Форум стран – экспортеров газа: арабская экспансия

Решение о преобразовании действовавшего с 2001 г. в качестве неформального объединения Форума стран – экспортеров газа (ФСЭГ) в международную организацию с одноименным названием было принято в ходе седьмой министерской встречи ФСЭГ 23 декабря 2008 г. в Москве: министры энергетики стран-участниц одобрили устав Форума и подписали межправительственное соглашение. Кроме того, было определено месторасположение штаб-квартиры ФСЭГ.

В декабре 2009 г. в рамках очередной министерской встречи на пост генерального секретаря организации единогласно был избран российский кандидат Л.В.Бохановский.

На тот момент данное событие было вполне ожидаемым и прогнозируемым. Ведь в 2008 г., несмотря на предложение России разместить в Санкт-Петербурге штаб-квартиру созданной организации, государства –участники ФСЭГ приняли решение в пользу Катара, столица которого (г. Доха) и стала местом расположения секретариата Форума. В этой связи вполне закономерно, что эмират не стал препятствовать получению поста главы секретариата представителем России.

Несколько лет членами ФСЭГ являлись 11 государств, включая Алжир, Боливию, Венесуэлу, Египет, Иран, Катар, Ливию, Нигерию, Россию, Тринидад и Тобаго, Экваториальную Гвинею. Однако 2011-2012 гг. в состав организации вошли Оман и ОАЭ, а Ирак получил статус наблюдателя Форума. Помимо Ирака, этот статус носят также Казахстан, Нидерланды и Норвегия.

Примечательно, что за последние годы состав участников и наблюдателей организации пополнился лишь за счет арабских государств. В результате из 13 членов ФСЭГ 6 являются арабскими странами.

Подобная арифметика вовсе не на руку Москве, поскольку сегодня имеет место острое противостояние двух полюсов – России и арабских монархий Персидского залива. Возглавляет коалицию последних Катар, который активнее других выражает свое недовольство внешнеполитическим курсом нашего государства, особенно на сирийском направлении.

Что касается катарской кампании против Сирии, то она во многом обусловлена не только геополитическим, но и газовым факторами.

Как представляется, эмират поддерживает сирийский повстанцев из-за того, что после падения Дамаска, настанет время «наводить порядок» в соседнем Иране, который, с одной стороны, является торговым партнером Дохи, а с другой – визави на политической и энергетической аренах.

Катар выразил намерение импортировать иранский природный газ, так как эмират опасается увеличения внутреннего спроса на данный энергоноситель. Дело в том, что до 2014 г. действует мораторий на расширение добычи на самом крупном катарском месторождении «Северное». В этой связи в ближайшей перспективе катарцы не смогут интенсифицировать производство природного газа для полного погашения потребностей местного рынка, увеличившихся вследствие осуществления в стране масштабных инфраструктурных проектов в рамках государственной программы «Стратегия национального развития 2011-2016» и подготовки к Чемпионату мира по футболу 2022 г.

Осложняет ситуацию тот факт, что Доха заключила долгосрочные договоры на поставку сжиженного природного газа (СПГ) с США, Великобританией, Индией, а также другими европейскими и азиатскими странами. Следовательно, катарцы не смогут отойти от контрактных обязательств и снизить объемы экспорта.

Стоит отметить, что, несмотря на достигнутую договоренность о разделе сфер добычи «голубого топлива» в смежных морских районах, Катар и Иран охотно бы отказались от деления «по-братски» крупнейшего в мире газоконденсатного месторождения, расположенного на территории обеих стран. Катарская часть участка носит название «Северное» (площадь — 6 тыс. кв. км), а иранская — «Южный Парс» (3,7 тыс. кв. км).

Учитывая то, что спрос на энергоносители в эмирате будет расти в результате постоянного роста его экономики, складывается вполне логичный и закономерный сценарий: Доха будет стремиться заполучить «Южный Парс», всячески подыгрывая США и Европе, стремящимся заставить Тегеран подорваться на «минном поле» многочисленных санкций.

Следует напомнить, что в отношении Ирана действуют несколько пакетов санкций Совета Безопасности ООН. Кроме того, Вашингтон и некоторые страны Европы самостоятельно ограничили активность собственных компаний на иранском рынке. Как следствие, экономическое давление Запада мешает иранцам закрепиться на европейском направлении (однако способствует присутствую там катарских углеводородов), но Тегеран активно штурмует азиатские рубежи, среди которых особняком стоят Китай и Индия.

В свою очередь, эмират активно сотрудничает с Китаем, который стремительно наращивает импорт катарского топлива. Согласно предварительным договоренностям, в ближайшие годы объемы поставок СПГ из Катара в Китай существенно увеличатся по сравнению с 2010 г. (1,2 млн т) и составят 12 млн т.

По всей видимости, пытаясь обессилить Сирию, Катар стремится лишить Иран союзника, который способен помочь реализации углеводородных планов Тегерана на различных рынках. Иранцам вполне по силам наладить бесперебойный долгосрочный экспорт сырья в Китай, и вследствие этого у последнего появляется реальная возможность выйти к Средиземному морю.

Этот сценарий обусловлен также тем, что Сирия не станет выступать против и, вероятно, поддержит подобное развитие ситуации.

Кроме того, в перспективе Иран планирует организовать экспорт СПГ в Европу через сирийские порты. Это абсолютно не на руку Дохе, которая в последнее время интенсифицировала сбыт на европейских рынках, включая Великобританию (лидера среди всех импортеров СПГ из эмирата), Италию, Францию, Бельгию и Испанию.

По статистике, более четверти потребляемого в странах Европейского союза сжиженного газа доставляется из Катара. Началось строительство СПГ-терминала в Польше, куда с 2014 г. (не исключена возможность начать раньше) государственная компания «Катаргаз» будет ежегодно поставлять 1 млн т газа с перспективой дальнейшего увеличения объема экспорта в 2017-2018 гг. Ведутся переговоры о поставках катарского СПГ в страны Балтии, Белоруссию и на Украину.

Тем не менее на площадках различных международных организаций эмират по основным глобальным и ближневосточным проблемам, как правило, солидарен в основном с исламскими странами.

Например, с монархиями Персидского залива Катар старается поддерживать сбалансированные отношения на полях Лиги арабских государств (ЛАГ) и Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ).

В рамках ССАГПЗ запущены совместные оборонные и экономические инициативы, одна из которых предусматривает создание валютного совета. Саудовская Аравия, Бахрейн, Кувейт и Катар вплотную приблизились к реализации данной идеи.

Выступая в «связке» с соседними арабскими странами, Катар настойчиво заявляет о необходимости демократизации и либерализации общественно-политической жизни в крупных странах Ближнего Востока и Северной Африки. Так, эмират нередко выступает с «обличительными» речами и обвинениями в коррупции в адрес руководства Египта, Ливии, Сирии.

Помимо этого, используя международную арену (прежде всего, ООН, ЛАГ) и заручившись поддержкой Саудовской Аравии и ОАЭ, Катар серьезно лоббирует интересы сирийской оппозиции, пытаясь «продавить» принятие того или иного документа, поддерживающего военные действия по смене режима .

В частности, выступая на 67-й сессии Генассамблеи ООН в 2012 г., эмир Катара, в отличие от других представителей стран ССАГПЗ, призвал арабские государства, являющиеся членами ЛАГ, немедленно направить в Сирию свои военные контингенты для прекращения кровопролития. Для иллюстрации своих слов Хамад Аль Тани в качестве примера привел успешный, с его точки зрения, опыт направления миротворческого контингента арабских сил сдерживания в Ливан в 1976 г.

Острому желанию Катара сместить неугодные режимы некоторых стран региона, которые, по заявлению катарской прессы, «ежедневно совершают преступления против мирного населения», на международной арене противостоит Россия, которая с самого начала «арабской весны» пытается урегулировать обстановку на Ближнем Востоке мирными средствами, вызывая этим острое недовольство и сильную ненависть властей эмирата.

Одна из ведущих катарских газет пишет следующее. «Россия и Китай играли значительную роль в задержке принятия консолидированного решения мирового сообщества о ликвидации диктаторских режимов некоторых арабских государств, ведомых Ливией, что вызвало продолжение войны диктатора против его оппозиции. В результате того, что Москва и Пекин не поддержали резолюцию ООН, предусматривающую введение над территорией Ливии зоны, в которой запрещен полет самолетов, погибли тысячи ливийцев, которые не были защищены от угнетения и тоталитаризма правящего режима, убивавшего граждан одного за другим. Похожая ситуация сейчас наблюдается в Сирии. К сожалению, она усугубляется отсутствием международного воздействия, в том числе в виде санкций, на сирийский режим, который уничтожает повстанцев с молчаливого согласия властей арабских государств, включая монархии Персидского залива».

Катарцы убеждены, что Россия потеряла статус центра силы, но все еще надеется вернуть его, выступая против происходящих в последние десятилетия «народных движений» в тех арабских странах, в которых Кремль активно сотрудничает с правящими режимами, прежде всего, по оборонной линии, поставляя легкое и тяжелое оружие, в том числе в Сирию. Следует напомнить, что в сирийском порту Тартус расположен единственный российский пункт материально-технического снабжения в дальнем зарубежье. Кроме того, Сирия является крупным импортером российского вооружения в регионе.

Первоначально США и Европа проводили схожую с российской политику, но затем они оперативно извлекли уроки из событий в Тунисе и Египте, пересмотрев свой внешнеполитический курс на данном направлении.

Тем временем Россия продолжают «гнуть свою линию», ежедневно теряя свою репутацию в лице Дохи и некоторых других арабских игроков. Результатом такого поведения стали многочисленные антироссийские акции протеста перед официальными учреждениями России, находящимися на территории некоторых стран региона (в частности, Ливии и Сирии), а также бойкотирование отечественной продукции в Иордании и отказ от российских инвестиционных проектов в Катаре.

В 2010-2011 гг. Россия предложила эмирату множество инвестиционных проектов в нефтегазовой, золоторудной, строительной и иных сферах. Ожидалось, что в случае их реализации объем катарских инвестиций в российскую экономику мог составить порядка 10-12 млрд долл., но Доха не приняла участие ни в одном из возможных проектов.

Во-первых, катарская сторона отказалась от покупки 10% акций «Банка ВТБ», причем Россия готова была продать названный процент акций со скидкой (вместо 3 млрд долларов за 2,5 млрд). В результате государственный банк, у которого имелись четкие указания продать 10% акций к 15 февраля 2011 г., был вынужден осуществить сделку, договорившись с западными фондами. Сумма составила 3,3 млрд долл.

Тем не менее руководство «Банка ВТБ» объявило катарцам, что в перспективе возможна еще одна подобная сделка. Доха сначала оживленно отреагировала на данное предложение, однако постепенно эта активность сошла на нет, а ее место заняла задержка работы по проекту.

Во-вторых, компания «ВТБ Капитал» (инвестиционное подразделение «Банка ВТБ») предложила эмирату два газовых поля средней величины, проведя соответствующую презентацию в июле 2010 г. В итоге переговоры так и не завершившись положительным результатом.

В-третьих, рядом российских компаний Катару было предложено несколько инвестиционных проектов в сфере золотодобычи и недвижимости. Прождав более восьми месяцев и так и не получив ясного ответа от катарской стороны по поводу ее заинтересованности в этих проектах, некоторые фирмы были вынуждены заключить соглашения с другими иностранными инвесторами, которые в кротчайшие сроки отреагировали на предложения и выразили желание заключить соответствующие соглашения.

В-четвертых, первым в числе планируемых инвестиционных проектов должен был стать «Ямал-СПГ», осуществляемый крупнейшим российским независимым производителем газа – компанией «Новатэк». Однако работа катарских стороны в отношении развития данной сделки, как и по названным выше, не дала ожидаемых результатов. В таком же состоянии находится ряд совместных проектов в сфере опреснения воды, хай-тека, продовольствия.

Помимо фактической «экономической блокады» со стороны Катара, на Россию обрушилась вереница поступающих из СМИ, социальных сетей и интернет-форумов призывов, побуждающих арабские страны прекратить торговое партнерство с Москвой.

Кроме того, слышны призывы выслать из региона все российских специалистов и провести протестные митинги и демонстрации перед зданиями российских дипломатических учреждений, аккредитованных не только в арабских и исламских государствах, но и в странах Европы, Азии, а также Северной и Южной Америки.

Возвращаясь к ФСЭГ, стоит напомнить, что изначально эта организация создавалась при активном участии России, которая стремилась воплотить в Форуме подобие Организации стран – экспортеров нефти (ОПЕК). Однако ФСЭГ так и не стал газовым картелем. Более того, позиции России в этой организации заметно ослабли, вследствие численного расширения организации за счет арабских участников, которые не самым дружественным образом настроены в отношении Москвы.

Итак, что мы имеем на сегодняшний день.

Во-первых, штаб-квартира Форума находится в Катаре, что позволяет ему косвенно влиять на политику организации. Несмотря на то, что все страны обязаны вносить ежегодные членские взносы, Доха оказалась гораздо щедрее других участников и инвестировала в первоклассное обустройство штаб-квартиры Форума, находящейся в роскошной башне «Торнадо тауэр», солидные финансовые средства.

Во-вторых, следующим генеральным секретарем организации станет не российский представитель, что также частично понизит авторитет нашего государства в рамках ФСЭГ.

Вероятно, за два срока нахождения у руля Форума Л.В.Бохановский проделает все черную работу, связанную с периодом становления этой международной организации, наладит контакты между ФСЭГ и другими международными организациями (например, ООН, Международным энергетическим агентством (МЭА), а также многими серьезными игроками региональных газовых рынков.

В-третьих, арабские участники организации вполне способны создать эффективную коалицию против России и всячески препятствовать ее деятельности в рамках Форума. Это особенно актуально в свете мировой повестки дня, на переднем плане которой значатся различные газовые вызовы, ответы на которые некоторые арабские страны стремятся искать без учета интересов России.

Согласно указу президента России В.В.Путина, Второй саммит глав государств – участников ФСЭГ пройдет 1–2 июля 2013 г. в Москве. Документом также утвержден состав организационного комитета по подготовке и проведению этого мероприятия. Председателем комитета назначен вице-премьер России А.В.Дворкович, его заместителями – управляющий делами президента В.И.Кожин и министр энергетики А.В.Новак.

Конечно, российская сторона ожидает положительных итогов грядущей встречи на высшем уровне, но пока приходится констатировать, что Форум не оправдывает тех ожиданий, которые на него возлагались.

Сегодня существующий долгосрочный характер торговых отношений России с различными странами в области поставок газа, возможность дальнейшего развития сотрудничества с ЕС, а также Японией, Китаем и другими государствами Азии позволяют говорить о нецелесообразности введения механизма квотирования.

Дело в том, что это входит в противоречие со сложившейся системой поставок российского газа потребителям на основе долгосрочных контрактов. С учетом данного факта России целесообразно не продолжать лоббирование линии по созданию «газовой ОПЕК» на площадке ФСЭГ, а сосредоточиться на отстаивании иных интересов. В частности, на минимизации арабского влияния и увеличении собственного авторитета в рамках Форума.

 

43.85MB | MySQL:92 | 1,032sec