Международно-правовые аспекты признания нейтрального статуса Афганистана

Проблематика постконфликтного развития Исламской Республики Афганистан (ИРА) и, в частности, международного признания в этом контексте ее нейтрального статуса приобретает все большее звучание в свете «обкатки» основных аспектов международной стратегии ухода из этой страны.

Вместе с тем, по мнению автора, очевидна преимущественно пропагандистская направленность предпринимаемых в этой сфере усилий. Особенно это характерно для решения вопроса о нейтралитете Афганистана: заявления о необходимости такого шага не дополняются, к сожалению, проработкой практических шагов по его имплементации. Это и понятно – слишком значительные, зачастую противоречивые, региональные и глобальные интересы придется учитывать «архитекторам» афганского нейтралитета. Не удивительно, что брать на себя инициативу в этих условиях опасаются как соседи ИРА, так и прочие страны, вовлеченные в процесс афганского государственного строительства. В итоге выбрана наиболее нейтральная, и, соответственно, наименее эффективная формулировка о необходимости возложения исключительной ответственности за принятие решения о нейтралитете страны на ее руководство.

Вместе с тем, несомненно, что односторонне объявленный нейтралитет без его признания международным сообществом и эффективной системы гарантий равносилен холостому выстрелу: шума много, а реальной отдачи — ноль. Если речь действительно идет о провозглашении нейтрального статуса ИРА как инструмента обеспечения ее внутренней стабильности за счет устранения противоречий между внешними по отношению к Афганистану странами и, таким образом, исключения соблазна вмешиваться в его дела для ослабления позиций своих конкурентов – то не обойтись без проработки практических международно-правовых механизмов в упомянутом выше контексте наполнения нейтрального статуса реальным содержанием.

Рассмотрим отработанный на деле соответствующий инструментарий. При этом оговоримся, что речь идет о перспективах приобретения Афганистаном статуса постоянно нейтрального государства – об этом собственно и идет речь в международных кругах, если брать во внимание все предполагаемые компоненты афганского нейтралитета: отказ от использования силы в международных делах, участия в военных блоках и союзах, размещения иностранных военных баз или иностранных вооруженных сил, предоставления своей территории для их транзита.

«Австрийская модель». В 1955 году Австрия приняла Федеральный конституционный закон о постоянном нейтралитете. Этот статус был признан в том же году СССР, США, Великобританией и Францией .

Таким образом основой нейтралитета в данном случае служит соответствующее волеизъявление заинтересованного государства и его признание со стороны ведущих мировых держав. Дальнейшая мировая практика основывается на, по сути, молчаливо признаваемом со стороны третьих стран международном обычае.

«Камбоджийский вариант». Камбоджа на основании соглашения, подписанного в 1991 году на Парижской конференции по Камбодже, была признана постоянно нейтральным государством .

Отличие этого варианта от предыдущего, помимо более широкого в случае с Камбоджей состава признающих ее нейтралитет государств, в оформлении воли заинтересованной страны в виде элемента международного договора.

«Туркменский вариант». Туркменистан путем принятия 12 декабря 1995 года конституционного закона объявил о своем нейтралитете. В этот же день Генеральная Ассамблея (ГА) ООН на основании резолюции заявила о признании и поддержке провозглашенного Туркменистаном статуса постоянного нейтралитета .

Это – наиболее «универсальный» вариант, обеспечивающий фактически глобальное признание нейтралитета за счет привлечения возможностей ооновских механизмов.

Насколько применимы указанный варианты к афганским реалиям? По мнению автора, наиболее удачным выглядело бы сочетание «камбоджийской» и «туркменской» моделей. В частности, на первом этапе заявление о постоянно нейтральном статусе страны можно было бы оформить в рамках итогового документа международной конференции с участием не только ключевых акторов афганской стабилизации, но и, что важно и непременно, самих сторон внутриафганского конфликта (в ином случае, говорить о легитимности соответствующего заявления, предположим, только Кабула в глазах самой афганской общественности было бы весьма сложно; именно поэтому «австрийский» вариант в случае ИРА слабо применим). Второй этап, признание соответствующих решений конференции со стороны ГА ООН. Именно после этого можно было бы говорить как о внутриафганской, так и международной легитимности афганского нейтралитета.

 

1.Международное право : учебник / под ред. А.Н.Вылегжанина. – М. : Издательство Юрайт ; ИД Юрайт, 2010. – 1003 с. – (Университеты России). С. 128.

2.Там же. С. 129.

3.Там же. С. 129.

28.77MB | MySQL:67 | 0,753sec