Турция: обострение турецко-кудских межэтнических отношений

Погромы курдов в Дортийоле (провинция Хатай) и Инеголе (провинция Бурса) стали, пожалуй, одной из главных тем последних дней июля – начала августа в Турции.

Два года назад после погромов курдов турецкими ультранационалистами в городе Алтынова (провинция) Балыкесир сайт ИБВ уже писал о возникновении в Турции новой реальности в межнациональных отношениях между двумя крупнейшими этносами Турции – турками и курдами. С тех пор ситуация лишь ухудшилась.

С начала 2000-х годов, особенно с середины первого десятилетия XXI века, наблюдается поляризация этнических турок и курдов. За пределами Турецкого Курдистана нередко происходят столкновения между турками и курдами на этнической почве, точнее массовые погромы курдов.

Массовые погромы курдов в Турции стали реальностью. Регулярно стали наблюдаться нападения на курдов и их линчевание в самых различных городах и районах Турции. Термин «линчевание» уже прочно вошёл в лексикон турецких и курдских СМИ. В последних в связи с регулярными нападениями на курдов тема погромов и линчевания стала одной из важнейших тем.

Напомним, погромы курдов гражданским турецким населением резко увеличились после 2005 года. В марте 2005 г. во время празднования курдского праздника Науроз шестеро курдских подростков (из очень бедных курдских семей, мигрировавших в Мерсин) от 11 до 17 лет сожгли турецкий флаг. Генштаб Турции распространил тогда жёсткое заявление, которое многими было воспринято в качестве сигнала для антикурдских действий. Похожие заявления делали и тогдашний президент Турции А.Сезер и представители правительства. В турецких СМИ была развёрнута мощная антикурдская кампания. По всей Турции стали усиливаться турецкие националистические настроения, направленные в первую очередь против курдов. В средствах массовой информации нередко можно было прочитать (услышать), что курды «оккупировали» Средиземноморье.

Фактически этот инцидент положил начало долгосрочному процессу планомерного роста ультранационалистических настроений среди турок. Через год были организованы многотысячные митинги в поддержку флага, в которых большую роль играли, как потом выяснилось, турецкие военнослужащие. Эти демонстрации превращались в антикурдские мероприятия. Курдские политики считали, что сожжение флага является провокацией. И действительно, как выяснилось в ходе расследования по турецкому «процессу века» – Эргенекон, связанному с арестами и обвинениями высокопоставленных турецких военных, представителей правоохранительных органов, журналистов и т.д., сожжение турецкого флага в Мерсине являлось провокацией турецких ультранационалистов. Последние планировали таким образом спровоцировать широкомасштабные антикурдские действия и погромы. И это им удалось.

Сразу же поcле инцидента с флагом турецкая правонационалистически настроенная молодёжь осуществила погромы в Мерсине. Погромы курдов турками и столкновения с этнической подоплёкой начали происходить и в других районах. Нападения турецких ультранационалистов на курдов происходили не только на территории Турции, но и в Турецкой Республике Северного Кипра.

Как писали курдские обозреватели, после провокации с сожжением флага «ветер фашизма», начавший дуть в Мерсине, распространился на многие города и районы Турции, выразившись в линчеваниях курдов и нападениях на них. В 2005–2010 гг. турецкими ультранационалистами были осуществлены десятки нападений и погромов.

Нередко нападения на курдов маскировуются под видом атак на представителей политических партий, считающихся близкими к Партии рабочих Курдистана (ПДО, ПМД). Однако в основном объектами нападений турецких националистов являются курды, которые не имеют никакого отношения к политике. Поводом для атак, как правило, становятся беседа на курдском языке между курдами, пение на курдском языке, прослушивание курдской музыки или просмотр курдского телевидения, ссора детей, репортаж курдского журналиста, отношения между курдскими юношами и турецкими девушками.

Примечательно, что даже афиши, в которых (наряду с другими языками) имеются и на курдском языке, становятся мишенью ультранационалистов. Представляется, что эти действия полностью согласуются с политикой властей, которые не просто против употребления курдского языка за пределами бытового общения, но и регулярно возбуждают против курдов, использующих курдский язык за пределами семейного общения уголовные дела.

Нападения на курдов осуществляются, как правило, без всякого повода. Точнее – единственным поводом является курдское происхождение. В линчевании курдов зачастую задействованы их соседи-турки, с которыми до погромов у курдов не наблюдалось проблем. Турецко-курдская межэтническая напряжённость стала реальностью. Нередко обычный спор молодых людей превращается в ожесточённую битву, в межэтнический конфликт, после того, как турки узнаю?т, что их оппоненты являются курдами.

Во время обострения политической ситуации, роста числа боевых столкновений между отрядами ПРК и турецкой армией и агрессивных высказываний в адрес курдов турецкого руководства, а также в преддверии событий, имеющих символическое значение для курдов, происходит увеличение количества погромов курдов. Так, в преддверии Науроза 2008 г. во многих турецких вузах (в Анталье, Афьоне, Сивасе, Анкаре и др. городах) прокатилась волна насилия в отношении курдских студентов. Подобные ситуации наблюдались также и в октябре – ноябре 2007 г., в ноябре 2008 г., когда в очередной раз происходило резкое обострение обстановки в Турецком Курдистане, и премьер-министр Р.-Т. Эрдоган делал антикурдские заявления. Тогда по Турции прокатилась волна нападений на курдов.

Курды подвергаются также серьёзному психологическому давлению, регулярно получают угрозы и т.п. Значительная часть курдского населения испытывает страх.

В погромах курдов участвуют тысячи людей. Так, во время погромов курдов в Чанаккале в ноябре 2009 г. в нападениях участвовали 2,5 тыс. человек. В них активно участвуют и женщины (турчанки). Нападения националистов на курдов не стихийны, а хорошо организованы.

Примечательно, что особенно активны в погромах отуреченные выходцы из Кавказа и Балкан, занявшие места и дома евреев, армян и цыган. Поэтому для легитимизации своего положения, считает турецкий социолог Ахмет Озер, они более всего декларируют, что являются «турками».

Для осуществления погромов, как правило, легко организуются провокации. Кроме того, необходимо учитывать последствия почти вековой антикурдской государственной пропаганды среди турок, когда всё курдское и курды представляются отсталым, криминальным, негативным, несущим угрозы и т.п.

Спустя минуты после провокаций начинаются организованные погромы курдов и массовые выступления местного населения с уже готовыми транспарантами и лозунгами, требующими от курдов «убраться к себе домой». На баннерах очень часто встречаются лозунги, осуждающие ПРК и «террористов», вне зависимости от того, поддерживают ли местные курды или выступают против политики этой партии. По нашим оценкам, ПРК поддерживают от четверти до трети этнических курдов. Остальная часть курдов либо не поддерживает ПРК, относясь к ней нейтрально, либо выступает против этой партии.

Сегодня уже в какой-то степени можно говорить о межэтническом конфликте между турками и курдами. Известный российский этнолог В.А.Тишков определяет межэтнический конфликт как любую форму «гражданского, политического или вооруженного противоборства, в котором стороны, или одна из сторон, мобилизуются, действуют или страдают по признаку этнических различий».

Курды уверены, что власти поддерживают погромщиков. Правоохранительные органы всегда запаздывают, и появляются уже после осуществления погромов. Курды не верят в способность правоохранительных органов поддерживать правопорядок. В лучшем случае турецкая полиция советует курдам, которые обращаются в правоохранительные органы с жалобой на угрозы и нападения со стороны ультранационалистов, «не выходить из дома». Курды утверждают, что полиция и местные власти (в случае студентов – администрация вузов) закрывают глаза на нападения ультранационалистов на курдов, даже заранее имея информацию об этом. На обращения пострадавших от турецких ультранационалистов курдов в полицию сотрудники правоохранительных органов реагируют заявлениями, что «приезжащие с Востока (Курдистана. – Н.М.) лишь создают проблемы», и даже не думают предпринимать какие-либо действия против нападавших. Нередко полицейские открыто заявляют курдам, что жаловаться в полицию на ультранационалистов бесполезно.

Курды утверждают, что правоохранительные органы не просто закрывают глаза на нападения турецких ультранационалистов на курдов, но и поддерживают тех, кто осуществляет погромы. Имеются случаи нападения на курдов, выражающих свою курдскую идентичность, и даже убийства со стороны полицейских. Сотрудники правоохранительных органов участвуют в атаках на курдов и совместно с населением.

Курды считают, что антикурдский характер правоохранительных органов подтверждает и то обстоятельство, что в то время, если в отношении курдов полиция применяет силу даже лишь за заявления, то ультранационалисты чувствуют себя весьма вольготно даже при осуществлении массового насилия.

В ряде районов, где курды составляют большинство, они, не надеясь на правоохранительные органы, даже организовывали круглосуточное дежурство, а в Дортийоле устраивали баррикады.

Объектами нападений являются и трудовые мигранты – курды, временно выехавшие связи с поисками работы. Нападения ультранационалистов на курдов были осуществлены в Балыкесире, в Анкаре, Испарте, Гюмюшхане, Гиресуне, Орду, Бурсе и во многих других районах. Нападения на рабочих-курдов (опять-таки в основном за разговоры между собой на курдском языке и/или курдскую музыку) стали широко распространёнными. Попытки курдских рабочих заявить о своих трудовых правах также приводят к оскорблениям по этническому признаку и угрозам или нападениям.

Даже обычные рабочие-курды, подвергаются различным видам дискриминации по этническому признаку. Так, курдов увольняют за их этническую принадлежность. Примечательно, что нередко правоохранительные органы оказывают даже давление на работодателей, чтобы уволить курдов. Так, в июне 2010 г. в районе Изиклер (провинция Ризе) были уволены 37 курдских рабочих (выходцев из провинции Диярбакыр), работавших на строительстве электростанции. Как утверждали курды, после того, как на объекте несколько раз появились полицейские, курдов, не получавших до этого никаких нареканий в отношении работы, как со стороны руководства, так и коллег, уволили. Курдских рабочих обвинили в том, что они якобы из своей заработной платы ежемесячно оказывают материальную поддержку ПРК. Однако никаких доказательств этого представлено не было. Поэтому в итоге курдских рабочим было заявлено, что они уволены в связи с тем, что «невозможно обеспечить их безопасность». Рабочие были вынуждены вернуться в Диярбакыр.

Кроме того, заработная плата курдов (а также грузин и цыган) существенно меньше оплаты труда других граждан Турции. Научные сотрудники Университета Богазичи Дениз Пелек и Дениз Дуруиз провели исследования сезонных рабочих и работников-мигрантов в Турции, бо?льшая часть которых является выходцами из Юго-Восточной и Восточной Анатолии, т.е. курдами, которые мигрируют для работы на Черноморское и Средиземноморское побережья, а также в крупные города Турции. Д.Пелек и Д.Дуруиз изучали положение сезонных рабочих в Анкаре, черноморской провинции Орду и провинции Маниса в Западной Турции. Они особо отмечали, что, кроме проблем, связанных с безопасностью, транспортировкой, здравоохранением и жильём, сезонные рабочие (т.е. в основном курды) сталкиваются с «этнической дискриминацией». Так, Д.Пелек указывал, что в той провинции, где он проводил исследование, курдские рабочие получали 23 лиры в день, грузины 22 лиры, а другие граждане Турции – 35 лир. В регионе, где исследование проводил Д.Дуруиз, курды и цыгане получали меньше других граждан Турции также на 10-12 лир в день. При этом курды и цыгане жили в палатках, в то время как туркам работодатели выделяют жильё. В Причерноморье на сборе фундука курды получают до 18 лир, в то время как турки – 25 лир. Курдские сезонные рабочие живут нередко в условиях, которые хуже, чем в ряде беднейших стран Африки.

В ряде регионов Турции уже стали ограничивать приток трудовых мигрантов курдского происхождения, которых считают «потенциальными террористами».

Высокий уровень межэтнического отчуждения подтверждает и поведение турок различных профессий. Так, например, курды подвергаются дискриминации со стороны медицинского персонала. Имеются случаи отказа врачами в медицинской помощи курдам именно по этническому принципу. Незнание курдами турецкого языка также становится причиной отказа в медицинской помощи. Персонал больниц нападает на пациентов-курдов за разговоры по телефону на курдском языке. Обращения курдов в больницы после нападений на них ультранационалистов, вызывает нередко лишь раздражение турецких врачей, считающих, что «приезжающие с Востока (Курдистана. – Н.М.) лишь создают проблемы, и провоцируют конфликты».

Некоторые турки стали отказываться вступать с курдами в экономические отношения, не желая предоставлять услуги и получать доходы от курдов. Имеются ввиду таксисты, не желающие везти курдов (но с радостью готовых везти не только турок, но и иностранцев), владельцы недвижимости, отказывающиеся сдавать внаём жильё курдам, портные, не желающие принимать заказов от курдов.

Курды оказываются в сложнейшей ситуации. С одной стороны, они были вынуждены переселяться на запад страны, с другой, там подвергаются сильному давлению по этническому признаку.

Важным (а, возможно, и определяющими) фактором являются и экономические мотивы погромов курдов: конкуренция курдских работников, увеличивающих предложение рабочей силы, Что, соответственно, дает возможность для работодателя снижать заработную плату; богатство некоторых курдов, их успешный бизнес и т.п. Нередко работодатели возмущаются желанием курдских рабочих отстаивать свои права, провоцируя антикурдские настроения. Во многих районах, курды прибыв туда 10–20 лет назад занимают более лучшие экономические позиции, чем турки. Хотя множество курдов находится в весьма сложном положении.

Нападения на курдов происходят и после потерь турецкой армии в ходе боев с ПРК. В тех районах, выходцы из которых погибают в ходе операций ПРК, мстят тамошним курдам.

Курдские политики и интеллектуалы весьма обеспокоены межэтническими столкновениями, считая, что, если власти не остановят ультранационалистов, Турция превратиться в Балканы. Беспокойство высказывают и турецкие СМИ.

Однако центральные власти страны практически не предпринимают никаких действий против ультранационалистов. Правительство ПСР понимает, что подобные действия приведут к спаду её популярности. Поэтому курдские политики считают, что антикурдские выступления увеличиваются с одобрения властей и благодаря высказываниям премьер-министра Р.-Т.Эрдогана. Линчеванию стали подвергаться и цыгане. Курдские политики и СМИ считали, что погромы цыган обусловлены политикой властей страны, и являются продолжением тех погромов, которые осуществлялись в отношении курдов.

Объявление в 2009 г. «демократической инициативы», оказавшейся на поверку очередным демагогией Эрдогана, не снизило накал межэтнической напряжённости. Особенно высокий её уровень наблюдался в 2009–2010 гг. на эгейском побережье (в провинциях Измир, Балыкесир, Маниса, Мугла, Денизли), в мраморноморском регионе, Стамбуле. Однако в целом антикурдские настроения распространены по всей Турции.

Происходили нападения на этнической почве и на известных курдских политиков. Так, 12 апреля 2010 г. турецким ультранационалистом было совершено нападение на бывшего главу ПДО и члена парламента Турции Ахмета Тюрка. В результате Ахмету Тюрку, который считается, одним из наиболее авторитетных и умеренных курдских политиков, был сломан нос. Напавший на А.Тюрка ультранационалист был вскоре освобождён, а его работодатель (владелец кафе), заявил, что не только не осуждает своего сотрудника, но и горд им, поскольку это должен был сделать «каждый турок». Примечательно, что А.Тюрк находился в Самсуне для участия в суде по иску, поданному в результате событий, произошедших после закрытия в декабре 2009 г. ПДО в Муше, где, как и в других городах Турецкого Курдистана, состоялись массовые антиправительственные демонстрации и правоохранительные органы неправомерно применяли силу. «В целях безопасности» суд был пенересён из Муша в Самсун. Следует отметить, что по указанной причине почти все суды, касающиеся незаконного применения силы полицией в отношении курдов, переносят за пределы Турецкого Курдистана. По мнению известного турецкого социолога Исмаила Бешикчи, реальной причиной является не «проблема безопасности», а желание запугать курдов, поскольку в городах, куда переносятся суды, на курдов оказывается большое давление, а нередко и угрозы расправы в отношении адвокатов, свидетелей, родственников и т.д. Соответственно, власти облегчают себе таким образом возможность получения желаемых судебных решений.

Межэтнические столкновения характерны и для студенческой молодёжи. Антикурдским нападкам подвергаются как сторонники ПРК, которая популярна среди курдской молодёжи, так и студенты, не имеющие никакого отношения к этой партии. Серьёзные столкновения между турецкими и курдскими студентами были в апреле 2008 г. в Средиземноморском университете в Анталье. Нападения на курдов происходили также в вузах Муглы, Бурсы, Карабука, Айдина, Афьона, Фракии, Коджаэли, Аксарая, Сакарьи, Карабука, Стамбула, Анкары, Мерсина, Испарты, Эскишехира, Манисы, Токата, Гиресуна и т.д., в результате чего пострадали сотни курдских студентов. Некоторые курдские студенты становились объектами атак ультранационалистов неоднократно. Для нахождения поводов для нападений на курдов ультранационалисты организуют различные провокации.

Даже в тех вузах, где не имелось нападений на курдских студентов, последние находятся в перманентном страхе, регулярно получая угрозы. Многие курдские студенты даже скрывают свою этническую идентичность, опасаясь стать мишенью турецких националистов. Примечательно, что антикурдские настроения широко распространены не только в обычных турецких вузах, но и в известных частных вузах, построенных по западному образцу.

При этом после нападений руководство учебных заведений предлагает курдам добровольно взять всю ответственность на себя. Им предлагается написать заявление об уходе, угрожая исключением на основании дисциплинарного взыскания, что лишит учащихся возможности продолжать обучение в других учебных заведениях. Либо администрация вузов предлагает пострадавшим от ультранационалистам отказаться от жалоб, взять ответственность за нападение на себя, обещая перевести на следующий курс, намекая, что в ином случае курдского студента ждут проблемы. Врачи, оказав первичную медицинскую помощь, прогоняют из больниц пострадавших курдов, не желая распространения информации об атаках на них.

В связи со столкновениями на этнической основе между студентами турецкого и курдского происхождения Совет по высшему образованию Турции (YOK), кстати, созданный после военного переворота 1980 г. для осуществления контроля над студентами университетов, разослал в вузы циркуляры, в которых указывалось о необходимости дополнительного наблюдения за студентами курдского происхождения. После этого давление на студентов-курдов ещё более увеличилось. В апреле–мае 2010 г., кроме убийства 1 курдского студента, нападениям подверглись десятки студентов-курдов, а сотни студентов-курдов были арестованы. При этом даже после нападений на курдских студентов ультранационалистов, полиция арестовывает лишь курдов.

Депутат ВНСТ и известный турецкий правозащитник Акын Бирдал утверждает, что в отношении курдов руководство вузов действует совместно с силами безопасности и правоохранительными органами.

В результате нападений по этническим мотивам на курдских студентов имеются и случаи с летальным исходом. Так, в мае 2010 г. в результате нападения турецких националистов скончался от ран, полученных от выстрела полицейского, студент университета Муглы, курд, уроженец Батмана, Шерзан Курт. После ранения Ш.Курта около 1,5 тыс. турок продолжали погромы курдов. От нападения националистов пострадали и десятки других курдских студентов. Во дворе больницы, куда был доставлен находящийся в тяжёлом положении Ш.Курт, турецкие националисты атаковали собравшиеся там 300 курдских студентов.

Убийство Ш.Курта вызвало широкий резонанс среди курдов и курдских СМИ. Хотя это было далеко не первое нападение и/или убийство курда в Турции по этническому признаку, именно этот случай вызвал широкую мобилизацию курдов в Турецком Курдистане и за его пределами. ПРК активно использовала это убийство для дальнейшей поляризации между турками и курдами. Очевидно, что подобные процессы лишь увеличивают поддержку ПРК, которая воспринимается единственной силой, способной ответить туркам, со стороны курдов, и в какой-то мере способствуют усилению формирования курдской идентичности на нетурецкой основе. СМИ ПРК, анализируя убийство Шерзана Курта, даже сравнивали положение курдов в Турции с положением чернокожих в США, где ранее нападали на негров и линчевали их, а также положением чернокожих в Южной Африке во время режима апартеида.

В связи с убийством Шерзана Курта в ряде районов Турецкого Курдистана были организованы различные акции протеста. Труп Ш.Курта встречали около 10 тыс. человек, выкрикивающих лозунги: «Да здравствует лидер Апо (Абдулла Оджалан)!», «Месть!», «Шахиды не умирают»! и т.п. В учебных заведениях некоторых районов Турецкого Курдистана учащиеся в связи с убийством Ш.Курта бойкотировали учёбу. Митинги протеста были проведены в турецких и курдистанских городах – в Хакяри, Малатье, Газиантепе, Мерсине, в Диярбакыре. Для соболезнований по поводу убийства Ш.Курта была открыта специальная юрта – юрта соболезнований (“konк sersaxiyк”), которую посетили множество людей, в т.ч. курдские политики, руководители различных отделений ПМД, мэры Сиирта Селим Саадак и других местных администраций в Турецком Курдистане, представители общественных организаций. В похоронах Ш.Курта также участвовали тысячи людей, в т.ч. политики. Во время похорон был исполнен и курдский национальный гимн «Ey Reqоp» (официальный гимн Мехабадской республики в 1946 г., ныне гимн Региона Курдистан в Ираке).

Видимо, понимая, что это убийство вызвало очень большой резонанс среди курдов юрту соболезнований посетил и министр внутренних дел Турции Башир Аталай, выразивший сочувствие семье Ш.Курта.

В июле 2010 г. прокуратура Муглы предъявила обвинение в умышленном убийстве полицейскому Гюлтекину Шахину, выстрелившему в Ш.Курта. Вывод об умышленном убийстве прокуратура сделала в результате допросов многочисленных свидетелей, просмотров камер наблюдения и заключения медэкспертизы.

Среди студентов турецких университетов курдского происхождения укореняется страх, связанный с отсутствием безопасности. Кроме того, курды понимают, что власти не только не желают защищать их от ультранационалистов и пресекать погромы курдов, но и оказывают националистически настроенным туркам поддержку. В связи с этим курдские студенты стали задумываться об учёбе в вузах на территории Турецкого Курдистана, хотя они традиционно слабее университетов, расположенных в западной части страны. Единственным вузом на территории Турецкого Курдистана, обеспечивающим неплохое качество обучения, является Тигрисский университет в Диярбакыре (Университет Диджле).

Антикурдскими настроениями пронизаны практически все части турецкого общества. Здесь можно выделить, в частности, спорт и особенно наиболее популярный в Турции вид спорта – футбол. Футбольный клуб «Диярбакырспор», воспринимающийся в последние годы курдами в качестве курдской команды, в Турции нередко становится объектом нападок ультранационалистов. Часто атакам подвергаются и болельщики «Диярбакырспора», которых обзывают «террористами» и «сепаратистами». 29 сентября 2009 г. в Бурсе во время матча турецкой суперлиги между командами «Бурсаспор» и «Диярбакырспор» фанаты «Бурсаспора» бросали в футболистов команды гостей различные предметы, а также осуществляли нападение на болельщиков «Диярбакырспора», в результате чего пострадали несколько человек, выкрикивали антикурдские и турецкие националистические лозунги. Руководство «Диярбакыраспора» подумывало даже об отозыве команда из чемпионата. Сторонники клуба также считали, что федерация футбола Турции несправедливо оценивает различные инциденты, связанные с их клубом. Не случайно футбольные клубы Турецкого Курдистана рассматривают возможность создания отдельной лиги.

Во время матчей в Диярбакыре уже радикальная курдская молодежь организовывала различные действия. Так, после матча с «Трабзонсором» диярбакырская молодежь провела митинг, выкрикивая лозунги «Да здравствует Апо!», «Это Диярбакыр, отсюда не выбраться!», «Это Курдистан!», «Фашистский Трабзон!», «Кто мы? Курды!», «Курдистан – могила фашистов!»

Как отмечает Акын Бирдал, в последние годы наблюдается значительное увеличение количества нападений на курдов. Регулярными стали нападения турецких националистов на студентов курдского происхождения, нарушения прав и даже убийства военнослужащих-курдов, не говоря уже о заключённых.

Обострение турецко-курдских этнических противоречий способствуют и заявления турецких политиков, воспринимаемых курдами в качестве оскорблений. Так, в конце июня губернатор черноморской провинции Ризе (выходцем оттуда является премьер-министр Р.Т. Эрдоган) Халил Бакырджы (представитель ПСР) заявил, что для того, чтобы «решить» курдскую проблему каждому турку необходимо в качестве второй жены взять курдянку. Он утверждал, что посредством создания таким образом родственных связей в течение 30 лет проблема будет минимизирована и решена. Хотя вскоре он извинился за эти высказывания, его слова вызвали большой шквал возмущения среди курдов самых разных политических взглядов.

В связи с усилением антикурдских настроений и действий после 2000 г. произошло снижение миграции курдов из Турецкого Курдистана в западную часть страны. Так, в 1990–1999 гг. нетто-миграция из 21 провинции Восточной и Юго-Восточной Анатолии составила 426 тыс. человек, в то время как в 2000–2007 гг. – лишь 158 тысяч. Турецкий экономист Мустафа Сёнмез считает, что уменьшение миграции курдов связано, среди прочего, и с их дискриминацией. По его мнению, несмотря на тяжёлые условия жизни в курдском регионе, курды перестали стремиться мигрировать на запад страны, поскольку там становиться небезопасно для них.

Подобной же точки зрения придерждивается и социолог из Тигрисского университета Диярбакыра Мазхар Баглы. Межрегиональная миграция курдов сменилась внутрирегиональной – в другие, более развитые, районы Турецкого Курдистана, например, Газиантеп. Известный курдский адвокат, бывший глава Ассоциации адвокатов Диярбакыра, Сезгин Танрыкулу отмечает, что многие проживающие в западной части Турции курды стали приобретать недвижимость в неформальной столице Турецкого Курдистана Диярбакыре. Это обусловлено не их желанием инвестировать в курдистанскую недвижимость, а опасением, что они могут оказаться вынужденными вернуться. Танрыкулу считает, что курды предпочитают быть голодными у себя дома, чем подвергаться нападениям ультранационалистам. Из-за сложной межэтнической обстановки в Западной Турции и дискриминацией по этническому признаку по различным аспектам (например, трудностями аренды жилья из-за нежелания владельцев-турок сдавать жильё курдам) курдские семьи стали принимать решение вернуться в Турецкий Курдистан. Хотя этот процесс не приобрёл пока массового характера, такие случаи уже стали наблюдаться.

Несмотря на курдские погромы на западе Турции, в Турецком Курдистане никаких действий против турок на этнической почве не осуществляется. Хотя количество турок в регионе в целом невелико (в основном в проживают городах и близки либо к государственным организациям либо к крупному бизнесу, преимущественно торговому), тем не менее в некоторых районах Турецкого Курдистана их количество ощутимо.

Итак, рост антикурдских настроений в Турции представляется очевидным. Среди турок укоренились негативные этнические стереотипы в отношении курдов. Курды за пределами Турецкого Курдистана регулярно сталкиваются с дискриминацией и проявлением агрессии. При этом нападения на курдов стало для Турции обычным делом. Этот процесс носит массовый характер и наблюдается в различных сферах – в студенческой среде, в учреждениях здравоохранения, в бизнесе и т.д. Всё это приводит к росту отчуждения между между этническими турками и курдами, недоверия между ними, увеличению страха средии курдов, находящихся за пределами Турецкого Курдистана.

40.05MB | MySQL:91 | 1,136sec