Размышления о современном состоянии американо-турецких отношений

Вашингтон настроен на продолжение взаимодействия с Анкарой в военной сфере. Об этом заявил в среду министр обороны США Джеймс Мэттис. «Это союзник по НАТО, мы будем прилагать серьезные усилия, чтобы сохранить единство с ним в вопросе противодействия нашему общему врагу, и мы взаимодействуем в положительном ключе в военной сфере», — приводит Рейтер слова главы Пентагона. Как отмечает агентство, Мэттис также указал, что в прошлом наличие напряженности в дипломатических отношениях между США и Турцией не сказывалось негативно на сотрудничестве между этими государствами в военной сфере. Кризис в отношениях Анкары и Вашингтона возник, в частности, из-за ареста на прошлой неделе сотрудника генконсульства США в Стамбуле Метина Топуза по обвинению в «нарушении конституции» и «попытке сместить правительство Турецкой Республики». Турция полагает, что Топуз может быть связан с ФЕТО («Террористическая организация фетхуллахистов») живущего в США исламского проповедника Фетхуллаха Гюлена, которого республика обвиняет в организации попытки госпереворота 15 июля 2016 года. Одновременно Госдепартамент США потребовал от Анкары предоставить доказательства вины «задержанных дипломатов США». Сразу поясним, что задержанные не являются дипломатами, а только лишь техническими сотрудниками, которые оформлены на месте по договору. Разница в данном статусе очевидна — на них не распространяется дипломатический иммунитет. Поэтому Госдепартаменту остается только требовать и надеется. Но без всякого результата, и приведенное нами выше очень примирительное по тону заявление главы Пентагона в принципе   говорит только о том, что у Вашингтона нет никаких реальных рычагов давления на Анкару. По одной простой причине — именно в компетенции турецких властей сейчас находится предоставление возможности американским самолетам взлетать с базы Инджирлик. Без этого очень важного обстоятельства вся операция США и возглавляемой ими коалиции становится во многом фикцией. Несмотря на все усилия по оборудованию базы ВВС Румейлан на севере Сирии в курдских районах, американцы до сих пор не располагают реальной серьезной авиабазой, которая могла бы стать альтернативой Инджирлик. По многим причинам, в том числе и по вопросам материально-технического снабжения ее достаточным количеством топлива и боезапаса. База в Сирии в состоянии принимать тяжелые грузовые самолеты, но не в состоянии играть роль полноценной военно-воздушной базы. Вот собственно и причина которая определяет на настоящем этапе сирийского кризиса очень осторожную позицию Вашингтона в его диалоге с Анкарой. Другой разговор, что США могут оборудовать эффективную базу в Ираке, но для этого нужны очень серьезные деньги, время и согласие Багдада на это. А воевать в Сирии и сдерживать российско-иранское влияние надо сейчас.  И в случае с авиабазой Инджирлик мы имеем налицо явный компромисс между  общей тенденцией Вашингтона на роль супердержавы и желанием экономить деньги. Причем скандал, кульминацию которого в рамках ареста технических служащих американского диппрпедставительства мы сейчас наблюдаем, затеяли зачем-то сами американцы. Турецкий бизнесмен иранского происхождения Реза Сарраф был арестован в США в марте с.г. за попытку обойти санкции против Ирана, сообщило тогда Министерство юстиции США. Вместе с ним по делу проходят двое граждан Ирана, которых задержать не удалось. Следствие предполагает, что бизнесмен и его сообщники проводили многомиллионные транзакции, бенефициаром которых было правительство Ирана и ряд иранских компаний, попавших ранее под санкции. «Они проводили транзакции на миллионы долларов от лица иранского правительства и бизнеса», — заявил помощник генпрокурора США Джон Карлин. По его словам, тем самым обвиняемые подрывали санкционный режим. Очередной непродуманный ход американской юстиции, которая решила побежать «впереди паровоза» в рамках антииранской  риторики Белого дома. При этом американские прокуроры видимо не просчитали, что «основными бенефициарами» всей этой истории является не только «правительство Ирана», но и еще люди, тесно аффилированные с кланом президента Турции Р.Т.Эрдогана. Другими словами, таким простым образом турецкие «серьезные люди» делали свой серьезный бизнес на американском эмбарго в отношении Ирана. Рискнем  предположить, что таким незамысловатым способом американцы решили надавить на турецкого лидера, который настойчиво требует от США экстрадиции своего заклятого антипода в лице имама Ф.Гюлена. Но в данном случае совершенно не учитывались ни импульсивный характер Р.Т.Эрдогана, ни очень серьезные финансовые интересы его семьи. Такие вещи можно делать только в том случае, если  это никаким бумерангом не скажется на интересах  национальной безопасности. И ответный ход Анкары в данном случае бьет исключительно по болевым точкам Вашингтона именно в этом сегменте. В данном случае тема Ф.Гюлена оценивается в Анкаре как вопрос своей национальной безопасности, и значит ответные меры они принимают симметрично. Арестованные технические сотрудники посольства США были не просто переводчиками: они играли важную посредническую роль в контактах органов безопасности и полиции Турции с их американскими коллегами по вопросам терроризма и наркотрафика. Если совсем просто: турки просто заблокировали все неформальные контакты с ФБР и ЦРУ по важным проблемам именно для национальной безопасности США.  И одновременно прикрыли для Вашингтона важный источник получения сопутствующей информации о процессах кадровых чисток, ротаций и изменения тактики в деятельности силовых ведомств Турции. Вот суть нынешнего скандала. Вся нынешняя история с закупкой российской ЗРК С-400 также лежит в плоскости именно этих действий Анкары против Вашингтона. При этом Анкара отчаянно блефует, прекрасно понимая, что никаких технологий стране-члену НАТО Москва продавать не будет. Но американцы нервничают, и это сейчас основная цель турецкого руководства.

А ведь такие варианты ответных шагов турецких властей различными органами власти США не просчитываются изначально. Или, если вернее, то отсутствует координирующая роль администрации президента США в выстраивании единого подхода к тому или иному аспекту международной политики. Это на сегодня очень важный и принципиальный момент, который России следует учитывать в выстраивании своей линии поведения в той же Сирии, и ни в коем случае не полагать, что мы имеем дело с единым координирующим  центром. Об этом ярко свидетельствует и  последнее по времени заявление главы Пентагона, который практически вывел интересы своего ведомства за скобки позиции Госдепартамента США и дистанцировался таким образом от общей позиции Вашингтона на турецком направлении.

25.26MB | MySQL:74 | 2,435sec