Возможно ли расширение правящей коалиции в Израиле?

Тишрей – первый месяц еврейского календаря, на который приходятся осенние праздники и памятные даты, в Израиле является периодом отпусков и каникул и, как правило политического затишья. Лишь изредка в СМИ в это время попадает информация, свидетельствующая о том, что политический процесс, на самом деле, не прекращается ни на минуту. Одним из таких сюжетов стал новый виток слухов о продолжении переговоров между лидером правящей правоцентристской партии Ликуд, премьер-министром Израиля Биньямином («Биби») Нетаньяху и лидером ведущего оппозиционного блока «Сионистский лагерь» (СЛ, союз правоцентристских партий Авода [Партия труда] и «Ха тнуа» [«Движение»]) Ицхаком («Бужи») Герцогом о создании очередного «правительства национального единства».

Несмотря на постоянные опровержения обеих сторон, пресса сообщила даже такие подробности, как порядок перераспределения в пользу блока И.Герцога министерских портфелей и основные условия СЛ к политике правительства на наиболее критическом, «палестинском» направлении. Так, по данным обозревателя газеты «Маарив» Зеэва Кама «Сионистский лагерь» в качестве условия присоединения к коалиции требует интенсифицировать дипломатический процесс с руководством Палестинской национальной администрации (ПНА), а в качестве предварительного «жеста доброй воли» заморозить еврейское строительство за «Зеленой чертой».[1] На что Б.Нетаньяху – известный противник всякого рода «предварительных условий» в переговорном процессе с Рамаллой – по тем же данным, согласиться не готов, предлагая взамен И.Герцогу стать во главе проекта по созыву региональной арабо-израильской мирной конференции. Каковая, по всем признакам, должна стать развитием той части идей Каирской инициативы, которую согласились обсуждать в Иерусалиме, и одновременно альтернативой «парижского процесса» -конференции вовлеченных в ближневосточный процесс субъектов, которые должны навязать израильтянам и палестинским арабам условия урегулирования, существенно более близкие к видению ПНА, чем Израиля.

Думается все же, что информацию о том, что стороны договорились о самой сути вопроса – необходимости присоединения СЛ к правительству, и дело только в технических деталях коалиционного соглашения, следует считать сильно преувеличенной. Однако трудно сомневаться и в том, что переговоры и контакты между командами премьер-министра и лидера оппозиции идут все последние месяцы, хотя бы потому, что такое развитие событий соответствовало интересам обоих политиков. Потому речь, вероятно идет о большем, чем о принятой в Израиле политической практике ежемесячных встречах премьер-министра с лидером оппозиции, для информирования последнего об актуальных проблемах текущей повестки дня.

С точки зрения Б.Нетаньяху, состоявшееся четыре с половиной месяца назад присоединение к его коалиции партии «Наш дом Израиль» (НДИ), которая между выборами в Кнессет в марте 2015 года и маем с. г. занимала нишу светской правой оппозиции правительству (и переговоры с которой шли параллельно с первой серией контактов с «Сионистским лагерем») решило его проблемы лишь частично. Объединение под зонтиком коалиции всего «широкого правого лагеря» позволило Б.Нетаньяху и его обновленной команде (одним из ключевых членов которой вновь, после краткого перерыва и преодоления тяжелых личных разногласий стал бывший глава МИДа, и нынешний министр обороны, лидер НДИ Авигдор Либерман), несомненно, усилило возможности противостояния политического руководства Израиля внешним политическим инициативам, которые, с его точки зрения, способны нанести ущерб безопасности еврейского государства. А также, что тоже немаловажно, избавляло руководство от «бюджетного вымогательства» и других вариантов «избыточного давления» коалиционных фракций или даже отдельных депутатов, чему на протяжении первого года у власти было подвержено правительство, опирающееся на минимально возможную коалицию в 61 из 120 депутатов Кнессета – что делал голос буквально каждого из ее членов решающим.

Тем не менее, свобода маневра в целом ряде стратегических экономических и внешнеполитических вопросов у премьер-министра остается ограниченной, особенно в ситуации столкновения интересов с лидерами крупных коалиционных фракций, которые, в принципиальных для них вопросах, не стесняются воспользоваться таким инструментом давления, как угроза правительственного кризиса. Одной из таких угроз, в ближайшей перспективе, может стать голосование по законопроекту о повышении налогов для владельцев трех и более квартир, выдвинутом министром финансов, лидером «центристской» партии «Кулану» («Мы все») Моше Кахлоном. Который, вероятно, таким образом надеется побудить владельцев «лишней» жилплощади выставить ее на продажу, и тем самым снизить, или хотя бы затормозить рост цен на жилье – что, собственно, и было главным его обещанием на выборах. Притом, что экономические советники премьер-министра весьма скептически оценивают возможность позитивного влияния такой программы на перегретый израильский рынок жилья (полагая, что ее итоги будут не менее проблематичны, чем первые результаты другого проекта министра финансов – «махир ле-миштакен», то есть приобретение молодыми парами своего первого жилья по «доступным ценам»), Б.Нетаньяху потребовал от членов своей фракции поддержать проект М.Кахлона.

Еще большим вызовом для стабильности правящего кабинета может стать затянувшая проблема поселенческого форпоста Амона в Самарии, суть которой мы подробно излагали в предыдущих статьях, и решение которой в соответствии с моделью, которая содержится в обязывающем правительство постановлении Верховного суда Израиля, может привести правящий Ликуд к столкновению с фракцией религиозных сионистов «Еврейский дом» (ЕД). Причем, в отличие от «Кулану», которая если правительство падет и будут объявлены досрочные выборы, недосчитается, судя по опросам, почти половины своих нынешних мандатов, и потому неуступчивость ее лидеров имеет свои пределы, «Еврейский дом» судя по тем же опросам, напротив, сможет увеличить свое представительство примерно в полтора раза, вернув себе голоса, уступленные на прошлых выборах Ликуду. И потому, ЕД хотя и не стремится к досрочным выборам, не имеет причин держаться за место в коалиции любой ценой. Потому расширение коалиции для Б.Нетаньяху будет означать приобретение рычагов дополнительного давления на коалиционные фракции – коль скоро уход любой из них не означает потерю правительством опоры на парламентское большинство.

Свой интерес, разумеется, имеет и И.Герцог, блок которого сегодня стабильно теряет голоса, отобранные им в 2015 году в основном, у других партий «широкого левого лагеря» под лозунгом «сплочения левых сил чтобы не допустить продления мандата Биньямина Нетаньяху» – в определениях сторонников И.Герцога, «политического ястреба» и радикального («асоциального») рыночника. Лидеры СЛ, как известно, не только не смогли выиграть выборы, но и за прошедшие с тех пор полтора года не сумели составить правоцентристскому правительству какой бы то ни было внятной идеологической альтернативы.

Действительно, позиционируя ядро СЛ – партию Авода как «партию рационального центра», И.Герцог постоянно заявляет о том, что его стратегической целью было и остается урегулирование с палестинскими арабами по схеме «два государства для двух народов». Но одновременно признает невозможность договоренностей с Рамаллой до тех пор, пока глава ПНА Махмуд Аббас не откажется от своих иррационально-завышенных требований, что вряд ли случится в обозримой перспективе. Потому И.Герцог и его партнеры колеблются между идеей одностороннего отступления Израиля «к защищаемым границам» и активизацией переговорного процесса в тот момент, когда волна арабского террора пойдет на спад. Что, как можно заметить, мало отличаются от разделяемой лидером Ликуда идеи поддержания статус-кво между рекой Иордан и Средиземным морем.

Надо сказать, что достаточно близкие идеи в области региональной политики выдвигает и лидер другой оппозиционной левоцентристской партии «Еш атид» («Есть будущее») Яир Лапид, в пользу которой в основном сегодня и утекают голоса «Сионистского лагеря», тем самым делая Я.Лапида главным конкурентом Ицхака Герцога и его партнера по СЛ – пердседателя  «Движения» Ципи Ливни в борьбе за роль основного лидера «широкого левого лагеря». И, соответственно, претендента от него на пост главы правительства.

Парадоксальным образом, выдвижение И.Герцогом и Я.Лапидом сходных внешнеполитических (и, в определённой мере, социально-экономических) платформ приводит их к противоположным результатам.  «Еш атид», лидеру которой пока никому ничего не нужно доказывать, выдвигая эту платформу в оппозиции, голоса приобретает, а Авода/СЛ, находясь там же – столь же пропорционально теряет, ибо демонстрирует отсутствие у нее возможности, находясь в оппозиции, реализовать свои идеи в принципе и повлиять на процесс. А также хотя бы частично реализовать социальные обещания, данные ее традиционному электорату — т.н. «старым мапайникам» (то есть, членам семей ашкеназского среднего класса, исторически связанных с предшественницей Аводы – умеренно-социалистической партией МАПАЙ), которые и без того раздражены засильем в партии так называемых «новых левых», требующих частичного сворачивания программ либерализации экономики и достижения соглашения с палестинскими арабами ценой практически любых израильских уступок. (Что по мнению их критиков, превращает Аводу/СЛ в «клон» ультралевой партии МЕРЕЦ).

Именно это, крайне левое крыло «Сионистского лагеря» и является сегодня главными противниками присоединения к коалиции, несмотря на то, что такой шаг может переломить тенденцию оттока голосов. Это, собственно ставит И.Герцога перед непростой дилеммой: либо «завышать цену» своего присоединения к коалиции настолько, чтобы она удовлетворила его внутрипартийных критиков, имея перспективу все равно, скорее, рано чем поздно получить в их лице оппозиционную группировку внутри блока, формально находящегося в коалиции. Либо поступить так, как в свое время сделал прежний лидер Аводы, министр обороны во втором правительстве Б.Нетаньяху (2009-2013 гг.) Эхуд Барак, имевший сходные проблемы с радикальной левой внутрипартийной оппозицией, который не сумев выдавить своих противников из фракции, в конце концов покинул партию с группой своих сторонников, которая осталась в коалиции то время как Авода ее немедленно покинула. Чтобы пойти по этому пути, И.Герцогу по закону нужно мобилизовать поддержку не менее еще 6 или 7 членов фракции. Что будет сделать непросто, ибо если его группе не удастся сохранить исторический бренд партии «Авода», их политическая карьера завершится по окончании каденции нынешнего Кнессета – как это и случилось с членами фракции Барака «Ацмаут».

До тех пор, пока такой команды нет, реализация этого варианта– как и создания правительства национального единства в том или его варианте – остается чисто умозрительной.

1.Зеэв Кам, «Эксклюзив: Герцог требует заморозить строительство, Нетаньяху возражает», Маарив, 14. Октября 2016 (на иврите)

43.89MB | MySQL:87 | 0,754sec