Режим прекращения боевых действий в Сирии: что несет основную угрозу замирению?

Россия и США как сопредседатели Международной группы поддержки Сирии[1] предпринимают интенсивные усилия для того, чтобы обеспечить соблюдение в САР режима прекращения боевых действий (РПБД), с таким трудом установленного в стране c 27 февраля 2016 года и поддерживаемого Москвой и Вашингтоном путем кропотливой работы с подконтрольными им силами «на земле».

Основополагающим документом, определяющим цели и задачи, а также содержание российско-американского сотрудничества в области РПБД, является «Совместное заявление Российской Федерации и Соединенных Штатов Америки в качестве сопредседателей Международной группы поддержки Сирии о прекращении боевых действий в Сирии» (от 22 февраля 2016  года). В нем содержится решение об остановке огня в САР начиная с 00:00 27 февраля 2016 г. Механизм присоединения к РПБД весьма прост: вооруженные группы должны заявить России или США как сопредседателям Международной группы поддержки Сирии о своей готовности соблюдать режим прекращения боевых действий[2]. Модальности замирения, прежде всего обязательства сторон-участников РПБД, были подробно прописаны в «Условиях прекращения боевых действий в Сирии»[3] – приложении к «Совместному заявлению».

Кроме того, разработаны и введены в действия документы, регламентирующие механизм обеспечения РПБД, включая модальности сотрудничества России и США в этой области. В частности, речь идет о «Стандартных процедурах в поддержку прекращения боевых действий»[4], в которых обозначен порядок реагирования на нарушения, а также условия применения силы.

Однако не все в плане обеспечения РПБД зависит от сопредседателей Международной группы поддержки Сирии – России и США. В условиях, когда многочисленные активные на территории САР антиправительственные группировки напрямую подчинены региональным спонсорам, Москвой и Вашингтоном было решено принять меры для более глубокого вовлечения стран Ближнего Востока в обеспечение замирения. В этих целях в феврале 2016 г. была создана Целевая группа по прекращению огня (находится в Женеве). В нее вошли все члены Международной группы поддержки Сирии. Группа регулярно собирается для рассмотрения ситуации в сфере замирения. Сопредседатели – Россия и США. В «Правилах процедуры Целевой группы по прекращению огня» четко прописана ключевая роль сопредседателей в области расследования инцидентов  нарушений РПБД и принятия мер по недопущению срывов примирения[5]. Характерно, что шаги, направленные на урегулирование нарушений замирения, включая лишение статуса участника РПБД, а также применение силы, могут предпринимать Москва и Вашингтон. Страны региона, а также европейцы и другие члены Целевой группы имеют право сообщать о нарушениях и требовать тех или иных мер исключительно через сопредседателей – Россию и США – или ООН. Более того, только у Москвы и Вашингтона есть право на ознакомление с поступающей в ООН[6] информацией о возможных нарушениях РПБД.

Лишение стран региона (КСА, Турции, Катара и др.) и некоторых особо рьяных антиасадовски настроенных европейцев (Франции, Великобритании) «свободы рук» в плане принятия мер для поддержания РПБД в данном случае необходимо для недопущения сведения ими политических счетов с Дамаском «на земле». Не исключено, что в противном случае, прикрывшись якобы имеющими место фактами срыва примирения сирийской армией, они могли бы предпринять агрессивные действия против ВС САР руками подконтрольных группировок. Росийско-американское сопредседательство является, таким образом, своеобразной страховочной сеткой, позволяющей не допустить выхода процесса из-под контроля.

Российско-американское сотрудничество по сохранению РПБД в Сирии не являлось чем-то статичным и последовательно развивалось. Довольно скоро стало очевидно (по крайней мере, для Москвы), что именно террористы, в том числе из «Джебхат ан-нусры» (запрещена в России), представляют основную угрозу режиму прекращения боевых действий.

Для подрыва их потенциала было необходимо принять целый ряд мер, включая лишение джихадистов источников финансирования, подпитки в виде оружия и новобранцев. Одновременно при ведении боевых действий против «Джебхат ан-нусры» было важно не задеть оппозиционные группировки-участницы режима прекращения боевых действий.

В этой связи серьезным шагом по углублению сотрудничества по борьбе «Джебхат ан-нусрой»  стало «Совместное заявление Российской Федерации и Соединенных Штатов Америки по Cирии» от 9 мая 2016 г. Россия и США как сопредседатели МГПС взяли на себя ряд обязательств в рамках поддержания режима прекращения боевых действий, придания ему устойчивого характера. Так, задача России — работа с властями Сирии в интересах минимизации применения авиации в районах, в которых в основном проживает гражданское население, либо расположены формирования, соблюдающие РПБД. США в свою очередь обязались углубить поддержку и содействие региональным союзникам, чтобы помочь им воспрепятствовать переброскам боевиков, оружия через границу и оказанию финансовой помощи террористическим организациям[7]. «Разделение труда» между сопредседателями было важным с точки зрения прежде всего нанесения ущерба «Джебхат ан-нусре», получавшей значительные подкрепления через границу с Турцией. Характерно, что данный документ был официально поддержан членами Международной группы поддержки Сирии 17 мая в Вене. Венское заявлении МГПС практически полностью повторило российско-американский документ[8]. Хотя известно, что на самой встрече МГПС в Вене Россия и США фактически навязали регионалам, пользуясь своим статусом сопредседателей, те принципы, которые были ими выработаны ранее.

Российско-американское сотрудничество по поддержанию РПБД было зафиксировано не только на бумаге. За короткое время был создан набор механизмов взаимодействия Москвы и Вашингтона в сфере РПБД. Прежде всего, это российско-американский Центр оперативного реагирования на нарушения РПБД (расположен в Женеве) – орган, в котором идет обсуждение обстановки «на земле», вырабатываются меры по ее стабилизации и снижению количества нарушений и уровня вооруженного насилия. Кроме того, две команды – российская и американская — представлены в Целевой группе по прекращению огня. Функционируют также «горячие линии», между органами оперативного управления войсками (силами) двух стран, имеющих отношение к операции в Сирии. 

Россия оказывает непосредственное влияние на вооруженные силы САР с тем, чтобы они выполняли условия перемирия и не отвечали на многочисленные провокации противника. Важную роль в соблюдении РПБД играет и Иран, у которого «в поле» присутствуют значительные силы, включая КСИР и подконтрольную Тегерану «Хизбаллу».

Перед США также стоит непростая задача сдерживать антиправительственные группировки, не допуская срыва ими перемирия. Проблемой для Вашингтона в этой связи является то, что противники Б.Асада в Сирии представлены многочисленными разношерстными и порой идеологически разновекторными отрядами, которые в своей деятельности необязательно ориентируются на США. В большинстве случаев они зависят от региональных спонсоров – Саудовской Аравии, Турции, Катара и др. Американцы в этой связи вынуждены вести с незаконными вооруженными формированиями (НВФ) «воспитательную» работу в пользу соблюдения ими перемирия через своих региональных союзников, а также при содействии ЦРУ. Однако регионалы, несмотря на их приверженность «на словах» режиму прекращения боевых действий в Сирии, на деле недовольны российско-американскими договоренностями по РПБД, мешающими им реализовывать свою политику в Сирии, и заинтересованы в продолжении войны руками подконтрольных группировок.

Однако открыто противопоставить себя американцам ни саудовцы, ни турки, ни катарцы не могут, а потому вынуждены хотя бы «внешне» ориентировать НВФ на соблюдение РПБД. Единственным «свободным инструментом» в их руках остаются террористические группировки (внесенные в террористические списки СБ ООН), которые не являются участниками перемирия. Только с помощью джихадистов они могут дестабилизировать обстановку «на земле», провоцировать сирийскую армию на «непропорциональный ответ» и, таким образом, сорвать перемирие.

В СМИ, особенно западных и некоторых арабских, сегодня немало информационных вбросов о том, что сирийское правительство является основным нарушителем замирения в Сирии. Периодически появляются «трагедии дня», призванные доказать, что армия САР «бомбит госпиталя и школы». Эта кампания большей частью построена на неточных, порой сфальсифицированных данных, поставляемых ООН ангажированными НПО (типа Amnesty International) и псевдостатистическими агентствами (вроде Сирийской обсерватории по правам человека). Ее цель — постоянно «напоминать» западному непосвященному обывателю о «необходимости ухода Б.Асада».

В этих условиях интересно посмотреть на то, кто в действительности является основным «спойлером» в области РПБД, виновником инцидентов «на земле», которые приводят к дестабилизации обстановки. Это важно еще и для того, чтобы понять, какие меры могли бы принять Россия и США как «гаранты» перемирия для недопущения срыва прекращения огня, придания ему устойчивого характера.

Итак, в большинстве районов Сирии сегодня отмечаются провокации, направленные на срыв замирения. Чаще всего, речь идет о действиях «Джебхат ан-нусры», внесенной в террористические списки СБ ООН, на которую в соответствии с «Совместным российско-американским заявлением» от 22 февраля 2016 г. не распространяется статус участника режима прекращения огня.

Действительно, с введением перемирия в САР «Джебхат ан-нусра» резко нарастила боевую активность. В этом террористам активно помогают «аффилированные» отряды оппозиции (кстати, участники режима прекращения боевых действий), прежде всего «Ахрар аш-Шам» и «Джейш аль-ислам». Сирийские правительственные войска вынуждены отвечать на провокационные действия джихадистов. Это необходимо для предотвращения попыток противника захватить новые территории или нанести урон войскам и гражданскому населению. В этом Дамаск опирается и на содействие российских ВКС.

Характерна провокационная роль «Джебхат ан-нусры»  в районе Алеппо. Ее отряды широко представлены на юге от города, в районе населенного пункта Хан-Туман. Воспользовавшись «передышкой» в авиаударах в связи с РПБД, «Джебхат ан-нусра»  перегруппировалась там и пошла в наступление, пытаясь отрезать город от центра страны. При этом активное пресечение этого наступления сирийскими войсками, российскими ВКС и иранскими добровольцами поначалу критиковалось американцами, под предлогом его «непропорциональности» (применение авиации).

Кроме того, на северных окраинах сторонники «Джебхат ан-нусры»  ведут беспорядочный артиллерийский и ракетный обстрел Алеппо. Они пытаются объединять свои действия с оппозицией под предлогом борьбы с единым врагом. В итоге – кризис РПБД, жертвы среди мирного населения, обвинения России и Дамаска западной прессе.

Необходимо четко понимать тот факт, что, отвечая на провокации вооруженных групп (действующих в большинстве случаев в координации с «Джебхат ан-нусрой» или под ее зонтиком), вооруженные силы Сирии используют право на самооборону, прописанное в согласованных между Москвой и Вашингтоном «Стандартных процедурах в поддержку прекращения боевых действий» (документ, как говорилось выше, определяет порядок реагирования на нарушения режима перемирия). А значит — это легитимные, предусмотренные российско-американскими договоренностями по РПБД действия сирийской армии. Борьба же с террористической организацией «Джебхат ан-нусра» является одной из задач в рамках РПБД, прописанной в «Совместном заявлении России и США» от 22 февраля.

Однако для России в определенной степени неожиданностью стало то, что эти законные шаги Дамаска встречают довольно эмоциональную, порой даже истеричную реакцию американской стороны. В абсолютном большинстве случаев удар ВВС Сирии или ВКС России по «Джебхат ан-нусре» провоцирует совершенно безосновательные обвинения со стороны Вашингтона в том, что якобы идет уничтожение расположенной где-то поблизости от «Джебхат ан-нусры»  «умеренной оппозиции» — участника режима прекращения боевых действий.

Аргументы российской стороны сводятся к следующему. «Зонтичной структурой», организующей наступления против правительственных войск, в абсолютном большинстве является «Джебхат ан-нусра». Группировка признана террористической. Так, режим санкций, установленный резолюциями СБ ООН 1267, 1989 и 2253, был распространен на нее Санкционным комитетом ООН как на террористическую организацию, связанную с «Аль-Каидой» (запрещена в России) и, следовательно, разделяющую с ней ответственность за теракты 11 сентября 2011 г. Симптоматично при этом, что США признали «Джебхат ан-нусру» террористической группой даже раньше, чем ООН (май 2013 г.), включив ее в свой список зарубежных террористических организаций, введенных в силу исполнительным распоряжением президента США №13224 от 11 декабря 2012 г. Более того, легитимность борьбы как с «Исламским государством» (ИГ, запрещено в России), так и с «Джебхат ан-нусрой» зафиксирована в контртеррористических резолюциях СБ ООН 2170, 2178, 2199, 2249. Таким образом, законность противодействия этой организации не должна вызывать сомнений.

США со своей стороны приводят следующую логику. Боевики «Джебхат ан-нусры»  перемешаны «на земле» с бойцами «нерадикальной оппозиции». Удары ее позициям затрагивают «умеренную» оппозицию, провоцируя ее на ответные шаги, а также уничтожают гражданское население. Последнее приводит к тому, что народ, «возмущенный зверствами режима», пополняет ряды «Джебхат ан-нусры». Вывод — «трогать» «Джебхат ан-нусру» пока не стоит, нужно дать «умеренным» оппозиционным группировкам время отмежеваться от «Джебхат ан-нусры»  и только затем приступать к борьбе с ней. Однако обещание отвести ориентирующиеся на США группировки оппозиции от районов, контролируемых «Джебхат ан-нусрой», которое Вашингтон дал Москве еще в феврале 2016 г.[9], так и не было выполнено. Равно как и заверения о том, что США примут меры для наведения порядка на границе Турции и Сирии, откуда «Джебхат ан-нусра»  получает пополнение в оружии, боеприпасах и живой силе[10]. Тем временем «Джебхат ан-нусра»  продолжала использовать перемирие для перегруппировки и пополнения сил через границу и организации провокаций.

Российская сторона неоднократно предлагала американцам осуществлять совместную борьбу с «Джебхат ан-нусрой» в Сирии. Для этого были созданы необходимая правовая база и механизмы взаимодействия, описанные выше. Однако американцы – и это стало очевидным после нескольких раундов переговоров по вопросу о коллективном противостоянии «Джебхат ан-нусре» – от полноценного сотрудничества с Россией аккуратно уходили, последовательно оставляли без ответа наши призывы сплотить правительственные силы САР и отряды оппозиции в едином фронте борьбы с терроризмом, а также наладить предметное сотрудничество по борьбе с «Джебхат ан-нусрой»  в двустороннем формате (обмен координатами, согласование авиаударов и др.).

Тогда 19 мая Россия выдвинула требование: либо Вашингтон пересматривает свой подход и идет на совместную с Москвой борьбу с «Джебхат ан-нусрой», либо российская сторона, начиная с 25 мая 2016 г., в одностороннем порядке  станет наносить удары по отрядам международных террористических организаций и незаконных вооружённых формирований, не присоединившихся к режиму прекращения боевых действий[11].

Этот демарш[12] американцев несколько «отрезвил». США были вынуждены признаться, что уход от сотрудничества с Россией по борьбе с «Джебхат ан-нусрой» вызван в большей степени политическими соображениями. Российской делегации было сказано, что «без продвижения по пути политического перехода» (то есть без гарантий и четких сроков ухода Б.Асада) невозможно получить президентское согласие на сотрудничество с Россией против террористов, прямо запрещенного законом об ассигнованиях на военные цели. Более того, американцы дали понять: главный вопрос, волнующий Вашингтон и прежде всего ЦРУ — кто займет освобожденные от «Джебхат ан-нусры»  районы? Если это будут правительственные силы, то это «противоречит интересам США».

То есть, признавая «Джебхат ан-нусру» террористической организацией, американцы де факто «прикрывают» ее. Причина, как представляется, состоит в следующем. В случае подрыва потенциала этой террористической организации армия САР будет в состоянии довольно быстро покончить с противостоящими ей разношерстными НВФ. Поэтому «Джебхат ан-нусра»  нужна для «плана Б» — в случае, если Б.Асад сохранит власть, она будет единственной силой, способной эффективно противостоять правительству САР «в поле». А, значит, ее уничтожение на нынешнем этапе невыгодно.

Здесь любопытно проанализировать особенности деятельности «Джебхат ан-нусры». Их детальное изучение показывает, что именно она на сегодняшний день является наиболее сильным противников ВС САР и самой существенной угрозой режиму прекращения боевых действий в САР.

Рассмотрим характерные черты данной группировки, позволившей ей стать ключевой силой исламистов в Сирии.

Отсутствие жесткой централизованной структуры и высокая степень самостоятельности региональных бандформирований.

Тем самым обеспечивается гибкость решения задач и большой географический охват. Местные отряды зачастую используют «франшизу» «Джебхат ан-нусры», действуя при этом независимо «во имя джихада». Цель четко сформулирована лидерами. Она универсальна для всех сирийский радикалов вне зависимости от региона – «священная война» против правительства Б.Асада и его союзников. Причем степень жесткости этой «войны» часто зависит от уровня радикализма отдельного полевого командира.

Относительная национальная однородность

Большинство  сторонников «Джебхат ан-нусры»  являются арабами, сирийцами и суннитами. Они  имеют глубокие деловые и родственные связи с местными жителями. Поддерживают отношения с администрациями, религиозными лидерами и старейшинами. Хорошо знают местность, умело применяют методы партизанской войны. Пытаются заручиться имиджем «справедливой» «религиозно-патриотической» организации. Это позволяет обеспечивать поддержку со стороны местного мусульманского населения. Симпатия стимулируется гуманитарной «заботой» террористов о жителях, где базируется «Джебхат ан-нусра». Людям «с помпой» раздается получаемая из Турции помощь. Обеспечивается и информационное сопровождение данной деятельности: на продовольственные наборы наклеивается символика террористов. Зачастую ооновцы сталкиваются со случаями, когда боевики пытаются принять участие в распределении гумпомощи ООН, на правах «защитников» городов или деревень.

Фактор «кровной мести».

Личный состав высоко мотивирован на войну до победного конца в силу наличия среди боевиков большого количества «кровников». В этой связи характерно, что в районы бомбардировок направляются эмиссары «Джебхат ан-нусры»  для подбора кандидатов на вербовку из числа людей, потерявших родных и близких.

Высокая мобильность.

Отряды «Джебхат ан-нусры»  компактны. Численность стандартной группы не превышает 20 – 40 человек. Командиры не стремятся «нагружаться» тяжелой техникой, предпочитая легкие бронированные пикапы с пулеметами, минометы, ручные гранатометы, ПТРК. Но есть и формирования вооруженные танками, РСЗО и артиллерией, но, как правило, они являются «резервом командования» и перебрасываются на важные направления для усиления местных группировок. Характерно, что ремонт этой военной техники осуществляется в Турции.

Сторонники «Джебхат ан-нусры»  активно перетекают из отряда в отряд.

Даже в отрядах НВФ-участников РПБД («Ахрар аш-шам», «Джейш аль-ислам») есть небольшие, но боеготовые группы из бойцов «Джебхат ан-нусры». Оппозицию и террористов объединяет ненависть к «алавитскому режиму» Б.Асада. В этой связи характерно, что часто отмечаются боестолкновения оппозиционных групп с ИГ или «Джебхат ан-нусры»  с ИГ, но очень редко возникает вооруженное противостояние оппозиционеров и «Джебхат ан-нусры». Если таковые и фиксируются то только на почве конкуренции за сферы «экономического» влияния в теневых секторах.

Все эти особенности обуславливают сложность борьбы с «Джебхат ан-нусрой». Она требует серьезных усилий не только в военной сфере, но и с точки зрения информационного противостояния, блокирования каналов финансирования и иной поддержки (оказываемой Турцией, Саудовской Аравией). Для этого США должны проявить серьезную политическую волю к совместной работе с Россией по борьбе с «Джебхат ан-нусрой». Ведь не секрет, что в разведывательных структурах США циркулирует мнение о целесообразности налаживания секретной работы с лидерами этой джихадистской структуры. Опыт «подковерных игр» с террористами у Вашингтона уже имеется – Ирак, Афганистан. Интерес к подобному «взаимодействию» в Сирии обусловлен желанием использовать ресурсы «Джебхат ан-нусры»  – самой боеспособной исламистской структуры в САР (не считая пришлых сторонников ИГ) – для борьбы с режимом Б.Асада. Американские спецслужбы не исключают вариант, при котором после «ребрендинга» и небольшой идеологической «подшлифовки» (соответствующая попытка уже была предпринята ранее в Эр-Рияде и была сорвана исключительно по причине неспособности некоторых региональных государств договориться между собой) «Джебхат ан-нусра»  может быть востребована и как популярная «оппозиционная» сила.

В целом надо признать, что до тех пор, пока боевой потенциал террористических группировок в Сирии не будет подорван, о полноценном перемирии говорить не приходится. «Джебхат ан-нусра»  продолжит служить «зонтичной структурой» для провокаций с привлечением многочисленных НВФ против правительственных войск с целью срыва перемирия.

Даже если предположить, что в обозримом будущем удастся сдвинуть с мертвой точки политический процесс урегулирования сирийского кризиса (а это будет включать и реинтеграцию бывших антиправительственных группировок в сирийскую армию), «Джебхат ан-нусра»  останется спойлером общесирийского замирения. Недовольные политпроцессом (а такие найдутся всегда) будут служить для нее вербовочной базой. Регионалы, которые также не заинтересованы в политурегулировании конфликта, не преминут использовать группировку для дестабилизации обстановки. Таким образом, несмотря на все усилия, «фактор «Джебхат ан-нусры»» будет иметь долгосрочный характер, а борьба с ней потребует немалых сил и средств.

В этих условиях именно Вашингтон должен «наступить на горло собственной песне» и согласиться с логикой Москвы, заключающейся в приоритетности антитеррористического трека урегулирования в САР над политическим. Полноценное решение сирийского кризиса недостижимо без искоренения терроризма, и возможность налаживания сотрудничества России и США по борьбе с «Джебхат ан-нусрой»  как основной угрозе РПБД и политическому процессу в этом случае будет иметь ключевое значение.

 

[1] Международная группа поддержки Сирии – формат сирийского урегулирования, куда входят страны, имеющие влияние на стороны сирийского конфликта. Члены МГПС: Австралия, Алжир, Великобритания, Германия, Европейский союз, Египет, Иордания, Ирак, Иран, Испания, Италия, Канада, Катар, Китай, Ливан, Лига арабских государств, Нидерланды, Объединенные Арабские Эмираты, Оман, Организация исламского сотрудничества, Организация Объединенных Наций, Россия, Саудовская Аравия, Соединенные Штаты Америки, Турция, Франция и Япония

[2] Совместное заявление Российской Федерации и Соединённых Штатов Америки в качестве сопредседателей Международной группы поддержки Сирии о прекращении боевых действий в Сирии

22 февраля 2016 года // http://kremlin.ru/supplement/5061

[3] Terms of Sensation of Hostilities in Syria (annex)

[4]  Standard Operating Procedures In Support of Sensation of Hostilities. 21 March 2016

[5] ISSG Ceasefire Task Force: Terms of Reference. February 2016

[6] Для этого в Отделении ООН в Женеве создан специальный центр для обработки информации о нарушениях РПБД

[7] Совместное заявление Российской Федерации и Соединенных Штатов Америки по Cирии. 9 мая 2016 г. // http://www.mid.ru/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2269310

[8] Заявление Международной группы поддержки Сирии, Вена, 17 мая 2016 года. 17 мая 2016 г. // http://www.mid.ru/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2287875

[9] Во время визита в Москву в феврале 2016 г. высокопоставленных представителей разведсообщества США

[10] Россия направила в ООН целую подборку достоверных материалов о подпитке Нусры с территории Турции. В частности, подробная информация об этом содержится в письмах Российской Федерации Генсекретарю ООН и Председателю СБ ООН.

Номера документов ООН — S/2016/94; S/2016/143; S/2016/262; S/2016/298; S/2016/457

[11] Министр обороны России генерал армии Сергей Шойгу провел очередное заседание Коллегии военного ведомства. 20 мая 2016 г. // http://function.mil.ru/news_page/country/more.htm?id=12085645@egNews

[12] Впоследствии реализация этого плана была перенесена — http://www.gazeta.ru/army/2016/05/25/8263751.shtml

автор статьи выражает искреннюю признательность за помощь в ее подготовке Представителю МО РФ в Целевой группе по прекращению огня в Женеве полковнику А.С.Зорину

31.35MB | MySQL:67 | 0,781sec