Что реально стоит за выводом военных контингентов США из Сирии и Афганистана

Решение президента Дональда Трампа о полном выводе американских войск из Сирии лишает США какого-либо рычага воздействия и не дает Вашингтону никаких преимуществ взамен. Такое мнение высказал в четверг 20 декабря на страницах печатной версии газеты «Нью-Йорк таймс» Ричард Хаас, глава нью-йоркского Совета по международным делам — действующей с 1921 года неправительственной организации, занимающейся проблемами внешней политики. Эксперт выразил тревогу тем, что в случае полного вывода американских войск из Сирии «мы [США] за ничто сдадим единственный рычаг воздействия [на обстановку в Сирии], каким бы ограниченным он ни был». Администрация Трампа не внесла ясность в вопрос, на каких условиях выводятся войска из Сирии, заметил Хаас. «Нет ясности в том, имеется ли какое-либо понимание относительно условий вывода американцев. Провели ли мы какую-либо красную черту с турками относительно того, как они будут разбираться с курдами? Или есть ли понимание с россиянами по поводу контуров будущего правительства [Сирии]» — задал риторический вопрос эксперт. Президент США Дональд Трамп объявил 19 декабря о выводе американских военнослужащих из Сирии. Он мотивировал это тем, что победа над «Исламским государством» (ИГ, террористическая группировка, запрещена в РФ) в Сирии одержана. По словам американских официальных лиц, вывод войск численностью более 2 тыс. человек займет от 60 до 100 дней.   Уйдут американцы и с юга Сирии. Соединенные Штаты намерены закрыть свою военную базу в Сирии в районе населенного пункта Эт-Танф. Об этом сообщил в четверг американский интернет-ресурс «Баззфид» (BuzzFeed) со ссылкой на представителей так называемой вооруженной сирийской оппозиции, подготовку которой американские инструкторы проводят на территории базы. Военная база располагается в одном из ключевых районов региона у стыка границ Сирии, Ирака и Иордании. Вашингтон начал военную операцию против ИГ в Ираке в июне 2014 года, а в Сирии — в сентябре 2014 года. Решение Трампа о выводе войск из Сирии застало врасплох не только союзников США, в том числе на Ближнем Востоке, но и членов американского Конгресса. Ряд влиятельных сенаторов от обеих партий выступили против этого шага администрации. Одним из последствий этого шага Трампа станет потеря вера в него его союзников, которые теперь будут трижды думать о том, стоит ли участвовать в формируемых Вашингтоном тех или иных коалиций. Решение президента США Дональда Трампа вывести американские войска из Сирии показывает, что Вашингтон больше не будет поддерживать своих партнеров. Так в четверг 20 декабря прокомментировал распоряжение главы государства профессор Джорджтаунского университета Дэниел Баймен, который занимается вопросами Ближнего Востока в вашингтонском Институте Брукингса. Решение главнокомандующего, по его мнению, посылает «четкий сигнал, что Соединенные Штаты не будут поддерживать своих друзей». Речь идет о том, что президент Турции Р.Т.Эрдоган сообщил на прошлой неделе о намерении начать в ближайшее время новую операцию к востоку от Евфрата против курдских формирований, многие из которых входят в поддерживаемую США вооруженную коалицию «Силы демократической Сирии»» (СДС) и сражаются с боевиками из запрещенной в РФ террористической группировки «Исламское государство» (ИГ). «Курды, как и другие местные вооруженные формирования в Ливии и других странах, с которыми США вместе боролись против террористов, могут лишний раз свидетельствовать об американском предательстве», — отметил Баймен в своем комментарии, опубликованном Институтом Брукингса. По его словам, «в целом решение [о выводе войск] является неверным»» и приведет к «дальнейшему росту влияния Ирана» в регионе. «Это (вывод войск — прим. ТАСС) побудит Эр-Рияд продолжать безрассудные военные кампании, например война в Йемене, которую он оправдывает необходимостью сдерживать Иран. Для Израиля существует большая опасность серьезного противостояния с Ираном из-за Сирии, поскольку у него больше не будет оснований полагать, что Соединенные Штат смогут защитить его», — считает эксперт.  Он допускает возможность «возрождения ИГ» и считает, что «наибольшая обеспокоенность» решением вывести американские войска связана именно с этим. «Администрация Трампа сознательно заявляет всему миру: «Вы сами по себе» Но Америке могут не понравиться долгосрочные результаты», — уверен профессор.  Баймен подчеркивает, что «риски становятся только выше»» в связи с тем, что Трамп не обсуждал свое намерение с окружением. «Президент не координировал процесс принятия решения со своими старшими советниками», — отметил он. Профессор напомнил, что американские должностные лица буквально несколько недель назад убеждали союзников и партнеров, что американские войска останутся в Сирии. «У союзников [США] все меньше причин доверять советникам Трампа, а следовательно, и Америке», — полагает эксперт.

«Развертывание американских войск в Сирии не было хорошо продумано. Но трагично и опасно, что оно завершается еще менее взвешенно», — заключил Баймен. Экс-консультант Госдепартамента и Пентагона эксперт вашингтонского Центра стратегических и международных исследований Энтони Кордесман в опубликованной статье «Проигрывая по всем фронтам: Провальные стратегии Трампа для американских войн» соглашается со своим коллегой. «Особенно неожиданно выглядит то, что США готовы без предупреждений отказаться от своих союзников и стратегических партнеров, — отметил он. — Поток критики, последовавший за внезапным решением президента Трампа вывести войска США из Сирии, весьма оправдан. Решение президента было основано на принципиально неверном стратегическом предположении». Кордсман подчеркивает, что «негативное влияние» вывода американских войск  «не ограничится только борьбой с ИГ в одной стране». «Безуспешные усилия США в Сирии неизбежно еще больше подрывают позиции США в Ираке, авторитет в Афганистане и доверие со стороны стратегических партнеров по всему миру», — указал эксперт, назвав это решение Трампа «лишь частью более широкого набора стратегических неудач». «Стратегия, основанная на внезапном, одностороннем выходе США из Сирии без должных усилий по решению вопросов, связанных с ее будущем и стабильностью в регионе, опасна, даже если ИГ в действительности будет побеждена, а не распадется лишь большая часть ее «халифата», — считает Кордесман. — В целом США уходят, даже не посоветовавшись ни с одним из своих стратегических партнеров, включая Францию, Иорданию и Израиль». «Внезапное решение президента Трампа о выводе войск из Сирии поднимает столь же глубокие вопросы об отсутствии какой-либо четкой стратегии США в отношении Ирака и Афганистана», — заключил экс-консультант оборонного и внешнеполитического ведомств страны. В этой связи постараемся разобраться во всех этих тезисах более предметно.

Сначала о «выводе американских войск из Сирии, которые лишат  США какого-либо рычага воздействия и не дадут Вашингтону никаких преимуществ взамен».  В этой связи отметим, что вывод военного контингента США открывает новый этап развития ситуации в Сирии, что не отменяет наличия американского влияния в этом регионе. Военный аспект в рамках оказания этого влияния именно в Сирии себя исчерпал. И это в принципе логично, поскольку бесконечная опора на очень локальных по зоне своего влияния в Сирии курдов себя уже не оправдывает, а попытки создать лояльные себе некие арабские силы провалились. В этой связи нахождение в Сирии без внятных надежд на создание некого арабо-курдского альянса, который мог бы стать противовесом российскому и иранскому влиянию, а также нежеланию аравийских монархий втягиваться в дорогостоящие проекты восстановления севера страны (об этом свидетельствует динамика выделения ими средств и начало какого-то осмысленного процесса со стороны ряда арабских стран  по восстановлению с Дамаском полноценных дипломатических отношений), не имеет никакого смысла.  При этом реальных экономических интересов на севере Сирии у Вашингтона нет. В этой связи Трамп отдает инициативу в рамках сирийского урегулирования в руки Москвы и Тегерана, перекладывая на них всю тяжесть этого процесса с точки зрения поисков внутринационального консенсуса, решения курдского вопроса, основные издержки в рамках экономического восстановления инфраструктуры, боевой нагрузки в рамках ликвидации оплотов непримирмых, и т.п. Но основное в данном случае в том, что таким действием Вашингтон делает шаг к укреплению своих отношений с Анкарой, и заставляет Турцию на артикулирование все более расходящейся с российской и иранской позиции по вопросу будущей политической архитектуры Сирии.  Или иначе стравливает Анкару с Москвой и Тегераном.  Ровно об этом говорит один из советников Трампа.  России, властям Сирии и Турции придется сыграть ключевую роль в борьбе против террористической группировки «Исламское государство», если она вновь начнет наращивать влияние. Такое мнение выразил в четверг в эфире телеканала Си-эн-эн один из ключевых советников президента США Дональда Трампа Стивен Миллер. Комментируя решение американского лидера вывести войска из Сирии, Миллер отметил, что целый ряд администраций США проводили «совершенно катастрофическую внешнюю политику». «Это обходилось в триллионы и триллионы долларов и стоило жизни тысячам и тысячам людей, и это сделало Ближний Восток более нестабильным и более опасным», — подчеркнул он. «Давайте поговорим о Сирии, давайте отметим тот факт, что ИГ — это враг России, ИГ — это враг [президента Сирии Башара] Асада, ИГ — это враг Турции, — констатировал советник Трампа. — Мы должны на протяжении многих поколений сохранять присутствие в Сирии, проливая кровь американцев, чтобы бороться с врагом всех этих стран?».  «ИГ было побеждено, но если группировка вновь попытается укрепиться, восстановить свои позиции и организацию, то этим странам придется нанести поражение своему врагу, — добавил Миллер. — Когда американцы взяли на себя обязательства участвовать в любой войне, в любом конфликте, где бы то ни было на планете?». Миллер отметил, что Трамп не стремится к тому, чтобы США ввязывались в конфликты в других странах. «Давайте укреплять национальную безопасность, давайте ставить Америку на первое место, но давайте не будем проливать кровь американцев, чтобы бороться с врагами других стран. Так дело обстоит с Сирией», — добавил он. То есть, начался процесс  оптимизации собственных издержек, но главное — передачи инициативы в рамках решения второстепенных с экономической точки зрения для США локальных конфликтов (и прежде всего в той же Сирии) Москве со всем грузом сопутствующих проблем. В этой связи отметим, что этот шаг американского президента свидетельствует не об отсутствии стратегии, а о ее резкой трансформации, и это должно быть очень настораживающим Москву и Пекин фактом. Вашингтон сейчас отходит от роли «мирового доминанта», которая на него свалилась после окончания холодной войны. Тогда Вашингтон и Брюссель очень сильно обрадовались, не поняв, что ликвидация в лице СССР центра противодействия нарушила систему сдержек и противовесов, привела к   монополии на принятие решений коллективному Западу, что привело его к политическому тупику. Было наделано колоссальное количество глупостей, начиная с Афганистана, Ирака и Ливии, и заканчивая бездумным расширением ЕС с соответствующим ростом диспропорций по уровню развития среди стран-членов ЕС и миграционным кризисом.  Трамп сейчас делает попытку отойти от этой пагубной схемы безумного доминирования, сознательно уступая инициативу на второстепенных участках своим геополитическим противникам и давая им шанс бесконечно набивать на этом пути шишки. При этом никто не говорить о том, что Вашингтон замыкается в своих границах: просто на место военному аспекту попыток влиять на ситуацию приходит чисто экономический рычаг в виде санкционного давления. История с СВПД яркий тому пример, и это уже не говоря об экономическом выкручивании рук тем же евопейцам или начале торговой войны с КНР. Военный метод остается при этом в контексте запасного рычага давления, но не основного, как это предлагалось в начале правления Трампа.  Если еще проще, то военные, на которых он пытался опираться вначале практически закончили эру своего политического доминирования в администрации. Последним из представителей этого крыла стал министр обороны Дж.Мэттис, который  объявил сейчас об отставке. Свое решение уйти он объяснил разногласиями с Дональдом Трампом. К журналистам Мэттис тоже не пошел, объяснился в письме. «Красной чертой» для него — человека по прозвищу «бешеный пес» стало еще одно решение Трампа о выведении половины из 14-тысячного контингента США с территории Афганистана в ближайшие месяцы. Президент США Дональд Трамп приказал Пентагону подготовить план вывода из Афганистана около 7 тыс. американских военных. Об этом сообщил в четверг 20 декабря телеканал Си-эн-эн. Как он констатирует, речь идет примерно о половине американского воинского контингента в стране. В настоящее время в Афганистане около 14 тыс. военных США. По словам источников, на вывод 7 тыс. могут потребоваться несколько месяцев. По сведениям Си-эн-эн, Трамп принял указанное решение во вторник. Газета «Уолл-стрит джорнэл» также сообщила со ссылкой на источники, что возвращение американских военных из Афганистана начнется уже в течение нескольких недель. «Я всегда считал, что наша сила как нации неразрывно связана с силой нашей уникальной и всеобъемлющей системы союзов и партнерств. В то время как США остаются незаменимой страной в свободном мире, мы не можем защищать наши интересы или эффективно выполнять эту роль, не поддерживая прочные союзы и не проявляя уважения к этим союзникам», — пишет Мэттис. Таким образом, сирийский эпизод не является случайностью или спонтанным решением (на чьи-то советы Трамп безусловно опирался, это видно хотя бы из вышеприведенного комментария его советника С.Миллера). Это трансформация стратегии национальной безопасности, которая была принята по давлением военных в декабре прошлого года, и которая теперь подвергается силовой ломке под влиянием нового советника по национальной безопасности Дж.Болтона. Отставка Мэттиса свидетельствует только о том, что Болтон в данном случае победил.

Президент США Дональд Трамп провел жесткую дискуссию с главой Пентагона Джеймсом Мэттисом, когда тот представлял ему предложения по стратегии США в Афганистане. Об этом министр обороны США рассказал во вторник 31 октября, выступая в вашингтонском Институте мира (то есть, уже два месяца назад решения по Афганистану и в довесок по Сирии было практически принято). «Когда я представил эту стратегию по Афганистану президенту, он оспорил каждое предложение. У нас была очень жесткая дискуссия», — сказал Мэттис. По его словам, в основе предложенной и в последствии принятой им стратегии лежат четыре пункта, которые включают в себя сотрудничество с другими странами региона, увеличение военного контингента в Афганистане, обучение местных сил безопасности и отправку военных советников, а также достижение перемирия в стране. При этом США воюют в Афганистане с октября 2001 года, что обошлось, по оценкам Пентагона, уже примерно в 680 млрд долларов. Эта война стала для Вооруженных сил США самой продолжительной за всю историю их существования. В настоящее время в Афганистане дислоцируется приблизительно 14 тысяч американских военнослужащих. На пике кампании в 2011 году численность воинского контингента США в этой стране составляла 101 тысячу человек. Разведка и командование ВС США неоднократно признавали в последние пару лет, что ситуация в Афганистане, несмотря на все усилия Вашингтона, по существу, зашла в тупик. К этому надо добавить тот факт, что присутствие американцев в Афганистане привело к возникновению там беспрецедентного ирано-пакистансокго альянса, и позволяло России в значительной степени обезопасить свои рубежи в центрально азиатском регионе, поскольку весь основной запал радикалов был направлен на американцев и режим в Кабуле.

Напомним вкратце в чем состояли основные тезисы американской стратегии, которую мы с самого начала называли провальной. По словам уже фактически бывшего министра обороны США, который был ее основным архитектором, эта стратегия национальной безопасности страны позволяла государству ответить на вызовы в сфере безопасности». Благодаря мощи Вооружённых сил США американские дипломаты всегда будут выступать «с позиции силы» (что вообще не гарантирует успеха в конечном счете на Востоке  — авт.). Глава Пентагона назвал стратегию «чёткой и всеобъемлющей».  В этой связи, к чести Д.Трампа надо отметить, что он очень быстро реагирует на провалы тех или иных концепций своей администрации, не стесняется это признавать и принимать исчерпывающие меры к исправлению ситуации. В случае с новой стратегией по национальной безопасности уже через год он понял, что США загнали себя в тупик. Причем, дорогостоящий с экономической точки зрения.  Белый дом, пойдя на поводу у Мэттиса и его единомышленников,  сделал все максимально возможное для того, чтобы сделать реализацию своей политики в этом регионе максимально сложной для себя, и комфортной для Москвы. В той же Сирии американцы загнали себя в локальные рамки воздействия на ситуацию без всяких перспектив выхода из этой патовой ситуации.  Кроме того, КСА и США умудрились фактически заблокировать женевский формат переговоров, что автоматически вывел на первый план альтернативные форматы в виде Астаны и Конгресса сирийского национального диалога. Отметим в этой связи, что с приходом в администрацию Дж.Болтона начался обратный процесс: теперь во главу угла во всех заявлениях американской дипломатии на всех уровнях звучит тезис о приоритетности роли Женевы с попутной обструкцией Астаны. В Афганистане Москве еще комфортнее, если не считать безуспешных попыток американцев вытеснить Россию с оружейного рынка. Американцы тупо изолировали Пакистан-КНР от процесса внутриафганского урегулирования, что породило неведомый до сего времени альянс в лице указанных стран, Ирана и России. В этой ситуации Москва может спокойно наблюдать как американские военные «с позиции силы» пытаются решить проблему титульного пуштунского населения. Это отнимет у них много сил и средств с очень скромным итогом, а заодно практически исключает любые формы вооруженной исламистской экспансии в центральноазиатский регион. И здесь с приходом Болтона начались изменения: появился З.Халилзад, который сделал основной упор на достижение компромисса с Исламабадом, как ключевым игроком на афганском направлении. На прошлой неделе прошли уже более или менее осмысленные при посредничестве КСА и ОАЭ консультации с талибами, что было подтверждено подготовкой вывода половины американского контингента.  И если Исламабад такой посыл услышит, то начнется второй этап по «сливанию» нынешнего режима в Кабуле. Если совсем точно, то это все означает отказ от ключевого аспекта всей концепции Мэттиса и Пентагона — опора на американское военное присутствие в той или иной стране, как основу обеспечения внешней политики Вашингтона. Вот что означают эти далеко не спонтанные шаги Трампа по выводу войск из Афганистана и Сирии.  Основой теперь становится преобладание экономических методов воздействия с точечным использованием военных без предоставления права Пентагону быть главными в выработке этой стратегии. При этом Вашингтон сознательно уступает инициативу на ряде ключевых направлениях для Москвы, что диктует необходимость для российских  МИД и МО очень оперативно менять свою стратегию: исчезает или минимизируется в серьезной степени противовес российским усилиям, и теперь все промахи или ошибки в планировании становятся исключительно прерогативой  классической и военной  дипломатии Москвы. Обоим министерствам предстоит выйти из прежнего режима работы и продемонстрировать возможность предлагать работающие схемы развязывания афганского и сирийского узлов. И Сирия в данном случае выходит на первый план.

В этой связи надо отметить, что эта новая стратегия предусматривает вывод или сокращения военных США в тех точках, где они не могут обеспечить прогресс в решении тех или иных вопросов внешней политики Вашингтона. Военные безусловно остаются и даже усиливаются в тех точках, которые являются реперными для американского экономического доминирования. Это прежде всего Ирак. Соединенные Штаты завершили строительство военной базы на западе иракской провинции Анбар близ ирако-сирийской границы. Об этом со ссылкой на местные власти сообщил в среду 19 декабря новостной портал «Ахбар аль-Ирак». «Американские военнослужащие построили военную базу в районе Малиха близ города Эль-Каим, расположенного рядом с ирако-сирийской границей, — приводит портал слова высокопоставленного военного чиновника Ахмеда аль-Махаллави. — База развернута с целью установить контроль над границей с Сирией и обеспечивать необходимую защиту для сил США, дислоцированных в этом районе». По данным арабских СМИ, общая численность размещенных в Ираке американских военнослужащих составляет 5,5 тыс. человек. Они расквартированы в Багдаде (базы Эт-Таджи и Виктори), в западной провинции Анбар (Айн-эль-Асад и Эль-Хабания), на севере в Найнаве (Эль-Кайара, на базах Риндж в Киркуке и Баляд-эль-Джавия в Салах-эд-Дине), также армейский комплекс размещен в административной столице курдской автономии Эрбиле. В данном случае США уверенно могут блокировать все попытки создать реально эффективную «шиитскую дугу» из Ирана через Ирак и Сирию к Ливану. Ну и главное — Ирак является одним из системообразующих игроков в рамках замещения на мировых рынках выпадающего объема иранской нефти. Американские базы остаются и в Иордании, что делается, как и в Ираке, уже с прицелом на Сирию. При этом американцы еще и вынудили Париж и Берлин принять участие в этом проекте, минимизируя свои собственные издержки. И несмотря на первую волну алармизма в европейских столицах после озвучивания последних по времени шагов Вашингтона, на сегодня там приходит осознание своей нынешней роли в рамках сирийского кризиса. Решение президента США Дональда Трампа о выводе американского воинского контингента из Сирии ничего не изменит в ближайшее время, Франция продолжит выполнять задачи в составе коалиции по борьбе с терроризмом. Об этом заявила в пятницу 21 декабря  министр вооруженных сил Франции Флоранс Парли в эфире радиостанции Эр-те-эль. «В ближайшие дни для нас это ничего не изменит, — сказала министр. — Сейчас условия вывода войск страны, возглавляющей коалицию, еще обсуждаются. Я не хочу раскрывать [подробности о] переговорах». «Как я уже говорила сегодня и вчера, коалиция продолжает работу, и я думаю, что в ближайшие дни французские силы будут действовать в ее рамках, осуществлять деятельность в тех рамках, которые я уже обозначила», — отметила Парли. Министр подчеркнула, что «нельзя вывести войска за один день», и призвала вспомнить опыт с выводом американских сил из Афганистана при президенте Бараке Обаме. Вместе с тем она несколько раз на протяжении эфира отказалась отвечать на вопрос о том, будет ли Франция выводить свои войска вслед за США. Парли напомнила, что французские силы в составе коалиции насчитывают чуть более 1 тыс. человек (ВВС и артиллерия), и заявила, что они выполняют задачи на границе Сирии и Ирака, однако не ответила на вопрос, сколько военных находятся непосредственно в Сирии. Из Сирии французы безусловно уйдут, и плавно переместятся в Иорданию. В течение последнего месяца Министерство вооруженных сил Франции изучало и уже приняло предложение Пентагона о создании совместной целевой группы в Иордании. Силы, в состав которых войдут французское Командование специальных операций (Commandement des Operations Speciales) и Командование специальных операций США (USSOCOM), будут служить центром подготовки местных сил по борьбе с терроризмом. Предполагается также, что эти силы, которые будут расположены недалеко от границы с Сирией, также смогут быстро вмешаться в отношении важных целей в регионе. Проект осуществляется при поддержке короля Иордании Абдаллы II. Амман хотел бы, чтобы это французское военное присутствие стало постоянным, чтобы закрепить Францию в качестве второго по важности союзника после США. Иордания уже располагает несколькими ключевыми объектами для операций в Сирии, включая авиабазу Азрак, которая используется коалиционными беспилотниками. США также оказали помощь в открытии нового учебного центра в Савке в начале года, а также в расширении военной базы в Зарке. Новая инициатива укрепит усилия, уже предпринимаемые в рамках совместной операции «Галантный феникс» с участием США и около 20 с лишним других стран, включая Францию, Израиль и Германию. В рамках этой операции уже осуществляется обмен разведданными, который координируется с базы в Иордании в рамках присутствия там Объединенного командования специальных операций США, подразделений 5-й группы специальных сил и подразделений 75-го полка рейнджеров (последние две воинские части будут выводится из Сирии именно в Иорданию). Там же останется и французская база ВВС, которая состоит из 4 самолетов  «Рафаль» и почти 400 человек персонала, включая специалистов разведки. Усилиться американская группировка и в иных центровых для экономических интересов США точках, таких как район Африканского Рога и в Ливии, о чем говорит последняя по времени  передислокация сил АФРИКОМ.

Суммируя сказанное, снова отметим, что новая стратегия Вашингтона безусловно таит для Москвы новые вызовы и угрозы на сирийском и афганском направлении. В первом случае Москву вынуждают проводить новые военные операции, находить точки соприкосновения разнополярных внутренних сирийских сил  для достижения внутринационального консенсуса под возрастающим дипломатическим прессингом Запада, балансировать в этой связи на грани серьезных осложнений с Турцией, и нести основные издержки в рамках восстановления социально-экономической инфраструктуры в Сирии. Во втором, в случае ослабления американского присутствия и фактического прихода к власти талибов велика угроза возникновения на севере страны недружественных Ташкенту и Душанбе  моноэтнических радикальных сил, которые безусловно будут пытаться влиять на ситуацию в Узбекистане и Таджикистане. В последнем это будет дополнительно осложняться сломом официальным Душанбе  системы внутриполитического баланса, которая обеспечивала определенную стабильность в республике после окончания гражданской войны в конце 80-х -начале 90-х годов.

52.39MB | MySQL:103 | 0,604sec