С какими предложениями по Сирии президент Турции Р.Т.Эрдоган едет в Москву

Президент Турции Р.Т.Эрдоган планирует обсуждать в ходе визита в Москву 9-10 марта вопросы совместной с РФ борьбы с группировкой «Исламское государство» (ИГ, запрещена в России) в Сирии. Об этом, как сообщил телеканала «Хабер Тюрк», он заявил журналистам в самолете, возвращаясь из Пакистана. Сразу скажем, что данная новость не носит характер сенсации, поскольку вся лихорадочная деятельность турецкого президента на сирийском направлении за последние несколько недель со всей очевидностью иллюстрировала его стремление предложить двум основным игорокам на сирийском направлении в лице США и России некий компромиссный план «борьбы с ИГ». Мы взяли это выражение в кавычки по причине того, что в реальности в планы Турции это не входит. Или, если говорить более точно, что в Анкаре стремятся вытеснить или растворить сторонников ИГ в рамках своей военной операции «Щит Евфрата» на севере Сирии с их ротацией на лояльные себе силы. И в данном случае Р.Т.Эрдоган предлагает на выбор несколько вариантов. Это может быть смешанная сила в лице пешмерги своего курдского союзника в лице президента Иракского Курдистана М.Барзани и собственно турецкой амии с минимальным участием сил Сирийской свободной армии (ССА). Анкарой также прорабатывается вариант действия на этом направлении сил спецназа КСА и Катара при поддержке турецкой армии. Или же может быть задействована смесь из всех этих предложений, которые имеют своей конечной целью разрыв единой зоны курдского контроля от Кобани до Африна с вытеснением из нее враждебных Турции сил, подконтрольных Партии  демократического союза (ПДС) и заменой их на пешмергу М.Барзани с одновременным занятием города Манбидж. В этой ситуации Р.Т.Эрдогану нужна ясность позиции по этому сценарию со стороны Москвы и Вашингтона. Исходя из последних по времени событий, РФ и США пока со своей окончательной позицией не определились. Американские войска расположились на передних подступах вокруг Манбиджа, который находится под контролем лояльных им сил. Сторонники ПДС составляют 70 процентов проамериканской коалиции «Силы демократической Сирии» (СДС). Менять эту коалицию с полной потерей влияния на курдов на призрачный альянс с Анкарой Вашингтон пока не готов. Вернее, к этому сценарию с недоверием относятся в ЦРУ и Пентагоне. Аналогичная позиция и в Москве. Столкновения сирийских войск с отрядами протурецкой оппозиционной коалиции под Эль-Бабом 28 февраля это демонстрируют. Поводом для этих столкновений стал маневр сирийской армии по занятию позиций в 20 км. от Манбиджа с юга, что закрывает туркам и их союзникам путь на Ракку.

Сценарий «совместных действий», который Р.Эрдоган предложит во время предстоящей встречи с российским президентом В.В.Путиным, в общем-то, очевиден. Москва в отличие от Вашингтона не связана с сирийскими курдами никакими союзническими обязательствами, и вполне может пойти на «пропуск» сил протурецкой коалиции по направлению к Ракке. В принципе, можно договориться о временном коридоре для этого. Это может спровоцировать не только массовые вооруженные столкновения отрядов СДС с турецкими войсками, но и системный кризис в отношениях с США. Р.Т.Эрдоган эту ситуацию просчитывает и в этой связи пойдет на Манбидж только в случае достижения соответствующих договоренностей с Вашингтоном. Причем договариваться с ним он может начать уже тогда, когда его силы подойдут к Манбиджу вплотную. Отсюда простой вопрос: выгоден ли Москве марш протурецких сил на Ракку с заходом в Манбидж. С одной стороны — безусловно, поскольку таким образом в значительной степени снижает боеспособность ИГ на севере, что высвобождает сирийские правительственные силы для задействования на других направлениях. В случае реализации плана Турции по установлению контроля над Раккой и завершения операции под Пальмирой, единственным серьезным оплотом ИГ в Сирии останется Дейр эз-Зор. Но туда, как мы сообщали ранее, собираются вторгнутся силы проамеркианских оппозиционеров, которых все это время готовили в Иордании, и которых будет поддерживать авиация США. А также силы спецназа Великобритании, Франции и Польши. По крайней мере, такой вариант растягивания сил ИГ путем нанесения ударов с разных направлений был предложен на днях Пентагоном президенту Д.Трампу. При таком варианте фактор ИГ практически исчезает с сирийской карты действий, что позволяет Москве, Дамаску и Тегерану сосредоточиться на направлениях борьбы с просаудовской «Джебхат ан-нусры» (ныне Тахрир аш-Шам», запрещена в  России) в Идлибе и Хомсе.

Вроде бы все хорошо, за одним маленьким исключением. Турки не планируют идти на Ракку, их конечной точкой является Манбидж. Турция завершит свою операцию в Сирии только после взятия этогогорода. Об этом заявил 27 февраля с.г. советник президента Турции Ильнур Чевик на конференции: «Отношения Турции и России: от периода напряженности к укреплению сотрудничества», организованной газетой «Сабах» и Управлением информации и печати правительства Турции. «Турция создает сейчас буферную 90-километровую зону, — сказал он. — Анкара пытается вернуть свое присутствие там». «Как только Манбидж будет взят, Турция остановится в своей операции в Сирии», — подчеркнул И.Чевик. Вот, собственно, и весь замысел. Штурмовать Ракку турки, конечно, будут, поскольку обещали американцам, но очень вяло и без излишнего рвения. В данном случае основной задачей такого «штурма» будет недопущение входа в этот город курдов из СДС, и не более того. Если говорить откровенно, то у Турции на полноценный штурм просто нет сил, а брать в данном случае в союзники проамериканских курдов они не будут ни при каких обстоятельствах. В случае с Раккой им нужна некая арабская сила (это идея-фикс Р.Т.Эрдогана), и собственно для этой цели они приглашают в коалицию Саудовскую Аравию и Катар. Причем последний, безусловно, гораздо умнее своих основных конкурентов в лице Эр-Рияда, который уже заявили о принципиальной готовности послать свой спецназ в Сирию. Доха в отличие от прямолинейного Эр-Рияда уже просчитала, что посылка войск автоматически означает признание страны прямым участником конфликта, а это как раз то, в чем КСА обвиняет Иран. Причем, в отличие от последнего, Саудовскую Аравию в Сирию официальный Дамаск не приглашал. Чисто боевого эффекта от саудовцев и катарцев в боях с СДС и ИГ ожидать, конечно, не надо, они нужны лишь как ширма для сил турецкой коалиции.

Есть и еще один «минус» в принятии предложений турецкого президента. Это потеря перспективы реанимации в случае необходимости контактов с ПДС. А такая вероятность очень велика, просто в силу того, что Р.Т.Эрдогану веры нет. То есть, из сегодняшнего партнера он может завтра автоматически превратиться в нечто обратное. Что он уже и продемонстрировал однажды. Отметим при этом позицию протурецких оппозиционеров на переговорах в Женеве, где тот же М.Аллюш призывает не входить в переговорный процесс без ухода в отставку Б.Асада. То есть возвращается к уже вроде бы зафиксированной позиции с Анкарой — судьба сирийского президента сейчас не обсуждается. Где гарантия того, что, решив курдский вопрос, турецкий лидер на этом успокоится и не будет активно стимулировать из созданных т.н. «зон безопасности» подрывную деятельность против Дамаска? Единственной гарантией от таких действий может быть только сохранение сильного курдского фактора с упором на силы, подконтрольные  ПДС на севере Сирии, и ничего более. Фактор, который легко можно реанимировать в случае необходимости. Кроме того, надо учитывать, что ПДС — это филиал РПК, с которой сейчас очень активно «дружит» Иран. А портить отношения с Тегераном на данном этапе точно не стоит.

62.43MB | MySQL:101 | 0,657sec