Израиль: дилемма Авигдора Либермана – 2016

Министр обороны в опасном регионе

В Израиле на прошлой неделе многие были удивлены решением Премьер-министра Биньямина Нетаньяху, включить в коалицию партию «Наш дом-Израиль» (НДИ) во главе с Авигдором Либерманом. При этом, «щедро» предоставив лидеру относительно небольшой фракции[i] 2 министерских поста включая ключевой портфель министра обороны.

В тоже время, следует помнить, что в Израиле никто и никогда не может предсказать, когда будут следующие парламентские выборы. В последние 20 лет, каденции Кнессета  длились в среднем 2.5 года, а мы, напомним, уже год как после выборов. Другими словами, неизвестно, сколько времени есть у А.Либермана, чтобы произвести впечатление на избирателей в качестве министра обороны. А самое главное, этот политический успех не устраняет как минимум трех сложнейших задач, от решения которых, по-видимому, будет зависеть дальнейшее существование НДИ и её лидера на политической карте Израиля.

В целом, все три дилеммы можно резюмировать следующим образом: выбор ниши в израильской политике, и подбор людей, которые эту нишу заполнят.

 Кадры решают все

Любопытно, что неумением подбирать команду славится другой крупный израильский политический деятель – премьер-министр Б.Нетаньяху. Однако у него это всегда проявлялось в подборе сотрудников аппаратов премьер-министра и главы партии Ликуд, что касается списка кандидатов в Кнессет – в Ликуде он определяется внутренним голосованием, т.н. «праймериз».

А.Либерман же с момента создания НДИ, имел право собственноручного составления партийного списка кандидатов в Кнессет, без праймериз. Кроме того, в отличие от Б.Нетаньяху, А.Либерман, будучи прирожденным руководителем, очень неплохо разбирался в людях. Тем поразительнее его кадровые провалы последних лет.

Крайне показателен нынешний пример депутата Орли Леви-Абукасис. Коренная израильтянка, дочь одного из центральных функционеров партии Ликуд Давида Леви[ii], была поставлена на второе место в списке НДИ – непосредственно после лидера партии. До этого, О.Леви-Абукасис была кандидаткой в Кнессет от НДИ дважды: в 2009 и 2012 гг. Но оба раза занимала лишь 6-ю позицию в списке.  Чем бы ни руководствовался А.Либерман, принимая решение о её существенном продвижении, результат налицо: 19 мая О.Леви-Абукасис раскритиковала намечающееся соглашение о присоединении НДИ к коалиции Б.Нетаньяху, и заявила о выходе из фракции.[iii]

В целом же, перетасовка списка стала в НДИ чем-то обыденным в последние годы. Занимавший важный пост заместителя министра иностранных дел от НДИ (2009 – 2013 гг.) Дани Аялон был выдворен лидером партии накануне выборов 2013 года. Занимавший в прошлом правительстве (2013 – 2015 гг.) пост министра внутренней безопасности Ицхак Аронович, по результатам своей деятельности не попал в список кандидатов НДИ в Кнессет и ушел из политики, принеся имиджу партии лишь урон. И это лишь неполный перечень аналогичных примеров.

Кроме того, несколько центральных функционеров партии находятся под следствием по разным подозрениям, и вряд ли смогут активно участвовать в политической жизни в ближайшее время.[iv]

 «Русский» или не «русский»? «Правый» или «центрист»?

Вопрос политической самоидентификации стоит перед НДИ даже более остро, чем кадровый вопрос. По результатам последних выборов, 7 из 13 мандатов партии перекочевали в Ликуд в первую очередь даже не из-за ошибок руководства НДИ, и не из-за тени уголовного расследования в отношении ряда партийных функционеров, а потому что, таким образом, избиратели пытались гарантировать сохранение власти в руках правых. И по факту, это у избирателей получилось.

На данный момент, складывается впечатление, что аналогичная ситуация может повториться и на следующих выборах. Несколько утрируя для ясности, проблему можно описать следующим образом: в последние годы, А.Либерман воспринимается как недостаточно правый, чтобы потеснить партию «Еврейский дом» Нафтали Беннета, и недостаточный центрист, чтобы отбирать мандаты у Я.Лапида (партия «Есть будущее») или М.Кахлона (партия «Кулану»). Для правых он центрист, для центристов – все ещё правый. Эти условные «тиски» толкают НДИ в центристско – правую нишу, где её мандаты отбираются Ликудо», независимо от обстоятельств, только потому, что избиратель хочет видеть главой правительства лидера этой партии при всех его недостатках, а не лидера левой партии Авода.

Что касается голосов русскоязычной общины, похоже, что в НДИ перестарались, подчеркивая, что «это не секторальная партия». Достаточно напомнить, что в первой пятерке списка 2015 года русскоязычных депутатов было лишь двое.[v] Настоящие секторальные партии – партии ультраортодоксов ШАС (сефарды) и «Еврейство Торы» (ашкеназы). Эти партии не отказываются от голосов русскоязычных избирателей, как и от любых других, но при этом там никому в голову не приходит поставить «светского» репатрианта на второе место в списке.

Эта «не секторальность» НДИ не принесла достаточно голосов коренных израильтян, при этом, убедив многих русскоязычных репатриантов, что у них нет «своей секторальной» партии. А если «своей» партии нет, то нужно голосовать по другим критериям, по которым НДИ зачастую проигрывает (см. выше), либо не идти на выборы вообще.

Дело в том, что русскоязычные депутаты присутствуют во многих фракциях: Ликуд, «Сионистский лагерь», «Есть будущее», «Кулану». Номинальное представительство дефицитом не является.

 Первый «русский» министр обороны

Кроме всего перечисленного, с назначением на пост министра обороны, на плечи А.Либермана ложится также ответственность за безопасность Израиля.

Следует подчеркнуть, что те потоки ядовитой критики, которые были вылиты, преимущественно левой, израильской прессой в связи с назначением лидера НДИ на пост министра обороны большей частью беспочвенны. Да, он ефрейтор запаса.[vi] Но министр обороны Израиля и не должен быть полководцем – ЦАХАЛом командует начальник Генерального штаба. Министр обороны должен быть талантливым и решительным менеджером, а также стратегом. Непосредственно на поле боя разберутся и без него.

А.Либерман в течение многих лет был членом «узкого кабинета» — собрания ключевых лидеров правящей коалиции принимающих вместе с премьером критически важные решения в сфере государственной безопасности. Также, он в течение многих лет он являлся членом Комиссии по внешним делам и безопасности Кнессета, занимал пост вице-премьера, министра по стратегическим вопросам, возглавлял МИД. На всех этих должностях, глава НДИ имел высочайший доступ к засекреченной информации и участвовал в принятии судьбоносных для страны решений.

Этот опыт намного обширнее, чем опыт Амира Переца (Авода), на момент его вступления в должность министра обороны в 2006 году. При этом, некоторые критики А.Либермана ещё смеют указывать на то, что «Перец хотя бы был капитаном».

Короче говоря, проблемой М.Либермана на нынешнем посту является не отсутствие военного опыта, а тот «гордиев узел» клановых интриг и финансовой неэффективности, и в министерстве и в армии, который пока что не удалось разрубить, или хотя бы частично развязать, ни одному из его предшественников. То, что бюджет Министерства обороны раздут, и может быть сокращен на десятки процентов без ущерба безопасности Израиля, практически притча во языцех. При этом любые (надо сказать робкие и немногочисленные) попытки рассмотреть этот вопрос вплотную наталкиваются на плотную оборонительную стену чиновников, генералов, лоббистов военной промышленности, прикормленных комментаторов и так далее.

Ситуация усложняется тем, что в данном случае речь зачастую действительно идет о «тонких материях» — урезав не то, что нужно, можно в мгновение ока создать брешь в безопасности страны.

Большинство предшественников А.Либермана решали эту дилемму очень просто: вступали в союз с бюрократами из Министерства обороны и армией, и становились, по сути, самыми высокопоставленными лоббистами перечисленных сил в правительстве. В результате, зачастую заслуживали дифирамбы от всеми любимых и уважаемых людей в погонах. Однако, взглянув на список министров обороны последних 20 лет, можно обнаружить неприятную тенденцию: этот пост становился для всех пиком политической карьеры, после которого начинался спад, закончившийся, для большинства из них преждевременным уходом из политики. (Мофаз, Барак, Мордехай, Яалон).

При этом очень важно подчеркнуть, что все до единого министры обороны Израиля, с момента основания государства, были представителями партии власти – Аводы, Ликуда, Кадимы. А.Либерман же находится в совершенно другой ситуации. Как было объяснено выше, он как раз соревнуется с партией власти за голоса избирателей.

Ну и наконец, стоит помнить, что Израиль может быть в любой момент атакован с любой стороны: ХАМАСом из Сектора Газа, «Хизбаллой» из Ливана, одной из террористических группировок на Голанских высотах, «Исламским государством» (ИГ, запрещено в России) с египетского Синая. Военное вмешательство Израиля также может потребоваться в случае нападения исламистов на Иорданию. Как поведет себя в этой ситуации политик, построивший свою карьеру на образе несгибаемого борца за безопасность Израиля? Каковы будут последствия его капитуляции и принятия традиционной для Б.Нетаньяху «сдержанной реакции»? За Ликуд, повторим, потом все равно проголосуют, только для того, чтобы к власти не пришла Авода. А вот НДИ, при определенных негативных обстоятельствах, может и не пройти повышенный ею же (!) недавно электоральный барьер.

Только учтя все эти нюансы, можно в полной мере понять, какую ответственность взял на себя А.Либерман, приняв предложение премьер-министра.

Выводы

Вопреки обманчивому первому впечатлению, НДИ и её лидер находятся в крайне сложном политическом положении. Для того чтобы изменить нынешний вектор, и вернуть себе и партии прежнюю влиятельность, А.Либерману нужно преуспеть на посту министра обороны – что само по себе очень сложно, по новому взглянуть на процесс подбора кандидатур своей партии для будущего избирательного списка в Кнессет, и определиться с идентичностью и мерой «русскости» своей партии. Определиться, и соответствовать выбранному определению.

 

[i] НДИ получила лишь 6 мандатов на выборах 2015 года, причем 2-ой номер списка, Орли Леви-Абукасис выступила против вступления НДИ в коалицию и заявила об уходе из партии.

[ii] Давид Леви в 1990-е даже претендовал на лидерство в Ликуде, занимал пост министра иностранных дел, министра алии и абсорбции, член Кнессета 10 созывов.

[iii]   “Орли Леви-Абукасис Объявила о Выходе из Фракции «Наш Дом Израиль»”, NEWSRU.CO.IL, 19.05.2016 [http://newsru.co.il/israel/19may2016/ndi_0010.html]

[iv] Например, депутат Кнессета прошлого созыва Фаина Киршенбаум подозреваемая в злоупотреблениях служебным положением.

[v]    Авигдор Либерман и Софа Ландвер. Кстати, оба – репатрианты 1970-х гг.

[vi] Репатриировавшись в возрасте 20 лет в 1978 году, он был призван на сокращенную срочную службу – на 1 год. Хотя, после этого призывался на резервистские сборы.

52.71MB | MySQL:104 | 0,462sec