Об угрозе исламского радикализма и терроризма в Грузии

В последнее время наряду с другими политическими и экономическими проблемами, беспокоящими Грузию, все чаще упоминается проблема исламского радикализма, несмотря на то, что вплоть до начала двадцать первого века исламский фактор не являлся угрозой национальной безопасности этого закавказского государства.

В настоящее время в Грузии проживает более 450 тысяч мусульман. Большинство из них, более 250 тысяч человек, составляют азербайджанцы, проживающие в регионе Квемо Картли (Внутренний Картли), в районах Марнеули, Гардабани, Дманиси и Болниси. Азербайджанцы Грузии являются коренным населением страны. Их предками были представители кочевых тюркских племен, переселявшиеся на территорию Грузии персидскими шахами из династии Сефевидов в 17 веке и позже перешедшие к оседлости. В связи с более высоким уровнем рождаемости в азербайджанских семьях в ряде районов обозначилась демографическая тенденция, при продолжении которых мусульмане в этих регионах скоро будут составлять большинство. Правительство М.Саакашвили в 2004-2012 годах проводило по отношению к азербайджанцам Квемо-Картли дискриминационную политику, установив ряд ограничений на покупку земли, оформление собственности на нее, участие мусульман в деятельности органов местного самоуправления. Падение советского режима не привело к возрождению шиитского ислама среди азербайджанцев Грузии, зато способствовало экспансии салафизма и ваххабизма. По данным грузинских социологических служб, около 38% мусульманского населения Квемо-Картли подвержено салафитским настроениям. Вместе с тем старшее поколение и ряд политических активистов в азербайджанских селах исповедует ценности традиционного ислама, что создает условия для общественного раскола. В январе 2015 года ваххабитами был убит 23-летний Фикрет Ахмедов, критиковавший это направление ислама в СМИ республики.

Около 115 тысяч мусульман проживает в Аджарии. Территория современной Аджарии в средние века являлась приморским регионом обширного княжества Самцхе Саатбаго, центр которого, Карс, находился на территории современной Турции. В конце 16 века турки-османы, используя распри среди местных феодалов из рода Джакели, вначале аннексировали Западный Самцхе, а потом и восточную часть княжества, постепенно исламизировав его жителей. При этом князья из рода Джакели на условиях принятия ислама стали наследственными пашами Ахалцихе.  Турции в настоящее время проживает около 2 миллионов лазов, турок грузинского происхождения. В ходе русско-турецкой войны 1877-1878 годов территория Аджарии была присоединена к Российской империи. Согласно советско-турецкому договору 1921 года ей было гарантирована автономия в рамках Грузинской ССР.

При этом в течение последних ста лет произошли изменения в конфессиональном составе населения республики. Если в начале 20 века 70% жителей Аджарии причисляли себя к мусульманам, а 30% — к христианам, то в начале 21-го мусульмане составляли 25% населения Аджарии, а христиане – 75%. Это связано с тем, что значительная грузин в Аджарии в свое время приняла ислам «лицемерно» для того, чтобы иметь возможность делать карьеру в Османской империи, практикуя двоеверие. После освобождения от османов потребность в такой мимикрии пропала и началось возвращение к христианству.  При этом правительство М.Саакашвили проводило по отношению к мусульманам Аджарии абсолютно непродуманную и хаотичную политику. С одной стороны оно убирало мусульман, связанных с кланом Абашидзе, из руководства республики. С другой стороны, поощряло иммиграцию турок в Аджарию. Это делалось в рамках программы возвращения на родину грузинских мусульман, оказавшихся в Турции во время османских завоеваний. Всего получило грузинское гражданство десять тысяч жителей Турции. На территории Аджарии в настоящее время проживают 27 500 турецких граждан. Неизвестно, сколько из них являлись настоящими лазами, однако подобная политика привела к экономическому доминированию Турции в Аджарии и захвату турецкими «репатриантами» наиболее привлекательных объектов собственности. До 2005 года в Грузии действовал запрет на продажу земли иностранцам. Однако в настоящее время 35% сделок с недвижимостью в Аджарии совершают турецкие граждане. Данное обстоятельство вызывает недовольство не только среди рядовых граждан Грузии, но и среди части политической элиты. Одновременно в регионе были построены 35 новых мечетей вдобавок к 41 имеющейся.

Целый ряд политических партий и движений Грузии сделали «борьбу с исламизацией» одним из пунктов своей программы. Особенно отличился на этом поприще «Альянс патриотов Грузии» во главе с Ирмой Инашвили и Давидом Тархан-Моурави. Эта партия выступает за лишение грузинского гражданства репатриантов из Турции и запрет на продажу земли турецким гражданам в Аджарии. Одновременно это одна из немногих партий Грузии, выступающая против вступления страны в НАТО.

Однако самой болевой точкой в плане исламского радикализма в Грузии стал регион Панкисского ущелья, где проживают чеченцы-кистинцы, поселившиеся здесь в 1830-х-1870-х годах. Быт и культура кистинцев имеет много общего с культурой соседних грузинских горных субэтносов – пшавов и хевсуров. Всего на территории ущелья проживают около 10 тысяч человек. До 1999 года исламский фактор не  играл важной роли в жизни этого региона, так как кистинцы исповедовали ислам умеренного суфийского толка. В 1999 году Грузия открыла границу для чеченских беженцев. В результате однако в республику прибыли не мирные жители, пострадавшие от конфликта, а в основном вооруженные боевики, ставшие насаждать в Панкиси ценности ваххабизма. «Гуманитарная акция» была во многом инспирирована   тогдашним министром госбезопасности Кахой Таргамадзе и министром внутренних дел Вахтангом Кутателадзе с двойной целью. Во-первых, открыть коридор для контрабанды оружия и наркотиков. Во-вторых, использовать боевиков против Абхазии, что и было сделано в Кодорском ущелье в 2001 году. 25 мая 2002 года новый министр госбезопасности Грузии Валерий Хабурдзания официально признал, что в Панкиси находится 700 чеченских сепаратистов и 100 арабских наемников. В августе 2002 года группа чеченских боевиков перешла российско-грузинскую границу. После 11 сентября 2001 года джихадистами в Панкисском ущелье заинтересовались Соединенные Штаты. Тогдашнему руководству Грузии во главе с Эдуардом Шеварднадзе удалось извлечь выгоду и из этой ситуации. В 2002 году было подписано грузинско-американское соглашение об открытии программы «Обучи и оснасти», согласно которой была выделена помощь для вооружения и тренировок 2 тысяч грузинских спецназовцев. В этом президент Шеварднадзе мало чем отличался от йеменского президента Али Абдаллы Салеха, использовавшего факт присутствия террористов на территории Йемена для получения американской военной помощи.

В 2012 году, после победы на выборах в Грузии коалиции «Грузинская мечта» старые кадры спецслужб М.Саакашвили начали «заметать следы» своего сотрудничества с террористами в Панкисском ущелье. Чеченским боевикам и иностранным моджахедам было предложено покинуть территорию Грузии. Большинство из них направились в Сирию, где приняли участие в боевых действиях на стороне радикальных исламистов. Наиболее известным выходцем из Грузии среди иностранных боевиков в Сирии стал Абу Умар аш-Шишани (Тархан Батирашвили), выросший в смешанной семье (мать-чеченка, отец – грузин-пшав). В 2006-2010 годах он был сержантом грузинской армии, пытался поступать в офицерское училище, но не прошел по состоянию здоровья (туберкулез). По признанию отца Т.Батирашвили, к выезду на джихад в Сирию его побудили не идеологические, а материальные причины (семья находилась в бедственном финансовом положении).

В Сирии однако он сделал военную карьеру, став руководителем группировки «Джейш аль-мухаджирин ва аль-ансар», состоявшей в основном из выходцев из бывшего СССР. Сначала группировка воевала на стороне «Джебхат ан-нусры»(запрещена в России) в окрестностях Алеппо, однако в ноябре 2013 года Абу Умар аш-Шишани и его сторонники присягнули на верность «Исламскому государству» (ИГ, запрещено в России). В 2014 году отряды Т.Батирашвили принимали активное участие в военных действиях в провинции Дейр эз-Зор. По иронии судьбы эти действия были направлены больше не против армии Б.Асада, а против недавних бывших союзников. Его отряды отрезали пути снабжения вооруженных формирований «Джебхат ан-нусры» и «Джейш аль-ислам» и не давали им выйти к Дейр эз-Зору. Его отряд проводил массовые убийства членов племени шуайтат, отказавшихся присягнуть «халифу» Абу Бакру аль-Багдади. В конце сентября 2014 года появились сообщения о том, что Абу Умар аш-Шишани объявил награду в 5 миллионов долларов за голову президента Чечни Рамзана Кадырова. В 2015 году он становится командующим Северным фронтом ИГ. Т.Батирашвили погиб в результате налета американской авиации в июле 2016 года в окрестностях Мосула, где он должен был встретиться еще с 16 руководителями ИГ.

Таким образом, проблемное значение исламского фактора в современной Грузии постепенно увеличивается. Это объясняется не только религиозными и идеологическими, но и экономическими факторами. В условиях деградировавшей в постсоветское время экономики борьба за рабочие места на рынке труда и за контроль над прибыльным бизнесом и финансовыми потоками приводит к росту исламофобских  настроений в грузинском обществе и среди части политической элиты. Одновременно антироссийская политика прежнего правительства и стремление сыграть «свою игру» на российском Северном Кавказе превратили Грузию в своего рода «проходной двор» для исламских радикалов. В настоящее время, несмотря на существенные политические расхождения между Москвой и Тбилиси, противодействие терроризму и исламскому экстремизму могло бы стать одним из пунктов диалога и сотрудничества.

28.14MB | MySQL:67 | 0,755sec