Какие цели может преследовать Египет в «арабском НАТО»?

По сообщениям египетских журналистов и аналитиков, в Каире существуют большие ожидания от политики американской администрации Дональда Трампа. Основными обнадеживающими моментами правительство Абдель Фаттаха ас-Сиси считает негативное отношение новой американской администрации к «Братьям-мусульманам» и стремление создать новый военный блок, аналогичный НАТО. Однако цели, которое преследует Каир при создании «арабского НАТО» могут совсем не совпадать с целями Вашингтона.

Сообщения о проекте нового военного блока «умеренных арабских суннитских государств» появились впервые в американской газете Wall Street Journal в конце февраля с.г. В газете сообщалось о том, что США лоббирует идею создания «арабского НАТО» в составе Саудовской Аравии, Египта, Иордании, ОАЭ. При этом главным военным компонентом альянса должен стать Египет. Это неудивительно, учитывая что наиболее боеспособные вооруженные силы в регионе имеются у Турции и Египта. Турция рассматривается нынешней американской администрацией в качестве ненадежного партнера. На севере Сирии главной целью Анкары является «выжать» проамериканских курдов из Партии демократического союза (ПДС). В то же время Турция наряду с Россией и Ираном к вящему недовольству Вашингтона является коспонсором сирийского мирного процесса. Третьей причиной нежелания США опереться в создании будущего военного блока на Турцию является поддержка Анкарой движения «Братья-мусульмане», которую администрация Д.Трампа хочет объявить террористической организацией. По замыслу американских стратегов, одним из пункта устава будущего альянса будет требование, соответствующее стандартам НАТО: нападение на одно из членов альянса считается нападением на весь альянс. При этом данный военный блок, как предполагается, будет союзником Израиля и будет обмениваться информацией с этим государством. Впрочем, ни Израиль,   ни США не будут формальными членами данного альянса.

Идея создания такого альянса во многом принадлежит самим египтянам. Проект создания военного блока арабских государств озвучил президент АРЕ Абдель Фаттах ас-Сиси в выступлении по египетскому телевидению 22 февраля 2015 года. По его мнению, нужда в создании объединенных арабских вооруженных сил обусловлена ростом влияния террористических организация и их вооруженных формирований. Под ними А.Ф.ас-Сиси понимает, прежде всего, «Исламское государство» (ИГ, запрещено в России) и «Ансар Бейт аль-Макдис», действующую на Синайском полуострове. Заключительное заявление саммита ЛАГ, принятое 29 марта того  же года, постулировало желательность образования такого блока и поручало выработать его юридические механизмы. 21-22 апреля 2015 года в штаб-квартире ЛАГ в Каире состоялось заседание начальников штабов вооруженных сил арабских государств. В нем приняли участие начальники генеральных штабов армий Египта, Саудовской Аравии, ОАЭ, Катара, Кувейта, Иордании, Марокко, Ливии, Алжира, Туниса. Вел заседание начальник египетского Генштаба генерал-лейтенант Махмуд Хиджази. Активизация действий по созданию арабского военного альянса совпала с началом саудовской военной операции «Буря решимости» в Йемене. Египет тоже принял участие в этой операции. Однако при этом цели, которые преследовали Эр-Рияд и Каир, были различны. Саудовская Аравия желала, прежде всего, восстановления власти правительства А.М.Хади на всей территории Йемена и искоренения иранского влияния в этой стране. В то же время в планы Египта входило и входит обезопасить судоходство в Баб эль-Мандебском проливе и Красном море.

В мае 2015 года состоялось новое заседание начальников штабов, на котором был выработан проект протокола по созданию военного альянса. В качестве целей будущего военного пакта были определены: противодействие международному терроризму; создание миротворческих сил для урегулирования внутренних военно-политических конфликтов в арабских странах; проведение гуманитарных операций по спасению гражданского населения, оказавшегося в зоне конфликтов; обеспечение безопасности сухопутных, воздушных и морских путей и борьба с пиратством.

В то же время сразу выявилось различие между египетским и саудовским подходами при определении приоритетов будущего военного блока. Для саудовцев это сдерживание иранского влияния и стремление полностью поставить под контроль Йемен. В то же время для египтян приоритетом является Ливия. Исходя из этого, слаженная организация «арабского НАТО» представляется весьма сложной.

На определение целей будущего военного блока большое влияние оказывает американская внешнеполитическая стратегия, в рамках которой Ирану снова отведено место главного противника США в регионе. Вместе с тем, иранская политика непосредственно не угрожает национальным интересам Египта и нынешнее руководство в Каире было бы не против нормализации двусторонних отношений. В этой связи интерес представляет статья двух авторов: иранца Сайеда Хусейна Мусавияна  и египтянина Ясина аль-Айути, появившаяся в газете Asia Times (1) под названием «Египетско-иранское сближение будет достижением для региона и за его пределами».

В статье приведена непростая история иранско-египетских отношений. Авторы напоминают о суннитско-шиитском диалоге, в котором суннитскую сторону традиционно представляли египтяне. В конце 19 века египетский шейх салафитско-реформаторской направленности Мухаммед Абдо и иранский аятолла Джамаль ад-дин Асадабади сотрудничали в организации панисламского движения. В первой половине ХХ века тесные рабочие отношения установились между верховным имамом университета Аль-Азхар Махмудом Шальтутом и иранским великим аятоллой Сайедом Хусейном Боруджерди (на тот момент наиболее авторитетный богослов Ирана). Их сотрудничество привело к официальному признанию Аль-Азахром шиитского мазхаба и открытию в университете факультета по изучению шиитского богословия и канонического права. Концепция «диалога цивилизаций», предложенная в 2000 году президентом Ирана Мохаммадом Хатами перекликается с аналогичным предложением, выдвинутым нынешним верховным имамом Аль-Азхара Ахмедом ат-Тайебом во время его выступления в германском Бундестаге в 2016 году.

Дипломатические отношения между двумя странами были разорваны в 1981 году после того как исламское руководство Ирана приветствовало убийство египетского президента Анвара Садата и назвало одну из улиц Тегерана по имени организатора теракта капитана Исламбули. Несмотря на отсутствие дипотношений, с конца 1990-х годов между двумя странами поддерживался стратегический диалог. В 2004 году один из соавторов, С.Х.Мусавияна, занимавший в то время пост руководителя отдела международных связей Высшего совета национальной безопасности (ВСНБ) Ирана, провел в Александрии переговоры с советником президента АРЕ Х.Мубарака по внешней политике Усамой аль-Базом. На встрече были достигнуты договоренности о расширении торгово-экономического сотрудничества и сотрудничестве спецслужб двух стран в деле борьбы с терроризмом.

Дипломатические отношения между ИРИ и Египтом были восстановлены в 2012 году, уже при правительстве «Братьев-мусульман». Однако сближения Ирана с правительством М.Мурси не получилось по причине поддержки Каиром в ту пору антиасадовской вооруженной оппозиции в Сирии. На сегодняшний день, по мнению авторов статьи, созрели предпосылки для всеобъемлющей нормализации ирано-египетских отношений и партнерства двух стран по региональным и международным вопросам. Во-первых, официальный Каир не проявляет беспокойства по поводу иранской ядерной программы и не считает ее угрозой для Египта. Во-вторых, обвинения США и некоторых монархий Персидского залива Ирана в поддержке терроризма не находят отклика и поддержки в Каире. В-третьих, участие Египта в саудовской военной операции в Йемене носит ограниченный характер и направлено, главным образом, на обеспечение безопасности судоходства в Баб эль-Мандебском проливе. В-четвертых, Египет не разделяет саудовскую точку зрения по сирийскому вопросу. Правительство А.Ф.ас-Сиси признает правительство Б.Асада и выражает желание сотрудничать с ним в борьбе против терроризма, что подтвердили поездки в Каир руководителя сирийских спецслужб Али Мамлюка осенью прошлого года. Достаточно болезненным для Египта на протяжении многих лет был вопрос об иранской помощи движению ХАМАС, но с началом «арабской весны» и ростом катарского влияния на ХАМАС эта проблема не является определяющей.

Таким образом, складываются предпосылки для установления иранско-египетского партнерства, которое благотворно повлияло бы на ситуацию в регионе Ближнего Востока. Впрочем, Вашингтон и Эр-Рияд будут блокировать такие попытки. В настоящее время администрация США побуждает Эр-Рияд к разблокированию ухудшившихся в прошлом году отношений с Каиром. Первым признаком этого является решение саудовской компании Saudi Aramco о возобновлении безвозмездной ежемесячной поставки нефтепродуктов в АРЕ, которая была заморожена в октябре 2016 года. Журналисты газеты «Рай аль-йаум» сообщают, что такое решение было принято в Эр-Рияде после недавнего визита наследника наследного принца  и министра обороны КСА Мухаммеда бен Сальмана в Вашингтон.

 

  1. http://www.atimes.com/egyptian-iranian-detente-boon-region-beyond/
21.85MB | MySQL:65 | 0,539sec