Пакистано-китайские отношения на современном этапе

Визит китайского премьера Госсовета Вэнь Цзябао 17–20 декабря 2010 г. в Пакистан фактически завершил его предновогоднее дипломатическое турне. Обычно пакистанские лидеры любят ездить в Поднебесную с многодневными официальными визитами, но сегодня сама дипломатия Китая шагнула в Пакистан.

В ответ на укрепление американо-индийского сотрудничества и, соответственно, усиление его влияния на региональную политику ИРП считает необходимым дальнейшее развитие стратегического партнерства с КНР. Пекин со своей стороны пытается вести сбалансированную внешнюю политику, и Вэнь Цзябао посетил сначала Нью-Дели, а оттуда полетел в Исламабад, чтобы заверить Пакистан в неизменности своего курса на добрососедское партнерство.

ИРП стремится использовать имеющиеся китайско-индийские разногласия, в частности сообщения в 2009 г. об увеличении Индией на 40 тысяч военной группировки на границе с Китаем, для получения финансовой и иной помощи со стороны Пекина. Премьер Госсовета КНР старается убедить премьер-министра Ю.Р. Гилани, что страны «остаются важными союзниками, несмотря на улучшение отношений Китая с Индией». В настоящее время Китай фокусируется в первую очередь на укреплении собственного экономического потенциала, а не «военной мощи», именно поэтому он счел необходимым дальнейшее развитие торговых отношений с Нью-Дели.

Забегая вперед, следует сказать, что за счет укрепления сотрудничества с Китаем Пакистан стремится уменьшить влияние Индии в регионе; Исламабад и Кабул еще до визита премьера Госсовета одобрили концепцию трехсторонних торговых отношений между Пакистаном, Афганистаном и Китаем.

В ходе предыдущего визита Вэнь Цзябао в 2005 г. в Пакистан стороны объявили о развитии тесного стратегического сотрудничества и партнерства.

Среди местных пакистанцев есть поговорка, что пакистано-китайские отношения сохраняются «в любую погоду», и, действительно, благоприятные тенденции их развития наблюдаются в течение десятилетий. Двусторонние отношения в основном развивались по двум основным направлениям — политическому и военному, оставляя далеко позади развитие экономических и торговых связей.

В декабре 2010 г. переговоры, помимо вопросов развития более широкого сотрудничества в региональных и международных делах, были сосредоточены на создании взаимовыгодного экономического партнерства. Стороны обсудили пути активизации сотрудничества в области сельского хозяйства, энергетики, финансов, банковского дела, науки и техники.

В настоящее время первым объектом инвестирования Китая в Азиатско-Тихоокеанском регионе является Пакистан. Инвестиции направляются в первую очередь в энергетику, дорожное строительство, текстильную промышленность.

Набирает обороты и проект Специальной экономической зоны/СЭЗ, основная цель которого — содействие в привлечении китайских инвестиций в Пакистан. Впервые об этом заговорили еще в 2008 г., а уже к концу того же года только первоначальные вложения насчитывали 35 миллионов долларов. СЭЗ создается в рамках соглашения о свободной торговле (ССТ), подписанного между Пакистаном и Китаем, и все товары, произведенные в этой зоне, не облагаются налогом при ввозе на китайский рынок. Китай со своей стороны готов всесторонне содействовать строительству китайско-пакистанской зоны свободной торговли.

Одновременно Исламабад является вторым после Индии торговым партнером Китая. Объем внешнеторгового оборота между Исламабадом и Пекином в настоящее время составляет 10 миллиардов долларов. Оба государства нацелены на то, чтобы к 2012 г. довести его уровень до 15 миллиардов долларов. В то же время годовой товарооборот между Нью-Дели и Пекином приближается к 50 миллиардам долларов, в то время как еще 25 лет назад данный показатель составлял всего 150 миллионов долларов.

В ходе визита были подписаны тринадцать соглашений и меморандумов о взаимопонимании на общую сумму 14 миллиардов долларов. Сотрудничество затрагивает такие секторы экономики, как телекоммуникации (спутниковая связь), банковский сектор, сельское хозяйство, энергетика, развитие портов, обмены культурными делегациями, студентами, и т.д. В Исламабаде и Карачи планируется открыть два филиала крупнейших банков Китая.

Совместная пакистано-китайская экономическая группа во время визита премьера Госсовета окончательно определила 36 проектов, которые также будут реализованы при поддержке Китая. Большинство из них планируется завершить в течение пяти – десяти лет.

Один из основных проектов «пакистано-китайской дружбы» — развитие инфраструктуры порта Гвадар, расположенного в провинции Белуджистан, на побережье Аравийского моря. Фактически порт является совместным детищем обеих стран. Первый этап — строительство девяти причалов, обустройство береговой линии и портовой инфраструктуры — был завершен в мае 2007 г. Финансирование, а это 280 миллионов долларов, было предоставлено ИРП еще в начале текущего десятилетия, и КНР преследовала несколько политических, социально-экономических и коммерческих целей.

Одной из них была давняя мечта Китая — предоставить выход к морю своим западным провинциям, стимулируя тем самым их экономическую активность. Наиболее коротким и ресурсосберегающим проектом стала разработка «Нового шелкового пути» — от северо-восточной границы Пакистана через центральные районы страны на юго-запад, в Белуджистан, и далее к порту Гвадар. Это давно известный проект, его мощно лоббировал экс-президент Пакистана П. Мушарраф. Он предусматривает строительство железнодорожного полотна и параллельно — современной автомагистрали и прокладку оптико-волоконного кабеля. В декабре 2010 г. фактически начинается вторая стадия проекта — его функциональное расширение.

Но в целом модернизация «Нового шелкового пути» начнется с северо-восточной его точки в декабре 2010 г. Китай обещал начать расширение Каракорумского шоссе.

Порт Гвадар рассматривается как будущий мировой перевалочный пункт для углеводородов, идущих из стран Персидского залива. С этой целью планировалось и планируется строительство нескольких резервуаров для хранения сырой нефти, строительство наливной эстакады, нефтеперерабатывающего завода и т.д., а также углубление акватории самого порта для приема судов повышенной тоннажности.

Порт будет служить в качестве судоремонтной базы для пакистанских и иностранных морских судов и, конечно, как мощный торговый узел. В Гвадаре должно произойти соединение новых торгово-транспортных магистралей из Центральной Азии и Китая.

Последние два с половиной года проект находился в режиме ожидания — поток иностранных — в первую очередь китайских — инвестиций прекратился в силу объективных причин. Подписание 18 декабря 2010 г. очередного меморандума о намерениях относительно порта Гвадар вселяет определенную надежду — Китай умеет просчитывать и доводить проекты до стадии ввода в эксплуатацию.

Пакистанская сторона крайне заинтересована в запуске порта Гвадар на полную мощность, т.к. проект имеет большое значение с точки зрения его социальной наполняемости: в провинции Белуджистан один из самых низких в стране показателей уровня занятости. Местная администрация неоднократно высказывала опасения о притоке рабочей силы из других провинций, но накануне визита премьера Госсовета КНР Кветте у федерального центра удалось «вырвать» обещание обеспечивать работой в первую очередь местную молодежь. Исламабад крайне заботят вопросы безопасности иностранной рабочей силы и в целом пресечение сепаратистских выступлений в провинции.

Вторым крупным блоком вопросов пакистано-китайского сотрудничества является энергетика. Нехватка электроэнергии, ощущаемая в Пакистане повсеместно, замедляет темпы роста экономического развития. Пекин предлагает свое участие в проектах практически всех видов энергетики, начиная от традиционных — гидро- и теплоэлектростанций, АЭС до альтернативных видов источников энергии — солнечной, ветра и т.д. В настоящее время Китай уже ведет работу по сооружению плотин малой мощности и планирует поддерживать Пакистан при строительстве крупных плотин. Одна из крупных сделок предусматривает развитие проекта ветровой и солнечной энергии, а также запуск спутника дистанционного зондирования.

Несмотря на значительные преференции и рост товарооборота с Пекином, Исламабад постепенно осознает необходимость диверсификации своих товарных потоков. Промышленность Пакистана не в состоянии конкурировать на внутреннем рынке по цене и качеству с китайскими производителями, которые получают значительные торговые льготы, что в конечном итоге часто приводит к закрытию местных малых предприятий и их дальнейшему разорению. Поэтому в последнее время раздаются настойчивые призывы к скорейшему налаживанию широких связей с новыми центрально-азиатскими и российскими рынками.

Катастрофическое наводнение в Пакистане в июле – сентябре 2010 г. нанесло колоссальный ущерб сельскому хозяйству и в целом экономике страны. Китай предоставил значительную материальную помощь (229 миллионов долларов) для реконструкции объектов, пострадавших от наводнения, включая процессоры для выпаривания риса, новейшие технологии холодного хранения продуктов питания, 10 миллионов долларов наличными в качестве денежной компенсации для восстановления домов беженцев и т.д. В рамках программы помощи пострадавшим районам Китай также выделил 400 миллионов долларов в качестве льготного кредита для восстановления разрушенной инфраструктуры.

Стороны также обсудили вопросы, касающиеся расширения связей в области образования и культуры, а также обмена студентами. Пакистанская сторона выразила желание направить больше пакистанских студентов в Китай для изучения таких дисциплин, как нанотехнологии, биотехнологии, химия и физика.

Китай предложил 500 стипендий для пакистанских студентов в течение следующих трех лет, обмен учащихся средних школ между двумя странами в рамках развития культурного взаимодействия и обмен добровольцев и молодых предпринимателей. В области здравоохранения Китай предложил, чтобы 1000 операций по удалению катаракты китайские медики провели в Пакистане.

Со своей стороны, Исламабад продемонстрировал политическую солидарность с Пекином, проигнорировав в числе других 17 государств церемонию вручения 8 октября 2010 г. Нобелевской премии мира за 2010 год, присужденную отбывающему тюремное заключение китайскому правозащитнику Лю Сяобо за «длительную ненасильственную борьбу за фундаментальные права человека в Китае». КНР с благодарностью воспринял подобный жест.

У Пакистана и КНР есть общие цели, есть стремление к их достижению, есть взаимная потребность в их реализации. Значит, связи между двумя странами будут продолжать укрепляться.

28.73MB | MySQL:62 | 0,543sec