11 сентября, два года спустя: Израиль, США и война с террором

Два года назад Вашингтон и Нью-Йорк подверглись невиданному по своим масштабам террористическому нападению, организованному исламской террористической организацией «Аль-Каеда». События, произошедшие 11 сентября 2001 года, оказали значительное влияние на всю систему международных отношений, в том числе и на углубившееся сотрудничество Соединенных Штатов и Израиля в противостоянии мусульманскому экстремизму. Именно эта тема находится в центре аналитического доклада, подготовленного политическим аналитиком Давидом Хазони — старшим научным сотрудником влиятельного иерусалимского института «Шалем». Этот материал впервые печатается на русском языке. Редакция выражает благодарность нашему постоянному автору д-ру Алеку Эпштейну и выпускнику Центра иудаики и еврейской цивилизации ИСАА при МГУ им. М.В. Ломоносова Владимиру Марченко, усилия которых сделали возможной настоящую публикацию.

После того, как 11 сентября 2001 года Нью-Йорк и Вашингтон стали объектами ужасающего по своим масштабам террористического акта, отношения между США и Израилем вошли в принципиально новую фазу. В тот же день еврейское государство было охвачено скорбью и стремлением оказать посильную поддержку пострадавшим, что выразилось, в частности, в мемориальных свечах, установленных по всей стране, в массовом наплыве израильтян, готовых сдать кровь для жертв террористических нападений, а также в незамедлительном провозглашении — на следующее же утро — общенационального траура. Сострадание, которое ощутили в этот день многие израильтяне, поначалу сопровождалось надеждой, что столь трагические события помогут американцам глубже вникнуть в суть той борьбы с терроризмом, которую Израилю приходится вести на протяжении вот уже нескольких десятилетий.

Однако спустя всего лишь неделю, израильтяне были застигнуты врасплох намерением США приступить к формированию «антитеррористической» коалиции, в которую планировалось включить сирийский и иранский режимы, финансирующие деятельность различных террористических организаций; Израиль при этом оказался вынесен за скобки. В октябре чувство разочарования переросло во всеобщее смятение, поскольку американские усилия по созданию этой коалиции трансформировались в открытое давление на Израиль с тем, чтобы заставить его проявить сдержанность в отношении палестинского террора. В частности, многих израильтян глубоко ранила та критика, которой администрация президента Дж. Буша подвергла практику «точечных ударов», направленных против боевиков палестинских террористических группировок, в то время как США осуществляли практически те же самые действия против талибов в Афганистане. Израильская пресса открыто писала о кризисе, наступившем в отношениях с США, а телевидение широко освещало проявления общественного недовольства в Америке, основным объектом которых являлся Израиль, и которые, по всей видимости, были вызваны убежденностью в том, что именно помощь Соединенных Штатов Израилю спровоцировала террористические акты 11 сентября. «В последние дни в американской прессе подули злые ветра», — провозглашал журналист Эйтан Амит в ежедневной газете «Едиот Ахронот» [«Последние известия»] 23 сентября 2001 года. В сознании многих американцев, — писал он, — сложилось представление, что «США заплатило за дружбу с Израилем кровью своих собственных граждан».

В начале декабря 2001 года, после падения режима талибов в Афганистане и серии взрывов, совершенных террористами-смертниками в различных израильских городах, Вашингтон занял более благоприятную для Израиля позицию: официальные представители американской администрации стали более резко высказываться в отношении палестинских лидеров, прекратили бессмысленные рассуждения о «порочном круге насилия», ставившие на одну доску палестинских боевиков и мирных израильских граждан, и признали за Израилем право на самооборону. Когда Израиль обвинил Палестинскую администрацию в «пособничестве терроризму» и призвал к устранению от власти Ясира Арафата, а затем, в середине декабря, провел ряд широкомасштабных антитеррористических операций, администрация Дж. Буша не только не выразила протест, но и настоятельно потребовала, чтобы сам Я. Арафат приложил все возможные усилия для пресечения деятельности террористических группировок. Американские делегации начали посещать Израиль для того, чтобы выразить свою солидарность с еврейским государством. Особенно примечателен в этом отношении был состоявшийся 9 декабря 2001 г. визит в Израиль тогдашнего мэра Нью-Йорка Рудольфа Джулиани, его уже избранного преемника Майкла Блумберга (в знак солидарности с жертвами нового террористического акта посетившего Иерусалим и в августе 2003 г.) и губернатора штата Нью-Йорк Джорджа Патаки. Именно Дж. Патаки наилучшим образом охарактеризовал новые веяния, возникшие в отношениях между двумя государствами, когда в первый же вечер Хануки, в ходе публичной церемонии зажигания свечей, заявил, что «особые узы, соединяющие наши народы, стали крепче, чем когда бы то ни было».

Столь резкие изменения во внешнеполитической линии отчасти являются отражением тех сложностей, с которыми сталкивается сверхдержава, неожиданно оказавшаяся втянутой в продолжительный конфликт с совершенно непредсказуемым противником, и ищущая надежных союзников посреди всеобщего непостоянства. Эти перемены являются также следствием внутренних конфликтов, на протяжении длительного времени характеризовавших американскую политику, в рамках которой усилия дипломатов постоянно наталкивались на сопротивление военных, в то время как президент вынужден был лавировать между различными, и, зачастую, противоречивыми, сценариями, предлагавшимися обеими сторонами.

Было бы ошибкой, подобно многим израильтянам, считать эти изменения лишь отражением глубочайшей неуверенности, царящей в американском обществе и высших эшелонах власти. Напротив, внимательное рассмотрение тех событий, которые происходят на сегодняшний день в США, выявляет отчетливую произраильскую тенденцию, которая после 11 сентября 2001 г. приобрела новое значение и стала еще более устойчивой. Вследствие разгула международного терроризма стратегические интересы Израиля и США достигли столь высокой степени пересечения, которой они не разу не достигали с того самого момента, как завершилась «холодная» война. Однако и общность внешнеполитических интересов является лишь одной стороной медали; не менее важно и то, что в терминах общечеловеческой морали оба государства оказались на одних и тех же позициях. Общность интересов и ценностей сказалась на общественном мнении американцев и склонила их к более положительной оценке американо-израильского сотрудничества. И действительно, в представлении большинства американцев Израиль являлся уже не просто дружественным демократическим государством, втянутым в нескончаемый конфликт со своими соседями, но также и важным — возможно даже, наиболее важным — вдохновителем и экспертом в совместной борьбе с международным терроризмом.

Благодаря изменившимся внешнеполитическим интересам США и Израиля, а также существенному сдвигу в отношении американской общественности к еврейскому государству, открылись новые возможности для дальнейшего углубления и упрочнения американо-израильского сотрудничества, и это может в потенциале оказать далеко идущее влияние на положение Израиля в общемировом контексте. Однако для того, чтобы это произошло, и американцы, и израильтяне должны принять во внимание произошедшие изменения и скорректировать свою политику соответствующим образом. В противном случае эти возможности будут упущены, в результате чего Израиль рискует подвергнутся изоляции, тогда как предпринимаемые им усилия по обеспечению мирного существования для своих граждан потерпят очередной крах.

Первым условием для понимания тех процессов, которые способствовали укреплению американо-израильского сотрудничества, является признание общности интересов, обнаружившейся между двумя странами после 11 сентября 2001 г. В прошлом, военная и экономическая поддержка Израиля зачастую рассматривалась в США как вопрос идеологии и обуславливалась в представлении американцев либо американской приверженностью демократии и вытекающим отсюда обязательствам содействовать укреплению демократических режимов по всему миру, либо историческим или религиозным чувством долга перед еврейским государством. Такого рода поддержка всегда подвергалась критике из-за того, что она зачастую заставляла США приносить в жертву свои собственные, значительно более узкие интересы. Становиться на сторону Израиля в его конфликте с арабскими государствами означало отказываться от конкретной выгоды во имя абстрактных преимуществ морального характера — жертва, которую большинство американцев не способны были понять или совершенно осознанно не желали приносить.

Тем не менее, за последние несколько месяцев те вещи, которые раньше носили лишь абстрактный характер, стали вполне осязаемыми, а то, что казалось реальным, обнаружило свою эфемерность. Дипломатические, военные и финансовые инвестиции, которые США вкладывали в арабский мир на протяжении целого столетия, не породили желаемого сотрудничества, способного обеспечить американской стороне надежных союзников. Саудовская Аравия — арабское государство, на которое США рассчитывали в наибольшей степени — проявила себя как двуличный и ненадежный партнер в развернутой американцами деятельности, направленной на уничтожение террористической сети организации «Аль-Каеда». В войне против терроризма становится все более очевидно, что она отнюдь не исчерпывается возмездием режиму талибов или «Аль-Каеде», будучи развернутой против значительно более широкого по своим масштабам противника, попирающего те ценности, на которых основывается весь западный мир. Израиль идеально подходит на роль надежного союзника не только из-за своих симпатий по отношению к США, но и потому, что сам пребывает в тисках аналогичного конфликта на протяжении многих лет.

И действительно, подобное логическое обоснование предпринимаемых США действий становится все более распространенным в американской политической системе, включая высшие эшелоны власти. В большинстве своих речей президент Джордж Буш отчетливо дает понять, что американская политика направлена не только против непосредственных виновников произошедших в Нью-Йорке и Вашингтоне террористических актов, но и против международного терроризма в целом. При таком раскладе Израиль автоматически оказывается на стороне США. Так, например, в своей речи, произнесенной перед Генеральной Ассамблей ООН 10 ноября 2001 г., Буш провел отчетливую параллель между организацией «Аль-Каеда» и палестинским террором: «Мы должны объединиться для противостояния терроризму. В этом мире есть хорошие и плохие вещи, и можно долго спорить, где именно проходит черта между ними. Но нет такого понятия как «хороший террорист». Никакие национальные чаяния или устремления не способны оправдать намеренное убийство ни в чем не повинных людей. Любое правительство, которое отвергает этот принцип, стараясь отыскать друзей среди террористов, вскоре ощутит на себе последствия своих действий».

В представлении американской общественности эти слова относятся именно к врагам Израиля, поскольку они, более чем кто бы то ни было за последнее время, превращают «национальные устремления» в оправдание террористической деятельности. В аналогичном тоне Дж. Буш высказался 5 декабря 2001 г. по окончании встречи с норвежским премьер-министром Кьелом Магне Бондевиком: «Те, кто намереваются проводить политику террора в отношении США или их друзей и союзников, должны понимать, что они подвергнутся беспощадному преследованию. Государства, которые предоставляют убежище террористам, оказывают им те или иные услуги и защищают их перед лицом правосудия, должны поостеречься США и их друзей, которые приложат все усилия для того, чтобы эти государства настигло справедливое возмездие».

Это заявление приобретает особую значимость в свете того факта, что оно было сделано непосредственно после того, как Дж. Буш ответил на ряд вопросов, касающихся будущего временной Палестинской администрации. Таким образом, упоминание террористической деятельности, направленной против США, а также их «друзей и союзников», заключало в себе недвусмысленное послание палестинскому терроризму.

Но Дж. Бушу даже не требовалось ставить знак тождества между врагами США и врагами Израиля. Не сводя конфликт к противостоянию конкретному врагу, предпринимая усилия, направленные на прекращение финансирования «Хизбаллы» и «Хамаса», а не только «Аль-Каеды», повторяя снова и снова мысль о том, что не может быть «хороших террористов» и «плохих террористов», администрация Дж. Буша предложила своей стране определенную логику, в соответствии с которой следует вести войну и выбирать союзников. И подобная логика неизбежно ставит Израиль в один ряд с наиболее важными союзниками США, а врагов Израиля — в один ряд с врагами США и потенциальными объектами последующих этапов развернутой ими антитеррористической кампании. В Конгрессе США представители как республиканцев, так и демократов провели отчетливую параллель между теми угрозами, которым подвергаются США и Израиль, и потребовали от администрации оказать поддержку еврейскому государству в его многолетней борьбе против террора. На заседании Комитета по иностранным делам, состоявшемся 24 октября 2001 г., госсекретарь Колин Пауэлл подвергся нападкам со стороны конгрессменов, раздраженных его критикой в адрес израильских вооруженных сил, наносящих точечные удары по террористам. Общее настроение было выражено депутатом от Калифорнии, представителем Демократической партии Томом Лантосом: «Если Израиль уничтожает террористов, виновных в гибели значительного числа мирных граждан, будь то на дискотеке или в пиццерии, то я думаю, что верх лицемерия со стороны представителей Госдепартамента критиковать дружественный нам демократический режим за те действия, в подобные которым вовлечены мы сами».

16 ноября 2001 г. восемьдесят девять сенаторов направили президенту Дж. Бушу послание, в котором требовали прекратить давление на Израиль. «Американский народ никогда не простит нам, если мы не обрушим на террористов всю нашу мощь», говорилось в письме, о котором сообщила газета «Нью-Йорк Таймс». «Однако именно этого некоторые требуют от израильского правительства после того, как Израиль подвергается очередной террористической атаке. Не обращая внимания на суть происшедшего, они настаивают на том, что Израилю следует проявлять сдержанность». Сенатор А. Спектер, республиканец из Пенсильвании, был еще более прямолинеен в своем интервью, опубликованном в «Нью-Йорк Таймс» 17 ноября: «Рассуждения К. Пауэлла о «порочном круге насилия», которые предполагают, что из одного вырастает другое, и что имеется моральное тождество между действиями обеих сторон, на самом деле абсолютно неправомочны. Убийства мирных граждан, совершаемые террористами, не могут быть оправданы ни с какой точки зрения, тогда как израильские акции возмездия являются всего лишь самообороной».

Трудно отрицать обоснованность подобного утверждения: США и Израиль вовлечены в одну и ту же войну, а совершаемые против них действия носят один и тот же характер. Известный американский адвокат Алан Дершовиц писал 2 ноября 2001 г.: «США совершают ошибку, накладывая на Израиль более жесткие ограничения, нежели те, которые они считают приемлемыми для себя. Оба государства вовлечены в конфликт с силами зла, стремящимися уничтожить демократические ценности, которые все мы исповедуем. Чтобы сокрушить терроризм, нам необходимо держаться вместе». В открытом письме президенту Дж. Бушу, обнародованном 20 сентября 2001 г., которое подписали сорок видных политиков и интеллектуалов (среди них бывший представителя США в ООН Джин Киркпатрик, бывший министр образования Уильям Беннет, издатель газеты «Weekly Standard» Уильям Кристол, аналитик Чарльз Краутхаммер и политолог Фрэнсис Фукуяма) содержалось требование «оказать как можно более широкую поддержку дружественному демократическому режиму [Израиля] в его борьбе против терроризма». Но, возможно, самое недвусмысленное высказывание в этом ключе появилось на страницах газеты «Нью-Йорк Таймс» 25 октября 2001 г. Уильям Сафир, один из старейших и наиболее уважаемых авторов газеты, еще в 1978 г. удостоенный Пулитцеровской премии, заявил: «В то время как США ведут военные действия, направленные против режима талибов в Афганистане, который укрывает убийц нескольких тысяч наших сограждан, верх лицемерия — требовать от наших союзников проявлять сдержанность и не предпринимать никаких действий против убийц, укрываемых ООП». Попытки умиротворить арабский мир посредством принесения в жертву Израиля возымеют обратный эффект, — утверждает У. Сафир, — и увенчаются лишь тем, что «нападения на Америку участятся». Напротив, «правильная реакция на оборонительные действия наших союзников заключается в понимании той боли, которую Израиль вынужден переживать в полном одиночестве, и в оказании ему максимальной поддержки».

Царящее в американском обществе ощущение, что Израиль и США втянуты в одну и ту же войну, и что именно поэтому еврейское государство заслуживает содействия со стороны США, отчетливо просматривается в результатах различных опросов, призванных выявить те сдвиги, которые произошли в отношении американцев к ближневосточному конфликту после 11 сентября 2001 г. Например, опрос, проведенный Институтом Гэллапа в первую же неделю после потрясшего мир террористического акта, показал, что поддержка Израиля достигла наиболее высокой отметки за весь прошедший с момента окончания войны в Персидском заливе период: 55% американцев высказались в поддержку Израиля, по сравнению с 41% за месяц до этого (в то время как палестинцев поддерживало всего 7% опрошенных, а месяцем раньше — 13%). Согласно опросу, проведенному «CBS News» в конце октября 2001 г., 60% американцев выразили положительное отношение к Израилю, что в среднем значительно выше тех показателей, которые были получены в предшествующие годы.

Столь же заметным оказался сдвиг в общественном мнении американцев касательно политики США в отношении Израиля, и это также нашло отражение во многих опросах, согласно которым более чем три четверти американцев приветствуют дальнейшее укрепление сотрудничества между двумя странами. Исследование, проведенное в октябре 2001 г. по заказу «ABC News», показало, что доля сторонников укрепления союза с Израилем достигла 81%; другое исследование, проведенное по заказу «NBC News» и «The Wall Street Journal» в начале ноября, показало схожие результаты — за союз с еврейским государством высказались 77% опрошенных американцев. В вопросе о том, какую позицию надлежит занять Соединенным Штатам в конфликте между Израилем и палестинскими арабами, все большее число американцев исповедуют открыто произраильские взгляды, которые формируются вместо прежних нейтральных воззрений. По данным опросов, проведенных институтом Гэллапа, в июле 2000 года 74% американцев придерживались нейтральных позиций в отношении ближневосточного конфликта, и только около 16% высказывались в пользу Израиля. После сентябрьских террористических актов число приверженцев нейтральной политики уменьшилось до 63%, а сторонников Израиля — увеличилось до 27%. Большинство американцев критически отнеслись к попыткам Государственного департамента навязать Израилю схему поведения, отличную от той, которой придерживаются США в их собственной войне с терроризмом. В ходе опроса, проведенного Антидиффамационной лигой в конце октября, более половины респондентов назвали «лицемерной» позицию госдепартамента в отношении израильской политики точечного уничтожения террористов.

Эти цифры являются не только отражением произраильской позиции американского общества в отношении ближневосточного конфликта, но и свидетельством понимания тех проблем, с которыми вынужден сталкиваться Израиль. Начиная с 11 сентября 2001 г. многие американцы стали рассматривать еврейское государство как попутчика в антитеррористической одиссее. «Явственная и неустранимая угроза терроризма, которая нависает над Израилем вот уже долгие годы, — писал журналист Джорж Уилл спустя всего лишь несколько часов после трагедии, — отныне становится неотъемлемой характеристикой американской жизни. Во вторник утром американцы оказались ввергнуты в тот мир, в котором Израиль пребывает изо дня в день».

Фундаментальная общность интересов между США и Израилем находит отражение не только в словах и чувствах, но и в степени сотрудничества между двумя странами, свидетельствующей о том, в представлении американцев Израиль является ведущим экспертом по борьбе с террором, а также вдохновителем этой борьбы. Это видно, в частности, на примере тех усилий, которые предпринимаются США для обеспечения безопасности граждан в сфере авиапутешествий. Оплошности, допущенные службами безопасности крупнейших американских аэропортов, сыграли не последнюю роль в произошедшей 11 сентября трагедии, и именно израильский опыт в данной области с тех пор все чаще берется на вооружение. «Самолеты компании «Эль-Аль» не угоняют, — заявил советник Пентагона Ричард Перл, — и мы совершим огромную ошибку, если не воспользуемся израильскими знаниями и опытом в области обеспечения безопасности». 1 октября 2001 г. в «The New Republic» было опубликовано эссе Грега Истербрука, в котором анализируются используемые компанией «Эль-Аль» методы, призванные остановить потенциальных террористов, и подчеркивается, что именно эти методы должны быть взяты за образец американскими авиакомпаниями. Аэропорт Логан в Бостоне — место взлета двух из четырех угнанных 11 сентября самолетов — с целью реорганизации системы безопасности нанял Рафаэля Рона, который незадолго до того оставил пост начальника службы безопасности аэропорта им. Бен-Гуриона.

Еще более значимое содействие, оказанное Израилем США, заключалось в сборе информации и разведывательных данных, необходимых для предотвращения террористических актов и успешного ведения войны в Афганистане и в Ираке. Американцы были в особенности заинтересованы в опыте Израиля, накопленном в борьбе против «Хизбаллы» в Южном Ливане.

Израильский опыт берется американцами на вооружение и в других сферах. В Нью-Йорке, например, социальные службы все чаще прибегают к помощи израильских специалистов в работе с людьми, родственники которых погибли в ходе террористических актов. Что же касается необходимости сбалансировать соблюдение гражданских прав и меры, направленные на пресечение террора, то и в этом вопросе опубликованная в «The Wall Street Journal» статья рекомендует обратиться к израильскому опыту. Пытаясь помочь американцам вернуть жизнь в нормальное русло, невзирая на нависшую над ними угрозу, журнал «Atlantic Monthly» в одной из своих статей обрисовал Израиль как страну, в которой «терроризм является обыденным явлением на протяжении многих лет, и в которой повседневность одержала победу над терроризмом».

Разумеется, поддержка Израиля со стороны правительства США, а также простых американцев, не является принципиально новым явлением. Однако 11 сентября 2001 г. ощущение общности судеб получило дополнительный импульс, поскольку Соединенные Штаты внезапно обнаружили себя в эпицентре глобального конфликта, и в этом конфликте Израиль играет роль наиболее близкого и наиболее опытного союзника. Не вызывает сомнения тот факт, что в отношениях между Израилем и США наступает переломный момент, способный в потенциале стать точкой отсчета для более глубокого и продуктивного сотрудничества между двумя странами. Однако для того, чтобы это произошло, израильтянам необходимо осознать, что на их страну возлагается беспрецедентная ответственность, которая может существенным образом повлиять не только на их собственную борьбу с террором, но и на международное положение Израиля в изменяющемся мире.

В первую очередь, Израилю необходимо понять, что оказываемое ему содействие неразрывно связано с войной, которую ведут США, и которая, по всей видимости, закончится не скоро. То уважение, которое американцы питают к Израилю, основывается вовсе не на готовности израильской стороны идти на поводу у Вашингтона, а на независимости суждений, свойственной израильтянам, богатейшем опыте в области обеспечения безопасности, решительном стремлении искоренить терроризм как социальное явление, невзирая на давление со стороны международного сообщества. Хотя сиюминутные проблемы также требуют своего разрешения, руководство страны должно понимать, что бескомпромиссная борьба с терроризмом в перспективе не подточит, а наоборот — укрепит отношения с Америкой.

Более того, Израиль должен не только руководствоваться своими собственными интересами, но и понимать, что его действия послужат примером для США и, возможно, для всего западного мира. Поэтому Израилю следует вести войну с террором, исходя из тех самых моральных принципов, соблюдения которых он требует от своих союзников. Поскольку США готовятся к продолжительной войне с терроризмом, те действия, которые предпримет Израиль, будут рассматриваться многими американцами как пример того, как именно следует вести подобную войну.

И, наконец, израильтяне должны тщательно обдумать те последствия, которые будет иметь для их страны формирование нового международного альянса. Израиль должен стать неотъемлемой частью содружества западных государств в формируемой Соединенными Штатами антитеррористической коалиции. Именно это содружество, уважающее ценности свободы и противостоящее тирании, неизменно поддерживало еврейское государство в его нелегкой борьбе за существование. Сейчас Израиль обретает возможность в полной мере развить свой уникальный еврейский характер, играя важную роль в международной политике и являясь моральным примером для многих западных государств.

Материал подготовлен при содействии Института изучения Израиля и Ближнего Востока.

44.01MB | MySQL:92 | 0,946sec