Будущее устройство Сомали

Будущее Сомали в настоящее время выглядит очень туманно. Здесь вопрос стоит не только в плоскости общей анархии и фрагментации страны или усиления исламистского влияния. Здесь как раз все более или менее понятно. Стороны достигли своего «потолка» силовых потенциалов и система за исключением отдельных боевых столкновений в Могадишо, в общем-то выстроилась. Естественно говорить о ее «прочности» преждевременно. Все может измениться в силу, прежде всего, трансформации источников финансирования той или иной группы или клана (а их в Сомали только основных целых шесть).

Вопрос стоит в несколько иной плоскости. А именно как видят различные страны будущее Сомали. Здесь имеет значение позиция, прежде всего, Эфиопии, которая имеет давний интерес к своему соседу. По мнению экспертов, Аддис-Абеба связывает с будущим устройством Сомали темпы своей экономической модернизации, прежде всего в области строительства дорожной инфраструктуры с целью выхода к морским портам, причем как уже существующим, так и тем, которые еще предстоит модернизировать. К последним относится порт в Бербере, который расположен на территории самопровозглашенного и непризнанного Сомалиленда. Отношения с Сомалилендом и Пунтлендом у эфиопского руководства очень тесные, и включают, помимо, собственно экономических интересов и военные. Эфиопия тренирует воинские формирования двух этих анклавов, явно предполагая включить их в систему противодействия исламистам в лице «Аш-Шабаб» и возможным агрессивным действиям со стороны Эритреи. В этой ситуации Аддис-Абеба даже «закрывает глаза» на имеющиеся связи ряда руководителей этих анклавов с пиратами.

Естественно, что в Аддис-Абебе очень серьезно относятся к эритрейским проискам, что объясняется очень просто. Нынешний премьер-министр Эфиопии Мелес Зенауи в период борьбы с режимом Менгисту являлся боевым товарищем нынешних руководителей Эритреи. Более того, все они принадлежат к одному народу тигре. И именно эритрейцы, как наиболее боеспособная часть повстанцев, и брала Аддис-Абебу на заключительном этапе гражданской войны. Потом как всегда началась борьба за власть, и бывшие друзья поссорились. Как следствие, возник территориальный спор, который в международном арбитраже выиграла Асмэра. С учетом того, что эфиопское руководство не торопилось выполнять решения арбитража, эритрейцы просто заняли принадлежавшую им по закону территорию. Все это накладывает отпечаток на ситуацию в регионе Африканского Рога в целом. Отсюда поддержка со стороны Асмэры исламских экстремистов в лице «Аш-Шабаб», поскольку именно эта организация является основной «головной болью» для Аддис-Абебы в настоящее время. При этом необходимо отметить, что эритрейцы четко выполняют решения международных арбитражных судов, даже если они не отвечают их интересам. Например, захватив у Йемена два спорных острова, эритрейцы затем моментально вернули их согласно решению арбитража. Вообще, корень эфиопско-эритрейских противоречий лежит не только в области межличностных обид, но и в сфере экономики. Эритрейцы более образованны и предприимчивы, плюс ко всему страна имеет выходы к морю. В этой связи развитие альтернативных путей со стороны Аддис-Абебы естественно в Асмэре не приветствуется. Кстати, и санкции против «агрессивной политики» Эритреи на Западе не находят большого воодушевления, особенно с учетом того, что австралийские и канадские компании уже вовсю добывают там золото.

Эфиопское руководство (неофициально конечно) видит следующую схему будущего государственного устройства Сомали. Это создание конфедерации в составе собственно двух уже упомянутых анклавов; территории, которую контролирует переходное правительство в Могадишо; и остальная территория. При этом в Аддис-Абебе не исключают того, что Сомалиленд станет частью Эфиопии. Это связано и с портом Бербера, о которой мы уже упоминали, и с открытыми совсем недавно на территории анклава месторождения урана (примерно 300 тыс. тонн), золота и бурого угля. Схема конфедерации выстраивается эфиопами строго по клановому признаку, что является в нынешней ситуации оптимальной гарантией для прекращения гражданской войны. Из сказанного очевидно, что «Аш-Шабаб» в данном раскладе является фактически единственной возможностью помешать этим планам. Указанная стратегия совершенно не соответствует общему настрою в штаб-квартире Афросоюза, который категорически не приемлет политику по дроблению уже сложившихся африканских государств, справедливо полагая, что это может только усугубить ситуацию с трайбалистскими столкновениями. При этом руководство АС откровенно «закрывает глаза» на тесные контакты с руководством непризнанных анклавов в том же Сомали со стороны Аддис-Абебы, и сами имеют эти связи. То есть политика заключается в признании сомалийских образований де-факто, а де-юре это будет сделано только после инициативных шагов со стороны США и стран ЕС.

Со стороны последних шаги в этом направлении уже делаются. Тот же Сомалиленд активно посещают официальные лица из европейских стран (Италия, Великобритания, Нидерланды и др.). Американские АВАКСы уже опробовали несколько раз самую длинную в Африке взлетно-посадочную полосу на бывшей советской военной базе в Бербере, а британцы строят станцию радиоэлектронной разведки. Представляется, что идет активная подготовительная работа в направлении достижения консенсуса между странами по решению вопроса будущего устройства Сомали. Можно конечно бесконечно долго этого не делать, но это будет сдерживать экономическое и политическое проникновение тех же стран ЕС. При этом говорить о серьезных шагах в рамках официального признания можно будет видимо только после того, как будет нанесено стратегическое военное поражение «Аш-Шабаб». Сделать это можно руками сил Афросоюза, который уже выразил готовность это осуществить при условии изменения мандата миротворцев и серьезного наращивания контингента. Это требует дополнительного финансирования, но дело даже не в этом. Вашингтон с большой тревогой относится ко все более набирающей силу тенденции по росту панафриканских настроений в руководстве Афросоюза и усиливать их своими руками не очень готов. США предпочитают сейчас сохранять контролируемый очаг напряженности в этой части континента, подспудно готовя свою схему будущего устройства Сомали. В частности, президентские амбиции явно испытывает заместитель руководителя миссии ЮНАМИД М.Юнис, который, будучи уроженцем Сомалиленда, является обладателем, в том числе и канадского паспорта.

44.72MB | MySQL:110 | 0,856sec