Перспективы ирано-казахстанского сотрудничества

Отношения с Ираном вполне органично вписываются в восточный вектор казахстанского внешнеполитического взаимодействия. В последние годы они вошли в стадию сложившейся реальности . В официальных выступлениях казахстанских руководителей неоднократно констатировалось, что отношениям с ИРИ придается особое значение и они рассматриваются как дружеские. Стратегия казахстано-иранских отношений в целом опирается на следующий посыл: в противовес иранскому курсу на возрождение исламской цивилизации в центральноазиатском регионе, в Казахстане базовым элементом своей стратегии считают геополитические реалии Ирана, его возможность быть эффективным связующим звеном при выходе на мировые торговые пути и рынки. В этом нет никакого противоречия и с иранским видением этого вектора отношений: многолетний глава иранского МИДа, нынешний главный внешнеполитический советник религиозного лидера ИРИ Али-Акбар Велаяти не раз говорил о приверженности именно вопросам геополитики, понимая, что «исламская» карта отнюдь не притягательна для новых независимых государств центральноазиатского региона. Двусторонние отношения с Ираном идеально вписываются в официально реализуемую Казахстаном стратегическую линию перехода от практикуемой в первые годы после обретения независимости односторонней ориентацию на какую-либо специфическую модель развития к выстраиванию отношений в опоре прежде всего на экономические приоритеты. За почти двадцать лет двустороннего диалога разработано и подписано более ста договоров и соглашений, заложивших правовую базу казахстано-иранских отношений в торгово-экономической, промышленной, научно-технической, транспортной, транзитной и таможенной сферах, где осуществляется динамичное взаимодействие. За эти годы серьезным образом вырос товарооборот между странами, уже в 2005 г. приблизившийся к миллиарду долларов. В августе 2008 г. тогдашний посол Казахстана в Иране Е.Утембаев заявил, что в течение трех последовавших лет объем товарооборота вырос почти до 3 миллиардов долларов. Иран уже вышел на шестое место в списке внешнеэкономических партнеров Казахстана.

Как же будет развиваться взаимодействие двух стран в главных сферах сотрудничества в ближайшие годы? Учтем, для начала, что Казахстан, как и Иран, переживает трудности, связанные с мировым финансовым кризисом. Это, несомненно, сказывается на динамике сотрудничества, ибо Астана вынуждена существенно сократить государственные расходы по важным для себя объектам, отдав приоритет социальной сфере. Однако, как подчеркивалось на переговорах между двумя президентами – Н.Назарбаевым и М.Ахмадинежадом — в апреле 2009 г., это не означает существенного уменьшения объектов казахстано-иранского сотрудничества На переговорах было акцентировано внимание на приоритетном значении сотрудничества в транспортной сфере. Для Казахстана это знаменует реальную интеграцию в глобальную транспортную систему. Трудно, однако, ожидать прорыва в создании трансазиатской железной дороги. Логично предположить, что Казахстану не с руки делать резкие движения во всех значимых проектах , связанных с Ираном и сулящих этой стране те или иные экономические и политические дивиденды. Особенно это касается периодов, когда на повестку дня вновь и вновь встают вопросы ужесточения санкций против Ирана со стороны мирового сообщества. Кроме того, Казахстану не хотелось бы набросить тень на его конструктивно-доверительные отношения с Западом в период нынешнего дежурного председательства в ОБСЕ.

Отметим, что данное обстоятельство создает чувствительный очаг недоверия в отношениях между Астаной и Тегераном. Так же обстоит дело и в атомной сфере. На первой же пресс-конференции в казахской столице в апреле 2009 г. М.Ахмадинежада спросили о том, что он думает о предложении президента Н.Назарбаева о создании международного банка ядерного топлива. Вполне понятно, что речь идет о возможностях контроля над несанкционированным использованием этого топлива. Это предложение перекликается и с международными попытками нахождения пути обогащения иранского урана за рубежом, в частности, на совместных предприятиях. Иран всегда категорически противился подобным предложениям, хотя всегда аргументировал это необходимостью дополнительного изучения и согласования. Какова же нынешняя позиция Ирана? Из цитаты официального иранского агентства печати ИРНА: «Мы приветствуем такое предложение Казахстана и заявляем, что любая страна, имеющая запасы урана и способная производить ядерное топливо, может создавать его запасы. В ядерной проблеме должны одновременно произойти два события. Не нужно идентифицировать атомную энергию и атомную бомбу. Необходимо также провести разоружение стран, обладающих ядерными запасами. Это снизит порог обеспокоенности появлением новых ядерных государств. Если мы перестанем думать об атоме только в увязке с атомной бомбой, мы тем самым откроем возможности его широкого использования в таких сферах как медицина, сельское хозяйство, промышленность и др.» Такие констатации, однако, лежат в плоскости постоянных иранских утверждений о сугубо мирном характере его атомной программы, чему мало кто в мире верит, включая Казахстан. Совсем не случайно уже после визита М.Ахмадинежада в Астану эта страна отказалась продавать Ирану уран, причем, как считают в Иране, под явным нажимом Израиля. Израиль – еще одна больная тема в ирано-казахстанском диалоге. Для Израиля Казахстан — государство, занимающее 9-е место в мире по размерам территории и одно из первых мест – по запасам энергоресурсов и залежей урана. Его сотрудничество с Казахстаном изрядно портит нервы иранским лидерам. Н.Назарбаев недавно назвал отношения с Израилем «дружественными». При израильском содействии в Казахстане реализуется множество различных проектов, большинство из которых там, где в этом ощущается наибольшая потребность – в сельском хозяйстве. Объем товарооборота за 2007 г. составил уже почти 1,2 миллиарда долларов, став соизмеримым с казахстано-иранским, а за 2008 г., по словам посла Казахстана в Израиле Галыма Оразбакова, увеличился до 2,4 миллиардов долларов. По итогам 2009 г. он возрос до 2,5 миллиардов долларов. Отметим и политическое взаимодействие двух стран, единый подход ко многим региональным и глобальным проблемам. Несомненное неудовольствие Ирана способны вызвать и шаги Казахстана, свидетельствующие о том, что он поддерживает обеспокоенность Израиля продвижением ядерной программы Ирана и готов способствовать реализации международных усилий в деле ее нейтрализации. Так, во время ежегодной конференции в Давосе в январе 2009 г. президент Казахстана Нурсултан Назарбаев заявил своему израильскому коллеге Шимону Пересу, что отлично понимает, какие могут быть последствия, если Иран станет ядерной державой. Он отметил, что слухи о контактах между Тегераном и Астаной по этому вопросу «лишены основания». Двумя месяцами позже, во время своего пребывания в Израиле, председатель Комитета по международным отношениям, обороне и безопасности Сената Казахстана К. Султанов, сказал, что его страна полностью поддерживает резолюцию ООН по иранской ядерной проблеме и считает, что Иран должен » выполнять требования мирового сообщества».

Однако, Иран и Казахстан обладают полным взаимопониманием по необходимости продолжения реализации базовых сфер сотрудничества. Это касается, кроме всего прочего, поставок зерна и содействия в продвижении казахстанской нефти на мировые рынки, инвестировании. Ирану важна поддержка Казахстана в ШОС. Зонтик ШОС, как считают в Тегеране, существенно необходим для укрепления безопасности страны в свете обвинений мирового сообщества по поводу реализации военного компонента ее атомной программы. Не все, однако, в казахстано-иранском сотрудничестве является столь оптимистичным, как может показаться на первый взгляд. Диалог двух стран серьезно осложняется американским фактором. На реализацию планов сотрудничества Казахстана и Ирана серьезно влияют взаимоотношения каждой из стран с США. Ирано-американский диалог с приходом к власти неоконсерваторов приобретает все более конфронтационный характер. В таком контексте Иран не хотел бы укрепления на центральноазиатском направлении американских позиций. Однако в настоящее время Казахстан является самой близкой к США страной региона Центральной Азии. В регионе для него сложилась максимально благоприятная внешнеполитическая конъюнктура. Казахстан на деле превращается в приоритетного партнера Запада. Это – единственная страна центральноазиатского региона, с которой США так интенсивно сотрудничают в военной сфере. Реализуется пятилетняя программа сотрудничества между вооруженными силами двух стран. США поставляют Казахстану военное оборудование, готовят военные кадры, причем в самых элитных американских военно-учебных заведениях. Казахстанская армия модернизируется по американским и натовским стандартам. Совместное военное сотрудничество имеет своим приоритетом безопасность западных регионов страны, где расположены основные зоны нефте- и газодобычи Казахстана и где больше всего соприкасаются интересы Казахстана и Ирана. Защита нефтяной инфраструктуры Казахстана при американской военной помощи представляет не что иное, как опосредованный вызов Ирану. Еще более серьезным вызовом Ирану являются неоднократно озвученные президентом Н.Назарбаевым не совсем дружественные высказывания. Так, выступая с обращением по случаю 15-летия независимости в декабре 2006 г., президент Казахстана охарактеризовал Иран «как фактор дестабилизации в регионе». За несколько месяцев до этого, накануне своего визита в США в интервью газете «International Herald Tribune» Н.Назарбаев подверг однозначной критике атомную программу ИРИ и сказал, что если отказаться от атомного оружия, то можно сразу превратиться в уважаемого члена международного сообщества и близкого партнера США. Несомненно, такие пассажи рассматривают в Тегеране как реверансы в сторону Америки в поиске ее дальнейшей благорасположенности.

США небезосновательно считают, что в силу нынешней геополитической обстановки в регионе Центральной Азии им нужен именно такой партнер, который последовательно занимает доминирующие позиции в регионе по всем параметрам. США устраивает и то, что Казахстан сохраняет сильные позиции в ОБСЕ, намерен стать постоянным членом Парламентской ассамблеи Совета Европы. По всем этим показателям, реализованным при несомненной помощи США и других стран Запада, Казахстан оставил далеко позади все страны Центральной Азии и занимает лидирующие позиции в рамках всего СНГ. В США, несомненно, положительно оценили и заявление казахстанского президента о присоединении его страны к нефтепроводу Баку-Тбилиси-Джейхан, что может поднять отношения Казахстана с США на качественно новый уровень. Именно поэтому Казахстан пытается не создавать отрицательных эмоций в Вашингтоне по поводу излишней динамики в отношениях с Ираном. Этим вызывается сдерживание Казахстаном реализации крупных совместных проектов с Ираном, что нашло свое отражение в результатах восьмого заседания совместной казахстано-иранской межправительственной комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству. Несмотря на дипломатически выверенное и столь же обтекаемое заявление главы иранской части комиссии – министра иностранных дел ИРИ Манучехра Моттаки о том, что «переговоры придали особый стимул развитию двусторонних отношений в области экономики, торговли, промышленности, инвестирования, строительства дорог, транспортировки нефти и пшеницы из Казахстана через Иран, банковской и научно-технической сфере», подписанные документы оставили впечатление о том, что Астана пытается оттянуть или вообще оставить без ответа многочисленные предложения к сотрудничеству, выдвигаемые Ираном. Заметно, что казахстанская сторона в вопросах сотрудничества с Ираном концентрируется лишь на выгодном для себя транзитном потенциале иранской территории и наращивании своего экспорта в Иран. Здесь, несмотря на повышение объемов товарооборота, заметен резкий дисбаланс. В 2005 г. , из почти миллиардного товарооборота 886 миллионов долларов приходилось на казахстанский экспорт. Астана проявляет определенный скепсис по отношению к крупным проектам долгосрочного характера, действуя строго в соответствии с директивами президента Н.Назарбаева «развивать отношения в рамках коридора Север-Юг для транспортировки продукции нефтяной отрасли, пшеницы через порты в Персидском заливе». Иран, однако, готов мириться в таким положением, будучи заинтересован в поддержании своего диалога с Казахстаном, ставшим на деле лидером среди стран региона Центральной Азии. Полагаем, что Казахстан в реализации отношений с Ираном будет и далее действовать с осторожной оглядкой на США, стараясь не нарушить сложившийся статус-кво.

Еще одним из факторов, негативно влияющих на продвижение казахстано-иранского диалога, является то, что Казахстан явился единственным государством Центральной Азии, направившим воинский контингент в составе международных сил антитеррористической коалиции в Ирак, который находился там в течение 5 лет с 2003 по 2008 гг. За это время произошло десять кадровых ротаций — каждые полгода в Ирак привозили по 27 «свежих» бойцов инженерно-саперного профиля, а прежних возвращали домой. В Ираке казахстанские военные уничтожили более 4,5 млн различных боеприпасов — мин, ракет и снарядов. И хотя они не занимались непосредственными боевыми действиями, а были привлечены к разминированию минных полей и восстановлению водоснабжения, в Иране считают, что к военным преступлениям в Ираке причастны все страны, вступившие в союзнические отношения с США и находившиеся в Ираке в период ведения там войны. Разумеется, такая точка зрения отнюдь не способствует доверительности в казахстано-иранских отношениях.

52.83MB | MySQL:105 | 0,709sec