Катарский кризис влияет на ситуацию в Восточной Африке

Нынешний кризис с рамках конфликта между КСА, ОАЭ и АРЕ с одной стороны, и Катаром (и Турцией, хотя формально нападкам со стороны «большой тройки» она не подвергается), безусловно, затронет не только собственно отношения между непосредственно этими странами, но и весь регион Ближнего Востока, Северной и Восточной Африки в целом. Ровно по той самой линии лояльности или враждебности по отношению к одному из враждующих сейчас лагерей. При этом большинство стран региона постарается остаться «над схваткой», ограничившись лишь общими заявлениями и призывами решить существующие проблемы путем переговоров. Тем не менее, сам факт активизации катарского противостояния попыткам «большой тройки» нивелировать уровень своего присутствия в той или иной точке региона будет только нарастать, причем самыми нетривиальными способами. В некоторых случаях в Дохе предпочитают демонстративно прекращать свое военное присутствие с целью провоцирования тем самым открытого вооруженного конфликта между теми или иными странами региона. Так происходит сейчас в отношениях между Катаром и Джибути. В ответ на непродуманные антикатарские заявления президента Джибути И.Гелле Доха просто решила вывести свой миротворческий контингент, который в большей части символично разделяла джибутийские и эритрейские войска в зоне спорных территорий. Это вызвало панику в самом Джибути и союзной ему Эфиопии, которые сразу же громогласно стали утверждать, что Эритрея собирается занять освобожденные катарцами области и тем самым решить силой застарелый территориальный конфликт. 18 июня с.г. Эфиопия инициировала в Совете Безопасности ООН запрос о введении в эту область смешанной мониторинговой миссии Афросоюза и ООН с целью препятствования эскалации конфликта. Это произошло после того, как Джибути 14 июня объявило о входе эритрейских войск в демилитаризованную зону. Данное сообщение привело к наращиванию эфиопских войск на границе с Эритреей и Джибути. Обеспокоенность Аддис-Абебы в данном случае понятна: помимо традиционной вражды с Асмэрой присутствует еще и озабоченность в отношении функционирования железнодорожной магистрали, которая недавно усилиями китайских строителей соединила Эфиопию и джибутийские морские порты. При этом сейчас в Аддис-Абебе идут ожесточенные дискуссии между различными фракциями во власти на предмет действий в этой ситуации. Глава Генерального штаба эфиопской армии Мохамед Нур Юнус (Самора), который принадлежит консервативному крылу Мекеле в Tigray People’s Liberation Front (TPLF) во главе с Абаем Вулду, требует проведения широкомасштабной военной операции против эритрейцев. Ему противостоят сторонники министра телекоммуникаций Эфиопии Д.Гебремишеля, в которым оттносится бывший начальник Генерального штаба С.Меконен и глава National Intelligence and Security Service (NISS) Г.Ассефа. Они категорически против силовых методов решения проюлемы. Сама по себе такая позиция очень серьезного крыла властной элиты в Эфиопии уже гарантирует то, что вооруженного конфликта в ближайшее время не предвидится. В том числе и по причине того, что практически все эфиопские вооруженные силы задействованы по преимуществу во внутренних районах страны в связи с восстанием мусульман-оромо, которых, кстати, активно через тех же эритрейцев стимулируют ОАЭ и Егирет. Ситуация там настолько тревожная, что Аддис-Абеба даже вынуждена оттягивать войска из Сомали на внутренний фронт. Но джибутийцы при этом не успокаиваются и бомбардируют Совет Безопасности ООН тревожными посланиями. В том числе и о том, что «эритейский флаг уже развивается над спорным районом Маунт Габия». Расчет в данном случае простой. Согласно франко-джибутийскому договору от 1977 года французы должны вмешаться в случае нарушения Эритреей условий соглашения о демилитаризованных зонах или открытых фактах агрессии. Таким образом, джибутийцы под шумок хотят втянуть Париж в этот конфликт. При этом «Миражи» французских ВВС уже совершили мониторинговые полеты над спорными зонами и никаких передвижений эритрейских войск не заметили. Отметим также, что вопрос спорных территорий уже давно признан Асмэрой как решенный в силу соответствующего вердикта международного суда, который был вынесен не в пользу Эритреи. И Асмэра выполнила все условия и отвела свои войска из спорных районов, которые были признаны территорией Джибути. Таким образом, Гулле искусственно нагнетает истерию с целью отвлечь внимание от своего бедственного положения в связи с нарастающим давлением на него и его клан со стороны внутренней оппозиции. Основные лидеры которой, кстати, пребывают в ОАЭ и пользуются особой поддержкой со стороны Абу-Даби. Вообще антикатарский выпад джибутийских властей был вызван, прежде всего, попыткой подтвердить свою верность курсу на развитие партнерских связей с КСА в силу обещанных многомиллиардных инвестиций и организацией саудовцами своей военной базы в Джибути. А вот отношения с ОАЭ у Гелле откровенно плохие, и в Эр-Рияде в данном случае активно эту карту разыгрывают, вытесняя своих «партнеров» через скрытое стимулирование Гелле к антиэмиратовским шагам из очень выгодной с геополитической точки зрения площадки в районе Африканского Рога. В этой связи джибутийцы страхуются своим антикатарским поведением и нагнетанием истерики на международных площадках еще и от развития сценария, согласно которому те же эмиратовцы через подконтрольных им эритрейцев постараются осложнить жизнь Джибути путем организации военных провокаций. Но, повторим, что такой сценарий нам кажется абсолютно нереальным. Помимо боевой слабости основных потенциальных участников такого конфликта, надо учитывать и факт того, что ни КСА, ни ОАЭ, которые являются ведущими международными спонсорами враждующих сторон, в данный момент не готовы к такому развитию событий. В этой связи Катар, конечно, своей генеральной задумки по организации маленького локального конфликта в Восточной Африке с отвлечением внимания от своей проблемы и ввязыванием в него КСА и ОАЭ не добьется, но нервы своим заклятым врагам попортит.

43.69MB | MySQL:92 | 1,132sec