Об операции Армии oбороны Израиля на севере сектора Газа

План израильской эвакуации из Газы еще далек от своей реализации, а ХАМАСу уже удалось создать впечатление, что он является вынужденным шагом и осуществляется под давлением со стороны этой организации. Несмотря на удары, которые обрушились в последние время на ХАМАС, ему, тем не менее, удается накалять атмосферу на территориях. Частота вооруженных столкновений в последнее время возросла, как и число жертв с израильской стороны.  Битва за сектор Газа превратилась в войну на истощение, причем ее границы расширились от Неве-Декалим на юге и до Бейт-Ханун и Дугит на севере.

Формально операция в секторе Газа началась еще 28 сентября, однако после того как на следующий день в израильском населенном пункте Сдерот в результате обстрела ракетами «Кассам» погибло двое детей, премьер-министр распорядился увеличить интенсивность проводимой операции. Министру обороны Шаулю Мофазу был дан приказ предпринять максимально эффективные и оперативные меры против террористических групп, наносящих ракетные удары. При этом очевидно, что цель, которую преследует премьер-министр — это не только прекращение ракетных ударов и разрушение террористической инфраструктуры в районе Бейт-Ханун — Бейт-Лахия — Джабалия, но и создание максимально спокойной обстановки для предстоящей эвакуации поселений. Премьер-министр особо подчеркнул, что необходимо «предпринять все возможное для того, чтобы разрушить старательно создаваемое ХАМАС представление, что Израиль уступает давлению этой организации»[i].

Вслед за единогласным одобрением плана военной операции израильским кабинетом министров вечером 30 сентября, большая группировка военнослужащих ЦАХАЛ утром 1 октября вошла в северную часть Сектора Газа – города Бейт-Лахия, Бейт-Ханун, а также лагерь беженцев Джабалия. Целью плана, получившего кодовое название «Дни покаяния», является полная ликвидация угрозы обстрела ракетами «Кассам» с палестинской территории юга Израиля. План, в частности, предполагает проведение бессрочной наземной операции ЦАХАЛ на севере Сектора Газы и создание там буферной зоны, контролируемой израильскими военными, которая бы помешала боевикам вести обстрел поселений.

Большинство обстрелов ракетами «Касcам», производилось в последнее время из района лагеря Джабалия, а не из района Бейт-Ханун, как было ранее. По данным разведывательных служб, многие жители Бейт-Хануна предпринимают самостоятельные действия по нейтрализации террористических банд, состоящих преимущественно из боевиков ХАМАС и «Бригад мучеников Аль-Аксы». После вывода израильских войск из Бейт-Хануна месяц назад, ЦАХАЛ провел переговоры с представителями палестинских служб безопасности, в результате которых палестинцы взяли на себя ответственность за предупреждение обстрела израильской территории ракетами «Кассам». Однако договоренность эта не была соблюдена и ХАМАС вновь активизировал ракетный обстрел израильских населенных пунктов.

2 октября ЦАХАЛ активизировал свои действия в районе Бейт-Хануна, хотя центром по-прежнему оставался лагерь Джабалия, окруженный израильскими войсками с трех сторон. Западные входы в лагерь беженцев остаются открытыми, служа прямым сообщением с г. Газа. Министр обороны Шауль Мофаз посетивший сектор Газа 1 октября и заявил, что ракетные атаки на Сдерот «невыносимы и непростительны»[ii].

При проведении операции «Дни покаяния» армейское руководство практически полностью отказалось от одной из своих традиционных стратегий в борьбе с террористическими группами в палестинских населенных пунктах. Так, ранее считалось, что оказание давления на местное население вынудит его, а также руководство Палестинской администрации, предпринять соответствующие меры, направленные на пресечение активности боевиков. Как показал опыт предыдущих операций, вопреки расчетам израильтян ничего подобного не происходило. Население палестинских территорий в массе своей апатично и не склонно предпринимать никаких активных действий, которые могут быть истолкованы, как пособничество «сионистскому врагу», в то время как Палестинская администрация, и даже руководство ХАМАС, далеко не всегда оказываются в силах воспрепятствовать действиям малочисленных, часто абсолютно автономных и крайне мобильных боевых группировок, занимающихся ракетными обстрелами.

Массированное израильское присутствие на севере сектора Газа привело к целому ряду впечатляющих тактических результатов. В соответствии с информацией ЦАХАЛ, семь террористических формирований было полностью ликвидировано в течение первых пяти дней операции. Кроме того, было обнаружено более 10 подпольных лабораторий по производству противопехотных мин и противотанковых ракет в районе Джабалия – Бейт-Ханун[iii]. Основным объяснением этих успехов стала не только глубина проникновения в палестинские населенные пункты, но и усиленное использование авиации. С начала операции осуществлялось практически постоянное присутствие ВВС над территорией сектора Газа. Кроме того, использование беспилотных самолетов-разведчиков и других высокотехнологичных средств позволило увеличить эффективность операции и сократить число потерь.

Однако даже эти меры не оказались достаточными для окончательного решения проблемы ракетных ударов, что подтвердил очередной обстрел израильской территории, произведенный 3 октября.  Один из командиров элитного подразделения «Гивати» заявил, что цель операции – минимизировать ударную способность «Кассам-банд», так как на данный момент не представляется возможным полностью их ликвидировать[iv].

Причиной тому можно считать определенную подготовку, проведенную ХАМАС на случай зачисток, проводимых силами ЦАХАЛ. Ракеты «Кассам» были распределены среди большого числа групп, что позволило, с одной стороны, усложнить задачу израильских сил по их поискуи уничтожению, а с другой — обеспечить удары по израильской территории даже во время операции, дискредитируя, таким образом, армию и правительство Израиля. На пресс-конференции, проведенной в одной из мечетей Джабалии, представитель ХАМАС заявил: «у нас есть несколько сюрпризов для нашего врага — мы будем наносить удары и по другим целям, таким как, например, Мадждал (Ашкелон)»[v].

По словам израильского журналиста Амоса Хареля: «ЦАХАЛ прекрасно понимает, что его присутствие является не более, чем частичным и временным решением проблемы ракетных обстрелов. Боевики ХАМАС и ФАТХ прекрасно ориентируются на местности и находят все новые и новые точки для запуска ракет. И, несмотря на очевидные успехи в обезвреживании террористических групп в ходе этой операции, ЦАХАЛ не может гарантировать окончательного прекращения огня на этом участке»[vi]. Таким образом, ЦАХАЛ может рассчитывать лишь выиграть время, сократив на какой-то период угрозу безопасности Сдерот, и надеясь, что тем временем, будет достигнуто какое-то соглашение, которое обяжет палестинские службы безопасности предотвращать ракетные обстрелы израильской территории.

Между тем, в Израиле то и дело звучат призывы к радикальным мерам, и исходят они не только от жителей Сдерот, но и от министров. В соответствии с одним из таких предложений, каждый раз, когда происходит обстрел израильской территории из сектора Газы, немедленным ответом должен стать массированный артиллерийский обстрел района, откуда был произведен запуск ракеты, причем даже в том случае, если речь идет о палестинском населенном пункте. Другое предложение призывает ЦАХАЛ создать буфферную зону в районе, из которого производятся запуски. Что предполагает не просто зачистку этой территории от террористических банд, но и выселение жителей.

Несмотря на внушительное присутствие ЦАХАЛ в секторе Газа в связи с операцией, Политики в последние дни часто озвучивали идею о проведении операции «Защитная стена-2», однако сегодняшнюю ситуацию все же нельзя сравнить с волной терактов, прокатившейся буквально по всей стране, когда в течение одного месяца – март 2002 года – погиб 331 израильтянин. Маловероятно, что будет принято решение о повторной и полной оккупации Газы, так как для этого понадобится широкий национальный консенсус, а также значительная мобилизация резервистов. И хотя многие политики, призывающие к радикальным мерам, предпочитают об этом не вспоминать, но все же возможность Израиля маневрировать ограничена. Кроме того, очевидно, что такой ход приведет только к дальнейшей эскалации напряженности и увеличению числа жертв.

«Возможно, ХАМАС, который в действительности правит сектором Газа, и заинтересован в такой эскалации, но не Израиль, который в качестве своей политической линии выбрал одностороннее размежевание», — отмечается в газете «Гаарец». «Израиль должен обеспечивать свою безопасность всеми возможными средствами, однако это не означает, что он будет отдавать предпочтение тем акциям, которые приведут к большему числу жертв со стороны палестинцев, и которые в результате утопят его в болоте под названием Газа»[vii].

Такого же мнения придерживается и другой израильский журналист Зэев Шифф: «единственные, кто заинтересован в увязании ЦАХАЛ в «болоте», которое представляет собой сектор Газа и его лагеря беженцев – это ХАМАС, некоторые из поселенцев и все те, кто хочет «потопить» план размежевания»[viii].

Несмотря на то, что некоторые политики и военное руководство продолжают утверждать, что операция «Дни покаяния» не ограничена во времени, обе стороны, и израильская, и палестинская, ищут возможности, чтобы с наименьшими политическими потерями завершить этот этап противостояния[ix]. По сообщениям израильской прессы, палестинские службы безопасности предприняли ряд шагов, давая понять, что готовы заключить новые договоренности. В тоже время, некоторые военные эксперты высказывают сомнения относительно того, сможет ли ЦАХАЛ поддерживать эффективность операции в течение долгого времени. И хотя премьер-министр одобрил план операции «Дни покаяния», он, тем не менее, призвал министра обороны и весь офицерский состав ЦАХАЛ продумать возможные альтернативные решения проблемы ракетных обстрелов.

Комментируя появившиеся в прессе сообщения о начавшихся не прямых и тайных контактах между израильской и палестинской стороной по вопросу прекращения операции «Дни покаяния», один из членов палестинского кабинета министров Саиб Эрекат, заявил, что он не имеет никаких сведений о подобных контактах, однако Палестинская администрация считает, что Израиль должен прекратить всякие тайные переговоры и обратиться напрямую к палестинскому руководству, вместо того, чтобы подрывать его авторитет[x]. В тоже время Я. Арафат 4 октября призвал палестинские группировки «не давать оккупанту (Израилю) повода для продления военного присутствия на севере Газы», что можно расценивать, как прямой приказ воздерживаться от ракетных ударов по израильской территории[xi].

Бывший министр безопасности Палестинской администрации, Мухаммад Дахлан заявил, что израильская операция – это арабский стиль мести. В интервью испанскому новостному агентству, М. Дахлан заявил, что, по его мнению, никакие переговоры не проводятся, так как Израиль в них не заинтересован. По его словам, А. Шарон своими действиями только укрепляет ХАМАС и втягивает Палестинскую администрацию в гражданскую войну[xii].

На 12 октября назначена встреча Амоса Гилада, дипломатического советника Министерства обороны, с представителями спецслужб Египта для обсуждения плана одностороннего размежевания. Представители сторон обсудят также проблему контроля над Филадельфийским коридором, проходящим между сектором Газа и египетской территорией. Источник в службе безопасности заявил, что нет никакой связи между предстоящей встречей и требованием арабских стран о прекращении израильской операции в Газе, хотя израильская сторона готова обсудить возможность прекращения огня в случае, если египтяне поставят этот вопрос на повестку дня[xiii].

Между тем, операция ЦАХАЛ «Дни покаяния» стала объектом жесткой критики со стороны арабских стран и ООН. Генеральный секретарь ООН Кофи Аннан призвал Израиль прекратить военную операцию в Газе, «которая принесла смерть десяткам палестинцев, среди которых много гражданских лиц, и в том числе детей». К. Аннан также потребовал от Палестинской администрации «предпринять соответствующие действия по предотвращению ракетного обстрела израильских городов»[xiv].

Глава Палестинской автономии Ясир Арафат назвал действия израильской армии «варварскими». Никак не комментируя удар по Сдерот в канун праздника Суккот, приведший к смерти двоих детей, Я. Арафат заявил, что «ракеты, о которых постоянно трезвонит Израиль, не способны никого убить, а только производят шум»[xv].

Палестинские общественные и политические деятели подвергли критике международное сообщество за то, что оно не вмешалось, и не остановило израильское вторжение на север Газы, а также выразили разочарование арабским миром, который, по их мнению, в очередной раз отвернулся от них. В ряде населенных пунктов Газы и Западного берега были проведены забастовки протеста против операции ЦАХАЛ[xvi].

Встреча представителей стран-членов Лиги арабских государств в Каире призвала генерального секретаря ООН подготовить специальный отчет о «преступлениях» Израиля против палестинского народа и обратилась ко всем правительствам и благотворительным фондам с просьбой о предоставлении гуманитарной помощи. Генеральный секретарь ЛАГ Амр Муса заявил, что операция в Газе стала «нарушением международного права и положений Женевского соглашения». Другие арабские страны также осудили израильские действия в Газе, назвав их «государственным терроризмом».

Иранское государственное новостное агентство IRNA обвинило Израиль в геноциде и нарушении всех норм международного права: «жестокая резня невинных жителей в секторе Газа в очередной раз доказала бесчеловечный характер сионистского режима»[xvii], говорилось в сообщении IRNA.

В то же время первые несколько дней операции прошли спокойно с точки зрения реакции на нее международного сообщества в целом: критику США можно оценить как более, чем умеренную, в то время как европейская, исключая Францию, была вполне сбалансированной. По всей видимости, международные СМИ были в большей мере заинтересованы в освещении событий в Ираке и подготовки приближающихся выборов в США. Фактически полное отсутствие привычной жесткой критики со стороны международного сообщества создает благоприятные условия для активизации давления на ХАМАС и другие террористические организации, действующие в Газе.

В интервью арабскому телеканалу «аль-Джазира» госсекретарь США Колин Пауэлл заявил, что палестинская интифада не принесла никаких положительных результатов, и пришло время положить ей конец. Судя по всему, израильский министр Обороны воспринял это как «зеленый свет» для продолжения операции. Во время своего визита в сектор Газа он заявил, что «США признают право Израиля защищать себя и тот факт, что в случае атаки он должен ответить»[xviii].

Реакция США на операцию в Газе была двойственной. В то время как Вашингтон призвал предпринять усилия, чтобы избежать жертв среди гражданского населения, применяя силу пропорционально угрозе, пресс-секретарь Государственного департамента заявил, что Государство Израиль имеет право защищать себя и своих граждан от терроризма[xix].

Основные дипломатические баталии развернулись в связи с тем, что 4 октября арабские страны направили в Совет безопасности ООН проект резолюции, в которой требовали немедленного прекращения израильского вторжения на север сектора Газы. Проект стал результатом экстренного заседания, созванного по требованию посла Алжира в ООН и единственного представителя арабских стран в Совете безопасности, Абдаллы Баали, в связи с продолжающейся уже более недели израильской агрессией – самой крупной за последние четыре года в Газе.

Нассер аль-Кидва, палестинский представитель в ООН, заявил на заседании о том, что реакция Израиля является непропорциональной: «в ответ на обстрел примитивными ракетами, Израиль направил в Газу более 2000 своих солдат, 100 танков, более сотни другой боевой техники, а также бульдозеры, вертолеты и военные корабли. Эти силы намеренно разрушают все, что попадается им на пути, включая детские сады и школы. Сегодня сотни палестинцев остались без крыши над головой в результате полного либо частичного разрушения их домов израильскими силами. Газа стоит на пороге гуманитарной катастрофы, так как уже обнаружилась нехватка продовольствия и медикаментов. Не может быть оправдания этой очередной израильской истерии, государственный терроризм не может быть оправдан»[xx].

Израильский посол в ООН Дан Гиллерман, комментируя дебаты по поводу проекта резолюции в Совете безопасности, сказал: «В прошлом США не позволяли подобным однобоким резолюциям пройти голосование в Совете безопасности. Существует понимание, что наша операция в Газе – это ответ на ракетные обстрелы. Израиль имеет право на самооборону»[xxi]. Д. Гиллерман заявил, также, что палестинцы совершенствуют технику ракетных ударов, которые создают невыносимую, с точки зрения безопасности, ситуацию и ни одна страна в мире не стала бы это терпеть. «Совет безопасности в очередной раз посадил на скамью подсудимых жертву терроризма, а не преступника, он вновь пытается наказать сторону отвечающую на террористические действия, а не самих террористов»[xxii].

Американский представитель в Совете безопасности, Джон Дэнфорс, заявил, что «резолюция – это еще один шаг по дороге, ведущей в никуда», и напомнил, что Совет безопасности должен придерживаться нейтралитета, предостерегая его от превращения в противника Израиля и союзника палестинцев[xxiii].

Соединенные Штаты надеются, что Израиль в максимально короткие сроки завершит свою операцию, не затягивая присутствие своих вооруженных сил в Газе, заявил госсекретарь США Колин Пауэлл. По его словам, «операция в Газе не входит в противоречие с планом премьер-министра по одностороннему размежеванию. Он по-прежнему верен своей идее, и я надеюсь, что вскоре начнется ее реализация» [xxiv].

На голосовании 5 октября в Совете безопасности ООН 11 стран из 15 поддержали проект арабской резолюции, США проголосовали против, Великобритания, Германия и Румыния воздержались.

После голосования алжирский представитель в ООН поблагодарил членов Совета, поддержавших резолюцию, отметив, что она набрала больше необходимого минимума в девять голосов, и была бы принята, если бы не вето, наложенное США. «Это печальный день для палестинцев, и это печальный день для справедливости», — заявил Абдалла Баали[xxv].

В прошлом, если не удавалось провести антиизраильскую резолюцию через Совет безопасности ООН из-за американского вето, палестинцы пытались заручиться поддержкой резолюции на Генеральной Ассамблеи. На этот раз было принято решение воздержаться от вынесения проекта резолюции, осуждающей израильскую операцию в Газе, на голосование ГА ООН. Такое изменение тактики палестинской стороны может объясняться решением дождаться специального заседания, посвященного строительству Защитной стены на Западном берегу, а также завершения президентских выборов в США.

Что касается Израиля, то на данном этапе важно, чтобы у премьер-министра и министра обороны была четкая стратегия прекращения операции в Газе, которая могла бы закрепить ее достижения и создать условия для запланированной эвакуации еврейских поселений из Газы.

Парадоксальное мнение было высказано Амиром Ореном: «При сложившейся в сфере безопасности ситуации, реализация плана А. Шарона не реальна, а потому существует единственная возможность покинуть Газу – предварительно оккупировав ее»[xxvi]. Однако при более внимательном рассмотрении, этот тезис представляется не столь уж парадоксальным. По мнению журналиста, для того, чтобы обеспечить безопасность израильских населенных пунктов, находящихся на сравнительно небольшом расстоянии от сектора Газа, гарантировать прекращение или, как минимум, существенное сокращение террористической активности, ЦАХАЛ должен перед полной эвакуацией из Газы, вновь оккупировать ее. Ни египтяне,  ни  даже Ясир Арафат, который имеет лишь ограниченное влияние на разрозненные террористические группы, не в состоянии контролировать происходящее в Газе. Месяц назад руководство ХАМАС, координирующее удары по израильской территории, приняло участие в переговорах с израильскими представителями, которые закончились договоренностью о том, что в обмен на прекращение ракетных ударов ЦАХАЛ воздержится от разрушительных рейдов в Бейт-Хануну. События последней недели сентября стали нарушением этих договоренностей. Сегодня в ЦАХАЛ считают, что вероятность проведения нового тура переговоров и достижения каких-либо договоренностей крайне не велика, так как отсутствует реальное командное звено, которое контролирует в полной мере террористическую активность, а следовательно могло бы своим авторитетом и наложить на нее эффективный запрет[xxvii].

События вокруг Сдерот, приведшие к началу операции на севере сектора Газа, стали лишним подтверждением опасений ЦАХАЛ и связанного с ними неодобрения, которое высказывало армейское руководство планом премьер-министра.  ЦАХАЛ недоволен неоднозначность и расплывчатостью сроков эвакуации из Газы и тем, какое воздействие оказал этот план на палестинцев, спровоцировав активизацию террористических групп и эскалацию напряженности в секторе. По мнению многих военных, эвакуация в таких условиях не только не приведет к окончанию вооруженного противостояния в целом, но не сможет гарантировать даже безопасности Сдерот. Единственное, что может измениться – это география ударов: если раньше целью были еврейские поселения в Газе, то теперь, добившись их эвакуации, террористы будут совершать вылазки на прилегающую израильскую территорию. При этом, так как А. Шарон «воюет» сегодня фактически на двух фронтах – против палестинцев в Газе и против своих политических противников на внутриизраильской арене — то для него чрезвычайно важно, чтобы армейский истэблишмент выступал с ним единым фронтом и не оказался втянут в политические игры.

После Симхат-Торы, когда правительство вернется с праздничных каникул, А. Шарон вновь попытается добиться поддержки своего плана в правительстве и в Кнессете. При том, что давление на премьер-министра с требование о проведении досрочных выборов или общенационального референдума увеличивается. На данный момент А. Шарон дал понять, что он против и того, и другого шага. Эту свою позицию он объясняет тем, что государство на данном этапе пытается не только выдержать удар терроризма, но и эффективно на него среагировать, на повестке дня политическая инициатива, которая может стать исторической, а также комплекс незавершенных экономических начинаний, и выполнение ни одной из этих задач не должно прерываться или откладываться из-за досрочных выборов.

Кроме того, по мнению израильского журалиста Алуфа Бенна, премьер-министр руководствуется теми соображениями, что досрочные выборы, судя по опросам общественного мнения, вряд ли существенным образом изменят существующую ситуацию в Кнессете, список от Ликуда будет с большой долей вероятности включать те же фамилии, а предположение, что досрочные выборы вдруг превратят противников его плана в сторонников вряд ли можно рассматривать всерьез. Что касается референдума, то А. Шарону эта идея представляется попыткой воспрепятствовать или как минимум затянуть реализацию его плана эвакуации израильских поселений из Газы[xxviii].

В истории Израиля есть два прецедента эвакуации израильских сил — это Синайский п-ов и Ливан. Так как Синай был возвращен Египту по согласованной договоренности, в то время как, ожидаемая эвакуация из Газы является частью плана одностороннего размежевания, то этот опыт мало подходит для сегодняшней ситуации. Вывод войск из Ливана имеет гораздо больше общего с планом А. Шарона. Однако именно этого сравнения премьер-министру и хотелось бы избежать, так как односторонний вывод войск из Ливана не привел к сдвигу в двусторонних ливано-израильских отношениях, приблизил «Хизбаллу» к границам Израиля, укрепил ее статус, превратив в субъекта региональной политики, принес лишь тактические, но не стратегические успехи в деле обеспечения безопасности северной границы и прилегающих израильских районов. И хотя есть много общих черт – односторонний характер, давление террористических организаций, а также внутриполитическое давление — есть одно очень существенное отличие, которое заключается в самом определении осуществляемого действия. Если в Ливане был произведен вывод войск (withdrawal), то в Газе намечается размежевание (disengagement).

С отступлением Израиля к северной, международно-признанной границе, контроль над южным Ливаном перешел, формально, к ливанскому правительству, а в реальности – к Сирии. С точки зрения международного сообщества это означало завершение территориального конфликта между Израилем и Ливаном. Если же действительно попытаться сравнить размежевание в Газе с ситуацией в Ливане, то оно будет похоже, скорее, на отступление к реке Авали в сентябре 1983 года, или на передислокацию в «зону безопасности» в июне 1985 года. За этими действиями следовала эскалация напряженности на северной границе.

Проблема заключается в том, что и палестинцы, и международное сообщество и поселенцы рассматривают сектор Газа, Иудею и Самарию как единое целое. При этом в плане премьер-министра нет и намека на то, что эвакуация из Газы является первым этапом, за которым последует и второй – эвакуация из Иудеи и Самарии. В многочисленных предпраздничных интервью А. Шарон дал понять, что его план не является началом и базой для очередного мирного процесса, а скорее призван прекратить бесплодные попытки свести к компромиссу израильские и палестинские требования. А. Шарон надеялся, что вывод поселений из Газы снимет саму тему «эвакуации израильских поселений» на долгие годы. Однако пока вполне возможным представляется следующий сценарий развития событий: эскалация конфликта приведет к активизации посреднических усилий международного сообщества с целью заключения перемирия, на основе соответствующего соглашения. Гарантировав, таким образом, безопасность Сдерот, что не удалось А. Шарону, третья сторона убедительно докажет, что эвакуации из Газы была важным, но не достаточным шагом на пути к «окончательному урегулированию», и что логическим продолжение должна стать эвакуация с территории Иудеи и Самарии.

Эскалация в Газе превратила А. Шарона в своего собственного заложника, он оказался в ловушке, разрываясь между политической линией и необходимостью военных действий, идущих вразрез с ней, и диктуемых ситуацией в области безопасности.

 

[i] Akiva Eldar “Operation no penitence”, Ha`aretz, 04/10/2004

[ii] PM: No time limit on Gaza operation, Ha`aretz, 03/10/2004

[iii] Amos Harel “The IDF has started to look for a ladder”, Ha`aretz, 04/10/2004

[iv] Ibid.

[v] PM: No time limit on Gaza operation, Ha`aretz, 03/10/2004

[vi] Amos Harel “The Gazan pot is threatening to boil over”, Ha`aretz, 01/10/2004

[vii] “Avoid a quagmire in the Gaza strip”, Ha`aretz, 01/10/2004

[viii] Ze`ev Schiff “Wary steps in the Gaza Strip swam”, Ha`aretz, 01/10/2004

[ix] PM: No time limit on Gaza operation, Ha`aretz, 03/10/2004

[x] Israelis, Egyptians to meet on pullout, Ha`aretz, 05/10/2004

[xi] Israel and PA begin talks on leaving Gaza, Jerusalem post, 05/10/2004

[xii] Dahlan: Israel won’t negotiate ceasefire, Jerusalem post, 07/10/2004

[xiii] Israelis, Egyptians to meet on pullout, Ha`aretz, 05/10/2004

[xiv] Un, Arabs denounce Gaza operation, Jerusalem post, 02/10/2004

[xv] Ibid.

[xvi] Ibid.

[xvii] Ibid.

[xviii] An operation without a purpose, Ha`aretz, 03/10/2004

[xix] Israel and PA begin talks on leaving Gaza, Jerusalem post, 05/10/2004

[xx]. Shlomo Shamir “US to veto UN resolution condemning Israel”, Ha`aretz, 05/10/2004

[xxi] Ibid.

[xxii] Ibid.

[xxiii] Ibid.

[xxiv] Ibid.

[xxv] Tovah Lazaroff “US vetoes UN resolution to end Gaza operation”, Jerusalem post, 05/10/2004

[xxvi] Amir Oren “To withdraw from Gaza, Israel must occupy it”, Ha`aretz, 01/10/2004

[xxvii] Ibid.

[xxviii] Aluf Benn “Gaza offensive must yild results”, Ha`aretz, 03/10/2004

49.73MB | MySQL:112 | 0,868sec