Кому нужно прекращение огня в Сирии

Тема прекращения огня в Сирии сегодня активно звучит на международных площадках и в западных СМИ.

18 декабря Совет Безопасности ООН принял резолюцию 2254, в которой не только поддержал установление общесирийского прекращения огня (причем ясно прописал связь между ним и политическим процессом), но и поручил офису Спецпосланника ООН по Сирии С.де Мистуры подготовить соображения по модальностям такого замирения[1].

При этом небесполезно вспомнить о том, что тема эта начала раскручиваться не по инициативе ООН, а с подачи американцев. Так, впервые президент США Б.Обама поднял ее во время «Обращения к нации» 6 декабря 2015 г., отметив, что «при американском лидерстве международное сообщество запустило процесс и график установления режима прекращения огня и политического процесса[2].

Затем, уже 11 декабря офис С.де Мистуры как по мановению волшебной палочки распространил концепцию общесирийского прекращения огня в ходе консультаций в трехстороннем формате Россия-США-ООН в Женеве на уровне старших должностных лиц. Американцы при этом все предложения ооновцев активно поддержали.

Действительно, оспаривать необходимость прекращения насилия в Сирии и установления режима замирения вряд ли придет кому-то в голову. Ведь это позволит сохранить жизни, доставить гуманитарную помощь в труднодоступные районы, возможно, даже перейти к восстановительным работам. Именно поэтому Россия поддержала необходимость установления режима прекращения огня, проголосовав вместе с другими членами СБ ООН за резолюцию 2254.

Однако возникает вопрос: почему Вашингтону, до этого не проявлявшего активности в этом вопросе и, наоборот, оказывающему разноплановое содействие вооруженной сирийской оппозиции, вдруг понадобилось общесирийское прекращение огня. Ведь до этого американцы отказывались от российского предложения поддержать – либо неофициально, либо в СБ ООН – линию Дамаска на установление локальных замирений, мотивируя это тем, что от таких договоренностей, представляющих собой «капитуляцию боевиков», выигрывает лишь режим.

Наверное, самый простой ответ на этот вопрос состоит в том, что американцы в настоящий момент находятся в определенном тупике. Свергнуть режим Б.Асада силой не получается и вряд получится. После начала операции Вооруженных сил России по борьбе с терроризмом в САР ситуация «на земле» поменялась. Во-первых, сирийская армия наступает, а наиболее боеспособные антиправительственные организации несут потери. В-вторых, члены противостоящих режиму оппозиционных неджихадистских вооруженных формирований (на которые Вашингтон традиционно делал ставку) стоят перед выбором: либо продолжать свою деятельность без каких-либо внятных перспектив добиться своих целей, либо согласиться на предложение России сотрудничать в деле борьбы с терроризмом, получая при этом поддержку не только с воздуха, но и в виде вооружений, боеприпасов и материальных средств[3]. При этом «интереса» здесь для группировок куда больше, чем в случае продолжения боевых действий против правительства с неясными перспективами и риском в любой момент потерять поддержку США.

Американская программа подготовки т.н. отрядов «умеренной» сирийской оппозиции «Обучи и оснасти» также провалились. Как известно, в сентябре 2015 г. в Конгрессе состоялись слушания на тему реализации этой инициативы, в ходе которых глава Центрального командования США признал, что реально «на земле» из всех подготовленных США «умеренных оппозиционеров» сражалось не более 5 человек[4]. 9 октября 2015 г. Белый дом объявил, что Администрация прекращает программу «Обучи и оснасти»[5].

В этих условиях у американцев остается не столь обширное поле для маневра. Поэтому в качестве основной задачи в Вашингтоне видят остановить наступление армии САР при поддержке ВС России и при этом гарантировать сохранение хотя бы минимальных интересов «на земле».

Для этого необходимо, во-первых, добиться установления прекращения огня и, во-вторых, вместе с Москвой организовать политический процесс – причем с участием хотя бы некоторых группировок. При этом для Вашингтона важно, чтобы общесирийское замирение установилось как можно быстрее, до того, как будет выполнено настойчивое требование России о формировании списка террористических групп, в которых кроме «Исламского государства» и «Джабхат ан-Нусры» (уже внесенных в террористические списки СБ ООН), будут числиться и многочисленные орудующие в САР радикальные банды. Если такой список будет сформирован в ближайшее время, у американцев просто не останется союзников «на земле».

Вот почему, как представляется, Вашингтон и продвигает свою идею установления в кратчайшие сроки режима прекращения огня.

Однако что конкретно предлагают США? Ведь дьявол, как известно, скрывается в деталях. Итак, проанализируем выступления американских политиков, доклады американских «мозговых центров» и публикации в западных СМИ, чтобы определить, какого рода прекращение огня интересует Вашингтон.

«Подводный камень» заложен уже в самих опциях замирения, обсуждаемых в аналитических центрах, СМИ и в проамериканских НПО. Одна из них дает возможность договориться о прекращении насилия со всеми группами, которые на нее согласятся (кроме «Исламского государства»). Таким образом, занесенная в террористические списки «Джабхат ан-нусра» получает «билет» в политический процесс, к чему так или иначе давно ведут дело ее спонсоры, в том числе путем работы над ее «имиджем». Ряд американских экспертом предлагает прекращение использования определенных видов вооружений (очевидно, что речь пойдет в основном о запрете использовать авиацию, то есть, требование будет касаться прежде всего, правительства и ВКС России). Причем во всех опциях, которые предлагают Госдепу, предполагается, что участвовать в договоренностях будут группы, которые осуществляют «эффективный контроль над занятыми территориями». Об степени их «умеренности» эксперты даже и не рассуждают.

О том, что авторы многих концепций прекращения огня предполагают участие в договоренностях террористических групп, говорит тот факт, что в качестве «запрещенных действий» в ходе режима прекращение огня они перечисляют, например, использование смертников и заминированных автомобилей – излюбленных методов наиболее отъявленных джихадистов.

«Дьявол» кроется и в том, как предлагается организовать наблюдение за соблюдением режима прекращения огня. Многие эксперты навязывают формулу, при которой процесс должен быть возложен на самих сирийцев, а не ооновских (или ЛАГовских) миротворцев. Предусматривается и роль СБ ООН.

При этом в качестве возможного «поставщика» информации о нарушениях режима прекращения огня, разумеется, предлагается т.н. «гражданское общество». Совершенно очевидно, что в этом случае передавать данные «с полей» будут созданные Западом и аравийскими монархиями (прежде всего, Катаром) антиправительственные структуры, на данном этапе служащие поставщиком фальшивой статистики о якобы имеющих место жертвах ударов российских ВКС в Сирии (Сирийская обсерватория по  правам человека, Сеть за права человека, Центр документаций нарушений в Сирии и т.д.).

Наделяется своей ролью и СБ ООН, который одобрит установление режима прекращения огня и – главное – введет ответственность за его нарушение (вероятно, это будут санкции против тех, кто не будет соблюдать условия замирения). Поскольку сбор статистики предлагается поручить антиправительственным структурам, очевидно, что в качестве основных нарушителей у них будут выступать правящий режим в Сирии и Россия.

Так что совершенно очевидно, что разработчики подобных предложений преследуют двуединую цель – заморозить продвижение сирийских войск при поддержке ВС России (других вариантов это сделать просто нет) и закрепить группы вооруженной сирийской оппозиции на занятых ими территориях, делегировав им при этом максимально широкие полномочия (как максимум – легитимизировать их присутствие через выдачу им мандата на мониторинг режима прекращения огня). Учитывая, что «эффективный контроль» над занятыми территориями осуществляют прежде всего террористические структуры (ИГ, «Джабхат ан-нусра», «Ахрар аш-Шам», «Джейш аль-Ислам»), решается и задача, связанная с попытками сделать джихадистов партнерами по диалогу (очевидно, что с ваххабитскими группами их кураторы проведут работу над имиджем, как это уже было с «Исламским фронтом», который выдается за умеренную группу).

В той же степени очевидно, что большинство нарушений режима прекращения огня постараются «повесить» на правительственные войска и Россию. Нет сомнений также в том, что США и их союзники разработают проект резолюции СБ ООН с санкционной «начинкой», в которой постараются заложить механизм введения санкций против наиболее злостных нарушителей. Ветировать такой проект Китай с нами не станет из «гуманитарных» соображений и Москве придется блокировать его в одиночестве.

Также стоит отметить, что инициатива прекращения огня появилась не на пустом месте и завязана на идею федерализации Сирии, которую в настоящий момент активно продвигают западные НПО типа Центр гуманитарного диалога. В условиях, когда свергнуть режим в Сирии не удается, федерализация – единственная возможность для спонсоров боевиков сохранить лояльные себе структуры «на земле» через делегирование полномочий антиправительственным силам. В этих условиях именно прекращение огня с наделением боевиков полномочиями мониторинга способно сделать их партнерами по диалогу и в перспективе – участниками политического процесса. В зависимости же от развития ситуации такие «агенты влияния» сторонников свержения Б.Асада «на земле» будут способны предпринимать и более решительные действия – провозглашение автономии с последующим размещением военных сил иностранного государства (например, Турции в северных районах страны), организация очередного антиправительственного восстания, обслуживание экономических интересов спонсоров (нефть) и т.д.

Таким образом, продвигаемая американцами и подконтрольными им структурами и СМИ инициатива, по традиции, с двойным дном. Что лишний раз доказывает, что от задачи свержения режима в Сирии они не отказались и просто ищут иные пути достижения этой цели.

 

1. UN Security Council 2254 resolution. 18 December 2015. S/RES/2054 (2015)

2. Address to the Nation by the President. The White House. December 6, 2015 // www.whitehouse.gov

3. Расширенное заседание коллегии Министерства обороны. 11 декабря 2015 г. // www.mil.ru

4. Gould J. Was Syria Train-and-Equip Effort Always a “Mission Impossible”? / J.Gould // Defense News. 21 September 2015 // http://www.defensenews.com/story/defense/policy-budget/warfare/2015/09/21/syrian-train-equip-program-mission-impossible-start/72376560/

5. Shear M., Schmitt E. Obama Administration ends efforts to train Syrians to combat ISIS / M.Shear, E.Schmitt // The New York Times. – 2015, 9 October.

31.22MB | MySQL:67 | 0,734sec