Об изменениях в военно-политической обстановке на Ближнем Востоке и в Северной Африке (20-26 декабря 2010 года)

Наиболее важные события в регионе на минувшей неделе происходили в Ираке и Судане. 21 декабря парламент Ирака единогласно утвердил состав нового коалиционного правительства страны. В Хартуме 21 декабря состоялся саммит первых лиц Египта, Ливии и Судана – Х. Мубарака, М. Каддафи и О. аль-Башира, а также главы Южного Судана С. Киира. На встрече обсуждались вопросы, связанные с предстоящим 9 января 2011 г. референдумом по самоопределению Южного Судана.

На прошедшей неделе в Стамбуле в ходе и после совещания лидеров стран-членов Организации экономического сотрудничества прошли встречи руководителей и министров Афганистана, Ирана, Пакистана и Турции. Так, 25 декабря состоялся пятый саммит президентов Афганистана, Пакистана и Турции – Х. Карзая, А. А. Зардари и А. Гюля, обсудивший отношения между тремя государствами в сферах экономики и безопасности, особенно в деле борьбы с терроризмом и наркоторговлей. Главы государств также договорились о проведении в 2011 г. совместных учений их армий на территории Турции. На встрече руководителей внешнеполитических ведомств Ирана и Турции А. А. Салехи и А Давутоглу речь шла о развитии двустороннего экономического сотрудничества и взаимодействия в сфере безопасности. Было выражено удовлетворение близостью позиций Анкары и Тегерана «в области региональных и международных преобразований», что способствует «обеспечению безопасности, стабильности и развитию региона».

21 декабря депутаты парламента Ирака единогласно утвердили предложенные премьер-министром Н. аль-Малики кандидатуры на посты вице-премьеров (3) и министров (29). Из-за сохраняющихся разногласий и интриг между политическими блоками в кабинете министров остаются вакантными 11 постов, в т. ч. министра обороны, главы МВД и комитета национальной безопасности, которыми временно будет руководить Н. аль-Малики. Возглавляемый Н. аль-Малики блок Национальный альянс получил в правительстве 19 постов, соперничающий с ним блок «Аль-Иракия» (имеет в парламенте наибольшее число мест) — 9, Курдский альянс – 4, остальные портфели достались мелким партиям. Лидер «Аль-Иракии» А. Алауи возглавит создаваемый Совет по национальной стратегической политике. Он заявил, что его блок полностью поддержит правительство. Один из постов вице-премьеров занял видный суннитский политик С. аль-Мутлак, возглавляющий Фронт национального согласия крупнейшую фракцию блока «Аль-Иракия». Сунниты также получили посты министров финансов и энергетики. Вице-премьером от шиитов стал бывший министр нефти Х. Шахристани. В новом кабинете он будет отвечать за топливно-энергетический комплекс. Портфель министра нефти получил его заместитель А. К. Луайби. Пост министра иностранных дел сохранен за Х. Зибари (курдом). Отметим, что восемь постов, в т. ч. министров жилищного строительства, труда и туризма получили сторонники радикального антиамериканского шиитского имама М. ас-Садра. Несомненно, что сохранение за Н. аль-Малики должности главы правительства свидетельствует о прочности его позиций.

В представленной 21 декабря парламенту правительственной программе Н. аль-Малики декларировал усиление роли государства и приверженность принципу верховенства закона. Ирак будет «демокра-тическим, федеральным, многопартийным и суверенным государством», где уважаются права человека, различных этнических и национальных групп. Подчеркнута необходимость сохранения территориальной целостности и национального единства Ирака, укрепления его обороноспособности, строительства гражданского общества, сдерживания насилия на конфессиональной почве. Было заявлено, что Ирак будет проводить активную внешнюю политику, стремиться разрешить проблемы в отношениях с соседними государствами, а его экономика станет развиваться на принципах либерализма. Правительство намерено стабилизировать финансовое положение страны и национальной валюты – динара. Усилится борьба с «финансовой и административной коррупцией». 23 декабря на первом заседании нового кабинета в качестве его первоочередных задач Н. аль-Малики определил необходимость разработки «четкой политики в области безопасности, финансов, нефти, коммунальных услуг, в первую очередь обеспечения электроэнергией, а также налаживание внешних связей».

Создание нового правительства Ирака стало первой за последнее время серьезной попыткой продвинуть вперед процесс национального примирения. Вместе с тем, в силу сохраняющихся противоречий между основными политическими силами страны и сложными отношениями между лидерами основных блоков это, все еще до конца не сформированное правительство ожидает непростое будущее. Так, Н. аль-Малики утверждает: «Я не говорю, что это правительство, со всеми его формациями, удовлетворяет желания граждан, политических блоков, мои устремления или устремления любого другого человека, потому что оно сформировано в экстраординарных условиях».

По мере приближения срока проведения референдума по самоопределению южной части Судана (9.01.2011 г.) обстановка в стране становится все более сложной. 21 декабря в Хартуме состоялась встреча лидеров Египта, Ливии, Судана и Южного Судана, к которым затем присоединился президент Мавритании. Участники саммита подчеркнули необходимость создания «мирной, спокойной и заслуживающей доверия обстановки» для полноценного волеизъявления жителей Южного Судана, а также обязались признать итоги референдума, «какими бы они не были». При этом было указано на глубокие связи между Севером и Югом, важность создания между ними взаимовыгодных и мирных отношений. В Хартуме бы-ла достигнута договоренность воздерживаться от любых действий, которые могли бы помешать проведению референдума. На минувшей неделе вопросы, связанные с предстоящим референдумом, обсуждал в Москве министр иностранных дел Судана А. А. Карти.

Тем временем вновь обострилась ситуация в западном регионе Судана Дарфуре, где возобновились бои правительственных войск с местными повстанцами. Характерно, что впервые против армии совместно действуют боевики ранее соперничавших группировок, вошедших в т. н. «Альянс сил сопротивления».

Правительство Ирана приняло решение ограничить государственные субсидии на топливо и продукты питания, что, в частности, на деле означает четырехкратное повышение цен на бензин. Ежемесячно на каждый автомобиль по сниженной цене будет выделяться лишь 60 л топлива. Ежегодно из иранского бюджета на программу субсидий уходила сумма, эквивалентная 100 млрд долларов США. Также сообщается об увеличении в ноябре на 70 проц суточного импорта бензина – до 29 тыс. баррелей.

21 декабря министерство финансов США сообщило о введении санкций в отношении иранских компаний, причастных к финансированию Корпуса стражей исламской революции и поддержке иранской национальной судоходной компании, которые, по мнению Вашингтона, «играют ключевую роль в нелегальной деятельности Ирана». Вместе с тем, по информации американских СМИ, власти США за последнее десятилетие позволили американским компаниям заработать миллиарды долларов на сделках с Ира-ном и другими странами из «черного списка» госдепартамента, выдавая лицензии на бизнес в обход санкций на основании закона о праве на поставку за рубеж сельскохозяйственной и медицинской гуманитарной помощи.

На минувшей неделе Иран с визитом посетил эмир Катара шейх Х. бин Халифа Аль Тани. В Тегеране он провел переговоры с президентом ИРИ М. Ахмадинежадом, который назвал иранско-катарские отношения «братскими и превосходными». Со своей стороны, эмир Катара заявил, что сотрудничество между двумя соседними государствами «может гарантировать безопасность и стабильность в регионе».

Конфликтная ситуация возникла между Афганистаном и Ираном. По данным афганской торгово-промышленной палаты, иранские власти блокируют на границе между двумя странами свыше 1600 автоцистерн с ГСМ, закупленных афганцами в Туркменистане и Ираке. В Тегеране произошедшее официально объясняют «техническими причинами», но фактически считают, что приобретенные афганцами бензин и газ предназначены не для нужд гражданского населения, а для обеспечения войск западной коалиции в Афганистане. Задержка с поставками ГСМ уже привела к резкому росту цен в стране на топливо и продукты питания.

Президент Афганистана Х. Карзай приветствовал возможность ведения переговоров с движением «Талибан» на территории Турции.

В 2010 г. на 20 проц по сравнению с 2009 г. возросли потери мирного афганского населения. Так, в январе – октябре с. г. в результате военных действий пострадали 6215 человек, в т. ч. погибли 2412 человек. По данным ООН, 76 проц потерь стали результатом действий вооруженной оппозиции.

США опровергли информацию СМИ о планировании контртеррористических операций на территории Пакистана. Со своей стороны, в Исламабаде заявили, что американцы «знают нашу «красную чер-ту» в этом вопросе и не перейдут эту линию». Тем временем боевики экстремистских группировок активизировали свою деятельность на северо-западе страны вблизи границы с Афганистаном, что свидетельствует об их способности вести интенсивные боевые действия. Так, 24 декабря до 150 боевиков атаковали посты сил безопасности в районе Моманда. 25 декабря в результате теракт в г. Кхар погибли 45 и получили ранения свыше 100 человек. По информации полиции, это был первый теракт, совершенный в Пакистане террористкой-смертницей. В целом 2010 г стал для страны самым кровавым после начала западной интервенции в Афганистане в 2001 г. Было совершено 53 теракта, в которых погибли около 1270 и получили ранения до 2260 человек.

21 декабря в Пакистане прошли успешные испытания баллистической ракеты «Гхури» («Хатф-5»), имеющей дальность пуска до 1300 км и способной нести как ядерный, так и обычный заряд.

На минувшей неделе боевики палестинских экстремистских группировок вновь усилили обстрелы территории Израиля из сектора Газы, выпустив свыше 25 ракет и мин. В ответ израильские ВВС нанесли серию ударов по объектам противника в палестинском анклаве. На границе сектора Газа с Израилем произошли перестрелки между палестинскими боевиками и армией Израиля. Начальник генштаба ВС Израиля генерала Г. Ашкенази сообщил что, радикальное палестинское движение ХАМАС недавно получило из Ирана современные российские ПТРК типа «Корнет». В ответ израильтяне развернули у границ сектора Газа танки с усиленной защитой.

Две крупнейшие исламистские группировки Сомали – «Аш-Шабаб» и «Хизб аль-Ислам» объявили об объединении своих действий с целью создания в стране «исламской империи», а также об отказе от конфликтности в отношениях с другими сомалийскими исламистскими группировками.

23 декабря Совет Безопасности ООН проголосовал за увеличение численности миротворческого контингента в Сомали с 8 до 12 тыс. военнослужащих.

Министр иностранных дел Турции А. Давутоглу заявил 25 декабря о намерении его страны улучшить отношения с Израилем, одновременно обвинив израильтян в том, что они не отвечают на мирные инициативы турок. А. Давитоглу также утверждал, что «никакие усилия не смогут скрыть факта убийства девяти турецких граждан», участвовавших в рейсе т. н. «флотилии мира», направлявшейся в сектор Газа.

24-25 декабря в г. Мензель-Бузайен и некоторых других городах в центральной части Туниса произошли массовые акции протеста против безработицы среди молодежи, переросшие в столкновения с полицией. Это первые за последние годы крупные протестные выступления в стране.

Правительство Йемена на прошедшей неделе разместило дополнительные антитеррористические подразделения в четырех провинциях на юге и юго-востоке страны – Хадрамаут, Абъян, Шабва и Маариб. Это сделано для более эффективного противодействия террористической сети местного ответвления «Аль-Каиды».

Приложение

 

 

О некоторых особенностях курдской проблемы в Сирии

 

 

Положение курдов с Сирийской Арабской Республике представляет собой составную часть общей сложной и многоаспектной курдской проблемы, равно как и одну из сложных внутриполитических проблем самой Сирии. По различным оценкам, в САР проживает от 1,5 до 2,0 млн курдов, что составляет до 10 проц населения страны. Некоторые авторы называют цифру 2,5 – 3,0 млн человек. Курды проживают преимущественно на северо-востоке и севере страны вблизи границ с Турцией и Ираком, в основном в губернаторствах Хасеке и Халеб (Алеппо), а также в Дамаске и ряде других регионов САР. При этом районы компактного проживания курдского населения занимают площадь около 15 тыс. кв. км (примерно 8 проц территории САР). Сирийский ареал своего проживания курды называют Юго-Западным Курдистаном. Основная масса сирийских курдов – крестьяне, в основном бедняки и середняки, но в последнее время отмечается рост зажиточных крестьян. Также имеется прослойки рабочих, в основном сельскохозяйственных, и буржуазии, преимущественно мелкой и средней. Все более активно проявляет себя курдская интеллигенция.

Отношения курдов с правящим в Сирии с 1963 г. баасистским режимом всегда носили сложный характер. В своих программных документах партия Баас официально не признавала наличие в стране курдской проблемы, а курдов в качестве самостоятельной этнической группы. Баасистское правительство не идет на предоставление курдам статус национального меньшинства.

В период правления Х. Асада (1970-2000 гг.), который понимал необходимость налаживания отношений с курдами и несколько облегчил их положение, власть стремилась не допустить волнений на курдских территориях, постепенно включая их в планы общего экономического развития страны. Так, строительство Ефратского гидроэнергетического комплекса позволило обеспечить электроэнергией большинство курдских деревень. В условиях напряженности, и даже открытой враждебности в отношениях Дамаска с режимом С. Хусейна в Ираке и Турцией сирийское правительство оказывало поддержку курдским сепаратистским движениям в этих странах. В частности в САР (до 1998 г.) получил политическое убежище лидер турецких курдов и радикальной Курдской рабочей партии (КРП) А. Оджалан. Но при этом режим проводил курс на ассимиляцию «своих» курдов в культурно-образовательной сфере, ограничивал использование курдского языка, курдская топонимика заменялась арабской, жестко ограничивалась политическая деятельность курдского населения. Продолжали действовать и другие дискриминационные ограничения в отношении курдов. В первую очередь, речь идет о лицах (на тот период времени — 120 тыс. чел.) и их потомках, лишенных во время переписи 1962 г. сирийского гражданства. В настоящее время число этих «неграждан» составляет примерно 300 тыс. человек, но власти называют цифру 150 тыс. человек, а президент САР Б. Асад заявил о готовности рассмотреть вопрос о представлении гражданства лишь 100 тыс. курдских «неграждан». На сегодняшний день эти лица лишены права владеть недвижимостью, работать в государственных учреждениях, официально заниматься бизнесом, обучать детей в ВУЗах, получать социальную помощь и выезжать за границу без специального разрешения органов госбезопасности. В 1970-е гг. арабы при помощи властей, в т. ч. финансовой заселяли курдские земли вдоль границ с Турцией и Ираком. В итоге большая часть плодородных земель перешла от курдов к арабским землевладельцам или отошла к государству. Безработица среди курдов вдвое превышает средний уровень по стране, вынуждая их переселяться в другие районы Сирии или эмигрировать, преимущественно в Европу.

После нормализации в начале нынешнего столетия отношений с Турцией и последующего укрепления сирийско-турецкого сотрудничества власти САР периодически проводят мероприятия по задержанию лиц, связанных с КРП, которых обвиняют «в членстве в террористической организации, насильственном сборе средств, в попытке разделить земли Сирии и создать иное государство». Репрессиям подвергаются и члены их семей. Так, весной 2010 г. в ходе масштабных полицейских операций было задержано свыше 400 человек, подозреваемых в принадлежности или оказании содействия КРП. Президент САР Б. Асад заявил, что существование в стране этой террористической организации неприемлемо и Дамаск в этом вопросе будет сотрудничать с Анкарой.

Тяжелое экономическое положение сирийских курдов, дискриминация в политической и культурно-образовательной сфере ведет к усилению их борьбы за свои права, формированию курдского национального движения. Первые курдские политические партии в стране возникли еще в 1980-е гг., а сегодня курды являются наиболее политически активной неарабской этнической группой Сирии. В САР в настоящее время действуют свыше 10 курдских политических партий и объединений: Сирийская курдская демократиическая прогрессивная партия, Курдский народный союз, Курдский демократический союз (объединяет три партии), «Енити» и другие. Все они официально не зарегистрированы. Активно действуют и курдские просветительские клубы. Причем сирийский режим допускает деятельность только таких курдских политических и общественных организаций, которые «стремятся работать в узких рамках, определенных для них властями и спецслужбами». Те же политические силы, которые пытаются проявлять активность вне очерченных режимом границ, подвергаются преследованиям, запретам, арестам. Власти также целенаправленно и в целом небезуспешно проводят линию на раскол и дискредитацию курдского движения.

После свержения в 2003 г. саддамовского режима в Ираке и значительных успехов иракских курдов в борьбе за свое самоопределение, курдское движение в Сирии заметно усилилось. При этом в стране од-новременно отмечается рост напряженности между арабами и курдами. В 2004-2005 гг. на севере республики и в Дамаске происходили массовые выступления курдов, столкновения с арабским населением. Курдские выступления были подавлены властями силовыми методами. После этих событий правящий режим усилил контроль над курдами, их политическими и общественными организациями. Таким образом, поднимающийся курдский национализм наталкивается на жесткое противостояние национализма арабского. В то же время, не желая обострять ситуацию, власти не стали применять к курдам излишне суровые меры.

В отличие от Турции, Ирана, а ранее Ирака, курдское движение в Сирии всегда носило мирный характер, хотя и не признавалось де-юре правительственными актами. Еще одна принципиальная особенность курдского движения в САР – курды здесь никогда не выступали с требованиями создания собственного государства, ограничиваясь лозунгами предоставления культурной автономии. На сегодняшний день основными требованиями сирийских курдов являются: конституционное признание их второй по численности нацией страны, прекращение политики дискриминации, арабизации и вынужденной ассимиляции, восстановление в правах всех курдских «неграждан», признание национальных, политических, социальных и культурных прав курдов, введение образования на курдском языке, в т. ч. высшего, экономическое развитие курдских районов. В то же время в Дамаске опасаются, что широкая автономия, предоставленная после 2003 г. иракским курдам, может вызвать сепаратистские настроения среди сирийской курдской общины. Беспокойство власти усиливается тем фактом, что на территории проживания сирийских курдов сосредоточены большие запасы нефти и газа, а на плодородной равнине между Евфратом и Тигром выращивается сирийский хлопок. Здесь же можно упомянуть и о том, что в свое время бывший премьер-министр Израиля А. Шарон открыто признавал израильскую поддержку курдского движения в САР.

Президент Сирии Б. Асад обещал изучить проблемы курдов, одновременно предупредив: «Но не используйте их (проблемы, — авт.) для получения большего». Вместе с тем, курды отчетливо понимают, что полноценное решение комплекса их национальных проблем возможно лишь при условии общей демократизации политической жизни Сирии, прекращения монополии партии Баас на власть, политической амнистии и установления в стране реальной многопартийной системы.

Таким образом, в современной Сирии происходит рост национального самосознания и политической активности курдского населения, требующего признания своих попранных прав. В то же время нынешняя политика властей по отношению к курдам населению, их нежелание удовлетворить основные требования этой этнической общины не способствует решению курдской проблемы в стране и позволяет лишь периодически снижать остроту напряженности в отношениях правящего режима с курдским населением.

28.79MB | MySQL:62 | 0,564sec