В Москве состоялся научный семинар по проблемам международного терроризма

Семинары в Институте изучения Израиля и Ближнего Востока по актуальным проблемам, связанными с ситуацией на Ближнем и Среднем Востоке, становятся традиционными.

Прошедший на прошлой неделе круглый стол был посвящен проблеме: «Россия и угрозы политического экстремизма и терроризма».

В семинаре приняли участие известные российские ученые-востоковеды: директор Института изучения Израиля и Ближнего Востока Е.Л.Жигун, заместитель директора Института востоковедения Российской Академии наук арабист В.А.Исаев, арабист В.М.Ахмедов, заведующая сектором Ирана Института востоковедения Н.М.Мамедова, иранист В.И.Сажин, турколог Н.Г.Киреев, главный эксперт ИИБВ А.Ю.Умнов, журналист корреспондент ИТАР-ТАСС С.Э.Бабкин, а также представители различных практических организаций и учреждений, занимающиеся проблемами Ближнего Востока.

Открыл семинар президент ИИБВ Е.Я.Сатановский. Затем участники семинара приступили к обсуждению темы.

Можно отметить, что обсуждение шло как бы по двум каналам — теоретическому и практическому, то есть обсуждались теоретические аспекты проблемы терроризма, а также реальные угрозы, которые исходят от терроризма.

В ходе дискуссии было высказано мнение, что сегодня терроризм превратился из отдельных частных случаев, коим он был в XIX веке, в глобальное явление. Хотя в настоящее время он также предстает в различных ипостасях. В том числе имеют место его разновидности, сосредоточенные исключительно в регионах отдельных стран и носят локальный, как правило, сепаратистский характер: баскский терроризм в Испании, ирландский — в Великобритании и так далее. Однако, доминирующую роль в мировой системе террора играет исламистский терроризм. Это не случайность — это закономерное явление.

Исламистский терроризм объявил войну без правил, без фронта и тыла. Его генезис неоднозначен. Скорее он — производное многих факторов. В том числе и следующего.

В среде целых народов, наций, внутри исламской конфессии созрели грозди гнева, ненависти и зависти по отношению процветающему меньшинству. Причем основную массу недовольных в силу воздействия как объективных, так и субъективных причин составили именно мусульмане. Этим воспользовались определенные политико-экономические круги, прежде всего именно мусульманского мира, для достижения своих целей. А цели их вполне понятны. Обладая практически неограниченными финансовыми ресурсами (в первую очередь — нефтедолларами), они стремятся к захвату рычагов управления мировым процессом глобализации. Именно нефтяные шейхи хотят отстранить (или хотя бы попытаться это сделать) традиционные транснациональные силы Америки, Европы и получить в свои руки как можно больше нитей мировой политики. Для этого они всячески ослабляют эти силы, поощряя, культивируя и катализируя недовольство нищих, неграмотных мусульман. И на подобном фоне всеобщего недовольства Западом исламской цивилизацией создается мощный ударный кулак — международный террористический интернационал под зеленым знаменем ислама. В силу сущностных особенностей именно эта религия стала использоваться в качестве основной идеологической доктрины мести.

Поэтому Усама бен Ладен со своей «Аль-Кайдой» представляет собой лишь видимую, меньшую часть айсберга исламистского терроризма, способного потопить корабль американо-европейской цивилизации.

В связи с этим многие государства обоснованно требуют интернационализации борьбы с новым злом. И это не только справедливо, но и прагматично. Поскольку коллегиальный путь борьбы со злом терроризма — единственно возможный и эффективный. Однако опыт последних лет показывает, что ООН (а также и НАТО) не способна в силу своей забюрократизированности и неповоротливости оперативно и эффективно реагировать на вызовы международного терроризма. Нужен принципиально новый мобильный интернациональный механизм, по своей структуре способный противодействовать разветвленной и многообразной преступной деятельности террористов. В частности, выдвигается идея создания наднациональной системы, объединяющей антитеррористические силы, в состав которых могут входить управленческая, информацинно-аналитическая, разведывательная, контрольно-финансовая, контрпропагандистская и силовая структуры — хорошо экипированные контртеррористические части, подготовленные к переброске в неспокойные регионы. До этого, конечно, еще далеко.

Однако, в силу сложившейся ситуации в мире, опыта борьбы с реальным террором, имеющихся ресурсов ядро международной антитеррористической системы могут сформировать США, Израиль и Россия. Вне всякого сомнения, подобный не совсем привычный альянс возможен лишь как результат целенаправленной и активной деятельности заинтересованных сил в этих трех странах. Однако вся эта международная антитеррористическая система, конечно же, должна быть создана на прочной законодательной базе. Прежде всего, необходимо дать точное и однозначное и юридически обоснованное определение термину «терроризм». Показать, чем принципиально отличается террор от национально-освободительной борьбы. Кроме того, существует необходимость четкого определения реальных финансовых, политических, людских источников исламистского терроризма, выявления их каналов связи и взаимодействия. Здесь не должно быть двойных стандартов в подходах к этим проблемам.

На семинаре обсуждались проблемы конкретной политической обстановки в мире в связи с ситуацией вокруг и внутри Ирака. Это уже практика американской внешнеполитической теории борьбы с терроризмом. Известно, что США отождествляют борьбу с терроризмом борьбой с Саддамом Хусейном. Основная угроза, которая видится ныне американцами, это — Ирак, хотя ясно, что он к терроризму непосредственного отношения не имеет. На семинаре было отмечено, что американцы не готовы на уровне реальной внешней политики осуществлять серьезную деятельность по противостоянию терактам и тероперациям. Если американские профессионалы понимают, что происходит в мире, и пытаются довести свои выводы до верхов, то, почему-то, это понимание по мере продвижения наверх к высшим властным структурам, становится все меньше и меньше. Представляется, что на уровне политического руководства приняты планы борьбы с терроризмом, которые утверждают, что с ним будет покончено, если Ирак, как главное, самое опасное звено, вырвать из цепи зла. Следом за ним должен последовать Иран. Именно так они определяют круги опасности: в круге первом — Ирак, в круге втором Иран. Саудовская Аравия и Пакистан с его атомной бомбой вообще не просматриваются в этом раскладе. В последнее время Вашингтон целенаправленно выводит эти страны из обсуждения в связи с терроризмом. Более того, он усилено навязывает Израилю идею неминуемой угрозы со стороны Ирана. В американской политике просматривается намерение свести на нет все попытки уменьшить ирано-израильские противоречия, которых (противоречий, во всяком случае, — антагонистических), на самом деле и нет. Американцы навязывают израильтянам идею, что самый страшный враг Израиля после Ирака — Иран, а США призваны спасти евреев от иранцев. Конечно, в определенном ракурсе деятельность «Хезболлы» вроде бы на бытовом уровне подтверждает логику этих выводов и действий. Однако, при этом нельзя забывать, что американцы в Иране (или в отношении Ирана) решают свои, может быть, даже чисто психологические проблемы, связанные с провалом иранской политики президента Картера в 1978-1980 годах. И при этом Израиль натравливается на Иран слишком серьезно. К сожалению, израильтяне не чувствуют себя достаточно свободными от американцев ни в финансовом, ни в политическом, ни в военном плане, что бы, даже понимая ситуацию, с ними спорить. Здесь, по мнению участников семинара, необходима целенаправленная работа с американской так и с израильской элитой по разъяснению ситуации, как с Ираном, так и со значительной опасностью со стороны Саудовской Аравии и ядерного Пакистана. Для России любые действия США против Ирана абсолютно неприемлемы и не допустимы по многим причинам — политического, экономического, регионального и так далее свойства.

В отношении Ирана сложилось впечатление, что американцы не могут или не хотят анализировать, что происходит на самом деле ни внутри ИРИ, ни внутри правящей элиты. Они сознательно или бессознательно уклоняются от того, чтобы посмотреть на те эволюционные процессы, которые происходят в этой стране. Для них Иран 2003 года вряд ли отличается от Ирана 1980-го. Создается впечатление, что американцы тупо маршируют по пути, проложенному на картах 1979 года, а мир то изменился. И вопрос здесь не в отсутствии компетенции у американских специалистов-востоковедов, а в нежелании руководства видеть эти перемены, которые в целом идут в разрез с планами США. Кроме того, эволюция иранского шиитского режима, которая, по мнению всех российских иранистов, происходит в Иране, дело не одного месяца или года. Это довольно длительный системный процесс. Американцы же, верные своим политическим традициям, не привыкли заглядывать далеко за дату предстоящих президентских выборов. Что будет за этой чертой администрацию не волнует. Им нужно все и сразу. Сажать елочки, и ждать, когда вырастет лес, они не хотят. Поэтому США явно спешат решить и иракскую, и иранскую проблемы (в свою пользу, конечно) в ближайшие два года. Как полагают многие специалисты, после завершения иракской кампании, через некоторое время, вероятно, осенью может начаться иранская. Хотя понятно, что между Вашингтоном и Тегераном ведется диалог. И, безусловно, и США, и Иран будут маневрировать, будут создавать условия для решения своих проблем, насколько это возможно, без применения силы.

Что касается палестинской проблемы, то, как отмечали выступавшие, процесс мирного урегулирования между Израилем и палестинцами зашел в тупик. Создалась патовая ситуация. И, пожалуй, в ближайшее время найти выход из него будет очень и очень трудно. ООН явно не спешит проявлять активность, а арабские государства вообще по большому счету заинтересованы в поддержании огня в топке арабо-израильского конфликта, так как общий враг — это, пожалуй, единственно, что их объединяет. А ведь именно нерешенность этой проблемы порождает все новых и новых исламистских террористов.

Участники семинара обсудили также вопросы безопасности и состояния антитеррористической борьбы в отдельных странах и регионах: в Магрибе, Афганистане, Сирии, Турции.

На семинаре было уделено внимание не только экстремальным проявлениям исламизма, но и экспорту его идей мирными, агитационно-пропагандистскими средствами. В том числе путем целенаправленной подготовки исламских богословов и использования их в качестве миссионеров в странах, как с мусульманским, так и немусульманским населением. Так, в начале реформ в России, многие молодые люди, исповедующие ислам, уехали за границу в мусульманские страны углублять свои знания по исламу. Где они теперь? Кто из них вернулся и чем занимается? Это важный вопрос, напрямую связанный с безопасностью России. «Мирный», «тихий», «мягкий» исламизм тоже опасное явление. Оно создает прекрасную почву для произрастания уже экстремизма.

На семинаре в ИИБВ российские ученые обсудили самый широкий круг вопросов, связанных с проблемой международного терроризма. В итоге пришли к выводу, что это реальная угроза для всего мира и России в том числе. Причем для борьбы с этим злом необходима консолидация всех здоровых сил на основе международного права.

28.17MB | MySQL:67 | 0,693sec