Война или перемирие: перспектива ливийского кризиса в оценках немецких экспертов

В ночь на вторник, 11 мая, Триполи подвергся самой мощной с начала операции «Одиссея. Рассвет» бомбардировке силами авиации НАТО. Согласно официальному отчету альянса, уничтожено 15 складов с боеприпасами близ города Мизда, один командный пункт и один танк — около города Мисурата и два склада с оружием — неподалеку от Сирта. Таким образом, подводит итог пресса ФРГ, с 31 марта 2011 г., когда НАТО взяло шефство над военной операцией в Ливии, авиация альянса совершила 5968 вылетов, 2372 из них были боевыми. Немецкие наблюдатели отмечают определенную активизацию ливийских повстанцев, которым при поддержке с воздуха и моря, видимо, удалось выбить силы Каддафи из западной части портового города Мисурата. Одновременно оппозиционные ливийские СМИ информировали о поддержке со стороны перешедших на их сторону на окраинах Триполи силовиков режима, которые вроде бы снабдили огнестрельным оружием мирных граждан и позвали в великий поход за освобождение от Каддафи. Официальный Триполи назвал эту информацию «уткой».

Но неверно думать, что усиление воздушных атак НАТО смогло решить проблемы, тем более что, как утверждает Филипп Миссфельдер, эксперт по внешней политике фракции Христианско-демократического союза, «Каддафи и сейчас крепко сидит в седле, и эта уверенность зиждется именно на ранее осуществленных поставках оружия». В биографии Каддафи был период, когда он наладил тесное сотрудничество со странами — членами Европейского союза. Каддафи воспользовался этим и «смог усилить свою военную мощь и потенциал». Европе не хватает «самокритического анализа» по этой теме, хотя, только осуществив его, можно приступать к дальнейшим шагам по урегулированию ситуации. Потенциал насилия по отношению к женщинам и детям, которые гибнут в огне войны, создавался Евросоюзом. Как могло случиться, что военные эксперты стран ЕС недооценили перспективы применения лидером-террористом этого оружия, когда «потенциал материализовался»? На этот вопрос прежде всего должны ответить аналитики Старого Света.

Если исходить из того, что силе противостоит только сила, то речь может идти о включении в операцию сухопутных войск, но тогда войска НАТО приобретут оккупационный статус. С другой стороны, Германия вряд ли пойдет на одобрение такого варианта, «особенно в свете опыта, накопленного в ходе других военных операций, таких как в Афганистане, где мы сделали много неразумного», подчеркивает Филипп Миссфельдер. Он уточняет, что «Федеративная Республика Германия приступила к акциям без четкой установки, без стратегия выхода, при незнании ведения борьбы против повстанцев». Поэтому для Германии участие в воздушных атаках означало готовность участвовать затем и в сухопутных операциях, то есть, по существу, повторять прежние афганские просчеты.

Именно по этой причине военный эксперт Клаус Райнхард считает, что пришло время для переговоров с Каддафи. «Невозможно слушать только мятежников», — говорит он. Райнхард указывает на недостаток сведений о том, что собой структурно представляют повстанцы. Как явствует из информации о встрече начальников генеральных штабов Алжира, Мавритании, Мали и Нигера (30 апреля, Бамако), в боях в Ливии участвуют боевики «Аль-Каиды в странах исламского Магриба» /АКМ, преследующие цели, далекие от демократических преобразований в послекаддафийской стране. Время серьезных переговоров назрело не из-за коренного перелома боевой обстановки в ту или иную сторону. Никакое высокоточное оружие, никакое дополнительное вооружение повстанцев пока не в состоянии изменить баланс сил.

Поэтому надо пробовать избавиться от Каддафи не силовым путем. Прежде всего, излагает свою позицию Райнхард, любая военная операция должна служить единственной конечной цели — облегчению участи невооруженной части общества, и эта операция НАТО должна проходить «под эгидой защиты безопасности населения». Боевые действия против Каддафи, «о котором все до единого лидеры Запада сказали: «Мы хотим, чтобы он ушел», вовсе не дипломатический уровень. Вопрос не только в том, как вести переговоры, но и кому их доверить. «Если это будут кандидатуры третьего уровня», переговоры обречены на провал. Наверняка «потребуются люди крупного калибра, которые имеют имя, находятся в регионе Магриба и очень известны». В числе лиц такого уровня Клаус Райнхард назвал Лахдара Брахими, который, по его мнению, эффективно проделал большой объем работы в Афганистане в качестве представителя генерального секретаря НАТО. Попутно отметим, что в своей традиционной пасхальной речи папа римский Бенедикт XVI призвал к прекращению военных действий в Ливии и поиску путей дипломатического решения конфликта, то есть к тому же варианту, который предлагает отставной генерал НАТО.

К. Рейнхард указал, что, согласно современной концепции боевых действий, победить противника лишь воздушными атаками, несмотря на их массированность, невозможно. «В такой войне НАТО не сможет победить. История не знает примеров, которые показывают: подобный конфликт может быть остановлен с помощью лишь военно-воздушных сил». С другой стороны, применение сухопутных войск невозможно. Таким образом, Запад стоит перед сложнейшей дилеммой: как использовать боевой ресурс. Считая ее в принципе неразрешимой, я и предлагаю путь переговоров, каким бы трудным он ни казался, — рассуждая с этой точки зрения, генерал осознает «большую озабоченность федерального правительства, которое, понимая, что Германия будет вовлечена в наземную войну», дистанцировалось от альянса. «Я считаю, что в таких условиях оно было право».

В ситуации, когда обе стороны обвиняют друг друга в нарушении соглашения о перемирии и ситуации, которая на протяжении нескольких недель царит в Ливии, весьма трудно утверждать, кто прав, кто виноват. Сейчас важно добиться прекращения огня с обеих сторон, и если вводить миротворческие силы, то только те, которые «необходимы для поддержки мирных переговоров, как мы сделали дважды на Балканах, в Косове и Боснии». Надо, по его мнению, обеспечить сдерживание воюющих сторон от дальнейших боевых действий. Но для этого не нужны крупные наземные силы, довольно относительно небольшой квоты, достаточной для того, чтобы осуществлять переговорный процесс. Таким образом, НАТО стоит перед дилеммой. Такова оценка актуальной ситуации, как ее видит Клаус Рейнхардт, отставной немецкий генерал, бывший командующий войсками НАТО в Косове.

Эскалация НАТО — не только удары с воздуха, но и поддержка повстанцев.

Мировое сообщество решило поддержать ливийских повстанцев, в том числе финансово, пишет немецкая пресса. После нескольких недель авианалетов НАТО на военные объекты в Ливии на заседании в Риме Контактная группа по Ливии приняла решение о создании фонда помощи восставшим. Изначально повстанцы запрашивали 3 млрд долларов. О готовности сделать взнос уже заявили Катар (около 340 млн евро) и Кувейт (почти 120 млн евро). Кроме того, рассматривается вопрос о возможности использовать замороженные средства главы Ливии и его семьи в качестве залога под кредиты, предоставляемые повстанцам. В одной только Германии заморожено более 6 млрд евро.

Пока решается вопрос о том, когда, куда и какими траншами будут переправлены деньги, в Бенгази прибывают группы военных специалистов стран НАТО. Здесь уже действуют 11 британских военных, которые помогли создать секретный канал связи между силами ливийской оппозиции и штаб-квартирой НАТО в Бельгии. Но она получила приказ не принимать участия в организации военных операций, поскольку резолюция Совбеза ООН № 1973 не разрешает иностранным державам ни обучать войска ливийских повстанцев, ни помогать им планировать военные операции против сил Каддафи. Причем правительство Великобритании планирует снабдить повстанцев оружием, а его эксперты утверждают, что резолюция, разрешающая действия по защите мирных граждан, не предполагает открытой поддержки одной из сторон в гражданской войне.

Повышается градус участия Италии в войне в Ливии. В Бенгази прибыли первые десять итальянских экспертов, которые присоединились к коллегам из Великобритании и Франции и стали инструкторами ливийских повстанцев. В бомбардировках позиций армии Каддафи задействованы ударные тактические истребителя Tornado IDS, которые используют авиабазу Трапани-Бирджи.

Между тем каждая из стран ЕС реализует свою собственную линию поведения. По данным Amnesty International (AI), ряд стран Европы причастен к поставкам вооружений ливийскому режиму. В частности, в районе Мисраты зафиксировано применение кассетных бомб против мирного населения. Как указывает генеральный секретарь AI Моника Люке, кассетные бомбы — испанского производства. При том что их приобретение, хранение, не говоря уже о применении, запрещены на международном уровне. «Официально соглашение подписано в августе 2010 г., все государства-члены ЕС ратифицировали его, — подчеркивает М. Люке. — Но если оно направлено против гражданского населения, это означает, что страны ЕС нарушили эти правила».

С 2004 по 2009 г. Запад предоставлял Каддафи разнообразное оружие. Только правительство ФРГ в 2009 г. продало Ливии оружие на сумму 53 млн евро. Понятно, что сейчас, когда оно пущено в ход и счет идет на тысячи жертв, прежде всего среди мирных жителей, «западные страны обязаны сделать все, чтобы эти военные преступления были расследованы, виновные привлечены к ответственности. Ордер на арест и расследования Международного уголовного суда являются первыми шагами в этом направлении», говорит М. Люке. Но одновременно должно быть понятно, какая из стран ЕС и чем именно вооружала режим Каддафи.

Впрочем, были бы желание и деньги, а поставщик всегда найдется. В данном контексте следует рассматривать недавнюю поставку Катаром 500 автоматов Калашникова — это первая крупная партия оружия, ставшая реальным вкладом в усиление повстанческого движения из-за рубежа. Собственно, мятежники и сами стремятся заработать средства: известно, что 6 апреля из Тобрука вышел в море в неизвестном направлении первый танкер, груженный нефтью, добытой в зонах, контролируемых повстанцами.

Тенденция усиления военной составляющей не только сохраняется, но и повышается. Соответственно, уменьшается предсказуемость. Однако налицо разнобой как в действиях НАТО, так и в действиях стран Евросоюза. Говоря об этом, бывший президент Европарламента Клаус Хэнш считает, что ЕС фактически спрятался за спину НАТО вместо того, чтобы применить на практике инструментарий европартнерства.

Кризис в Ливии — как раз такой случай, чтобы проявить его, тем более что есть повод для действий: 60-летие создания Объединения угля и стали, ставшего предшественником Европейского сообщества. В свое время, отмечает Клаус Хэнш, вместе с идеей экономического правительства ЕС закладывались основы геополитической стратегии стран-членов, которая и поныне требует большей согласованности во внешней политике. Тридцати лет пребывания в Европейском парламенте, в том числе трех лет в качестве его президента, вполне достаточно, чтобы понять: мы все должны избавиться от иллюзии, что Евросоюз направлен лишь на спасение банков и на экономический рост сообщества. Это не сообщество с ограниченной политической ответственностью, подчеркивает К. Хэнш, а сообщество, принимающее прежде всего политические решения, способствующие экономическому прогрессу. Европейский союз и его государства-члены научились, когда с колебаниями, когда с озабоченностью, но в принципе правильно и адекватно реагировать на вызовы времени. Поэтому спорам и неопределенностям стратегии НАТО Евросоюз может и должен противопоставить свою солидарность. Европа должна уметь не только справляться с последствиями финансового кризиса, но и вести собственную политику добрососедства, выработать общую геополитическую стратегию, прежде всего касающуюся ясного поведения в кризисных ситуациях. Это относится и к ситуации в Ливии.

В любом случае, блокада экспорта оружия Ливии, установленная Западом, в определенной степени повлияет на ситуацию, считает лидер социал-демократов Зигмар Габриэль. Чрезвычайно важна в этом процессе роль Африканского союза и Лиги арабских государств. Но и Европа не должна снимать с себя ответственность. Несмотря на то что гремят пушки, надо делать все «для умиротворения ситуации, хотя режим продолжает насилие, и предсказать сроки прекращения огня затруднительно», важно понимать, что «и в период перемирия мирные люди будут страдать не меньше, чем при боевых действиях», указал политик. Следует наметить пути преодоления гуманитарного кризиса. Намечая его, следует исходить из ряда позиций, указывает Зигмар Габриэль. Первая: новый старт в Ливии возможен лишь в отсутствие Каддафи. Вторая: помощь гражданскому населению нужна безотлагательная и всесторонняя, силами стран ЕС. Третья: основная сложность возникает из-за то, что «Европа говорит о Ливии разными голосами», а эта ситуация связана с борьбой за лидерство в НАТО между США и Францией и намеренным дистанцированием от этой борьбы Германии.

Кроме того, подчеркивает он, гуманитарный кризис характерен не только для Ливии, но и для Италии, испытывающей мощный наплыв беженцев, а следом за ней и других стран Европы, куда потом направятся эти людские потоки. Европу ожидают весьма непростые времена. По этой причине «думаю, было бы правильно, чтобы главы европейских государств и правительств или их представители собрались вместе для комплексного решения проблемы беженцев». К примеру, что касается беженцев из Ливии, Туниса и других стран Северной Африки, Зигмар Габриэль видит одно из решений проблемы таким образом. Предпринять в течение нескольких лет обучение — общеобразовательное и профессиональное — наиболее перспективной части беженцев при одном условии: «Потом вы должны вернуться назад, на родину, чтобы участвовать в восстановлении страны». Только тогда, по мнению немецкого политика, «можно распахнуть перед ними двери Европы».

Использованы данные Deutschlandradio, Berliner Zeitung

62.49MB | MySQL:101 | 0,544sec