Перспективы российско-турецких отношений на фоне кризиса

Роль Турции в современной Передней Азии определяется рядом геополитических факторов, которые учитываются в процессе обеспечения коалиционных интересов на Ближнем Востоке, в Закавказье и Центральной Азии.

К факторам, определяющим стратегическую значимость Турции, относятся её большие людские ресурсы – около 80 млн чел. (третье место в Европе), площадь территории – 779 452 км2, а также наличие выхода к Средиземному, Эгейскому, Черному морям, контроль над проливами Босфор и Дарданеллы. Турция имеет сухопутную границу с Грузией, Арменией и Азербайджаном, а также с Болгарией, Грецией, Сирией, Ираком и Ираном.

В то же время основная часть площади страны (около 80%) приходится на горную местность, что неблагоприятно сказывается на развитие критических инфраструктур, ощущается недостаток природных ископаемых и энергетических ресурсов, что вынуждает Турцию учитывать это в своей внешней политике.

В Турции компактно проживают национальные меньшинства, из которых 20% составляют курды, 8% армяне и 5% греки, что является негативным фактором внутриполитического состояния на фоне нестабильных отношений Турции с Ираном, Ираком, Сирией, Арменией и Грецией.

Немаловажным фактором значимости Турции является то обстоятельство, что она представляет собой традиционное мусульманское государство в составе НАТО, положение и военный потенциал которого командование альянса намерено использовать для расширения влияния блока в странах Европейско-Азиатского региона.

Турция занимает одно из первых мест в НАТО по доле общих военных расходов в ВВП и государственном бюджете. В 2012 году доля общих военных расходов в ВВП составила 1,9%, а в государственном бюджете – 5,4%. Средние ежегодные темпы прироста военных расходов в 2000 – 2013 годах оцениваются в 3,6 – 4,1% а в 2013 – 2025 годы 3,8 – 4,2%.

Являющаяся членом НАТО, Турция уже в мирное время де-факто позиционирует себя как государство, представляющее собой угрозу безопасности Российской Федерации и её союзникам в регионе.

В связи с развивающейся конфронтацией между Россией и Турцией наиболее острыми мероприятиями, повышающими степень реализации угроз безопасности Российской Федерации, исходящих от военной политики Турции, могут быть:

– дальнейшее наращивание совокупного оборонного потенциала Турции. Активизация военной деятельности может инициировать обострение военно-политической обстановки до уровня вооруженного конфликта, в который, в рамках двусторонних договоренностей со странами региона (не напрямую), может быть вовлечена и Россия;

– развитие ракетной программы Турции, модернизация самолетного парка ВВС страны за счет поступления на вооружение самолетов F-35;

– предоставление Турцией территории для размещения военных баз США и НАТО, включая новые передовые районы и объекты ПРО, элементы тактического и оперативно-тактического ядерного оружия и средств его доставки и т.п.;

– проведение турецкой внешней разведкой (Национальной разведывательной организацией) и военной разведкой, неправительственными организациями и их эмиссарами подрывной деятельности исламистской (пантюркистской) направленности на территории России (в мусульманских анклавах), в государствах, граничащих с РФ и исповедующих ислам;

– осуществление военно-технического сотрудничества с Украиной, Азербайджаном, Грузией, Узбекистаном, Туркменистаном и повышение, тем самым, конфликтного потенциала в отношении Крыма, Закавказье и среднеазиатских республик.

Таким образом, Турецкая Республика представляют собой основной дестабилизирующий фактор, влияющий на развитие военно-политической обстановки в регионе.

Как далеко может зайти российско-турецкая конфронтация ?

Как представляется, до открытого вооруженного противостояния сложившаяся военно-политическая обстановка не приведет. Но к границе данного конфликта («Рубикону») обе стороны подойти могут: гипотетически возможно выдвижение частей и соединений вооруженных сил Турецкой Республики в северные районы Сирии и в направление на российскую авиабазу в Латакии. Все это будет происходить с молчаливого одобрения США и Запада под видом защиты и оказания помощи тюркоязычным соплеменникам (туркоманам), а также подготовки местных воинских формирований к «борьбе с террористами». В этом случае на вооружение этих отрядов поступят ПЗРК типа «Стингер», собираемые в Турции. Сам турецкий контингент явно будет усилен зенитно-ракетными и зенитно-артиллерийскими частями и подразделениями, частями разведки и РЭБ. Все это в совокупности значительно затруднит действия российских ВКС. К тому же российские самолеты будут значительно уязвимы от огня «террористических» формирований и групп, особенно на самых опасных участках полета – во время взлета и посадки.

Что означает кризис российско-турецких отношений для будущего Ближнего Востока и борьбы с «Исламским государством»?

В настоящее время Турция является негласным финансово-экономическим (в большей степени экономическим) спонсором «Исламского государства» (ИГ) и других террористических организаций. Как для Турции, так и для ИГ невыгодна ситуация с разрывом экономических связей друг с другом. Но в данном случае имеются несколько раздражителей, и главный из них – Россия.

Отсюда напрашиваются два пути развития обстановки:

А) для Турции:

1-й этап — блокировать действия России как главного раздражителя (убрав российские ВКС из Сирии либо снизив эффективность их действий) ;

2-й этап – разобраться, наконец-то, с Б.Асадом, алавитами и сирийскими вооруженными силами;

3-й этап – совместно с формированиями туркоманов при поддержке турецкой армии (прежде всего ВВС) подчинить себе (своей политике в регионе) сирийских курдов;

4-й этап – взять под свой контроль углеводородные и другие сырьевые ресурсы Сирии (на первом этапе);

5-й этап – произвести административно-политико-экономический передел Сирии и Ирака.

Б) для России (и союзников):

1-й этап (краткосрочный) – не допустить ввод турецких войск в северные районы Сирии (хороший пример – ввод турецких войск на север Ирака; мировое сообщество «проглотило» эту турецкую «пилюлю» и оставило «в дураках» руководство Ирака. Для этого оперативно (в течение года) привлечь курдские вооруженные формирования и формирования иранских добровольцев для зачистки северных районов Сирии (приграничной с Турцией полосы) от протурецких бандформирований;

2-й этап — по возможности хотя бы в перспективе (10-15 лет) сохранить административно-политическое устройство Ближнего Востока, блокировать совместно с союзниками (в первую очередь с Ираном) деятельность КСА, Катара, США, Турции. Основные российские мероприятия – с использованием наступательных, высокоточных, массированных технических средств нанесение максимального поражения формированиям ИГ и другим незаконным вооруженным формированиям (НВФ). В контексте НВФ – это вооруженные формирования, ведущие борьбу с использованием огневых средств поражения против легитимных сирийских военных и государственных структур. Те формирования, которые (по их заявлению) являются «умеренной оппозицией», должны подчиняться Генштабу сирийских ВС и безоговорочно выполнять все его указания и приказы. Невыполнение ими приказов ГШ ВС Сирии должно рассматриваться как переход на сторону ИГ, «Джабхат  ан-нусры» и др. бандформирований с последующим их уничтожением;

3-й этап (ведется постоянно) – ведение информационной и психологической войны (проведение информационно-психологических операций) против Турции и НВФ, КСА, Катара, США и др. стран прямо или косвенно поддерживающих Р.Т.Эрдогана.

Какую цену придется заплатить Анкаре и Москве за проводимую ими ближневосточную политику?

  1. А) России ничего (в общем понимании данного вопроса) платить не придется.

Б) Турция должна:

1) безусловно и безоговорочно извиниться за инцидент с уничтожением российского Су-24 и гибель российских военнослужащих;

2) выплатить все компенсации семьям погибших военнослужащих и пожизненно их содержать, а также России – за уничтоженные Су-24 и Ми-8;

3) создать межправительственную комиссию и провести расследование с наказанием виновных в этом инциденте;

Однако, вероятность реализации этого варианта Турцией близка к нулю. Президент Турции Р.Т.Эрдоган на эти условия никогда не пойдет: для него этот вариант – политическая смерть. При том, что поддержка турецкого президента в случае с Су-24 достаточно велика как внутри страны, так и за рубежом.

В данных условиях необходимо «давить» Турцию, ИГ и «иже с ними». При этом на первом этапе целенаправленно уничтожать транспорты с нефтью и сырьем, объявив их объектами террористической угрозы. Здесь уместно подключить (в целях реализации плана информационно-психологической операции) проамериканскую и исламскую коалиции с указанием конкретных целей для них и разрекламировав данную кампанию в СМИ и интернете (возможно с прямой трансляцией авиаударов), так как, как представляется результативность этих ударов будет близка к нулю либо самолеты коалиций не смогут летать по техническим, погодным, климатическим и др. условиям.

Как двум государствам преодолеть разногласия в военной и дипломатической сфере?

Преодоление разногласий между Турцией и Россией в военной и дипломатической сфере невыгодно, прежде всего, США, ЕС и КСА с Катаром. Руководству этих стран необходим постоянный раздражитель России, будь то Украина, Афганистан, ИГ, ситуация вокруг Крыма или Приднестровья, армяно-азербайджанский конфликт или свобода сексуальных меньшинств и оппозиционеров в России.

Анкара находится под прикрытием США, ЕС и НАТО, поэтому никто в турецком руководстве не беспокоится по отношению ответных политических, дипломатических санкций против Турции. Другое дело – экономические санкции и военно-технические операции мирного времени.

Отдельным пунктом необходимо рассмотреть роль турецкой армии в сложившемся положении. И хотя она была непосредственным средством уничтожения российского самолета в небе Сирии (Су-24 был сбит F-16 ВВС Турции), она же может и оказать помощь в «разрулировании» ситуации.

40.67MB | MySQL:66 | 0,909sec