Антикоррупционная кампания привела к напряжению в саудовской элите

Власти Саудовской Аравии заявили о завершении кампании по борьбе с коррупцией, в ходе которой были задержаны принцы, экс-министры, предприниматели королевства. Об этом сообщил в среду 24 января телеканал «Аль-Арабия». По его информации, на предложенную государством сделку по передаче части активов и собственности в счет нанесенного правительству ущерба согласилось большинство заключенных под стражу. Дела 95 человек, отказавшихся от досудебного урегулирования, переданы в прокуратуру, они предстанут перед судом. Имена несогласных на альтернативу не разглашаются. Как сообщали арабские СМИ, ставшая на три месяца «тюрьмой» для десятков высокопоставленных саудовцев гостиница Ritz Carlton («Ритц Карлтон») возобновит работу уже 14 февраля. В начале ноября Высший комитет по борьбе с коррупцией во главе с наследным принцем Мухаммедом бен Сальманом Аль Саудом поместил под стражу в гостиницу Ritz Carlton в Эр-Рияде десятки членов королевской семьи, госслужащих и предпринимателей, обвинив их в финансовых и должностных преступлениях. В общей сложности допросу подверглись более 300 человек. Как заявил кронпринц, 95% обвиняемых согласились на сделку, передав часть своих активов властям в счет нанесенного убытка, достигшего за последние годы 100 млрд долларов. Американские аналитики оценивают это сообщение прежде всего как некое промежуточное решение, направленное на успокоение не только внешних рынков, но и  как ясный сигнал внутренней элите об окончании этапа турбулентности. Отметим, что первоначально, когда саудовский государственный обвинитель объявил об окончании антикоррупционной кампании примерно за три дня до появления этой новости в СМИ, это было больше похоже на конец первого этапа кампании, чем на конец всего процесса. Опубликованная в Twitter эта информация оставила большие вопросы о будущем антикоррупционной кампании, а также о статусе саудовского миллиардера Аль-Валида бен Талала. Выпущенное на английском языке, объявление было однозначно направлено на успокоение международных инвесторов. По мере того, как правительство Саудовской Аравии готовится к первоначальному публичному предложению акций Saudi Aramco в этом или следующем году, инвесторы ищут стабильность, прозрачность и уверенность. И пока не находят. Им не понятны правила игры, которые предлагает новый наследный принц, и еще более им непонятны принципы работы судебной системы королевства. В этой связи последние по времени широкие «демократические» жесты Эр-Рияда по разрешению женщинам в королевстве водить автомашину безусловно вызвали слезу умиления у феминисток и ажиотаж в среде правозащитников (правильным курсом идет наследный принц), но пока никоим образом не тронули каменные сердца зарубежных акул бизнеса. Сообщать об окончании государственной кампании, которая затронула приличную часть саудовской элиты и соответственно огромный массив зарубежных контрактов, нарушила все наработанные десятилетиями партнерские связи и смела с лица земли традиционные «бизнес-якоря» в лице четко определенных посредников, в социальном месенджере выглядит довольно странно и явно отдает желанием поддержать репутацию «прозападных прогрессистов». Тем более, что после таких объявлений осталось масса вопросов. В том числе и в рамках обыкновенной арифметики. Хотя в ноябре прошлого года были задержаны 350 подозреваемых, государственный прокурор заявил, что 90 из них были освобождены и что 95 по-прежнему содержатся под стражей, в результате чего статус оставшихся 165 остается открытым вопросом. Есть все основания полагать, что они не согласились на сделку и встали в резкую и публичную оппозицию наследному принцу. А вернее, они формируют сейчас единый блок оппозиции и вырабатывают единую тактику борьбы с Мухаммедом бен Сальманом, используя прежде всего вариант вывода дел «несогласных» задержанных на публичный судебный процесс с привлечением зарубежных адвокатов первого порядка. Такой вариант развития событий может оказаться для наследного принца не просто обескураживающим итогом, но и запросто может его самого отправить на скамью подсудимых при определенных условиях. Тем более, что по ряду данных, которые заслуживают доверия, эмиссары Аль-Валида бен Талала, клана Абдаллы, других влиятельных ветвей саудовской королевской семьи, формируют сейчас единый фронт сопротивления, втом числе и в рамках альтернативных кандидатов на королевский трон. И в качестве своего лидера они рассматривают Ахмеда бен Абдель Азиза из клана Судайри, который был министром внутренних дел более 40 лет и убран из цепочки престолонаследия в 2014 году, когда наследным принцем был назначен Мукрин бен Абдель Азиза.
Правительство Саудовской Аравии заявило, что оно вернуло 100 млрд долларов наличными и активами, кругленькую сумму, которую правительство уже сообщило, будет использоваться для частичного финансирования программы социальной поддержки подданных. На эту программу планируется выделить 8,5 млрд долларов в 2018 году, и она призвана компенсировать последствия введения налогов на добавленную стоимость, повышение цен на газ и воду, и т.п. Кроме того, правительству необходимо финансировать дополнительные единовременные пособия, на что выделено 13 млрд долларов, обещанные несколько недель назад государственным служащим, военным и пенсионерам. Неясно, куда пойдут остальные конфискованные средства, но это хорошее пополнение бюджета 2018 года, которое составляет 261 млрд долларов с ожидаемым дефицитом в 52 млрд. И этот «подход Робин Гуда» был популярен среди части саудовского населения. Но есть несколько нюансов. Во-первых, дотошные западники из числа финансовых аналитиков не заметили никаких серьезных движений на внешних банковских счетах «примирившихся принцев», не проводилось никаких публичных аукционов конфискованного таким образом имущества, не осуществлялись сделки по продаже или передаче в управление части капиталов этой категории саудовских подданных в составе крупных фирм и фондов. Во-вторых, правительство изначально объявляло, что конфискованные суммы в новом государственном бюджете учитываться не будут, и это не предполагалось делать первоначально. Теперь из Twitter некоторых саудовских чиновников по итогам окончания кампании мы узнаем, что они оказывается все-таки учтены. В третьих, кампания саудовских подданных, которые в том же Twitter стали активно одобрять политику конфискации наворованных капиталов, по ряду признаков сильно напоминало постановку. По крайней мере, она кончилась быстро и как по команде.
При этом остается главный вопрос: насколько сильно антикоррупционная кампания затронула глубинные основы саудовского общества? Аналитики и эксперты фактически единодушны во мнении, что одним из ее явных последствий будет нарастание напряжения в рядах правящей элиты и королевской семьи, что в самое ближайшее время получит практическое воплощение в тех или иных событиях. Сама кампания подразумевала по оценке ее организаторов, что коррупционная проблема Саудовской Аравии в значительной степени ограничивается теми, кто был арестован в ее ходе. Однако это маловероятно, и возможность новых волн арестов сохраняется. Также очевидно, что задержанные были арестованы исключительно не за коррупцию, а в рамках массового передела собственности в пользу  наследного принца Мухаммеда бен Сальмана и централизации власти в его руках. В этой связи вероятность арестов — как новых, так и старых фигурантов— сохраняется. Эксперты практически уверены, что эта не последняя «кампания по борьбе с коррупцией», и таким кавалерийским наскоком сломить сопротивление своих оппонентов в саудовской элите молодому наследному принцу не удастся. Тем более, что и реальные итоги этого наскока пока не известны.

42.36MB | MySQL:87 | 0,743sec