Состояние и перспективы военно-технического сотрудничества России и Турции

Смещение мировых геополитических приоритетов выдвинуло в центр международного внимания Средиземноморье и регион Большого Ближнего Востока, Центральную Азию и Южный Кавказ. В результате этих перемен Запад и Восток стали ближе друг другу, хотя зачастую это сближение происходит не по доброй воле, а в силу острой стратегической необходимости. И Турция, и Россия расположены в самом сердце этой новой реальности, а потому в равной степени заинтересованы в том, чтобы способствовать мирной смене геополитического ландшафта, простирающегося от Атлантики до Центральной Азии и дальше.

Из всех стран региона одним из важнейших объектов внешней политики России является Турция. Так было пять столетий назад, таково положение и сегодня. Развитие ситуации в российско-турецких отношениях с момента исчезновения с политической карты мира СССР, если смотреть на это с российских геополитических позиций, претерпело значительные изменения.

Советско-турецкое торгово-экономическое сотрудничество, пусть и не в полную силу, но существовало. При финансовой и технической помощи СССР в 70–80-е годы было построено несколько заводов: металлургический в Искендеруне, нефтеперерабатывающий в Алиага, алюминиевый в Сейдишехире, нефтехимический в Бандырме.

Сегодня уровень торгово-экономических и культурных связей между двумя странами достиг самого высокого за всю историю уровня, однако их интересы сталкиваются в Среднеазиатском и Кавказском регионах, нередко расходятся и точки зрения по ряду международных проблем.

Несмотря на разногласия, существует целый набор объективных факторов, которые, будь они задействованы в полную меру, могут дать хороший импульс усилению экономической интеграции двух стран. Что касается структуры экономик, то хозяйственные комплексы России и Турции в принципе взаимодополняемы, уровень качества производимой по обе стороны Черного моря продукции чаще удовлетворяет взаимным требованиям, географическая близость и наличие дешевого морского сообщения снижает накладные расходы.

Как показывает история, были две великие державы — Российская империя и Османская империя. Мне кажется, во-первых, мы должны оставаться в добрососедстве, потому что соседей не выбирают. И второе. Вступление как России в ВТО, так и Турции в Евросоюз во многом зависит от позиций тех стран, с которыми они имеют какие-то долговременные интересы. Поэтому, конечно, Турция не может обойтись, если можно так сказать, без России, точно так же, как Россия не может обойтись без Турции. И вступление наших государств в мировые политико-экономические структуры, мне кажется, будет существенным шагом вперед, который значительно сблизит наши страны, и мы, наверное, уже по-другому будем относиться друг к другу.

Основываясь на подписанном в 2001 году «Плане действий по развитию сотрудничества в Евразии», российская сторона продолжает конструктивный диалог с Анкарой по широкому спектру вопросов. Для России представляет интерес обсуждение важнейших региональных и международных проблем, в частности, перспектив иракского и ближневосточного урегулирования, положения в Центральной Азии и Закавказье, ситуации вокруг кипрской проблемы. Важное место в рамках ведущегося диалога занимает обмен мнениями по основополагающим вопросам формирования многополюсной системы мироустройства, укрепления роли ООН, обеспечения принципа верховенства международного права.

«Международное сообщество, — отметил президент России, — может и обязано поддержать предпринятые усилия. Но при этом нельзя упускать из виду особенности региона, нельзя поддаваться искушению предлагать быстрые решения, неизбежно обреченные на провал. Непродуманные самым тщательным образом инициативы, поступающие извне даже из самых лучших побуждений, могут привести к возникновению новых проблем. Ключевыми принципами являются добровольность, постепенность и сопричастность. Навязывание всегда контрпродуктивно. Мы, кроме того, не можем игнорировать те проблемы в культурной и политической сфере, к которым народы региона относятся особенно чувствительно. Точно так же нам следует избегать широких обобщений. Многообразие культур и этнических групп в структуре турецкого и российского обществ помогает нам легче распознавать эти болезненные точки».

Стратегическая самоценность и геополитическая значимость Турции как связующего звена между Западом и Востоком, всесторонняя поддержка западными странами придали ей самоуверенности на пути становления в качестве влиятельного в политическом плане государства региона.

Будучи сторонником и инициатором регионального сотрудничества, Турция стремится использовать фактор взаимозависимости для укрепления доверия и в конечном итоге для формирования общих интересов, что могло бы привести к укреплению добрососедских отношений. Турция и Россия — два главных действующих лица, от которых зависит успех в деле регионального сотрудничества, особенно в зоне Причерноморья. Международное сообщество проявляет повышенный интерес к Черноморскому региону. Это свидетельствует о своевременности усилий двух стран по активизации деятельности организации «Черноморское экономическое сотрудничество» и дальнейшему наращиванию потенциала «Блэксифор»(1).

Россия и Турция имеют целый ряд общих культурно-исторических признаков, так как обе являются евразийскими странами, не принадлежащими целиком ни европейской, ни азиатской цивилизациям, но тесно связанными и с первой и со второй и в то же время привыкшими жить самостоятельно в силу своей цивилизационной самодостаточности. Обе страны обладают схожим историческим опытом долгого противостояния всему остальному миру. Наконец, и турки, и русские имеют немало сходных черт в своих национальных характерах и менталитетах. Кроме того, и те и другие заинтересованы в снижении уровня напряженности в Средней Азии и на Кавказе, в укреплении связей с народами этих регионов, в силу многих причин тяготеющими и к Москве, и к Анкаре. Так что в обозримом будущем еще могут быть задействованы значительные резервы интенсификации и торгово-экономических, и политических отношений между Москвой и Анкарой.

Российско-турецкие отношения имеют более чем 500-летнюю историю. В начале ХХ века Османская империя занимала первое место во внешней торговле России среди стран Ближнего Востока и Балканского полуострова. В 1920 году Россия стала единственной страной, оказавшей основателю современной Турции Мустафе Кемалю (Ататюрку) безвозмездную помощь в 10 миллионов золотых рублей.

Дипломатические отношения с Советской Россией Турция установила 2 июня 1920 года, с СССР — 23 июля 1923 года. В декабре 1991 года Российская Федерация была признана правопреемницей СССР, а 25 мая 1992 года был подписан Договор об основах отношений между двумя странами.

В настоящее время договорно-правовая база насчитывает более 60 двусторонних документов, среди них соглашения о торговом, научно-техническом, культурном сотрудничестве, о сотрудничестве в борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ, консульская конвенция, меморандум о сотрудничестве в борьбе с терроризмом и др. В последние годы подписаны соглашение по развитию сотрудничества между РФ и Турцией в Евразии (2001), в соответствии с которым создана рабочая группа, соглашение о военном сотрудничестве (2002), программа межмидовских консультаций на 2004-2005 годы, протокол о сотрудничестве между государственными архивными ведомствами (2004), соглашения о сотрудничестве в морском поиске и спасении на Черном море (2004).

Особенности военно-политической и стратегической обстановки в Европе и мире, а также внутриполитического развития Турции в период до 2010 года предопределяют сохранение ориентации ее политики национальной безопасности на наращивание военно-экономической мощи страны за счет более рационального использования внутренних ресурсов и укрепления сотрудничества с ведущими странами — не только участницами Североатлантического альянса, но и с другими, наиболее развитыми в военном отношении государствами.

Основу же военной политики руководства Турции составляет его стремление к превращению страны в экономически развитую державу, которая могла бы играть доминирующую роль при решении военно-политических проблем в Южно-Европейском регионе, особенно в юго-восточной части, и оказывать решающее воздействие на ход событий в нем.

Турецкое военное и государственное руководство заявляет о необходимости урегулирования конфликтов путем последовательного решения проблем. Оно декларирует, что статический подход в международной политике, при котором другая сторона представляется потенциальным противником, обречен на поражение. А вот динамичный подход, который, напротив, предполагает поиск выигрышных для всех вариантов, помогает чувствовать себя более уверенно при взаимодействии с международным сообществом и оставаться в рамках международного права. Исторические связи Турции и ее сходство с Россией, а также способность видеть происходящее в перспективе облегчают этот процесс. Предложив совсем недавно конструктивный подход к решению кипрской проблемы, Турция в очередной раз доказала свою эффективность в качестве фактора стабильности.

Одна из самых сложных проблем данного региона — всплеск терроризма, который зачастую связывают с религиозными убеждениями его жителей. Но обе страны отвергают доводы тех, кто использует террористические методы в политических целях, и поэтому не считают, что они действуют во имя религии. Тем не менее радикализм и экстремизм, по-видимому, никогда не будут абсолютно чужды мировому сообществу. Вероятно, уже в ближайшем будущем всему мировому сообществу предстоит столкнуться с их проявлениями в разных частях земного шара. Нельзя забывать, что конфликты, насилие и терроризм — это выражение тех или иных политических устремлений, хотя и направленных в дурное русло.

Российский президент в связи с этим отметил: «Сегодня между Россией и Турцией нет никаких идеологических различий, нет никаких препятствий для того, чтобы выстраивать зрелые отношения партнерства практически по всем направлениям. Это касается и борьбы с международным терроризмом. Мы знаем, что Турция сама была объектом нападения террористов, и поэтому ее позиция в борьбе с терроризмом является искренней. Нам очень импонирует независимость внешнеполитического курса Турции. Чего лукавить, вспомним, как развивались события вокруг Ирака. Для меня лично, для всего российского руководства, для очень многих моих коллег в мире совершенно неожиданной была позиция Турции по этому вопросу. Она продиктована в первую очередь национальными интересами, и здесь многое совпадает с позицией России. Все это, и иракская проблема, и ближневосточная, как и другие сложные вопросы сегодняшнего дня, тесно увязано с контртеррористической деятельностью. Надеюсь, что понимание близости наших интересов скажется и на деятельности спецслужб…» В этой области сотрудничества следует отметить достижение реального соглашения между двумя странами по вопросам борьбы с терроризмом.

Москва окажет Турции помощь в борьбе с боевиками-террористами запрещенной Курдской рабочей партии. В свою очередь, глава турецкого правительства дал Владимиру Путину некие гарантии оказания России помощи в борьбе против чеченских сепаратистов. Российский президент положительно отметил факт изменения позиции Турции по проблеме сотрудничества в сфере борьбы с терроризмом: «Спецслужбы России и Турции должны обмениваться информацией по борьбе с терроризмом». «Я не вижу препятствий, — заявил он, — для более тесной совместной работы российских и турецких спецслужб в борьбе с терроризмом». По его словам, «пора прекратить делить террористов на своих и чужих, хороших и плохих, пора спецслужбам перейти от слов к действиям, пора обмениваться конкретной информацией».

Значительный потенциал взаимодействия имеется в сфере военно-технического сотрудничества(2). Эта работа координируется в рамках Смешанной комиссии по ВТС. Углублению сотрудничества в этой сфере будут способствовать два важных межправительственных соглашения, подписанных в ходе декабрьского визита В.В. Путина в Турцию.

Основы российско-турецкого сотрудничества в военной и военно-технической областях были заложены 80 лет назад, когда в апреле 1920 года основатель Турецкой Республики Кемаль Ататюрк обратился к Советской России с просьбой об установлении дипломатических отношений и оказании помощи. Совет народных комиссаров Советской России в условиях тяжелейших последствий Гражданской войны, иностранной интервенции, экономической и социальной разрухи выделил 10 миллионов золотых рублей в качестве безвозмездной помощи кемальскому руководству, направил в Турцию группу военных советников(3), а также вооружение и военную технику (винтовки, пулеметы, патроны, гранаты, бронеавтомобили, аэропланы и холодное оружие). Все это оказало существенную помощь в становлении молодой Турецкой Республики.

Новый импульс это сотрудничество получило в 1992 году. Именно тогда была достигнута договоренность о поставках турецкой стороне российского вооружения и военной техники на сумму до 100 миллионов долларов. В частности, на вооружение жандармских, пограничных жандармских и жандармских бригад «коммандос» поступили бронетранспортеры российского производства БТР-80 и многоцелевые вертолеты Ми-8МТШ/Ми-17, которые, по оценке командующего жандармскими силами безопасности в Юго-Восточной Анатолии корпусного генерала Эрдала Джейланоглу и командира 21-й пограничной жандармской бригады (Юксекова) бригадного генерала Дурсуна Карадумана, хорошо себя зарекомендовали в операциях против незаконных вооруженных формирований сепаратистов. Кроме того, на вооружение частей жандармских войск и войск специального назначения поступили автоматы Калашникова (7.62-мм АК-47, АКМ и АКМС), 7.62-мм пулеметы Калашникова (ПКМ), 7.62-мм снайперские винтовки Драгунова (СВД) и 40-мм ручные противотанковые гранатометы РПГ-7. Необходимо отметить, что в артиллерийские части и подразделения поступает на вооружение 107-мм легкая реактивная система залпового огня TR-107 (аналог советской 107-мм ЛРСЗО, созданной для ВДВ) и средние РСЗО TR-122, T-122 и STR-122, основным боеприпасом которых является 122-мм снаряд известной во всем мире системы БМ-21 «Град».

Россия предлагает Турции активизировать военно-техническое сотрудничество и реализовать ряд совместных военных проектов, в числе которых налаживание сотрудничества в противодействии терроризму и реализации совместных космических программ. Как заявил президент Российской Федерации В.В. Путин в ходе своего официального визита в Турцию, «реализация совместных проектов будет способствовать повышению боевой мощи турецких вооруженных сил и выведению отношений между двумя странами на уровень стратегического партнерства». «А интерес турецких потребителей к нашему военному оборудованию и спецтехнике очевиден», — уверенно заявил глава российского государства.

Москва и Анкара еще в апреле 1994 года подписали межправительственное Соглашение о сотрудничестве по военно-техническим вопросам и в области оборонной промышленности. Оно стало первым соглашением, подписанным Россией со страной — членом НАТО. Таким образом, судя по всему, Турция все же решилась занять более независимую позицию по отношению к США, своему главному военному союзнику по НАТО.

В мае 2001 года с целью придания сотрудничеству двух стран в этой области более стабильного и долгосрочного характера была создана Смешанная российско-турецкая комиссия по ВТС. В сентябре 2002 года в Анкаре и в ноябре 2003 года в Москве прошли два заседания комиссии. А в декабре 2004 года в ходе, по существу, первого в пятивековой истории межгосударственных российско-турецких отношений официального визита в Турцию президента РФ В.В. Путина были подписаны еще два важных документа по вопросам сотрудничества в области ВТС. Это межправительственное Соглашение о взаимной охране интеллектуальной собственности в сфере ВТС и межправительственное Соглашение о взаимной защите секретной информации в области ВТС, которые призваны укрепить договорно-правовую базу для возможных совместных разработок и поставок продукции военного назначения. Подписав эти документы, Турция вновь стала первой страной — членом НАТО, поддержавшей заключение с Россией подобных соглашений по этой проблематике. На сегодняшний день, по нашим оценкам, объемы российских поставок вооружений и военной техники в Турцию составляют порядка 200 миллионов долларов (в основном, боеприпасы, комплектующие и запасные части). Все это свидетельствует о наличии поступательного движения в сфере ВТС России и Турции.

Как известно, в Турции существуют стандарты НАТО. Но прорваться на этот рынок, наверное, мы все-таки можем, если учитывать те передовые технологии, которые у нас разрабатываются. Потому что в военной составляющей вопрос не только касается стандартов, он в не меньшей мере касается и того, что отвечает духу времени или даже работает, опережая время. К примеру, Россия может поставлять турецким вооруженным силам стрелковое оружие нового поколения — автоматы Калашникова АК-101 и АК-102 калибров 7.62 мм и 5.56 мм под стандартные патроны НАТО, пулемет «Печенег» под стандартный винтовочный патрон НАТО, ручные и реактивные противотанковые гранатометы и другое специмущество.

Россия предлагает Турции пять конкретных проектов в военно-технической сфере:

лицензионное производство и сборка на предприятиях турецкого ВПК российских танков (Т-80/Т-90 с адаптированной по стандартам НАТО 120-мм пушкой), бронетранспортеров БТР-80/БТР-90 и бронеавтомобилей «Тигр»;

производство в России для нужд министерства национальной обороны Турции противотанковых ракетных комплексов малой и средней дальности;

реализация совместных проектов по выпуску поисково-спасательных судов;

интегрирование российского ЗРК «Стрелец» с аналогичной системой, производимой компанией турецкого ВПК «Aselsan»;

реализация совместных космических проектов военного назначения.

Управление внешних закупок министерства национальной обороны Турции объявило новый тендер на организацию в стране производства разведывательных ударных вертолетов. Это уже вторая попытка Анкары решить проблему с производством и поставкой в войска 145 средних ударных вертолетов. Завершение торгов планируется до конца этого года.

Положительно оценивается намерение России принять участие в повторном вертолетном тендере, проводимом Анкарой. Россия, как и в первый раз, предлагает ударный вертолет Ка-50-2 «Эрдоган» российско-израильского производства, который полностью отвечает требованиям турецкой армии и дешевле западных аналогов. При этом Турция получила бы реальную возможность создать собственную вертолетную промышленность, а также наладить совместное производство боевых машин, предусматривающее их продажу третьим странам.

Однажды турецкие власти отменили международные тендеры на поставку партии боевых вертолетов и тысячи танков вооруженным силам страны, официально заявив о намерении впредь покупать ту боевую технику, которая производится с «максимальным использованием национальных ресурсов». В реальности же проблема была в том, что на Анкару, которая выбирала между ударным вертолетом Ка-50-2 «Эрдоган», предложенным российско-израильским консорциумом, и АН-1Z «Супер Кобра» компании «Белл Текстрон» (США), оказывалось мощное давление из Вашингтона, в то время как турецкие военные хотели приобрести российские вертолеты. Ведь речь шла о не столь уж маленьких деньгах — реализация этого проекта обойдется Анкаре в 1,5-2 миллиардов долларов.

Первый тендер на этот проект, названный программой «АТАК», был объявлен еще в 1997 году. На заключительном этапе продолжавшегося шесть лет соперничества за право реализации этого проекта остались два конкурента: американская компания «Белл Текстрон» с вертолетом AH-1Z «Супер Кобра» и российские компании «Рособоронэкспорт» и ОАО «Камов» с вертолетом Ка-50-2 «Эрдоган» («Erdogan»)(4), оснащенным израильской бортовой электроникой. Американская компания организовала беспрецедентное по интенсивности политическое лоббирование в пользу своего предложения с подключением президента Дж. Буша.

Тем не менее условия российской стороны, среди которых передача турецкой стороне соответствующих технологий, рынка третьих стран, отсутствие ограничений по боевому применению машин, ценовые параметры оказались намного выгоднее американских. Предложения российской стороны позволяли создать в Турции экспортно ориентированную вертолетную промышленность при меньшей стоимости программы по сравнению с американским предложением. Это значит, что Турция получила бы возможность производить вертолеты турецкой уникальной конфигурации, проводить их модернизацию, экспортировать боевые машины в третьи страны (20 стран), организовать у себя в стране производство элементов авионики вертолета, включая подсистему управления бортовым вооружением.

Кроме того, в рамках программы «АТАК» были проведены показы вертолетов с демонстрационными полетами российских и российско-турецких экипажей, боевые стрельбы Ка-50-2, а также ознакомление турецких специалистов с технологией строительства вертолетов в России. Наряду с этим российскими специалистами были предложены три альтернативных варианта реализации программы «АТАК», которые обеспечивали снижение ее стоимости на 30 – 40 процентов. Помимо этого в июне 2003 года российская сторона предоставила Турции дополнительную скидку в размере 10 миллионов долларов США в случае подписания контрактных документов с Россией.

По мнению экспертов, таких выгодных предложений в вертолетных тендерах в мировой практике еще не было. И в октябре 2003 года руководитель аппарата оборонных отраслей промышленности, первый заместитель министра обороны Турции Эрджан принял обоснованное решение о необходимости подписания контракта с российской фирмой «Камов». Однако через полтора месяца после этого он был уволен, а 14 мая 2004 года тендер был аннулирован без определения победителя.

Нельзя упускать из виду и турецкий рынок бронетанковой техники. Хотя западноевропейские государства собираются выставить на тендер современные танки типа «Леклерк» (Франция) и «Леопард»-2А4 (ФРГ), а Украина — танк Т-84 «Ятаган» (со 120-мм пушкой), российский «Рособоронэкспорт» предлагает не уступающий своим западным аналогам (а по некоторым показателям и значительно превосходящий) Т-80У (Т-80ТД) с современными системами защиты (активной и пассивными динамической и электромагнитной) со 120-мм пушкой под стандартные боеприпасы НАТО(5). Кроме того, в свое время Турция получила для временного хранения на своей территории (в зоне, не подлежащей контролю со стороны других государств по договору об обычных вооружениях в Европе) значительное количество вооружения и военной техники бывшей Национальной народной армии ГДР, в том числе и танки Т-72, бронетранспортеры БТР-60ПБ, БТР-70 и БРДМ-2, боевые машины пехоты БМП-2 и БМП-2, которые после их модернизации с помощью российских специалистов и технологий могли бы быть приняты на вооружение турецкой армии.

В первой половине 90-х годов турецкие военные провели опытное учение двух общевойсковых бригад, временно сформированных на базе советской (бывшей восточногерманской) техники против одного из армейских корпусов 2-й полевой армии Турции. Учения показали, что данная техника, укомплектованная турецкими экипажами, способна «разгромить» целый корпус на устаревших морально и физически американских танках М-48 «Паттон» и бронетранспортерах М-113.

После этого специалисты турецкого ВПК тщательно изучили устройство танков Т-72 и путем разборки и сборки этих машин разработали технологический цикл сборки российских танков на предприятиях национального оборонного комплекса.

Закончить статью хочется словами турецкого и российского президентов.

«Предстоит определить взаимовыгодные направления сотрудничества и принять важные решения о практической реализации намеченных планов, — сказал глава турецкого правительства, председатель Совета национальной безопасности Ахмет Неджет Сезер. — Активность политического диалога двух стран важна не только в двустороннем формате, но и с точки зрения обеспечения мира и безопасности в регионе». «Сейчас необходима сильная политическая воля по сближению наших народов, и тогда будущие поколения по достоинству оценят это великое дело», — заметил он.

«Открываются новые направления, которые могут вывести отношения двух стран на уровень многопланового партнерства. Благодаря усилиями руководителей двух стран мы сможем выйти на качественно новый уровень отношений — уровень стратегического партнерства», — отметил президент Российской Федерации В.В. Путин.

Ведущая турецкая газета «Tьrkiye» в связи с этим подчеркивает: «В отношениях нашей страны с Россией наступает новая эра».

1. Черноморская военно-морская группа оперативного взаимодействия, в которую входят шесть причерноморских государств: Россия, Болгария, Грузия, Румыния, Турция и Украина.

2. Перспективными планами и военно-стратегическими концепциями строительства турецких вооруженных сил на период 2005-2023 гг. емкость турецкого рынка вооружений оценивается в 12.21 млрд. долларов США по 21 программе. Наиболее важными считаются программы:

а) приобретение 246 германских (бывших в эксплуатации) танков «Леопард»-2 (2005-2006);

б) приобретение 50 ударных вертолетов (плюс дополнительная опция на 41 машину) и противотанковых ракетных комплексов дальнего действия к ним (2004-2013);

в) строительство ремонтной базы обслуживания вертолетов «Кугар» (турецкий аналог французского транспортного вертолета «Пума») (2004-2007);

г) приобретение 56 систем ПВО средней дальности (2005-2014);

д) приобретение (строительства) корабля – спасателя экипажей подводных лодок (2005-2009);

ж) приобретение боевых морских десантных средств (2007-2012);

з) приобретение 9 высадочных морских десантных средств (2006-2010);

е) приобретение и вывод на орбиту двух космических систем военного назначения (2009-2014);

и) проектирование и разработка боевых космических систем (2007-2014).

3. Руководил работой военных советников и специалистов Советской России М.В. Фрунзе.

4. В переводе с турецкого – «рожденный солдатом, воином»

5. При этом размеры и боевой вес танка не увеличиться, а механизм заряжания унитарным выстрелом (стандартным снарядом НАТО) будет размещен в башне танка по принципу нового российского танка Т-95.

34.76MB | MySQL:70 | 0,799sec