранчи значительно сужен, и есть надежда, что в Мавритании не повторится вспышка чумы в 2004-2005 годах.

Общая стратегия развития сельских районов до 2015 года основывается на таких руководящих принципах, как реальный рост уровня жизни бедных слоев населения; развитие человеческих ресурсов и повышение уровня предоставления основных социальных услуг; содействие институциональному развитию и эффективному управлению; подъем сельскохозяйственного производства и основных видов продукции; диверсификация и повышение качества сельхозпродукции за счет расширения доступа сельчан к средствам производства и к базе сельскохозяйственных услуг. Однако названные принципы в условиях Мавритании – не более, чем декларация. Реальное положение остается, в сущности, неизменным.

Одна из наиболее проблемных групп в Мавритании — рабы и бывшие рабы. Рабство и его последствия являются в стране запретной темой, поэтому широкой информационной базы о явлении нет. Неизвестно, насколько широко простирается этот феномен в группах населения африканского происхождения. Эксперты предполагают, что харатины, как бывшие рабы или их потомки, составляют почти половину мавританского населения. Поясним, что харатины, называемые также «черными маврами», на самом деле не всегда или бывшие рабы или потомков рабов, поскольку существуют и так называемые «белые мавры», которые говорят на арабском языке. В течение последних 5-7 лет в силу интереса к данному феномену международной общественности существует тревога и заинтересованность вокруг статуса и условий жизни этих маргинальной группы. Эксперты, исследующие явление, насчитывают сегодня, по неофициальным, разумеется, источникам, 300 тыс. рабов, то есть не наемных работников, какими пытается представить их мавританская власть. В том числе 90 тысяч мавританцев черноафриканского происхождения.

Если рабство в Мавритании безвозвратно ушло в прошлое, на чем настаивает официальный Нуакшот, то это в реальности совсем не означает, что оно имеет тенденцию к снижению. Скорее всего, речь идет о довольно постоянной в течение ряда лет численности бесправных жителей Мавритании. По этой причине разговор о демократических преобразованиях в стране может быть сведен на нет. Правительство объясняет наличие феномена фактором засухи и другими экологическими причинами, которые побуждают «добровольно» уходить в хозяйственную зависимость отцов семейств, которым нечем кормить детей. Формально рабство в стране было отменено уже не однажды. Только на протяжении минувшего столетия это происходило трижды: в 1905 году — колониальными властями, в 1961 году — Конституцией, провозгласившей равенство всех перед законом, и, наконец, в 1981 году — указом правительства № 81-234 от 9 ноября. Многократная отмена рабства в Мавритании сама по себе говорит либо о невнятности закона, либо о том, что ему не желают подчиняться. Феномен стал важным козырем в спорах различных политических группировок. Бывшие рабы и их потомки из мусульманских общин и среди черного африканского населения Мавритании до сих пор находятся в невыгодном положении, которое выражается в ограничении их доступа к образованию, здравоохранению, информации, гражданской службе, что порождает массу проблем и определенным образом электризует эту социальную прослойку.

Ее интересы в обществе представляла основанная 5 марта 1978 года организация El Hor (al-hurr, «свободный человек»). В связи с тем, что движение приобрело большую популярность, обозначив тем самым двусмысленное положение мавританских властей, продолжающих отрицать рабство как явление, последние практиковали политику «кнута и пряника». Так, время от времени происходили аресты некоторых активистов движения, тогда как другим, в обмен на лояльность, могли предлагаться министерские посты. Позднее название El Hor было заменено другим, еще более выразительным, — SOS-Sklaven («Спасите души рабов»). Это побудило правительство приступить к разработке проектов развития, касающихся харатинов.

Во время своего пребывания в должности (март 2007- август 2008) президент Сиди Мохамед ульд Шейх Абделлахи в своих речах подтверждал государственные обязательства по отношению к рабам. Он отмечал, что они являются жертвами «темных страниц прошлого» Мавритании, от имени республики выражал свое сожаление и обещал ликвидировать последствия рабских времен. В этой связи был принят (четвертый по счету) закон 2007-048 от 3 сентября 2007 года, которые впервые объявил рабство преступлением, содеявшего его – преступником, который подлежит соответствующему наказанию. Однако и этого оказалось недостаточно. Организации, защищающие права бывших рабов, направили настоятельные просьбы правительству о принятии дополнительных мер для обеспечения того, чтобы закон вступил в силу и начал, наконец, работать. Реальный ответ состоялся 23 ноября 2007 года, когда мавританский министр финансов объявил о выделении 19 млн евро на программы по социальной интеграции бывших рабов.

Мавританские беженцы черноафриканского происхождения являются порождением социальной неустойчивости в стране на протяжении нескольких десятилетий. В частности, речь идет о судьбе 24 тыс. черноафриканских мавританцев, которых «белые» (этнические группы арабского происхождения, исповедующие ислам) вынудили бежать в Сенегал. На протяжении многих лет их возвращение в Мавританию представляло сложную проблему, пока обе страны при участии и содействии Верховного комиссара по проблемам беженцев Организации Объединенных Наций не подписали 12 ноября 2007 года в Нуакшоте соответствующее соглашение, определившее правовую основу для репатриации. При президенте Сиди Мохаммеде ульд Шейхе Абделлахи вопрос на этом 400-километровом приграничном отрезке и прилегающем к нему регионе (территориально это десятая часть страны) был, наконец, закрыт. В самом деле, после официального сожаления по поводу событий последовали конкретные действия. 2 января 2008 года было основано национальное агентство по репатриации (Agence Nationale pour la Reinsertion des Refugies, сокр.ANAIR) и был утвержден бюджет в размере 5,5 млн евро. Уже через несколько недель, 29 января 2008 года в рамках первой квоты группа беженцев возвратилась в Мавританию и получила земельные наделы, деньги, оборудование и скот для нового старта.

Из всего спектра актуальных проблем по социальной защите немецкие эксперты выделяют несколько, наиболее существенных.

1. Вызывает тревогу аспект социологического риска. Мавританское общество по этническому признаку базируется на основе племенных критериев. В отдельных департаментах в структуры местных органов власти вместо широкого этнопредставительства де-факто выбирают представителей по принципу племенной идентичности. Крепко развитая и традиционно закрепленная социальная иерархия изначально имеет тенденцию к исключению определенных групп из общественной жизни, что особенно заметно среди беднейших слоев, пытающихся соперничать с политическими элитными кланами. Используя экономические рычаги влияния местные элиты, обладающие возможностью выдвижения традиционных лидеров, обеспечивают собственное господство и продвижение собственных интересов за счет ущемления интересов неимущих. Таким образом, затрудняется реализация принципа по включению в политические процессы широких масс населения, осложненное к тому же объективными причинами. Одна из них, к примеру, географическая обширность территории, в которой отдельные группы населения являются, по существу, разрозненными и изолированными, другая причина — низкий уровень образования населения.

2. Социальное недовольство отсутствием результатов реформирования приводит к тому, что в ряде районов Мавритании создаются благоприятные условия для действий экстремистских групп. На севере Мавритании такие вилайеты, как Тириз Цеммур, Даклет Нуадхибоу, Адрар и на значительной территории Инчири традиционно ориентируются на Марокко и Алжир, и если названные пространства еще не стали раем для «Аль-Каиды», то, как отмечают эксперты из Гамбурга, то это, как говорится, вопрос недалекого будущего.

3. По-прежнему высоки геополитические риски. В Мавритании вполне вероятен всплеск сепаратистских настроений в связи с активностью подобных движений. Активность объясняется неэффективностью управленческих структур в органах местной власти, не способных осуществлять проекты развития, в том числе и фактическую децентрализацию, провозглашенную официальным Нуакшотом. Это повышает в каждом из регионов страны угрозу нарушения хрупкой территориальной целостности страны. В вилайете Тириз Цеммур практически все основные государственные функции на ближайшие десятилетия присвоила себе горнодобывающая компания Societe Nationale Industrielle et Miniere, принадлежащая индийскому собственнику Arcelor Mittal, что в перспективе означает ускорение распада страны и отделение Северной Мавритании, в первую очередь, региона Тириз под покровительство Марокко и Алжира. Серьезные риски существуют и на юге страны, где в знак недовольства действиями местных властей голодающие жители нередко поднимают над зданием муниципальных органов государственный флаг Мали. Существует опасность подобных территориальных и политических потрясений и в относительно благополучном регионе на юге страны, в долине реки Сенегал, где традиционно сильны связи с Сенегалом.

4.Финансовые риски. Следует помнить, подчеркивают немецкие эксперты, что процесс децентрализации в Мавритании, который считается национальной программой, проходит в контексте деятельности местных налоговых служб. Финансовое положение местных властей, мягко говоря, неважное: на фоне тотальной безработицы и нищеты отсутствуют ресурсы, которые могли бы облагаться налогом, а это, в свою очередь, невозможно без появления новых источников дохода. Классическая позиция «замкнутого круга» пока не находит решения. Фонд регионального развития Мавритании оправдывается тем, что он передает полномочия центральных властей муниципальным органам, стало быть, это задача – местного характера. По существу, это означает, что население на местах само должно заботиться о собственном благополучии, что в ряде случае ведет к анархическим и отчаянным мерам.

28.41MB | MySQL:67 | 0,684sec